Туман – Опасная зверушка (3)

Глава 25

— Итак, господа, еще одна ночь позади, и происшествий по нашей части не зафиксировано, — моложавый лицом, но полностью седой полковник поджал тонкие губы, — С чем я вас, господа, и поздравляю. А теперь я желаю услышать подробные отчеты из уездов, подвергнувшихся формированию Зеленого Тумана.

— Так точно, господин полковник, — женщина в форме капитана поднялась на ноги и, взяв в руки листы бумаги, подслеповато вчиталась в них, — Начну с Архангельского уезд, а где ныне ночью Зеленый Туман был особенно сильным и вызывал нашу особенную тревогу. Но в целом все обошлось и зафиксированы лишь обычные изменения…

— Господин полковник! Код «Д»!

— Ну, код «Д»… И зачем так орать? — основательно уставший за время ночного дежурства полковник поморщился от действий подчиненного, а затем враз сбросил с себя всякий намек на расслабленность, — Как код «Д»? Ты хоть понимаешь, что это значит? Надеюсь, это розыгрыш?

— Никак нет, господин полковник! Приказ пришел из Штаба. Ошибка тоже исключена. Я все проверил.

— И где? — жалобно спросил резко побледневший командир.

— Архангельск, господин полковник.

— Великий государь! Срочная информация!

— Такая срочная, что стоит кричать в моем кабинете, Ярополк?

— Виноват, великий государь!

— Что там у тебя? — поморщившись, поинтересовался Царь.

— Мои люди закончили обследование места обнаружения туманных алмазов.

— Так-так, — заинтересовался правитель Руси, еще не забывший, как из-за Туманного Зверя лишился весьма ценной добычи.

— Мне стыдно сообщать о подобном, великий государь, но на месте взрыва обнаружены следы древнего вампира. Он их скрывал, собственно, сам взрыв и был частью мероприятий по введению следователей в заблуждение, но я отправил на место лучших ищеек, и они голову дают на отсечение, что в домике некоторое время пребывал древний вампир.

— А стыдно тебе потому что этот древний вампир Ефим? — Царь пристально посмотрел на родича, что чувствовал себя не в своей тарелке, но храбрился.

— Да, великий государь. Сомнений нет. Это Ефим, и он в Архангельске.

— Ты же утверждал, что он на Кавказе.

— Еще вчера вечером я был уверен, что это так, великий государь.

— Уверен? — зло проговорил Царь, — У тебя в Тайном приказе есть целый стол, единственной обязанностью сотрудников которого является следить за Ефимом. Я даже помню бюджет этого стола. Миллион рублей в год. А знаешь, почему я помню, сколько тратит один из столов твоего приказа? Потому что эти деньги идут им из моего кармана! Миллион рублей. И у них есть только одна служба. Только одна работа. Они должны каждую минуту своей жизни знать, где сейчас находится Ефим! И ты приходишь ко мне и говоришь, что еще вчера вечером ты был уверен, что Ефим сидит на Кавказе, в то время как неделю назад он точно был в Архангельске.

— Все так, великий государь, — князь опустил глаза, не выдержав взгляд деда, а после быстро произнес, — И есть подозрение, что Ефим находится в Архангельске уже несколько лет.

Царю понадобилось долгих две минуты, чтобы успокоиться. За это время его кабинет претерпел некоторые изменения. В частности все стеклянные предметы декора просто разлетелись в клочья, стоило могущественному магу выпустить наружу лишь часть своей силы.

— Подробности! — уняв эмоции, потребовал мужчина.

— После получения отчета следователей из Архангельска я провел небольшое расследование. Выяснилось, что стол, в обязанности которого входит следить за Ефимом, уже несколько лет подает ложные доклады. Служащие стола уже давно воспринимают свое место как синекуру и вместо работы демонстрируют лишь ее видимость. И делают это очень качественно. До вчерашнего дня у меня не было причин сомневаться в их компетентности.

— А бюджет? На что они тратили миллион рублей в год?

— Бюджет стола разворовывался, великий государь.

— Весь? — получив подтверждающий кивок, Царь сверкнул глазами, — Отчаянные храбрецы у тебя служат, Ярополк. У меня воровать не каждый рискнет.

