Секси дед или Ищу свою бабулю

Глава 16

Сжимаю виски руками и глубоко вдыхаю. Сука, что ж все так через задницу-то?! Перевожу взгляд на девку, как ни в чем не бывало расположившуюся в кресле.

– Кто тебя заказал?

– Понятия не имею. Деньги приходят агентству, а мне позже уже процент. Имя заказчика мы не знаем.

– Однако ко мне ты как-то попала. Как?

– Меня подвел работник с ресепшена к номеру и открыл картой дверь.

– Ты сможешь узнать кто оплатил заказ?

– Ну разве что только завтра, – лениво произносит девка, чем еще больше выводит меня из себя.

– Ладно, – шумно выдыхаю. – Иди отсюда.

– У нас возврат не положен.

– Да мне пофиг, бабки не мои. Чеши давай.

– Ну, окей. С новым годом, – пожимает плечами, накидывая на себя плащ снегурки.

Кому надо подсовывать мне шлюху? Только прилизанному пидарасу, дабы скомпрометировать меня перед Леной. Правда, она вообще не должна была приходить ко мне, учитывая, как мы расстались после сауны. А даже если он и подстроил нашу встречу, Лена сюда пришла с конкретной целью. А не в качестве проверки. Или мне показалось? Хрень какая-то выходит.

Еще несколько минут я просидел как истукан, рассматривая узоры на стене. А потом меня накрыло злостью на самого себя. Я же сам несколько минут назад отправил ее к прилизанному. Идиот. Не мой сегодня день, вот вообще не мой!

Быстро выхожу из номера и направляюсь к прилизанному. Вот только на лестнице я сталкиваюсь с Олегом.

– А ты что здесь делаешь? Почему не в номере? – переводит взгляд на часы.

– А почему я должен там быть? – жду ответа, а сам уже догадываюсь, что мне сейчас ответит мой братец.

– Ну как бы тебя ждет подарок от меня.

– Сука, – сам не понял, как сжал кулак и ударил Олега в живот.

– Ты охерел?

– Я охерел?! Ты зачем мне шлюху подкинул? Я тебя об этом просил?!

– Да у тебя налицо недотрах. Пару часов назад ты вел себя, как истеричная баба, я решил тебя расслабить. Что не так-то?! – возмущенно бросает Олег, выпрямляясь во весь рост.

– Что не так?! Я тебя для чего просил поселить рядом со мной ту девчонку? Чтобы вызывать мне потом шлюху?

– Какую девчонку?

– Зануду в ВИПе. Так понятно? Она увидела эту шлюху в моем номере.

– Тю, я думал она тебе – в качестве стеба.

– Индюк тоже думал, дальше знаешь, что с ним случилось?!

– Ой, все. Тоже мне проблема. Скажи, что я заказал. Не поверит – предоставишь ей доказательства. Я подтвердю.

– Подтвержу. Твою мать. Тьфу, блин, – резко разворачиваюсь и возвращаюсь к нашим номерам.

Однако, тут меня поджидал очередной «приятный» сюрприз. Если сначала мне показалось, что Лена тупо не захотела мне открывать, то спустя пару минут отбивания ботинком ее двери, я окончательно убедился, что в номере Шишкиной нет. В принципе, в этом нет ничего удивительного, учитывая, что до нового года меньше часа. Значит, она пошла на общую пирушку.

Проблема в том, что и тут ее не оказалось. Я осмотрел все залы. Потратил до хера времени на рассматривание всех имеющихся здесь женщин. Хуже всего то, что прилизанного тоже нигде нет. Как там говорят, сердце ушло в пятки? Вот, кажется, сейчас со мной это и произошло. Где-то там внутри я надеялся, что несмотря на мое напутствие валить к Вовчику, Лена к нему не пойдет.

Не хочу идти к прилизанному. Не хочу и все тут. Просто потому что боюсь увидеть там Лену. Однако, через силу, но все же направляюсь к этому гондону.

