Статус: студент. Часть 3

Глава 13

Я заметил, что рядом с барной стойкой сдвинуты три стола. Отметил, что они сервированы тарелками (завёрнутые в бумажные салфетки ножи и вилки там не разглядел). Зато увидел два украшенных шоколадом торта: они красовались на больших блюдах с золотистой каймой. Снова посмотрел на преградивших мне путь людей. Насчитал в их руках три больших букета цветов, словно Виктория Владимировна и её свита приготовились к встрече важных гостей. Сообразил, что меня о грядущем мероприятии не предупредили – кого именно тут встречали, я не имел ни малейшего понятия.

Я захлопнул дверь, поздоровался со всеми и спросил:

– Что тут у вас происходит?

Виктория Владимировна снова улыбнулась. Костик провёл пальцем по усам. Хитро блеснули глаза Высоцкой.

Я услышал, как директриса сказала:

– Три, два, один.

Музыка заглушила шипение дружных вдохов.

Смотревшие на меня (с улыбками на лицах) люди громко произнесли:

– С днём рождения!!!

Мне почудилось, что у меня за спиной вздрогнули оконные стёкла.

Под потолком пугливо мигнула лампа, на улице залаял пёс.

Виктория Владимировна шагнула мне навстречу и сказала:

– Максим, мы поздравляем тебя с днём рождения! Желаем тебе крепкого здоровья, неиссякаемой энергии и успехов во всех твоих начинаниях. Желаем, чтобы все твои мечты сбывались, а каждый новый день был особенным и запоминающимся…

Директриса торжественным тоном озвучивала пожелания. Она поздравляла меня с днём рождения – это я сперва посчитал шуткой. Едва не перебил Викторию Владимировну сообщением о том, что произошло недоразумение: мой день рождения был весной, в мае. Но прикусил язык. Потому что вспомнил: я «настоящий» ещё не родился. Я с удивлением отметил, что не запомнил, какая дата рождения была указана в моём нынешнем паспорте. Открыл интерфейс, прочёл появившуюся на фоне улыбчивых лиц золотистую надпись. «Носитель: Максим Александрович Клыков, 21 год, 2 уровень…»

– … Желаем, чтобы твоя жизнь была наполнена любовью, успехом и гармонией. Желаем, чтобы ты всегда оставался таким же сильным, мужественным и надёжным, каким мы тебя знаем сейчас. Чтобы с каждым годом ты становился не только старше, но и мудрее.

Виктория Владимировна протянула мне букет из девяти белых роз и добавила:

– Поздравляю! От лица всего нашего дружного коллектива.

Я принял из рук директрисы цветы, поблагодарил за поздравления.

Сообразил, что букет цветов мне подарили впервые.

Виктория Владимировна шагнула в сторону – вперёд тут же выдвинулась Таня Высоцкая. Она тоже вручила мне букет – пять длинных алых роз, с ещё влажными колючими стеблями. Заявила, что это «подарок от кухни». Таня тряхнула головой и задорно оттараторила поздравление: громко и чётко, словно выступала на детском утреннике. Я запоздало заметил у неё на губах помаду – уже после того, когда Высоцкая радостно влепила мне на щёки по отпечатку. Таня улыбнулась и уступила место официантке. Я удивлённо вскинул брови. Потому что Любовь тоже протянула мне букет цветов. Она тоже подарила мне розы.

– Максим, это тебе персонально от нас с Вадимом, – сообщила Люба. – С днём рождения!

Бармен пожал мне руку.

Крепко сжали мою ладонь Володя и Костик.

Тётя Галя смущённо улыбнулась, пожелала мне здоровья и любви.

– Друзья, на застолье у нас осталось сорок минут! – сообщила директриса. – Не будем терять время. Уверена, что Максима вы поздравите ещё и вечером. Когда лишитесь моего строгого присмотра.

Я озадаченно взглянул на цветы.

– Дай-ка сюда букеты, – потребовала возникшая рядом со мной Татьяна.

Она взяла у меня цветы и сказала:

– Классный плащ, Джеймс Бонд. Тебе идёт. Сбрось его и топай за стол.