— Служили, государь. Сегодня ночью по моему приказу все служащие семнадцатого стола и все связанные с ними люди были арестованы и казнены.

— Следы заметаешь?

— Наказываю виноватых, государь. С себя ответственности я также не снимаю и готов принять любую расплату.

— Наказал всех?

— Сегодня ночью у меня стало на одного заместителя меньше, великий государь. Наказаны все, кроме меня.

— Я подумаю над твоей виной, Ярополк, — Царь глазами указал внуку на стул, и тот поспешил сесть, — А теперь вернемся к Ефиму. Деятельность семнадцатого стола должна быть восстановлена в кратчайшие сроки. Это не обсуждается.

— Уже делается, государь. Люди подобраны и входят в курс дел.

— Деньги нужны?

— Нет, государь, — князь позволил себе намек на усмешку, — Часть наворованного добровольно возвращена виновными в казну Тайного приказа.

— И много вернули?

— Пока пятьдесят миллионов, государь. Тати искренне раскаялись когда узнали, чьи деньги они крали, и поспешили компенсировать свои проступки.

— Доведешь сумму до сотни миллионов рублей, и я подумаю, чтобы тебя простить, Ярополк. Зачем Ефиму туманные алмазы — выяснить удалось? И почему он их не использовал, а хранил?

— Работаем, государь. В Архангельск отправлены лучшие люди.

— Лучшие люди дают результат, — проворчал Царь и хотел высказать еще несколько замечаний, но в дверь кабинета раздался стук, и на пороге возник верный секретарь, — Что там?

— В Архангельске объявлен режим по коду «Д», государь.

— Просто «Д»? Биологическая опасность высшей категории?

— Так точно, государь.

— И что за напасть?

— Гнилосвет, государь. Им заражены все окрестности города на много верст вокруг.

— А вот и Ефим сделал свой шаг, — пробормотал Царь и посмотрел на главу Тайного приказа, — Говоришь, казнил всех?

— Да, государь.

— Это ты поспешил, внук. Легко отделались.

Как быстро стало известно, код «Д» это действительно задница, причем максимально большая и круглая.

Сам приведенный в действие главой Туманной Стражи код означал биологическую опасность высшей степени, то есть вполне соответствовал ситуации, но вот задействованные в связи с ним протоколы действий являлись той самой часть организма любого человека, которая обычно поминается сугубо в негативном ключе.

Начать стоит с того, что Архангельск с окрестностями был объявлен карантинной зоной и полностью заблокирован подошедшими из центральных уездов военными частями, что понастроили три линии контрольно-пропускных пунктов, мимо которых ни проехать, ни пролететь было решительно невозможно. Огонь открывали без предупреждения.

То же самое происходило и в лесах, которые были наводнены егерями, отстреливающими всех желающих покинуть зону «Д». При этом сами военные, осуществляющие карантин, также считались находящимися под ним и соответственно никуда двинуться не могли, а тех, кто пытался, уничтожали уже армейские части внешнего контура охранения. Иными словами, на границах зоны карантина было «весело».

Не лучше обстояли дела и на самих территориях, попавших под карантин. Военные патрули, блок-посты, проверки, запрет на свободное перемещение и очень много работы. Последняя была принудительное и не оплачиваемой. Военные просто хватали людей на улицах и обрисовывали фронт работ. И хорошо хоть инструменты давали.

Все это время специальные команды рыскали по округе и искали гнилосвет, а найдя начинали долгую процедуру уничтожения сорняка. Для последнего вот военные и привлекали бесплатную рабочую силу в лице обычных горожан и гостей города, которым не повезло застрять в Архангельске.

Естественно, все это вызвало недовольство населения, которое очень быстро переросло в выступления против властей. Но подавили эти выступления быстро и самым жесточайшим образом — так, как не подавляли даже во время недавнего мятежа.

У нас в Северодвинске ситуация была чуть лучше соседей. Крепость Охотников подразумевает наличие большого количества вооруженных людей, умеющих этим самым оружием пользоваться, а потому переброшенные к нам армейские части вели себя куда более корректно, чем в Архангельске. Но лишь корректно. Работать все также приходилось бесплатно и много.