Ощущение, что Вовчик как будто знает, что я собирался его навестить, иначе объяснить тот факт, что дверь он открыл мне почти сразу, не могу.

– Лена у тебя? – нехотя спрашиваю я, сам же пытаюсь высмотреть хоть что-то за полуоткрытой дверью. Хрен там. А вот сам прилизанный во всей красе: в халате с открытым воротом и бокалом шампанского.

– У меня, – отпивает глоток и при этом так, сука, улыбается, что мне хочется ударить его в шнобель. – Но я на групповушку не подписывался.

– Что?

– Третий лишний, вот что. Тебе лучше уйти отсюда. Давай мирно, так сказать, разойдемся. Без мордобоев и матов. В общем, не так как привыкли сантехники. Хорошего тебе вечера, Демьян.

Чувствую себя какой-то размазней. И в морду не дал, и слова не вымолвил. Смотрю как дебил на закрытую дверь. Однако, в чем-то пидарасина все же прав. К чему эти тупые, совершенно никому ненужные разборки? Лена – взрослая девочка, она сама вполне может разобраться в том, что ей нужно.

И все же, как бы я себя ни убеждал, что поступил правильно, спустя минуту хождения по коридору, до меня вдруг дошло. С какой вероятностью такая как Лена придет к одному мужику, чтобы заняться сексом, и через несколько минут побежит к другому?! Нулевая! Нулевая, блин, вероятность. Почему-то только сейчас до меня дошло в полной мере не только это, но и то, что она сама ко мне пришла. Сама!

Через считанные секунды я снова стучу в дверь прилизанному.

– Ну что опять надо?

– Шоколада, – чуть отталкиваю прилизанного в сторону и прохожу внутрь номера. Ну, что и следовало доказать. Лены тут нет. И не будет. А вот заказанная Олегом проститутка есть. Из меня вырывается громкий смешок.

– Ты сам сказал уходить, подвернулся новый клиент без процентов, а лично в руки. Мне что, вернуться?

– Ни в коем случае. Хорошего вам вечера. И да, ты смотри, снегурка, у него такой… клюв, что твое дупло превратится… а хотя тебе в самый раз. Вовчик, теперь точно с новым годом, – с улыбкой произношу я, смотря прямо на него в упор. Надо отдать ему должное. Держится он хорошо. И по-прежнему улыбается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Еще увидимся, Демьян.

– Надеюсь, что нет.

***

Кажется, я досчитал до ста, прежде чем Лена все же соизволила открыть мне дверь. Она определенно растеряна и, судя по выражению лица, не ожидала меня здесь увидеть. Черт, в очередной раз за этот долбаный день, я чувствую себя полным дебилом. Ненавижу оправдываться, извиняться и вообще говорить всю эту красивую для ушей чушь.

Слова словно застряли в горле. Сам не понял, как вместо объяснений, я в наглую запихнул Лену в номер и, обхватив ладонями ее лицо, присосался к ее губам. Долбаное дежавю. Кажется, сама Шишкина ко мне ворвалась точно так же. Целуемся долго, причем сама Лена не строит из себя снежную королеву. Охотно отвечает. Что само по себе странно, учитывая недавний инцидент. Нехотя отрываюсь от ее губ и всматриваюсь в Ленино лицо.

Кажется, я впервые вижу ее такой. Волосы – не в идеально строгой прическе как обычно, а небрежно собранные наверху какой-то заколкой, больше напоминающей карандаш. И несколько выбившихся прядей волос делают сейчас ее совершенно другой. Мягче, что ли. Перевожу взгляд ниже – длинный шелковый белый халат. Да, пожалуй, вот так она выглядит красивее, чем в коротком платье и при макияже. Тяну руку к ее шее и, проведя пальцем по маленькой венке, наконец произношу то, с чего надо было начать свой приход:

– Я не заказывал проститутку, – без предисловий начинаю я. – Я был уверен, что ее снял твой дружок недоделок, дабы скомпрометировать меня в твоих глазах. Но ошибся. Это не он. Но я узнал кто. Я могу это доказать, если хочешь.

