Предатель. Цена прощения

Глава 31

Виолетта

Не стоило мне вечером идти к отцу в офис. Что-то меня останавливало, не пускало. Даже машине неожиданно сломалась. Но Родион хотел вечный двигатель из кабинета деда. Он мне про него весь день говорил.

Он часто приходил к дедушке на работу. И смотрел на вечный двигатель, на шарики, которые ни на секунду не прекращают движения. Видимо, что-то для сына с ним связано, раз он места себе не находил и все про него спрашивал.

Обычно Родион очень безразличен к вещам.

Вот к вечеру, когда нашла в себе силы я и поехала. Знала, что Степан работает допоздна, он мне офис отца откроет.

Видеть его лишний раз жутко не хотелось. Тем более, все равно завтра на оглашении завещания встретимся, но сын дороже. Тем более, я там не задержусь.

И тут я захожу и вижу, как какая-то голая баба повисла на нем, обхватила ногами за талию и страстно целует.

Омерзительная картина. И боль в сердце… ее не должно быть. Все ведь давно в прошлом… но она есть, и от этого мне еще гаже.

- Простите, что отвлекаю, - говорю не своим голосом.

А сама хочу бежать, куда угодно, лишь бы не видеть этой похабщины.

Степан медленно отцепляет бабу от себя. Она и не думает прикрыться, стоит, выставив на обозрение все свои прелести и смотрит на меня свысока.

Он разворачивается ко мне и безликим голосом изрекает:

- Отвлекаешь.

Как лицом в грязь. А в глазах… а ничего там в глазах нет, они непроницаемы, как всегда. Только безразличие проглядывается и холод такой, что до костей пробирает.

Не могу я вот так позорно сбежать! Нет!

Тогда он победит!

- Значит, отвлечешься, - заявляю, вздернув подбородок. – Мне кое-что нужно в кабинете у отца. Открой дверь.

- Я занят, подождешь, - выдает, не моргнув и глазом.

- Да, мы очень заняты, а вы, девушка, мешаете, - нахалка выгибается, демонстрируя свои пышные формы.

- Мне плевать, я с места не сдвинусь, пока мне не откроют дверь!

Степан достает из кармана ключи и швыряет их мне. Не ловлю, они падают у моих ног.

- Сама открой.

Смотрю на ключи у своих ног, на непробиваемое лицо Степана, на победную улыбочку его бабы, и так гадко, так тошно становится.

- Ладно, что это я, не буду вас отвлекать, - достаю мобильный из сумочки. – Вы не обращайте на меня внимания, а я пока поработаю. Расскажу своим подписчикам, как пришла в офис отца, а тут его адвокат… в общем, им будет интересно.

- Ты чего? Совсем того? – девка крутит у виска. Надвигается на меня, чтобы забрать телефон. Я отхожу и навожу на нее камеру. – Степааа! Она же меня опозорит!

- Прекратили. Надежда оденься. Виолетта, пошли, - лицо Степана остается каменным. Но он все же поднимает ключи, берет меня немного выше локтя и волоком тащит из своего кабинета.

- А что, хороший бы ролик вышел, - говорю с издевкой.

Он молчит. Ведет меня по коридору. Открывает офис отца. Скрещивает руки на груди. Ждет.

Я беру вечный двигатель со стола. Степан не проявляет никаких эмоций.

Так же молча берет меня за руку и ведет к лифту.

- Не трогай меня! Не прикасайся! – вырываю руку.

- Тебе тут не шоу. И впредь о своих визитах предупреждай. Игоря больше нет, а тебе тут больше никто не рад, - выдает роботизированным голосом, вызывает лифт.

- Что уверовал в свою неуязвимость, Степка? Примазался к отцу, наверняка отхватил себе кусок пирога. Ты же хуже продажной девки, не мужик, тряпка, которую с потрохами купили. Ею ты и останешься, как бы ты не выпендривался. Ты никто, - говорю это глядя ему в глаза, сажусь в лифт и нажимаю кнопку первого этажа.