Серый Волк (не) для Красной девицы

Глава 11 «Старушка» поневоле

Жозефина

Впервые со дня моего появления в этом мире мне было по-настоящему страшно! Как-то очень быстро я поняла, что вижу не странный сон, а всё происходит наяву! Я взаправду оказалась в совершенно другом месте, и более того, в дремучем лесу, в рубленом деревянном доме посреди поляны. Если учесть, что я никогда не бывала в поселениях простых людей и не видела их домов и быта, то и представить не могла себе всё то, что видели мои глаза.

Но я также быстро поняла, что рассчитывать мне придется только на саму себя. Если, конечно, я хочу выжить и вернуться домой! А вернуться я очень хотела! Там меня ждал мой жених! А для этого мне нужно выполнить указание той странной старушки с длинными седыми волосами, как она там сказала?

— Побудь на хозяйстве, покуда я в отпуск слетаю! Да берегись внучки моей, змеи подколодной! Не дай себя погубить! И раскрыть не дай! Сумеешь, верну тебя, откуда взяла!

И вот же справлялась я, как мне казалось. Хорошо справлялась! И «внучка» мне ласковая да заботливая досталась. Поэтому я уж начала подумывать, не померещилось ли мне сказанное старухой, что девица извести меня захочет? Расслабилась я, да так и погибла бы во цвете лет, если бы не волк говорящий! Спас меня Серый от смерти ужасной, не дал пирожков отравленных съесть.

Я вздохнула и, напомнив себе, что я должна задержать нашу кавалькаду, охнув, снова свалилась с мула. Неприятная женщина с колючими глазами приказала всем остановиться. Два мужика, тихо ругаясь себе под нос, спешились и попытались водрузить меня на вьючное животное.

Я же обмякла в их руках и тихо постанывала, прося передышки. Впрочем, стонала я совершенно натурально. Еще бы, после четырех подобных падений на моем теле уже, похоже, живого места не осталось, все синяками покрылось. Да и то хорошо, что «падала» я не с лошади, а с мула, который хоть и ненамного, но ниже коня ростом.

Я старалась вести себя как можно более правдоподобно, не выходя из образа старушки, ведь если с меня свалится парик или большая грудь съедет на бок, то я буду раскрыта. А если это случится, то я никогда не смогу вернуться домой!

Тем временем меня усадили на землю, прислонив к стволу дерева. Я замерла, притворившись, что без чувств, и чуть приоткрыла глаза.

— Привал! — скомандовала «монашка». — Надо же было вам, олухам, взять телегу с треснувшей осью! Уже давно бы были на месте! А то теперь вот телепайся с этой старушенцией, да усаживай ее обратно на мула!

— Можно подумать, она ее усаживает! — пробурчал один из моих похитителей, усевшись на землю неподалеку от меня.

— Куда уселся? А хворост кто собирать будет? — рявкнула командирша в рясе.

Рядом зашуршало, а затем послышались удаляющиеся шаги. Я чуть приоткрыла глаза и осмотрелась, насколько это было возможно. А «упала» то я удачно, на милой зеленой полянке, пестреющей белыми нежными цветами с желтой серединкой. Один мужчина стреножил коней, еще два, видимо, ушли за хворостом, а указывающая, что им делать, женщина, усевшись на расстеленную на земле попону, ковырялась в своей котомке.

Соблазн сбежать был очень велик! Но я прекрасно понимала, что мужики наверняка быстро меня найдут по оставленным следам, да по примятой траве. Вся надежда лишь на моего единственного в этом мире друга — волка! Я была уверена, что он не бросит меня! Вот только в груди начинало зреть беспокойство за моего серого заступника. Я не могла понять, что же его так задержало, если спрятать бумагу в лесу не такой уж и долгий труд?