– Не надо, – наконец произносит Лена. – Я уже знаю. Ко мне приходил твой брат минут двадцать назад. Так что можешь не оправдываться, я тебе верю.

– Веришь… А сказать ты мне об этом собиралась?

– Сама – нет, наверное. Только если бы ты пришел.

– Ну классно, – развожу руками. – То есть не приди я к тебе, мы бы больше не встретились?

– Не знаю, – пожимает плечами. – Мне показалось, что второй приход — это как-то слишком. Меня не так воспитывали. В смысле, женщины не должны оказывать знаки внимания. И уж тем более приходить к мужчине самой. Пережиток прошлого, но… так уж есть в моей жизни. То, что я сама к тебе пришла – это уже для меня подвиг. А уж то, что запрыгнула на тебя, да еще и… ой, позорище. Я тебе хоть зубы не выбила? Мне показалось был какой-то удар.

– Да нет, вроде целы. Сама посмотри, – произношу я, а следом улыбаюсь в тридцать два зуба.

– Кажется, целы, – закусывает губу, при этом явно подавляя в себе улыбку.

– Ленка, а давай вернемся в тот момент, когда ты сама ко мне пришла такая вся уверенная, напористая.

– Не получится.

– Что, прошел запал?

– Нет, – усаживается на край кровати. – Просто я мнительная. Много думаю и сразу накручиваю себя, если не получилось, то это какой-то знак.

– Чушь какая–то. Веришь во всю ерунду, как и в этого своего экстрасенса.

– Ты не поймешь.

– Да уж, куда мне там. Простому сантехнику, – сажусь рядом с Леной.

– Я имела в виду совсем другое. Ты просто другой, не такой как я. И дело не в профессии. Ты свободен от предрассудков, не боишься показаться нелепым, не фильтруешь речь, боясь сказать что-то не так, и не задумываешься над своими словами, действиями. Ты – свободный.

– А ты разве нет? – поддеваю ее подбородок. – Живешь одна, не зависишь от родителей или набрехала?

– Как бы да, но как бы и нет, – убирает мою руку. – В смысле – это правда, но такой как ты себя не чувствую. Я вдруг поняла, что завидую тебе. Вообще таким людям как ты. Знаешь сколько я морально готовилась, прежде чем пойти к тебе? И сколько сомнений меня пожирало? А сейчас так и подавно.

– Не знаю. Чужая душа – потемки. Лен…

– Помнишь ты играл в угадайку о том, когда ко мне в последний раз забирались в трусы? – вдруг резко перебивает меня.

– Помню. Муравей был.

– Он самый.

– Стой, тебя что пожирают сомнения из-за того, что у тебя давненько не было секса? – и тут до меня вдруг дошло. Лена точно что-то говорила, когда ко мне пришла. Что-то типа «только я ничего не умею».

– У меня не было его девять лет, – неожиданно произносит она. Занавес. Как бы сдержаться, чтобы охреневать только мысленно. Неотрывно смотрю на Лену, пытаясь не ляпнуть что-нибудь этакое. Тактичность – не мой конек. Заткнись, Царев, шутки сейчас не уместны.

– Это дело наживное. Как с велосипедом. Мышечная память, все такое, – молоток! Вот так надо. Однако… девять лет! Охренеть! Девять! Ну теперь понятно откуда ноги растут с «почти девственницей».

– Не совсем. В смысле нет у меня никакой мышечной памяти. Я… ну что-то типа бревна. Только без типа, – нервно усмехается. – Блин, не говорят такое вслух нормальные женщины мужчинам. Ну, это просто для того, чтобы ты знал, что от меня ждать ничего этакого не надо, – закрывает глаза и тут же начинает тереть их ладонями.

– А как это происходило у тебя с твоим мужем? – наконец произношу я, выждав хрен пойми какую паузу.