Все три букета уже красовались в вазах (у стены, на краю барной стойки), когда я уселся на выделенное мне место во главе стола. Из колонок доносилось пение Наташи Королёвой («…Кто мне расскажет, кто подскажет, где она, где она…»). Бармен поставил передо мной чашку с эспрессо. Женщинам он подал украшенный сердечками из молочной пены капучино. Костик, Володя и Вадим предпочли чай. «Шеф» объявил, что оба торта он изготовил на пару с Таней Высоцкой. «Цени, студент», – шепнула мне на ухо Татьяна. Шеф не доверил право разрезать торты ни мне, ни директрисе – выполнил это ответственное дело собственноручно.

Высоцкая поухаживала за мной: положила мне на тарелку по одному куску каждого торта.

– Максик, тебе понравились цветы? – спросила она.

Я кивнул и ответил:

– Очень красивые.

Подумал: «Только куда я эти букеты дену?»

Остатки торта повара отнесли на кухню.

Бармен и официантка привели в порядок столы.

За полчаса до полудня я открыл дверь – впустил в кафе первых гостей: тридцатилетнюю женщину с двумя детьми. Вынес на улицу рекламный штендер.

Когда вернулся в зал, то услышал: женщина потребовала от официантки большую пиццу и три чашки «кофе с сердечками».

Во второй половине дня бармен заглянул ко мне в зал со стороны кухни. Вручил мне чашку с кофе. Выглядел он измученным и помятым, словно отработал уже две смены без перерывов на отдых.

– Всё, – выдохнул Вадим. – «Адские часы» закончились. Наконец-то.

«Есть за горами, за лесами маленькая страна…» – уже в третий раз за сегодняшний день зазвучала из колонки у меня над головой песня в исполнении Наташи Королёвой.

Я в несколько глотков выпил кофе. Только после этого убрал разделявшие залы перегородку. Подумал о том, что на сегодня «маленькая страна» прошла относительно спокойно.

Днём детишки дважды врывались ко мне в бильярдную. Но я был начеку – ни один из малолетних посетителей не пометил бильярдный стол своими отпечатками пальцев.

Первая же явившаяся сегодня на игру в бильярд женщина (блондинка – частая гостья в кафе «Виктория») при виде меня воскликнула:

– Максим, поздравляю тебя с днём рождения!

Она… вручила мне букет из кустовых хризантем. Прижалась грудью к моему бейджу. Поцеловала меня в щёку.

Я поблагодарил блондинку, взглянул на букет и озадаченно кашлянул.

Сказал:

– Ван момент.

Заглянул на кухню, где трудились Таня и Костик. Показал поварам цветы.

– Посудины под букет не найдётся? – спросил я.

Высоцкая махнула рукой.

– Там, в комнате с мангалом стоит ведро с водой, – ответила она. – Поставь пока в него.

Я ещё доигрывал партию с блондинкой, когда меня снова поздравили. Теперь это сделали часто игравшие под моим присмотром в «восьмёрку» продавцы с рынка, который находился через дорогу от кинотеатра. Они тоже подарили мне цветы: гвоздики. На этот раз я отреагировал на подарок уже спокойно. Отнёс букет к мангалу, сунул в ведро с хризантемами. Так и не вспомнил, чтобы Вадим или Борис мне рассказывали о сложившейся в кафе традиции дарить в дни рождения цветы. Решил, что уточню этот момент у бармена вечером, после смены. Вспомнил об этом обещании, когда в малый зал заглянула сорокалетняя дама и подарила мне жёлтую розу.

С блондинкой я отыграл три партии – в двух победил, а в одной поддался. Блондинку у бильярдного стола сменила молодая супружеская пара. Они тоже меня поздравили и… подарили букет хризантем. Потом мне подарили по цветку две старшеклассницы (не раз уже в прошлом намекавшие, что хотели бы познакомиться со мной поближе). Явился с поздравлениями и хозяин ларька «куры гриль». Левон Каренович Погосян вручил мне о пахучие лилии и пообещал, что пару раз «разнесёт» меня в «американку» сегодня вечером. Лилии в ведро не поместились – я поставил их в новое (которое мне выделили из своих резервов повара).

До вечера посетители кафе «Виктория» поздравили меня ещё с десяток раз. Каждый раз они дарили мне цветы – пару раз к цветам добавились коробки конфет. Поочерёдно заглянули ко мне в бильярдную и продавцы из стоявших на площади ларьков (даже те, кого я увидел сегодня едва ли не впервые). Они не все меня поздравили букетами. Но и букетов они добавили в мою копилку шесть или семь штук (я сбился со счёта). Явился ко мне с цветами и владелец цветочного киоска, с которым я уже дважды рубился в «восьмёрку». Он тоже явился с цветами. Поздравил меня, пожелал здоровья. Заявил, что мой день рождения сделал его киоску хорошую выручку.

