Серый Волк (не) для Красной девицы

Глава 17 Волчий капкан

Серый

Пожалуй, со стороны я сейчас выглядел довольно глупо: ошарашено вытаращенные глаза да отвисшая челюсть. Удивила нас Катарина, что и говорить! Не одна пришла дом бабки обыскивать, а кавалера притащила. И какого!

В дверь, нагнувшись, чтобы не зацепиться за притолоку, вошел здоровенный детина. Не сказать, что богатырского телосложения, но вполне себе впечатляющего. Его светлые волосы длиной примерно до лопаток были перевязаны красной лентой в низкий хвост. А лицом он оказался до жути похож на кукольного мужа Барби, Кена! Помню, долго из всех телевизоров шла реклама этой парочки.

— Это мой жених, Бухтояр! — ни на кого конкретно не смотря и ни к кому конкретно не обращаясь, прочирикала Катарина. Как я уже заметил, с разными людьми она говорила совершенно разными голосами.

— Очень приятно, Бухтояр! А я Настёна! — спокойно поприветствовала вошедшего молодого мужчину временная хозяйка дома.

А я аж дернулся, испугавшись, что она назвалась не тем именем и что нас сейчас рассекретят! Но потом вспомнил, что девушка никак не может назваться именем бабки, поэтому и назвалась своим. Надо же, она оказалась куда сообразительней меня и ведет себя довольно уверенно и с достоинством! Сразу чувствуется королевская кровь и умение держать лицо.

— Ты представляешь, Бухтоярчик, сия девица заявила, что является дочерью моего деда!

Глаза молодого мужчины, до того рассеянно блуждающие по скромной обстановке дома, резко переместились на лицо Настёны, и его взгляд стал жестким и словно сканирующим.

— Дочь лесничего, говоришь? — голос у него был под стать его мощной фигуре, такой же объемный и всюду проникающий.

— Ничего я не говорю, это волк сказал. Пришел и сказал, что разыскал меня по просьбе жены эйра Вильгельма Стоцкого, Жозефины Стоцкой. Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет! Сейчас чая заварю. Больше, правда, ничего я в доме не нашла, лишь травы душистые. Непонятно, чем питается бедная старушка? Катарина, вы же, как внучка, вроде должны были ей продуктами помогать? Или я что-то не так поняла?

Я еле сдержался, чтобы не фыркнуть от смеха. Вот молодец девчонка, как тонко поддела эту красивую ведьмочку! И правда говорят, что если природа чем-то щедро наделила, то в другом может и обойти на раздаче. Катарину, одарив красотой, она явно обнесла добротой и любовью к ближнему!

Белая, словно фарфоровая кожа лица внучки пошла некрасивыми красными пятнами. Видать, не дура, разглядела «камень в свой огород».

— Я хорошо ухаживала за своей бабушкой! Просто ее должны были вчера перевезти в Дом Призрения для сирых и убогих, а по пути на них стая волков напала!

— Я, конечно же, хотела бы знать, кем ты считаешь жену моего отца, сирой или убогой, но это потом! Меня сейчас больше интересует вопрос, почему, как только ты об этом узнала, не бросилась сразу на ее поиски, а сюда прискакала? — Настена встала руки в боки и, вздернув подбородок, с вызовом посмотрела на Катарину.

А день за окном уже разгорался в полную силу, золотя плавающие в столбе солнечного света пылинки и нимб волос цвета молочного шоколада, стоящей напротив окна Настены. Две по-своему красивые девушки смерили друг друга враждебными взглядами. Одна яркая сама по себе и также ярко одетая, другая красива нежной, трогательной красотой в простой деревенской одежде, но держащая себя с достоинством королевы!

Мне как-то сразу стало грустно, ведь я понимал, что эта чудесная девушка рождена править. Ее место не здесь и даже не в шумном мегаполисе двадцать первого века, она там зачахнет, словно нежный цветок в пыльном сарае.

— Нет, вы только поглядите на нее! Явилась непонятно откуда, а уже командует тут! — Катарина нервно сдула локон светло-каштановых волос, выбившийся из-под ее капюшона. — И вообще, даже если ты и дочь лесничего, то его уже нет в живых, а бабушка моя, вот и нечего здесь командовать!