– В смысле?

– В прямом. Путем несложных математических подсчетов и, опираясь на твои же слова, ты вышла замуж целкой, пардон, девочкой, а после этого гондона у тебя никого не было. Стало быть, он был всего один. Вот и вытекает вопрос, какой у тебя был секс с экс-мужем? – вот же черт, так прямо и не спросишь, «он тебя часом не насиловал»? А, может, еще и поколачивал? Кажется, что-то тогда промелькнуло об этом в баре. Слова тут еще подбирай, чего я отродясь не делал.

– Зачем ты об этом спрашиваешь? Какая вообще разница?! – кажется, впервые на лице Лены я вижу откровенную злость.

– Большая. Может, тебе что-то… не нравится в сексе.

– Меня никто не насиловал, если ты об этом. Не надо придумывать того, чего не было.

– А что было, Лен? Когда у красивой молодой девушки, которая, между прочим, в силу своей работы активно вращается в кругах, где полно свободных обеспеченных и красивых мужиков, не было девять лет секса, это по меньшей мере странно. Значит здесь что-то не чисто. И когда это самая девушка согласна на мужика, которого нагадала какая-то там экстрасенсиха, чтобы просто родить ребенка – тоже не есть норма. Вот и вытекает закономерный вопрос, что такого делал твой муж, что напрочь отбил в тебе желание?

– Ничего он не делал. Точнее ничего такого, за что можно было проникнуться к нему симпатией. Просто мне не нравилось с ним спать, ибо он мне противен. Собственно, на этом все. Это как есть нелюбимую кашу. Она невкусная и противная, но надо… потому что кто-то говорит надо, – м-да… это однозначно тяжелый случай.

– Извини за вопрос, но раз уж пошла такая пьянка… ты вообще когда-нибудь кончала? Сама, в смысле? Ясен пень, что с этим товарищем нет.

– А это тут причем?

– Хотелось бы знать степень твоего застоя, – ну вот кто меня тянул сейчас за язык?!

– Да иди ты, – как ни странно, после моей реплики Лена не спрыгнула с кровати с возгласом «пошел вон», а даже улыбнулась.

За сорокалетний пробег у меня никогда не было проблем с женщинами, равно как и доверительных разговоров. Все максимально просто. Повстречались – расстались. Даже с женой было все максимально просто. Женились по залету, развелись по обоюдке без каких-либо претензий. Я понятия не имею, что и как надо говорить, чтобы это выглядело не слащаво и тупо. «Ленка, да ты себя недооцениваешь, все будет гуд и никакое ты не бревно. Ща я в этом тебя убедю» Убежду. Докажу. Херня собачья. Человек, который жил с такими установками и мыслями девять лет и шестьсот шестьдесят дней в браке, а именно эту цифру назвала Лена тогда в баре, не растает от моих слов. Теперь уже понятно, почему она вообще запомнила цифру своего брака. Считала, поди и зачеркивала в календаре. Мда… со словами сложно. С действиями проще. То, что надо делать и коню понятно, но до этого надо как-то дойти обоюдно. Желательно, так, чтобы я не ассоциировался с некоторыми товарищами. И как это сделать правильно?

– Лен?

– А?

– Ты когда ко мне приходила, точно секса хотела? Или это так, в качестве эксперимента и с большими усилиями над собой? Только честно. Я не обижусь.

– Хотела. Но не секса, наверное.

– А чего хотела?

– Тебя, – улыбается, пожимая плечами. Это хороший признак. Однозначно. И правильно. Как она может хотеть то, что ей не нравится? А вот то, что хотела меня, а не какого-то там Вована-еблана, жуть как тешит мое самолюбие. Приятно, словно собаке пузо почесали.

– А Вовка остался не при делах? Ты вроде как его рассматривала или что-то изменилось? Не нужен уже?

