Серый Волк (не) для Красной девицы

Глава 14 Тайна ценного документа

— Маменька! Ну, где вас носит, когда у меня такие новости! — карие глаза, опушенные густыми ресницами, смотрели укоризненно на вошедшую в дом полноватую женщину. Та подняла на дочь уставший взгляд.

— Новости — это то, что уже свершилось! А раз свершилось, то уже и спешить нечего! Лучше бы помогла матери, сил уже нет на этих барьев стирать.

Девушка бросила взгляд на красные, в цыпках, руки матери и сморщила свой очаровательный носик.

— Фи! Маман! Прикройте рукавами это безобразие! А то вдруг жених мой увидит, позора не оберешься! — потеряв к матери всякий интерес, девушка окинула беглым взглядом просторную гостиную и явно осталась недовольна.

— Не то! Всё не то! Мебель грубая, краска на полу потертая, стены тоже не шарман! Стыд-то, какой!

— Какой еще стыд? А то твой жених не знает, что женится на мещанке! — женщина со стуком поставила таз с мокрым бельем на пол и с тяжелым вздохом опустилась в видавшее виды кресло с засаленными подлокотниками. — Ну, что у тебя за новости, давай, выкладывай! А то мне еще белье развешивать.

Девушка, нервно потирая руки, прошлась туда-сюда по комнате и, повернувшись к матери, загадочно блестя глазами, быстро прошептала:

— У меня, наконец, получилось! Правда, не так, как я хотела, но все, же вышло, по-моему!

— Что, старуха подписала тебе дом с лесными угодьями? — женщина, забыв об усталости, аж привстала с кресла.

— Да нет! Нет же! — досадливо поморщилась красавица, теребя перекинутую через одно плечо светло-русую косу. — Она так и не призналась матушке Прасковье, где хранит свои бумаги! И они уже везли ее в монастырь, чтобы посадить в келье на хлеб и воду для освежения памяти, как на них напали волки!

— Что? Волки среди бела дня? — мать девушки удивленно выкатила на нее глаза. — Ну, надо же, как мы вовремя в город переехали! Так что же дальше произошло? Матушка Прасковья, надеюсь, сумела отбиться от серых лиходеев?

— Ну как бы да, — девушка стрельнула в сторону смущенным взглядом, но при этом ее щеки зарделись от удовольствия. — Ее подручный столкнул старуху наземь! А потом мои посыльные быстро умчались, оставив волкам бабку в качестве откупного.

Женщина громко ахнула, прижав красные от постоянной стирки руки ко рту.

— Грех-то, какой! Я, конечно, не ладила со свекровью, слишком остра на язык та была, прими Господь ее душу! — изобразила она рукой замысловатый знак перед своим лбом. — Но такой смерти я ей уж точно не желала! — Когда это случилось?

— Вчера днем. А сообщила мне об этом мать-настоятельница только сегодня утром.

Женщина сокрушенно покачала головой, а потом, переведя на дочь взволнованный взгляд, прошептала: «А что теперь делать-то будешь? А?»

— Как это что? Поеду скорее в ее дом! Обыскивать буду! Нужно срочно найти документы на мое теперь наследство, а то сын городничего не возьмет меня замуж без приданого.

— Катарина, а ты уверена, что ему именно ты нужна, а не источник под домом колдуньи?

— Маман! Ну, ты хоть меня не смеши! Неужели веришь во всю эту чушь с магическим источником, что питал колдовские способности моей бабки? Будь это так, она давно бы уж узнала о моей задумке и уж наверняка что-то предприняла! Она только в травах разбиралась, пока в своем уме была! А вот месяца два примерно она про них словно забыла. Говорю, совсем умом слаба стала. А Бухтояру нужны только лесные угодья!

— Ну как знаешь, дочка, тебе жить, тебе и решать! — мать красавицы тяжело поднялась из кресла и, придерживая руками поясницу, похромала к тазу с постиранными вещами. — Тебя к ужину-то ждать? — обернулась она уже в дверях.

— Не знаю, маман, не знаю. Возможно, заночевать там придется. В доме не найду, в сараях искать стану, под яблоней копать… Без этого наследства не видать мне удачного замужества. — Девушка, хлопнув дверью, вышла на улицу.

Мать задумчиво посмотрела ей вслед, покачала головой и вышла в другую дверь, что вела в сад.