Впрочем, делать все равно было нечего, так что принудительный труд во благо страны иногда даже был в радость. Сидеть в четырех стенах надоедало даже вампирам. Хорошо хоть Туман вносил свою лепту в разнообразие жизни на карантине. Без Тумана все было бы совсем тухло.

Но для меня такое вот ничегонеделание было даже к благу. Возможность просто посидеть и подумать над тем, куда я двигаюсь, да и просто поковыряться в себе, оказалась очень кстати. Ибо именно на фоне этого бытового спокойствия вокруг я заметил, что внутри я ни разу неспокоен. Да что там «не спокоен»! Отдельные посещавшие меня мысли и желания скорее подходили какому-нибудь маньяку.

Идеи пойти и кого-нибудь разорвать всплывали в моей голове с пугающей частотой. А когда я был, вроде бы, спокоен и адекватен, из меня так и перло высокомерие. И в такие моменты я бывал более неадекватен, чем в минуты, когда хотел кого-нибудь растерзать. Что там говорить, если в один момент я поймал себя на мысли, что я построил отличный дом. Это я про нашу базу, к строительству которой я вообще никакого отношения не имел и разве что деньги на него давал. Но в своих фантазиях все это построил именно я, причем своими руками!

Надо ли говорить, что, обнаружив у себя подобное, я буквально пересрался?

Прежде всего я подумал о том, что обращаюсь в Тварь. Плевать, что шестисот лет не прошло, у меня же все и до этого шло быстрее — так почему бы мне и не стать Тварью меньше чем через год? Тем более что с моим происхождением много всего непонятного. Вампир я неправильный, под остальные шаблоны тумаников тоже не подхожу, зато Тварь я почти эталонная. И хорошо что «почти», оно-то меня от монстров и отличает.

Поняв, что в одиночку я это все не вытащу, позвал к себе на разговор Павла. Молчаливый Гуль выслушал меня, мои проблемы, и просто вывел на листке бумаге одно слово — Наплюй.

Помог называется!

Хотя, помог. Я действительно немного успокоился. Раз уж человек, что был на той стороне и являлся Тварью по факту, говорит тебе «наплюй», значит у него есть на это основания. И, видимо, мои проблемы лежат совсем не в плоскости становления местным монстром.

Но, с другой стороны, проблема никуда не делась, и я, как и прежде, в одни моменты времени был высокомерен, как киношный вампир перед крестьянами, а в другой момент времени мне хотелось пойти куда-нибудь и разорвать парочку живых существ. И хорошо, что все это шло как бы на фоне, а на переднем плане это все еще был старый добрый я.

Но проблема была и с ней надо было что-то делать. Вот только идей у меня не было.

— Совет Семей выбрал Архонта.

— Что-то в этот раз быстро, государь. В прошлый раз, помнится, выборы затянулись на полгода.

— В прошлый раз я не уничтожал Совет, — хмыкнул Царь, — Угощайся, Сереженька, специально для тебя приказал принести ихора.

— Благодарю за щедрость, государь, — Сергей Геннадьевич осторожно взял стоящую на столе бутылку и плеснул серебристой жидкости себе в кубок.

— Гость должен быть сыт. Не спросишь, кто стал новым Архонтом?

— Не думаю, что это кто-то лояльный Весам. А на прочих мне плевать. Я не играю в эти политические игры, государь.

— Мне можешь не врать. Играешь. И получаешь от этого удовольствие. И мне его доставляешь. Твой последний трюк был очень хорош. Порадовал.

— Благодарю, государь.

— Новым Архонтом Совета Семей избран мастер Аркадий Панкратович Ложка.

— Четыреста лет, Тверской уезд, был заместителем Главы Семьи. Боец.

— Хорошая у тебя память, Сереженька. Но ты забыл добавить, что лично у тебя с Аркадием Панкратовичем давние разногласия. Почти вражда.

— Тот участок земли достался Весам абсолютно честно и законно.

— Не сомневаюсь. Я ведь его тебе подарил. А Ложки тогда потеряли… напомни!

— Два миллиона рублей, государь.

— Хорошая у тебя память… Помирись.

— Это невозможно, государь. Вампиры мелочные и…

— Помирись! Найди способ.

— Да, великий государь.

— Теперь перейдем к тому, ради чего я тебя позвал.

— Исследования крови будут ускорены в самое ближайшее время.