— Может, так, а может, и нет! Зачем-то бабка Жозефина меня велела разыскать!

— А это еще нужно доказать! Чем докажешь? Жозефины-то нет! — победную улыбку Катарины сбил чувствительный тычок под ребра ее кавалера, до сих пор молча наблюдавшего за перепалкой двух потенциальных наследниц.

И взгляд у него был какой-то странный, когда он по очереди разглядывал девушек. Словно решал в уме какую-то очень сложную задачку.

— Мне показалось, или ты уверена, что твоей бабушки уже нет в живых? — прищурив ярко-зеленые глаза, вкрадчиво прошептала Настена. — А может, ты сама к этому руку приложила?

— Так, хватит ерунду нести! Да я хоть сейчас готова отправиться на ее поиски! — гневно топнула ножкой Катарина и направилась к двери, с позором покидая поле боя.

— Мы с Серым тоже пойдем ее искать! Ты только покажи, в какую сторону ее повезли, — Настена положила, откуда взяла, душистые травы и направилась за Катариной.

— Эй! Девицы-красавицы! А как же чай? — растерянно пробасил им вслед жених бабкиной внучки. Не получив ответа, вздохнул и обернулся, снова, словно сканером, оглядывая простое помещение с немудреной обстановкой. Странный он какой-то, нужно будет за ним присматривать.

— Жених! На выход! Или ты хочешь, чтобы девушки одни лес прочесывали? — рявкнул я. Несмотря на то, что документ о праве на владение домом и лесными угодьями был спрятан в другом месте, мне очень не хотелось оставлять этого подозрительного типа одного. Да к тому же в мои планы не входило, чтобы девушки вдвоем поехали на поиски несуществующей старушки. Нам с Настёной нужно было срочно избавиться от этой парочки и решить, как действовать дальше.

Указав нам направление, Катарина с женихом ускакали туда же. Мы же с Настёной, пройдя вслед за ними какое-то расстояние, поспешно вернулись, и девушка принялась гримировать себя под бабку Жозефину.

— Насть, я всё забывал спросить, а откуда ты взяла старухин парик и вот это, ну, что ты на лицо наносишь, для состаривания кожи?

— Так здесь всё это и было, вон в том сундучке!

Девушка кивнула на небольшой, темного дерева сундучок, скромно притулившийся в углу, за подвешенными к потолку связками душистых трав. Вид он имел совершенно неказистый, но что-то меня заставило задержать на нем взгляд. Возможно, интуиция, а возможно, и волчье чутье, подсказывало мне, что эта вещь не так проста, какой кажется на первый взгляд.

— Так почему ты считаешь, что бабку нам нужно вернуть? — вопрос прихорашивающейся у зеркала девушки вывел меня из задумчивости.

Я удивленно обернулся и вздрогнул. Совсем забыл, чем именно она там занимается. Внимательно оглядев ее с ног до головы, внутренне поежился. Голова с обвисшей морщинистой кожей, покрытой коричневыми пигментными пятнами, седая шевелюра, убранная в старушечью прическу в виде «гули», и большие круглые очки с толстыми стеклами смотрелись более чем странно на молодом подтянутом теле. Я бы даже сказал, чужеродно.

— Так почему ты так считаешь? — большие, увеличенные очками знакомые зеленые глаза на старушечьем лице тоже смотрелись не на своем месте.

— Ты о чем? — я нервно потоптался на месте и отвернулся, чувствуя себя очень неловко.

— Зачем нам бабку возвращать, если, как я поняла, нам нужно, лишь документ на право владения лесными угодьями спрятать подальше от Катарины? Честно говоря, я очень устала все это на себе носить, а от грима все лицо ужасно чешется!

Я запрыгнул на скамейку и уселся напротив окна. Еще не хватало, чтобы Катарина со своим бой-френдом незаметно вернулись и подслушали наш разговор!

— Настена, ты там поторопись! Одевайся скорее! А я пока объясню. Так вот, даже если предположить, что наша задача состоит именно в сохранении бабкиных владений, на которые Катарина явно имеет виды, отчего и старается изо всех сил, если не извести бабку, то хотя бы упечь в какую богадельню до конца ее дней. То задача нам была поставлена вполне конкретная! А именно, защитить бабку от девицы!

