Серый Волк (не) для Красной девицы

Глава 37 Подслушанный разговор

Серый

Я как стоял, так и сел, едва осознал, что именно за способ помощи мне придумали эти серые сорванцы! Они, оказывается, спугнули кабана, на которого охотилась бывшая стая Серого. И теперь вся эта хищная голодная братва идет по следам моих, в некотором роде, пасынков, чтобы… что? Убить?

Меня аж в жар бросило, едва я об этом подумал! Как ни странно, но за короткое время эти волчьи подростки стали мне близки, пусть и не по крови. Эти смышленые ребята не раз выручали меня и Настену, и вот теперь снова рисковали собой ради нас. И потому я не мог допустить, чтобы с ними случилось что-то плохое! Но вот только чем я смогу компенсировать стае утраченный ужин? Ведь я сам охотиться так и не научился. Все эти мысли мгновенно пронеслись в моей голове, и я в волнении посмотрел на Бурого.

— Пап, не волнуйся! Они нас не съедят! — словно прочитав мои мысли, поспешил успокоить меня волчонок.

Ну ничего себе «успокоил», называется! Волки еще что, друг друга могут съесть с голодухи?

— Пап, у тех, кто преградил дорогу похитителям Настены, с собой есть целая кладовая на колесах с запасами еды! Вот такая же большая, где молодую ведьмочку держат.

— А ты откуда про еду знаешь?

— Так Бэтти уже всё разведала! Вот если бы отнять у людей эту еду…

Мысли в моей голове прыгали, словно блохи, меняясь местами и сбиваясь в кучу, и тут вдруг до моего сознания дошло то, что показалось очень важным!

— Бурый, что ты сказал про людей, что преградили дорогу похитителям Настены? Это поэтому они остановились?

— Да, как я понял, они делят твою самочку!

— Что⁉ — Шерсть на моем загривке снова стала дыбом, едва я понял, что опасность грозит уже нам даже не с двух, а с трех сторон. Но я был готов любому горло порвать, кто осмелится угрожать любимой девушке и волчатам! Больше ждать было нельзя. Само собой все не разрешится, и на помощь никто не придет! Я должен сам разрулить все это, так, как делал много раз на боевых заданиях. Закрыв глаза, несколько раз глубоко вздохнул, стараясь абстрагироваться от всего, что меня окружает. Представил, что я и есть весь этот мир.

В мой нос снова хлынули многочисленные запахи, но они уже не казались мне отвратительными, теперь они лишь несли нужную мне информацию! Тоже было и со звуками. Я медленно открыл глаза и, не поворачивая головы, бросил волчонку: «Жди меня здесь».

А дальше за меня уже действовали одни инстинкты. Я превратился в своего рода симбионта, которого несло одно существо, но управлял им я. Вернее сказать, я анализировал поступающую извне информацию, а мое волчье тело автоматически и максимально эффективно реализовывало мою задумку.

Скользя, словно тень, используя каждый куст и дерево в качестве укрытия, я, наконец, подобрался к единственному белому шатру, занимающему единственную на этом участке леса небольшую поляну. Судя по всему, именно там в данный момент находились преследователи Настены.

Я обогнул шатер, стараясь не попасться на глаза двум верзилам, охраняющим вход в него. Зайдя с тыла, даже подумал о необходимости вырыть подкоп или прогрызть дыру в ткани шатра, но лишь приблизившись к нему, понял, что и так очень даже хорошо слышу тех, кто находится внутри.

Воровато оглядевшись и убедившись, что снующие туда-сюда люди Бухтояра и пока что неизвестной стороны меня не увидят, я приложил ухо к стене шатра.

Разговаривали двое, мужчина и женщина. Судя по повышенному и угрожающему тону, они так и не смогли прийти к какому-то решению, которое могло бы удовлетворить обе стороны. А это вполне могло сыграть мне на руку! В моем случае, на лапу.

— Бухтояр, твой отец и так достаточно богат, а это значит, тебя ждет хорошее наследство! Зачем тебе еще и эти лесные угодья?

— Лесные угодья вы можете забрать себе, матушка Прасковья! Я не такой заядлый охотник, как думала Катарина, — мужчина усмехнулся. — А вот домик я бы хотел оставить себе! Люблю, знаете ли, отдыхать на природе! Проснешься так рано утром, распахнешь ставни…

— Довольно! — взвизгнула женщина, — мне надоело твое притворство!

