Предатель. Цена прощения

Глава 24

Я еще долго переваривала услышанное. Не могла никак в себя прийти. Закрылась дома и на звонки не отвечала. Пока птица не залетел ко мне домой со своей охраной, даже дверь выломали.

Бегал по квартире, любовников моих искал.

А я была в таком состоянии, что даже подкалывать его неохота было.

Узнать такое про отца… про человека, которого любила, уважала. Если бы не его поступок с Синичкиным, я бы папу продолжала любить той же любовью.

А он… Каролина клофелинщица… Их мутки. Уверена, Серж мне далеко не все рассказал. Но и этого предостаточно, чтобы сделать выводы.

И мне надо выживать, но теперь я хоть понимаю с кем дело имею.

Вопреки всему услышанному, меня от Сергуни не отвернуло. У меня была к нему благодарность за правду.

Он единственный ее озвучил.

Только с ним я могу говорить о вещах, которые происходят вокруг. Он поймет.

С ним я не чувствую себя одиноко.

В дни моего затворничества после правды, мы только с ним созванивались. Серж интересовался как я, винил себя, что по пьяни вылил на меня это все.

Но он правильно сделал, я ведь хотела правду. Я ее услышала.

Синичкин забрал меня из квартиры. Снова привез к себе домой. И стал в очередной раз домогаться.

- Мы же муж и жена, скажи, что ты хочешь, и ты это получишь! Я ведь могу взять тебя силой, и ничего мне за это не будет. Но я этого не делаю, ведь хочу, чтобы ты сама ко мне пришла. Иди ко мне, Виолетта, тебе будет со мной хорошо.

- С клюва слюни вытри. С тобой мне никогда хорошо не будет. Пернатые меня не возбуждают!

- Ты теперь тоже Синичкина! Так что мы одного поля ягоды! – орет.

Да, отец настоял, чтобы я эту дурацкую фамилию взяла. Ради ребенка Каро, который тоже будет носить птичью фамилию.

- Никогда я с тобой на одном поле не буду. Исчезни, не надоедай мне. Видишь, я не в духе, - отмахиваюсь от него.

Вот Синичкин – это тоже загадка. Какого он в меня вцепился?

Ну хочет, окей. Могу понять. Но ведь вокруг куча девок, которые рады будут на него прыгнуть. Он мужик видный, при деньгах. И я знаю, что на работе у него авторитет, его уважают и в кругах отца. Так какого он со мной себя как ничтожество ведет?

Непонятно это…

И Стрельцов на эти вопросы мне не может дать ответа.

Но я раскопаю правду и про птицу. Найду способ от него избавиться.

А пока приходится выживать с ним в одном пространстве.

Еще через неделю, случилось то, чего я опасалась, хоть и понимала неизбежность.

У Каролины начались роды. И меня в срочном порядке отправили в проплаченную больничку.

Это было морально тяжело. Сразу вспомнилось, как я рожала… как не услышала крика своего ребенка…

Я сижу в палате, и накатывает, такое накатывает, что впору завыть.

Со всем могу смириться, но только не с потерей малыша. Эта рана никогда во мне не затянется, он будет постоянно приходить ко мне ночами.

К вечеру открылась дверь, и медсестра принесла мне сверток.

Положила на руки. И я заглядываю под одеялко. Смотрю на крохотное личико…

Мальчик смотрит на меня, странным, не детским взглядом, будто душу мою вспарывает. У него очень большие глаза, бездонные, нечто в нем притягивает, а я не могу понять что. Скорее всего этот взгляд… не смотрят так новорожденные дети. Ни разу не видела.

- Это Родион, - говорит медсестра.

- Привет, Родион, - говорю тихо.

Малыш в этот момент моргает, потом открывает глаза, и там в глубине мир отражается. У меня внутри все переворачивается. Боль в груди, которая никогда не проходила после потери ребенка, меньше становится. Меня отпускает.

Я дышу. Прижимаю к себе ребенка.

Со мной что-то нереальное творится. Нечто меняется, и я ошалело прислушиваюсь к ощущениям.

И понимаю одно – я никогда и никому его не отдам.

Он мой.