— Вот теперь похожа! — прорычало из-за печки.

Я резко обернулся, встретившись с удивленным взглядом зеленых глаз. И только мгновением позже пришло узнавание.

— Блин! Бьянка! У меня из-за тебя инфаркт чуть не случился! — Рыкнул я выходившей из-за печки и сладко потягивающейся волчице. Со стороны уютного гнездышка из пуховой перины послышались тихие недовольные повизгивания не обнаруживших на привычном месте пахнущего молоком мамкиного живота волчат.

— Совсем волчата разнежатся в таких условиях, — покачала головой Бьянка, — пора бы нам и в логово возвращаться, да не доверю я своим охламонам малышей в зубах нести, придавят!

— Послушай! Сейчас распрощаемся с этой подозрительной парочкой, и я доставлю домой твоих малышей! — пообещал я, отчего-то чувствуя сильное беспокойство.

— Ты их один понесешь? — скептически хмыкнула супруга Серого.

— Один. Не волнуйся, всё отлично получится! Позже покажу.

— Если бы на твоем месте был мой муж, я бы только рассмеялась ему в морду! Но ты не он. Так что посмотрим, — и с этими словами Бьянка, толкнув лапой дверь, выскользнула наружу.

Позади меня послышался шелест ткани, видимо, в этот момент девушка превращала себя в старушку.

— Так вот, продолжаю разговор! Нам было четко сказано защитить старушку от Красной девицы, то есть от внучки этой старушки. Если она сейчас как бы умрет, то потом вернувшейся ведьме будет сложно ее вернуть. Ну, в смысле, как-то объяснить, где старая одинокая женщина до сих пор пропадала и как выжила в лесу, полном волков. Стоп! Я что-то, кажется, не понимаю. Зачем вообще нужен этот маскарад? Разве ты сейчас не заменяешь ее саму? — я снова обернулся и с удивлением оглядел стоявшую за моей спиной старушку — божий одуванчик.

— Ты же сейчас на меня смотришь, разве не понимаешь? Вспомни свою встречу с ведьмой и подумай хорошенько! — хмыкнула «бабушка» и, взяв с лавки ведро с водой, налила ее в самовар.

— Я, кажется, понял! Та ведьма выглядела намного моложе старушки на фото! Но почему так? Может, она убила хозяйку этого дома, а сама загримировалась и заняла ее место?

Настена запалила щепочки в самоваре и обернулась ко мне.

— Не думаю. К чему такие сложности ведьме, которая может путешествовать по мирам? Зачем ей занимать место бабки в простеньком рубленом доме в чаще леса, маскироваться под нее, да еще нас сюда скинуть на время своего отсутствия…

— Для поддержания легенды, — закончил я за нее.

— Тогда для чего ей нужна эта легенда? Я думаю… Нет, я почти уверена, что на фото изображена сама ведьма, только почему-то сильно состарившаяся. Я видела ее глаза на фото и помню их там, на дворцовой кухне, — это один и тот же человек!

— Может, это ее родственница? — предположил я, чувствуя сильную надобность проведать свое туалетное дерево.

— Слушай, Серый, у меня все из головы не выходит! Это тебя я сегодня утром видела в облике человека, или мне все это приснилось?

— Да, меня, — внутренне поежился я. — Как эти уедут, я тебе сразу все объясню! Сейчас не время, извини!

Дверь с грохотом открылась, впуская ароматы леса и запыхавшуюся Бьянку.

— Эти, как их, Катарина с большим человеком крадутся к дому с другой стороны! Они без лошадей, вы бы их не услышали! — прохрипела она и метеором скользнула за печку, успокоить своих волчат, чтобы их голодный писк не выдал выводок возможному врагу.

— Так! Я ухожу! Скажешь, что мы тебя нашли, а теперь ушли в деревню за провизией. — Я метнулся к двери, но она тут, же заскрипела, открываясь. Я же распластался на полу у стены слева от входа, практически слившись цветом с потемневшими от времени и влаги досками.