Вечером Погосян вручил мне вдогонку к цветам пакет с запечённой на гриле курицей. Я по привычке дёрнулся с этим подарком в комнату с мангалом, где у стены стояли в ряд вёдра с цветами (четыре ведра я заполнил полностью – в одном ещё оставалось местечко для букета-другого). Но всё же спохватился и отнёс курицу на кухню. Костик при виде меня вскинул руки и с усмешкой заявил, что пустых вёдер не осталось. Я шумно выдохнул и покачал головой. Заявил, что «с букетами пока всё». Сунул пакет с курицей в руки растянувшей на лице улыбку Татьяне, велел «разобраться».

Вернулся в бильярдную и увидел там рядом с Левоном Кареновичем участкового.

Участковый при виде меня взмахнул рукой и произнёс:

– С днём рождения, дорогой! Здоровья тебе побольше и денег полные карманы!

Он пожал мне руку и… подарил букет из пяти гвоздик.

Букет участкового на сегодня оказался последним – пятое ведро в комнате с мангалом так полностью и не заполнилось цветами. Муж директрисы подарил мне бутылку коньяка. Его рыжеволосый телохранитель ограничился поздравительным рукопожатием. В полночь я занёс в бильярдную уличный штендер, запер за директрисой дверь. Перегородил вход в бильярдную и подошёл к барной стойке. Кивнул Вадиму – тот поставил передо мной чайную чашку с двойным эспрессо.

Я поблагодарил бармена и огляделся. В большом зале продолжалось веселье: пустовали пока только два стола. Гости активно пили и закусывали. В воздухе клубился табачный дым. Сновала по залу с подносом улыбчивая официантка. Позвякивали над столами рюмки и бокалы, звучал смех, сливались в единый гул голоса. В паре шагов от меня пышнотелая сорокалетняя шатенка двумя руками душила микрофон, смотрела на экран телевизора и плела песни из репертуара Аллы Пугачёвой.

Вадим словно прочёл в моих глазах вопрос – он наклонился в мою сторону и сообщил:

– Это ещё надолго. Раньше чем через три часа не нагуляются.

Я кивнул, посмотрел на вазы с цветами, стоявшие на барной стойке у стены. Невольно прикинул, что эти полученные мной в самом начале дня букеты вместе заполнили бы пятое ведро. Вздохнул и озадаченно подумал о том, как поступлю с подаренными мне сегодня цветами. Подобные проблемы я раньше не решал. В таком количестве мне во времена учёбы в Питере дарили на дни рождения разве что бутылки со спиртным – мои приятели считали коньяк, виски и текилу универсальными подарками.

Раньше никому не приходила в голову идея завалить меня цветами.

Я представил, что приволоку всю эту груду букетов в общежитие – хмыкнул.

Выждал, пока бармен наполнил две пол-литровые кружки пенистым пивом, спросил:

– Вадим, здесь всех на день рождения заваливают цветами? Это у вас тут такая фишка?

Бармен приподнял брови.

– В каком смысле? – спросил он.

Я показал рукой на букеты и уточнил:

– Меня сегодня задарили цветами. В кафе всегда так поздравляют? Это такая традиция?

Вадим пожал плечами.

– Кому что нравится, тому то и дарят, – ответил он. – Как и везде. Мне на днюху летом японский плеер подарили.

– А цветы?

Бармен покачал головой.

– Нет, – сказал он. – Мне цветы не нужны. Это Женьку в прошлый раз цветами засыпали. Подарили почти столько же букетов, как и тебе сегодня. Мы ей эти букеты в такси загружали. Они там едва поместились.

– Посетители тебе не дарили цветы? – уточнил я.

– Зачем мне цветы? – удивился Вадим.

– Мне же сегодня весь день несли.

Бармен пожал плечами.

– Так это тебе, – сказал он.

Я уточнил:

– Что ты имеешь в виду?

– Ты же обожаешь получать цветы, – ответил Вадим. – Вот тебе их и дарили. А я к этому добру равнодушен.

Бармен указал на вазы с букетами и добавил:

– Любил бы ты коньяк, как Костик – собрал бы сегодня коллекцию из бутылок.