– Если бы ты меня не перебил сегодня, то я бы договорила до конца о том, что мое «все равно» – было не про то, что ты о нем скажешь, а про то, что он меня не интересует, – о как. Что не минута, то новые открытия. Надо признать – приятные.

– Это хорошо. Больше не буду тебя перебивать. Я просто был очень опечален размерами его рапиры.

– Прекрати, – усмехается.

– Лен, – беру ее за руку. – Давай немного поделимся чем-нибудь этаким.

– Этаким – это что?

– Чем-то очень личным. По очереди. Ты говоришь, что тебе может не понравиться, а я говорю в ответ, что не нравится мне. Ты поняла, о чем я?

– Ты что, пытаешь играть в сексолога?

– Я пытаюсь облегчить твою и мою жизнь. Не воспринимай это в штыки.

– Да я и не думала. Только я вряд ли тебе что-то могу рассказать. Ну, правда.

– Ладно. Я начну с себя, чтобы ты поняла. Мне не нравится, когда женщина царапает мне спину, руки и вообще все, до чего может дотянуться.

– То есть тебе не нравятся следы.

– Типа того. Твоя очередь.

– Мне не нравится…, – замолкает, явно подбирая слова. – Носки.

– Что? Не нравятся мои носки?

– Нет. Мне не нравится, когда аккуратно складывают носки, брюки, рубашку перед самим сексом. Не знаю, как объяснить. Я люблю аккуратность и порядок, но это надо делать не так. В смысле это нужно сделать после, а не до, – шумно вздыхает, вырывая свою руку.

– Я понял. Моя очередь. Мне не нравится, когда женщина сверху.

– Почему?

– Старая травма.

– В смысле? Тебе что-то повредила женщина, когда была сверху?

– Что-то, Лена? Член-то ты можешь произнести вслух?

– Могу.

– Ну так произноси полную фразу.

– Тебе повредили член?

– Нет. Мне повредили психику.

– В каком смысле?

– В прямом. Была у меня одна ба… женщина с большой грудью. И вот она скакала, скакала и ее сиськи тряслись из стороны в сторону возле моего лица. Это было похоже на то, как будто она мне угрожала и пыталась ими убить. В общем, зрелище не для слабонервных. У меня теперь травма.

Вот уж чего я не ожидал, так это того, что Лена начнет ухохатываться в голос. Кажется, даже начала похрюкивать, но тут же приложила ладонь ко рту.

– Прости, но это смешно. Ты ведь соврал, чтобы мне было не стремно о чем-то говорить?

– Вообще-то нет, – вполне серьезно произношу я. – Твоя очередь.

– Демьян, – встает с кровати. – Мне нечего сказать. Правда. Просто мне не нравился он. Ты – не он. Ты – другой. Не надо ассоциировать себя с ним.

– Хорошо, – встаю вслед за Леной и становлюсь напротив нее. – Меня ты еще хочешь?

– Хочу.

– Окей. Ща, погодь, все будет.

Никогда еще я так быстро не раздевался. Рубашка полетела на пол, джинсы на кресло, а носки – в разные стороны, один из которых зацепился за карниз, от чего Лена отрыто засмеялась.

– Круто.

– Ща будет еще круче.

Совершено не стесняясь, запрыгиваю на кровать и, закинув руки под голову, зазываю взглядом Лену.

– Вот теперь ты рулишь. Делай со мной, что хочешь.

– Ммм…

– Давай, доминируй, Ленка.

– Не хочу я доминировать.

– Фух, слава Богу, – усмехается, но при этом усаживается на кровать. – Ну а что хочешь? Только честно.

– Ну для начала трогать тебя хочу.

– Так трогай. Везде, где хочешь. Разрешаю даже снять мои трусы и… очень там все трогать. Давай, не стесняйся. Ты ж одета. А я добрый дядя, руки буду распускать, когда у тебя будут мокрые трусы.

– Демьян.

– Я уже сорок лет Демьян. Давай начинай.

– Ну, ладно, – улыбаясь, произносит Лена и словно кошка подползает ко мне.