Предатель. Цена прощения

Глава 26

Степан

- Я тут документы на подпись принесла, - ко мне в кабинет входит моя помощница.

Крутит бедрами в своей черной, обтягивающей юбке-карандаш. Белая рубашка расстегнута так, чтобы ее пышные формы практически вываливаются.

Подходит к моему столу, наклоняется, так и намеревается, чтобы мой взгляд скользнул в вырез и заценил ее прелести.

А мне смешно. Еще не так давно, она ко мне обращалась: «Эй, ты». Старалась уколоть, а теперь не знает, как выслужиться.

И нет, я не стал в миг привлекательным. Моя внешность не изменилась. Просто теперь она упакована в брендовые шмотки, а я понял, что самое сексуальное в мужчине – его мозг и… власть.

Помощница очень сильно переживает, что я пущу с ход ее секреты. Она их сама выболтала, считая меня пустым местом.

Пока молчу. Она меня устраивает. А как устраивать перестанет, ничего не дрогнет использовать то, что у меня есть на нее.

И такие секреты есть у меня практически на каждого. Слишком долго меня считали тенью.

Некоторыми я уже воспользовался. Особенно те, что несли угрозы компании. Есть такие, что я приберегаю, и использую в нужный момент. И конечно же я пополняю свою базу знаний.

Знать все и обо всех – это то, что помогает мне подниматься вверх.

И нет у меня жалости ни к кому. Если человек стоит у меня на пути, он мне мешает, я его подвину. Ничего не дрогнет.

Матецкий меня в очередной раз повысил. Теперь я занимаю должность адвоката в его фирме. Вроде бы, среднестатистический. Но самые сложные дела я веду в паре с начальником отдела. Я его правая рука. Но планирую сместить начальника. Он начал меня утомлять.

Матецкий лично говорит со мной редко. Но я знаю, он наблюдает. И по стремительно увеличивающейся зарплате, понятно, что ценит.

Но мне этого мало. Хочу подняться вверх. До тех высот, о которых раньше и мыслить не мог. А сейчас, я в себе не сомневаюсь.

Я живу работой. И мне это нравится.

А чувства, переживания, это все только мешало.

Страшно вспомнить, каким ничтожеством я был. Сам себя прежнего презираю.

Сейчас мало что может вывести меня из равновесия. Эмоции под запретом, я научился их не показывать. И говорить только по делу. Никакой откровенности, никогда и ни с кем. И при этом, я знаю, как выведать у человека его секреты.

Поистине, Каро не прогадала, когда привела меня работать к своему мужу.

С ней мы иногда видимся, общаемся. Но у нее своя жизнь, свое болото, в которое я стараюсь не лезть.

И все же я знаю, что своего ребенка от Стрельцова она сбагрила Виолетте.

Испытал ли я облегчения, узнав, что Ви не беременна от своего мужа? Что она его вообще за человека не считает?

Нет.

Она путается с мелким гаденышом Стрельцовым. Они любовники. Воспитывают сына. Ее устраивает сделка, на которую она пошла с отцом. От своего ребенка избавилась, зато воспитывает чужого. Потому что это ей выгодно.

Пусть.

Синичкина я тоже пробил. Слишком тесно стал Матецкий с ним сотрудничать. Но по нему все чисто, работа в интересах фирмы.

Персонаж своеобразный. Со своей дичью и причудами. И он скорее жертва Виолетты. Слишком запал на нее. А Виолетта обожает топтать тех, кто от нее без ума.

Это доставляет ей кайф.

Жаль. Что одна слабость у меня все же осталась. Мое утро начинается с кофе и ее социальных сетей. Пью горький напиток и просматриваю.

Убеждаю себя, что это лишь для сбора информации. Но то, что осталась от того ничтожества, которым я был в прошлом, жалобно пищит из-за угла: «Это нечто большее!». Я его пинаю. Ежедневно. Еще дальше в угол загоняю.

Потом закрываю соцсети и начинается мой привычный рабочий день.

Я доволен своей жизнью. И у меня есть цели.

Еду на встречу с клиентом. Выхожу из машины. Спину обдает жаром. Поворачиваю голову – она и ее Стрельцов. С ребенком. Семья… чтоб их. Такая лживая, как и они сами.

Я бы размазал Стрельцова. Давно. У меня есть все, что для этого требуется. Меня сдерживает лишь слово, данное Каролине. Она просила его не трогать. А я ей должен.

Она единственный человек, который от меня не отвернулся. Она помогла, когда я стоял на краю. Не дала упасть. Такое никогда не забывается.

Мимолетный взгляд на них. Я знаю, они смотрят на меня. Оценивают тачку, мой вид. Все равно.

Меня больше не волнует и не тревожит. Никаких эмоций. Они только мешают жить.

У меня все под контролем.

Даже когда они заходят в тот же ресторан, что и я. Нас разделяет всего два столика. Меня это не трогает. У меня важная встреча, на ней я должен сосредоточиться. И плевать, что взгляд Виолетты прожигает мне лопатки.