— Не торопитесь. Спешить в таких делах не стоит. Денег хватает?

— Более чем, государь.

— Это хорошо. Византийские изыскания изучил?

— Все, что мы получили от Мухиных, государь.

— У них было все, что знаю я. А теперь я хочу, чтобы ты понял почему это важно.

— Внимательно слушаю, государь.

— Когда в мире появился Туман, первыми, кого он изменил, были люди. Сначала появились маги.

— Да, государь.

— Так вот, это ложь. Красивая сказка. Первыми были вампиры. Очень сильно первыми, Сереженька. Несколько месяцев были только они. И лишь потом Туман стал порождать других. Об этом быстро забыли. Времена были такие, что об этом никто не думал.

— Выживание важнее всего, государь.

— Да. Но пару сотен лет назад византийцы вспомнили, что изначально Туман породил одних лишь вампиров. Вспомнили и стали активно изучать кровь. Результаты тех исследований потом повторяли многие ученые мужи, и в результате в твоей лаборатории появилась забавная зверушка. Искусственный вампир, созданный без Тумана. Информация об этом событии всколыхнула такие силы, что ты даже не представляешь. Знаешь сколько иностранных агентов, искавших твоего птенца, поймал Тайный приказ?

— Много?

— Больше двух тысяч, Сереженька. И это только те, кого поймали. Твой птенец интересен всем. Всем, кроме меня.

— Но…

— Дослушай!

— Виноват, государь.

— Я не могу заинтересоваться твоей зверушкой. Официально не могу. Ведь тогда мне придется делиться ей с моими восточными друзьями. А я этого не хочу. Ты понимаешь меня?

— Да, государь. Но разве ханьские исследователи крови не зашли в своих изысканиях дальше ромеев.

— Что происходит в Китае — остается в Китае. Они свои секреты хранить умеют. Но, насколько известно мне, все занимавшиеся этим исследователи были убиты, а результаты их трудов уничтожены.

— Это официально или…

— Или. Это результат тщательного тайного расследования. Великие китайские архимаги очень внимательно следят за успехами подчиненных друг друга, а их наемные убийцы лучшие в мире.

— Я все понял, государь. Безопасность птенца и исследований будет повышена.

— В Северодвинске будет хорошо всем. Документы на земли получишь у секретаря. Что касается исследований… Византийцы добились успеха и показали путь, но пройти по нему не смогли. Но сам путь остался, и по нему надо пройти. Ты должен быть первым. Неудачу я не прощу. Делай что хочешь, но приоритет в твоей жизни отныне есть только один.

— Ты опять потерпел неудачу.

— Предусмотреть в своих планах карантин целого уезда не могу даже я.

— Я плачу тебе не за оправдания, а за результат. Которого нет.

— Могу вернуть аванс, и забудем о нашем знакомстве навсегда.

— Не суетись. Мне нужен этот вампир. На меня уже косо смотрят в Ордене.

— Это твои проблемы. Сроки исполнения заказа мы не оговаривали.

— Помню, но и ты помни, что еще одна неудача — и заказчика у тебя больше не будет. Поторопись, иначе может случится так, что платить тебе будет некому.

— За меня не волнуйся. Как только вампир окажется в моих руках, под моей дверью будет стоять очередь из желающих его получить.

— Пока это лишь слова.

— Как только завершится карантин, слова превратятся в дело. Так что, готовь деньги и хватит скулить. Радуйся, что я вообще работаю с тобой и твоим Орденом.

— И вы позволите этому ничтожеству так с вами говорить, господин?

— Таких специалистов слишком мало. И он прав. Как только вампир окажется у него, к нему выстроится очередь. И деньги будут предлагать совсем другие, чем мы договорились.

— Мне подготовиться, господин?

— Да. Жаль терять такого специалиста, но это дело у нас последнее.

— О чем говорили с государем, господин?

— О разном. Мне сделали столько намеков, что голова болит.

— Для меня задание есть?

— Да. Подними всю историю вампиров, какую сможешь достать. Всю. Официальную, неофициальную, выдуманную, альтернативную. Всю. Пусть библиотекарь ее изучит.

— Что искать, господин?

— Совпадения. Мне нужны совпадения, которых нет.

— Я не понимаю…

— Вот и я не понимаю. А так быть не должно.