Предатель. Цена прощения

Глава 67

- Какая свобода, Никита! Что вы наделали! Зачем влезли! – возмущаюсь уже в машине.

Меня колотит так, что даже не замечаю, как Родион меня обнимает и пытается успокоить.

Я слишком хорошо помню угрозы птицы. Если с ним что-то случится мой сын…

Вот кто их просил! Что теперь будет!

Надо быстро все исправить. Я должна вернуть и успокоить птицу. Сделать все, что он скажет!

За эти дни он поселил в меня вселенский страх, и сейчас я в полной его власти.

- Ник, верните Синичкина. Я выйду за него. Я этого хочу! Не лезьте в мою жизнь! – всхлипываю на заднем сиденье. Слезы градом льются по щекам.

- Ви, все окей. Не переживай. Он не причинит больше вреда, - брат подмигивает мне через зеркало заднего вида.

- Мам, послушай Никиту. Он верно все говорит, - голос Родиона заставляет перестать плакать.

- Родион, почему у меня ощущение, что ты знаешь больше, чем я? – внимательно смотрю на сына.

Он невозмутим. Спокоен. Смотрит на меня далеко не детским взглядом.

Вылитый Степан…

И как я раньше не видела их сходства!

- Мам, все под контролем. Не стоит волноваться. Шантаж больше не имеет смысла. Я позвонил сегодня дяде Адаму и сказал, что Сергей надумал на тебе жениться. Я должен был его остановить. Он и так слишком долго над тобой издевался, - Родион говорит мягко, но твердо. По его глазам читаю то, что он еще не высказал.

Начинаю осознавать.

- Не имеет… потому что… - во рту пересыхает так, что язык едва шевелится. – Вы… вы его нашли…

- Нашли, Ви. Все будет хорошо, - это уже Никита бодрым голосом.

- Где мой сын? Что с ним? Я хочу его видеть!

- Он скоро приедет. Он в надежных руках, - брат продолжает уверенно вести машину.

- Степан… - догадываюсь.

Родион как-то обронил, что Степа уехал на пару дней. Я не придала значения. А теперь пазл складывается.

- Он все уладит.

- Почему в обход меня! Это мой сын! Вы что-то там решаете… а я… я ничего не знаю… я в неведении терплю вонючего синицу… выхожу за него замуж… Что вы творите! Где мой сын? Что с ним?

Все наваливается таким огромным валуном, что я слышу звон лопающихся нервов. Рыдаю и не могу взять себя в руки.

- Сестренка, прошу тебя успокойся. Ты нам ничего не говорила. Пришлось самим разбираться. Если бы ты была более откровенна со своей семьей, мы бы решили вопрос раньше. И тебе бы не пришлось проходить через это все.

- Мам, он прав, - соглашается Родион.

- Синица мог вам навредить! У него в руках была жизнь моего сына! Как я могла рисковать! – запускаю пальцы в волосы, тяну их сильно, до боли.

- Мам, все в прошлом. Главное – все решилось, - Родион гладит меня по голове, пытается успокоить.

- И я о том же. Ви, выдохни.

- Где мой сын? Вы мне можете ответить? Где он был все это время?

- Я не знаю, - Родион разводит руками. – Жду, когда Степан все расскажет. Но там все под контролем.

- Как же, у Степана все под контролем, - ворчу. – Куда вы дели Синичкина?

- Адам о нем позаботится, - Никита останавливается на светофоре.

- Синица слишком опасен, - вздыхаю.

Слышится звук сирен скорой помощи. Машина равняется с нами.

Из нее выбегают люди в белых халатах и повязках на лице. В мгновение ока оказываются у нашей машины. Выстрел и кровь летит мне в лицо. Голова Никиты падает на руль.

Не успевает крик сорваться с моих губ, как задняя дверь открывается и нас с Родионом вытаскивают. Тащат к скорой и закидывают в середину.

Кричу. Зову на помощь.

Но сильная, огромная рука закрывает мне рот. Краем глаза успеваю заметить татуировку молот тора. А дальше укол в плечо и темнота.