Предатель. Цена прощения

Глава 57

Степан

Падаль… вот кто я для нее. Заслужено.

В кабинет возвращается директриса. Решаю с ней вопросы. Покидаю стены школы.

Не позволяю себе впасть в состояние прострации, утопать в боли и жалости к себе. На это я не имею права.

Я виноват.

Единственная возможность все искупить – уладить проблемы Виолетты. Но для начала надо в них разобраться.

Что может быть у Синичкина на нее? Такое, чтобы она его боялась и согласилась играть этот спектакль?

Во вдруг вспыхнувшие чувства не верю. Нет в ее глазах любви. Там только ненависть… ко мне.

Родион обещал делиться своими наблюдениями. Он реально умен не по годам. И подмечает то, на что взрослые внимания не обращают.

Еду в офис. Меня там встречают с недоумением в глазах. Еще не было такого, чтобы я работу прогуливал.

Но сейчас это становится неважным. То, что действительно имело значение я упустил.

Я могу помочь Ви, сделать все, чтобы она была в безопасности, но никогда мне не заслужить ее прощения. Это я понимаю.

Потому буду довольствовать осознанием, что она будет счастлива. Пусть даже с другим. Достойным мужиком.

Конечно, не с ее горе-мужем Синичкиным.

Даю указание своим людям пробить все по птице. С пеленок и по сей день. Зацепка может быть где угодно.

Особенно интересует, где он пропадал эти годы, чем занимался.

Потом сам звоню Адаму. Его помощь мне нужна. Он мужик въедливый, дотошный.

Рассказываю все, что удалось узнать.

- Отец хорошо знал и Сергея, и его отца. Там вроде все чисто было, он же пробивал, за кого дочь выдает. Но я так понимаю, что-то мой отец упустил. Не всесилен он, - рассуждает Адам.

Прав был Матецкий, тут же проносится в голове, в корень зрил, не быть нам с Виолеттой вместе.

Она не простит, что я не уберег нашего малыша, а потом она воспитывала моего сына от другой. Родиона она любит, а вот мне прощения не будет.

Справедливо.

- Вот и пробей со своей стороны. Я со своей, - говорю Адаму.

- На связи. У кого инфа появится, сразу делимся. Моя сестра сейчас на контакт не пойдет.

- Со мной понятно, но она и с тобой не хочет говорить. С девочками тоже. Крис и Кира ее допытывали. Вот только что. Кира злющая из машины позвонила, возмущалась, что Ви твердолобая, - вспоминаю недавний звонок подруги, ее возмущения.

И даже обиду. Они же с Виолеттой всем делились. А она от них закрылась.

- Ее можно понять, - вдыхает Адам. – Этим она в отца. Он если что-то задумывал, его не переубедить было. Только по истечению времени, сам осознавал свои косяки. Ну и с возрастом только сговорчивее стал.

Можно понять. Я и сам лез в чужие жизни, разбирался в них, решал проблемы, а под своим носом ничего не замечал.

А что теперь?

Поздно сожалеть. Действовать надо.

Остаток дня провожу на работе. Погружаюсь с головой в дела. Это помогает немного прийти в форму.

Больше не позволю себе быть размазней.

Домой приезжаю к двум. Принимаю душ и сразу спать. Хоть сон не идет. Тогда включаю ноут и сам пытаюсь что-то нарыть на Синичкина.

Утром пишу Родиону, прошу мне перезвонить, когда у него будет время.

Парень перезванивает через час.

- Привет, как у вас дома?

- Более-менее, Сергей спит в спальне. Мама провела ночь на кухне. Сказала, у нее много работы. Но я в это не верю.

- А Синичкин как себя ведет?

- При мне хорошо. Даже позвал меня фильм смотреть. Я согласился, чтобы не вызывать подозрений.

- Ясно. Если что держи меня в курсе. И я бы хотел увидеться. Провести с тобой время вместе.

- Пока это плохая идея. Мне и в школу страшно ходить. Маму нельзя одну оставлять, - взрослый, рассудительный голос.

Не должен ребенок это все переживать.

Как же хочется защитить Виолетту, нашего сына.

И я это сделаю. Чего бы мне не стоило.

Два дня проходят в напряжении. Работа, поиски, разговор с Адамом, Кристиной, Ксенией. Подруги переживают за нее. Хотят помочь. Девочки они решительные, активные. Если бы Ви им доверилась, все было бы легче.

Пока нам ничего нарыть не удается. Синичкин бизнес вел чисто. Если и есть косяки, то незначительные, они в любом бизнесе имеются.

А вот чем он занимался во время своей «смерти» тут ниточки теряются. Будто испарился. Но ведь следы же должны быть, и мы их найдем.

День выдался тяжелый. Еду домой, а мысли все вокруг Синичкина крутятся. Открываю дверь, в нос сразу ударяет женский парфюм.

Даже запах узнаю… или у меня глюки…

Иду в гостиную. Включаю свет.

Вначале мне кажется, что у меня реально галюны.

Откинувшись на кресле, постукивает ногтями по подлокотнику, в облегающих черных брючках, сером гольфе, сидит… Каролина.

- Давно не виделись, Степ.