Я вскинул руку и произнёс:

– Погоди. Вадим, с чего ты решил, что я люблю цветы?

– Так ты же сам об этом сказал.

– Я? Когда?

– Забыл? – удивился Вадим. – Танька узнавала, что тебе подарить. Мы её об этом попросили.

– Танька – это…

– Танюха, наша повариха.

Я повернул голову и посмотрел на букеты.

Произнёс:

– Ага.

– Макс, а что не так? – спросил бармен. – Тебе не понравились розы?

Я покачал головой и ответил:

– Шикарные розы.

Я чуть ослабил узел галстука и поинтересовался:

– А посетителям о моей любви к цветам тоже Таня рассказала?

Бармен улыбнулся.

– Нет, – сказал он. – Это уже мы с Любой постарались. Гости сегодня спрашивали, по какому случаю цветы…

Вадим снова указал на букеты.

– … Мы отвечали, что у тебя днюха. Говорили, что это подарили тебе. Ну и… что ты обожаешь цветы.

– Моя любовь к цветам никого не удивила? – спросил я.

Бармен пожал плечами, улыбнулся.

– Так… немного, – сказал он. – Левон Каренович удивился. И наш участковый… немного. Но ты не обращай на это внимания, Макс: они же старпёры с устаревшими стереотипами мышления.

Вадим махнул рукой.

– Женщинам твоя любовь к цветам понравилось, – сообщил он. – Я от тёток сегодня наслушался о том, какой ты романтичный. Даже завидно стало: они сразу же неслись к ларьку за букетами.

Бармен ухмыльнулся и произнёс:

– Честно тебе скажу, Макс: мне девчонки ещё ни разу цветы не дарили.

– Да, уж… – сказал я.

Мой новый день рождения мы отметили впятером – тётя Галя с нами не осталась и на этот раз. Повара принесли салаты, мясо и торты. Я сгонял в круглосуточный магазин за спиртным (сейчас оно продавалось в любое время дня и ночи). Караоке сегодня поднадоело нам ещё вечером – бармен решительно спрятал микрофон. Ночью в кафе зазвучал записанный на кассете сборник попсовых новинок.

Меня снова поздравили – на этот раз поздравления прозвучали в виде тостов. Через час посиделок Вадим пожал мне руку и отправился в директорский кабинет спать (завтра была его смена). Усатый Костик снова заявил, что отработает «без проблем» даже «не спавши». Таня и Люба завтра отдыхали. Они сказали, что за день не устали. В подтверждение своих слов устроили танцы на столах.

Я тоже потанцевал. Только не на столе – заметно «повеселевшие» повариха и официантка меня туда не затащили, хотя и попытались. Места для танцев в большом зале между рядами столов было предостаточно: для четверых танцоров его хватило с лихвой. Костик всё больше приглашал на медляки Любочку. Я тоже пару раз станцевал с официанткой. Но чаще сегодня танцевал с Высоцкой.

В начале седьмого я скомандовал «отбой». Костик отправился за раскладушкой – я в компании Любы и Татьяны побрёл к метро. Букеты и прочие подарки я с собой не прихватил. Хотя Высоцкая мне с усмешкой заявила: Виктория Владимировна рассердится, если я оставлю свою «оранжерею» на кухне. Я заверил девчонок, что цветы обязательно заберу – днём, когда «просплюсь». Заявил, что «развезу по адресам» и Любу, и Татьяну. Высоцкая тут же заявила, что провожать её не нужно. Заверила, что доберётся домой сама. А вот Люба на моё предложение согласилась. Она сказала, что прогуляется до Таниного дома вместе со мной и только после этого поедет к себе. Высоцкая назвала нас занудами и сумасшедшими.

Мужчины в метро посматривали на меня завистливо: на мне в вагоне едва ли не висли две явно нетрезвые девицы. Женщины при виде нашей компании поджимали губы и стреляли в нас осуждающими взглядами. Я улыбался и тем и другим. Посматривал на своё отражение в окне вагона и прикидывал, что походил этим утром на сутенёра. Люба и Таня сегодня явно переоценили свои силы: та и другая в вагоне клевали носами, роняли головы мне на плечо (так и норовили испачкать косметикой мой почти новый плащ). На заплетающихся ногах они с моей помощью перешли на Кольцевую линию. Лишь около станции метро «Октябрьская» девчонки чуть взбодрились, когда вдохнули на улице свежий осенний воздух.