Внезапно мое сердце на миг замерло, а затем затрепетало раненой птицей. Я вдруг подумала, что Серый специально втерся ко мне в доверие, чтобы выведать, где находится ценная бумага, которую все почему-то ищут. Да и то, если вспомнить, что ко мне его именно Катарина привела, а отсюда следует, что волк сейчас уже далеко. Бежит к своей хозяйке, чтобы отдать ей неведомый мне документ.

Сердце разочарованно заныло и ёкнуло, понимая, что надеяться мне больше не на кого! И что, куда бы меня ни привезли, вскоре моя личность будет раскрыта, ведь у меня с собой нет ничего для наложения мэйк-апа. Смысла тянуть время, и чего-то ждать больше не было, и я открыла глаза.

— Что, очухалась, старая? — женщина уставилась на меня недобрым взглядом. Хотя, если учесть, что я правдоподобно разыграла потерю памяти и не понимала, о каком документе идет речь, она свою задачу не выполнила. А это значит, что кто-то выше нее рангом явно будет очень этим недоволен.

Поэтому, хмыкнув, женщина начала что-то есть, не предложив мне ни кусочка. Вскоре вернулись мужчины с хворостом и принялись разжигать костер, ругаясь на отсыревшую после недавнего дождя древесину. Я спохватилась, вспомнив, что сижу на мокрой земле и что мне, как женщине, это явно не добавит здоровья. Правда, благодаря довольно объемному седалищу, сооруженному мной из перетянутой посередине подушки, холод до меня пока не добрался.

Я медленно поднялась с земли и поковыляла в кусты, бросив через плечо пристально наблюдавшей за мной женщине:

— Я по надобности.

Справив свои дела, я снова задумалась о побеге, но, к счастью, здравомыслие взяло верх над спонтанным желанием. Эх! Это бы мне здравомыслие, да два месяца назад! Авось не попала бы в такую историю, откуда не видно выхода.

Я вернулась назад, обнаружив, что костер так и не разгорелся и что злые мужики, растирая по лицу слезы, выступившие от едкого дыма, костерят на чем свет стоит… дождь? Как бы ни так. Меня!

— Взяли бы исправную телегу, давно бы уже были в монастыре! — зло бросила им женщина и приказала двигаться дальше, а, повернувшись ко мне, прибавила:

— А тебе, мистрис, советую крепче держаться в седле, если хочешь быстрее оказаться в тепле и поесть! Так как по дороге кормежка не предусмотрена, да и присесть можно будет только на мокрую землю, — ее тон был полон нескрываемого злорадства.

Я промолчала. Да и что я ей могла ответить? Изображать падения я уже не собиралась, только себе хуже сделаю, да и смысл отсрочивать неизбежное? Защитника в этом мире у меня больше нет, а был ли он вообще?

С такими вот грустными мыслями я ехала между своими похитителями, и от монотонной езды и размеренного цоканья копыт меня стало клонить в сон. Я закрыла глаза и не заметила, как на самом деле задремала.

Пробуждение было резким и пугающим!

Испуганно заржали кони, и мой смирный мерин нервно загарцевал, чуть ли не вставая на дыбы. Я стиснула коленями его бока и вцепилась в луку седла. Хорошо, что отец в свое время достаточно уделил внимания моему обучению уверенно держаться в седле.

Успокаивающе похлопывая по шее мерина, я огляделась. Мои похитители также с трудом удерживали испуганных коней и напряженно смотрели в одном направлении. Я перевела взгляд туда же. Прямо перед нами, взяв нас в полукольцо, скалились волки, медленно заходя нам за спину. Я успела насчитать пять хищников. Но, судя по раздававшемуся попеременно, то тут, то там вою, их было значительно больше.

— Что будем делать, мистрис? — один из мужчин повернул к «монашке» побелевшее от страха лицо.

— По всему видно, стая большая! Вот только странно, что они вышли на охоту днем! — нахмурилась женщина.

— Они сжимают кольцо! — в голосе второго мужчины уже были слышны панические нотки. — Что будем делать⁉

— Видимо, придется откупиться, — задумчиво протянула она и перевела на меня взгляд.