— И в чем же оно выражается? А? Может, наоборот, вы не та, кем хотите себя показать? Разве ваша вера не предполагает отказ от всего мирского, в том числе от всяческих материальных благ? Ну зачем вам какой-то старый дом, затерянный в лесу? У вас же, матушка Прасковья, есть чудесная, уютная келья с деревянной лавкой для сна! А еще будет лес в помощь для прокорма вашей паствы! Можете ставить силки на зайца, в пруду рыбу ловить, ну, по ягоды там, по грибы ходить, чем не прибавка к скудному монастырскому рациону?

— Я не для того в свое время в монастырь ушла, чтобы состариться в нищете и умереть в безызвестности! Свое я уже отмолила! Теперь мне нужен этот дом! — тихо, на грани слышимости прошипела змеей мать-настоятельница.

— Ага! Чтобы поселиться в этой глуши и умереть в безвестности! Ну что, неплохая альтернатива холодной каменной келье! Знаешь, давай ты забудешь о ведьме, ее наследницах и… спорном доме в лесу, а я тебе куплю большой дом в самом городе! Любой, какой укажешь!

На несколько секунд в шатре стало тихо, и я внутренне сжался, опасаясь, что противники пришли к соглашению, и теперь моя задумка не удастся. Но тут я услышал тихий смех, постепенно становившийся громче и перешедший чуть ли не в истерический.

— Бухтояр! Ну и хитрец! Но еще ты слишком молод, чтобы перехитрить меня, бывшего главаря лесной банды! Я еще с тех самых пор искала спрятавшуюся от меня в лесной глуши ведьму Жозефину! А найдя, не смогла забрать то, что принадлежало мне по праву рождения! Мне помешал ее муженек — лесничий Его Королевского Величества, но мои бравые помощники разобрались с ним, пусть земля им будет пухом! — я часто дышал, пораженный услышанным, и понимая, что почти узнал какую-то семейную тайну, но еще не вполне сумел понять, что там к чему. Поэтому, когда мать-настоятельница замолчала, испугался, что она больше ничего не скажет, но она снова заговорила.

— Я уже почти выпытала у Жозефины, где находится мое наследство. Но только успела узнать, что отнять его не получится! Эта мерзавка все предусмотрела! Я смогла бы его получить только после ее естественной, ненасильственной смерти! Или если бы ее, например, загрызли дикие звери! Но она все время ускользает от меня! А теперь еще и наследницы появились, да ты еще с какого-то боку-припеку!

— Это, конечно, все очень интересно! — я невольно вздрогнул, услышав голос Бухтояра. Заслушавшись рассказа матушки Прасковьи, я и забыл, что она там не одна. — Но я что-то не пойму. Если ты умудрилась избавиться от лесничего и что-то там выпытала у самой ведуньи, то что ты делаешь в женском монастыре, с такими-то способностями?

— Это все король! Очень уж он был опечален смертью своего любимого лесничего, вот и приказал поймать его убийцу! А кто-то из моей банды не выдержал пыток и рассказал про меня, — я услышал тяжелый вздох женщины. — Меня поймали, судили, но Его Величество помиловал бедную женщину! Тем более, что убила эйра Вильгельма Стоцкого не я сама. Но за подстрекательство меня и сослали в монастырь, пожизненно. И все же, как видишь, я дослужилась до высокого ранга и теперь имею определенные свободы и большие возможности, так что не советую со мной ссориться! Так что, ты согласен на лесные угодья?

— Не знаю, мне нужно подумать, — глухо ответил сын городничего.

Поняв, что разговор на этом, скорее всего, окончен, я поспешил скрыться в густых кустах.

Возможно, оттого, что я был слишком увлечен беседой двух моих врагов, я не почуял, как ко мне подкрадываются новые. Ну, допустим, новые для меня, но вполне себе старые для хозяина моего тела.

В нос ударил тяжелый звериный дух, а над самым ухом я услышал грозное рычание:

— Ну что, Серый, вот и свиделись, наконец! Мало ты меня раздражал своим глупым мельтешением на охоте, теперь и твои отпрыски лишают мою стаю законной добычи?