Предатель. Цена прощения

Глава 17

И снова меня окунают в болото измен. Они везде. Любой встречающийся на моей дороге человек погряз в них.

Или может я не такая? Пора перестать верить в любовь, и принять эту грязь. Начать в ней вариться. Иначе ведь сожрут.

- А жена твоя, конечно, ничего не знает, - не показываю вида, что меня это задело.

Я чувствую, как обрастаю броней. И мне это нравится. Не так ранит, боль заперта.

- У меня прекрасная семья, и да, моей супруге уж точно незачем знать про Каро, - он отвечает так, словно ничего плохого не совершил.

В его мирке эти вещи спокойно сосуществуют. Уверена, для него это даже не измена. Ведь тогда совесть молчит.

- А для сына моей мачехи ты собирался стать воскресным папочкой?

- Да, я буду его навещать. Ребенок родится, и я от него не откажусь, - твердость в голосе.

- Тогда тебе часто придется приезжать ко мне в гости, - мило ему подмигиваю.

Аж машина дергается, Сергей на меня смотрит, забывая про дорогу.

- Что, прости?

- По гениальному плану моего отца, как только она родит, ребенка мне дадут, и они хотят, чтобы я его воспитала как своего, еще и замуж отправляют. Чтобы все на людях прилично было, - выдаю, и немного легче становится.

Мне тяжело было носить это в себе. Попался Сергей и я все ему выложила.

- Каро без проблем откажется от ребенка, - протягивает задумчиво. – Игорю не придется нянчится с не своим ребенком. Ожидаемо. Хорошо, что они его еще невесть куда сплавить не решили.

И я понимаю, что в мире моего отца, это приемлемый вариант. А я… никто не задумывается о моей душе.

- Каролина уедет из страны, когда живот станет заметен.

- Замуж тебя за кого выдают?

- За твоего тезку, только Синичкина, - при воспоминании о женишке, невольно морщусь.

- Хм… очень любопытно. А все для тебя не так плохо, как кажется, - Сергей мне подмигивает.

- Неужели? – выгибаю бровь.

- Ты рассказала мне правду, отплачу той же монетой. Насчет брака с Синичкиным... Он сам приходил с Игорю несколько раз с предложением брака. Матецкий предложение отклонял, посылал его. Но сейчас видимо, что-то изменилось. Синичкин в тебе заинтересован, и ты можешь использовать его в своих целях. Я с ним знаком, могу помочь.

- Знаешь, он настолько отвратный, что даже как туалетная бумага не годится.

Это уже другая я. Прежняя Виолетта бы вообще подобные разговоры не вела.

- Каро еще удивлялась, зачем ты Синичкину сдалась. Бабок у него навалом, от Матецкого он не зависит. Но он все не унимался. Видимо, сейчас предложил условия, от которых твой отец не смог отказаться, - Сергей подъезжает к моему дому.

- Он что придурок? Как можно добиваться женщины, с которой даже не знаком?

- Этот вопрос не ко мне. Но его дрессурой рекомендую заняться. А там глядишь, и жизнь не так плоха окажется, - мужчина выходит и открывает для меня дверь.

- Спасибо, что подвез.

- Виолетта, можно телефончик? Я думаю, мы можем быть очень полезны друг другу.

Улыбается. Гад, скользкий, продуманный тип, но улыбка красивая. И нет у меня к нему отторжения, хоть и понимаю, что он прагматичный, циничный изменщик.

Даю ему свой номер телефона.

- Я не брошу своего ребенка. И тебе помогу. Так что на связи, - садится в машину и уезжает.

Да, мы с ним точно еще встретимся хотя бы потому, что Сергей кладезь информации про мою мачеху. У него есть инфа. А я хочу ее заполучить.

Знакомство подарило мне ощущение, что я не одна в этом мире. Стало легче.

Ненадолго…

Потом я увидела Степана… я думала, что уже научилась принимать удары. Но к этому я была не готова…

Через два дня, когда я упорно игнорировала любые звонки, особенно Синичкина. Отец послал своих людей ко мне домой, чтобы они привезли меня к нему в офис. Возражать не имело никакого смысла.

Потому я собралась и поехала. Наперед зная, что ничего меня там хорошего не ждет.

Иду по коридору и замечаю его. Мимолетный взгляд, и я смотрю прямо, иду уверенно, а сердце обливается кровью. Боль, которую я спрятала терзает меня изнутри. Броня не действует против Степана. Он все еще мое уязвимое место.

Но что он тут делает? Как оказался в офисе отца?

Именно этот вопрос я и задаю папе, едва переступаю порог. И получаю равнодушный ответ:

- Он тут работает.

Еще один удар. Предатель человек отца.