Предатель. Цена прощения

Глава 6

Он бежит, а у меня в голове проносятся кадры увиденного, слова Раи, моих знакомых, снова и снова, адская кинолента предательства.

Даю знак охране, чтобы его не трогали.

Я должна это сделать. Разобраться раз и навсегда. Я это сделаю. У меня хватит сил.

Жду его приближения. Нечто во мне меняется, я теряю безвозвратно свою наивность, веру в чудеса, любовь. У меня остался только мой малыш, для которого я и буду жить. Ему отдам всю свою нежность. Он будет счастлив. Он смысл моей жизни.

А Степан, он не должен узнать.

- Виолетта, Любимая моя! У нас будет малыш, - прижимает меня к себе. Тяжело дышит, сердце предателя бьется так громко. Он взволнован. В глазах вселенская радость.

Это все игра.

Больше не поведусь.

Не поверю.

- Не будет, - чеканю каждое слово.

- Что? – отстраняется. Вглядывается в мое лицо. – Виолетта, я все знаю! Я так мечтал! Ребенок от тебя… это же невероятно! Я стану самый лучшим отцом! Мужем! Виолетта, - опускается на одно колено, - Выходи за меня! Мы уладим все недоразумения! Я все для тебя сделаю.

- Замуж, за тебя? – злобно усмехаюсь. – А зачем ты мне? Кто ты, Степан? Никто. Нищеброд. Ты себя в зеркале видел?

- Виолетта, ты просто зла на меня.

- Зла? Нет, - качаю головой. – Чтобы злиться на человека, надо испытывать эмоции. А я просто развлекалась.

- У нас будет ребенок!

Пусть мне мой малыш простит. Но так надо. Я должна это сказать. Сдерживаю боль в себе, не даю ей просочиться наружу. Внешне я остаюсь холодной и циничной.

- Я избавилась от него. Когда придет время, я рожу от достойного мужчины. А ты… сплошное недоразумение. Я поиграла, но даже эта игра была противна. Ты себя видел? Чтобы такая как я с тобой, - презрительно фыркаю.

- Нет. Ты не могла, - его губы дрожат, синеют.

Он так и стоит на коленях, смотрит на меня с болью и неверием.

- Я сделала аборт.

- Нет… ты не могла… - в словах столько боли.

Как же играет. И все, чтобы подобраться к моему отцу. Деньги… он оплакивает деньги, но никак не нашего ребенка…

- Могла и сделала это. Ты же даже не мужик, какой ребенок. Отвали от меня и больше никогда не приближайся, - отталкиваю его. – Я улетаю в новую жизнь и там нет места для тебя.

Смотрю в его глаза, вижу, как там что-то разбивается, ломается, как его черты заостряются.

Не жаль. Он первый предал.

Разворачиваюсь, иду прочь. Впереди самолет, я должна улететь. Как можно дальше. Ради ребенка, чтобы выносить здорового малыша.

- С ним разобраться, Виолетта Игоревна? – спрашивает охранник.

- Нет. Оставьте. Я уже это сделала.

Надо рвать. Сжигать мосты. Никакого возврата. Никаких воспоминаний.

Мысленно вычеркиваю его. Запрещаю себе вспоминать и думать.

Степана для меня не существует.

Ощущаю, как он смотрит мне в спину. Между лопаток жжет.

Не обо мне он горюет. Ребенок – это внук Матецкого. Если бы Степан женился на мне, он был бы в шоколаде.

Вот и грязная проза жизни. Он оплакивает утраченные возможности.

А я больше не буду плакать.

Решительно захожу на борт самолета. Закрываю глаза.

Прощай… я тебя любила… Больше такой ошибки в жизни не совершу.