Татьяна зевнула и заявила:

– Натанцевалась я сегодня. Устала. Сил нет.

– Лучше бы я в кафе осталась, – сказала Люба. – Вздремнула бы часиков до десяти.

– Дома поспите, – заявил я. – Когда я доставлю вас по адресам.

У своего дома на Ленинском проспекте Высоцкая снова взбрыкнула: заявила, что дальше пойдёт сама.

– Ты дура, что ли? – спросила Люба. – Уснёшь по пути. Ищи тебя потом.

Она зевнула и сказала:

– Нет уж. Мы с Максиком тебя до самой квартиры доведём. Даже не спорь с нами.

Татьяна обозвала нас занудами. А затем обвинила нас в насилии «над личностью». Но руку мою не выпустила. Хотя ступала теперь уверенно. Небо было безоблачным. Солнце уже взобралось на него, но пока не согрело остывший за ночь воздух. Таня и Люба кутались в куртки. Я в очередной раз порадовался, что купил плащ. Двор пока выглядел безлюдным. Воскресенье. Ветер раскачивал ветви деревьев и склонял к земле стебли пожелтевшей травы, которая росла на газонах под окнами. Настороженно чирикали прятавшиеся в листве птицы. Я провёл девчонок по уже знакомому мне маршруту: до подъезда, где жила Высоцкая. На этот раз не повёлся на Танины возмущения – распахнул дверь и завёл своих спутниц в попахивавший мочой подъезд.

На лестничной площадке второго этажа Высоцкая скомандовала остановку.

– Всё, дотопали, – объявила она.

Посмотрела на Любу.

– Любань, я вот о чём подумала, – произнесла Высоцкая. – Может, у меня останешься? Звякнем к тебе домой, предупредим. Ты девушка свободная – муж тебя за такое из дому не выгонит. Проспишься часов восемь…

– А Максим? – спросила Люда.

– Что, Максим? – не поняла Татьяна.

– Максим тоже у тебя останется?

Высоцкая подняла на меня глаза и усмехнулась.

– Нет уж, – ответила она. – Максим в свою общагу поедет.

Татьяна пожала плечами и сообщила:

– Мама сегодня дома. Она у меня женщина строгая. Появление у нас в квартире Джеймса Бонда ей точно не понравится.

Люба вздохнула.

– Жаль, – сказала она. – Но я останусь. Ножки мои уже не идут. Натанцевались.

Таня кивнула и согласилась:

– Да, уж. Мы обе сегодня наплясались. Надёюсь, что мама этого не заметит. Ведь наверняка же сейчас проснётся. Но ты не переживай, подруга: при тебе мама скандалить не станет. Выскажет мне своё решительное «фи» позже, с глазу на глаз.

Люба и Таня поочерёдно поцеловали меня в щёку. Поблагодарили, что проводил. Снова поздравили уже с прошедшим днём рождения. Я попрощался с ними. На лестнице задержался – будто бы поправил плащ.

Заметил, как Таня Высоцкая сунула ключ в дверную скважину. Взглядом отыскал на двери табличку с номером квартиры. Услышал, как скрипнули дверные петли – лишь после этого спустился на первый этаж.

О своём дне рождения я сообщил Василию и Коляну в воскресенье днём. Попросил их умолчать об этой новости: не захотел, чтобы сегодня в нашей комнате вновь случилась «всеобщажная» вечеринка. Попросил у своих соседей по комнате помощь с вывозом подарков из кафе.

Уже на выходе из общаги я прикинул, что двоих человек для моих целей окажется недостаточно – прихватил с собой попавшегося нам по пути Персика.

О сути понадобившейся мне помощи я рассказал парням уже в метро. Упомянул о том, как вчера надо мной подшутила «одна особа». Описал, как принимал вчера поздравления.

– Серьёзно? – переспросил Мичурин. – Тебе подарили цветы?

– Там ещё коробки с конфетами, бутылка коньяка и… так, по мелочи, – ответил я.

– Коньяк – это хорошо, – сказал Колян.

– Под шоколадные конфеты он хорошо пойдёт, – согласился Василий.

При виде пяти вёдер с цветами Вася Мичурин присвистнул.

– Макс, куда мы всё это денем? – спросил он.

Я улыбнулся и заверил:

– Есть у меня на этот счёт одна прекрасная идея.