Туман – Опасная зверушка (3)

Глава 3

— У военных уже три спонтанно пробудившихся мага за ночь

— Повезло кому-то из черни. Докладывать полковнику будем?

— В городе спокойно. Пусть медитирует. Доложим утром.

— А если у него приказ от рода вербовать потенциальных бойцов? Три новых мага, да еще из бывших военных. Такое может заинтересовать Огневых.

— Тогда полковнику нужно было не медитировать, а находиться на своем посту.

— Не боишься?

— Огневы — не самый сильный род России.

— Это был мой завод. Зачем ты его продал?

— Я не знал, что это ваш завод! Помилуйте!

— Идиот, — выстрел из дробовика снес испуганному мужчине голову.

— Что будем делать, командир? По бумагам все чисто и вернуть завод не выйдет. Официально оборудование принадлежало этому трусу. Нас даже слушать никто не будет.

— Когда нас волновали бумаги и официальные дела? Навести этого молокососа и объясни ему, на чью собственность он покусился. Дай неделю на то, чтобы все вернуть. И виру пусть не забудет заплатить.

— А если заартачится?

— Действуй как обычно. Все как обычно. Ничего не поменялось. Это по прежнему наш город.

— Я понял, командир.

Стоило мужчине уйти, как его место рядом с «командиром» занял другой.

— Глава мертв. Все его дела теперь наши. Как делить будем?

Четыре выстрела слились в один и разорванное в клочья тело упало рядом с первым трупом.

— Никак. Все мое. Все в этом городе мое.

— Фу! Что это за Тварь? — вампирша, как всегда, свои эмоции не скрывала и, увидев меня, тут же выплеснула их наружу.

Хотя, в целом, с того боя на въезде в город Анна ходила какая-то тихая и иногда бросала на меня странные взгляды. Я пока их стоически игнорировал. Сама поговорит, если захочет. Быть женским психологом никогда не умел. А уж угадывать о чем думают женщины это вообще выше моих скромных возможностей.

— Это муравьед. И это не Тварь, а Туманный Зверь. И вообще, аптечку тащи, а не фукай мне тут.

Но аптечку уже нес Фомич. Старый Охотник сразу все понял еще когда встретил меня на входе и глупых вопросов не задавал. Раз командир принес в дом раненное животное, значит надо ему помочь. А все объяснения можно получить и потом.

Правда мгновенно выяснилось, что аптечка нам не поможет. Здесь не царапина. Тут большая открытая рана из которой органы почти вываливаются. Нам хирург нужен, а не первая помощь при синяках и ссадинах. И что делать? Спасать-то животину как-то надо.

— Буди Василису, — распорядился я, заранее готовясь к тоннам негатива со стороны невыспавшейся ведьмы.

— Она будет недовольна, — мерзкий характер Василисы изучили уже все.

— Буди.

Все это время я сидел на полу рядом с муравьедом и, положив его голову себе на колени, гладил его по вытянутой морде. Ничего другого мне в голову не приходило. Будем надеться, зельеварша поможет. Иначе останется только смотреть, как Зверь медленно угасает, и ждать утра, молясь, что поблизости найдется маг, готовый исцелить животное.

— Что тут у вас происходит? Кровопийца сказала, что ты опять кого-то нашел? — заспанная Василиса, как всегда, была раздражена, — Фу! Что это такое? Ты где это взял?

— Это муравьед и он ранен, — терпеливо объяснил я, — Ему надо помочь.

Ведьма осторожно подошла к бессознательному животному и со знанием дела осмотрела и его самого, и рану на его боку.

— Рана смертельная. Выжить невозможно.

— Но он жив.

— Именно. И отсюда у меня возникает вопрос: ты понимаешь, что это Туманный Зверь минимум Четвертого ранга?

— Минимум Пятый ранг, — выдал свое экспертное мнение Фомич, — Четвертый такую рану не переживет.

— Какая разница какой у него ранг? — раздраженно спросил я, — Он ранен и ему надо помочь.

— Ты дурак, Электрик? Это недоразумение, которое ты назвал муравьедом, как только очнется, поубивает нас всех. Анна, может, в туман превратится и убежит — а нам всем конец. Пятый ранг. Мы с ним ничего не сделаем. Ты понимаешь насколько это опасное создание?

— Ему надо помочь, — тихо произнес я, — Вот что я понимаю.

— Как я ему помогу? Я не лечу животных.

— Не знаю, залей рану каким-нибудь зельем. Регенерация, укрепление организма, витамины, наконец. Ты здесь зельевар.

— Дурак ты, Электрик, — проворчала Василиса, но за зельями пошла.

— Может, надо зашить? — я тем временем еще раз посмотрел на страшную рану на боку животного.

— Не. Раз сразу не помер, то выживет, — махнул рукой Фомич, — Странно только, что рана сама не затягивается. Пятый ранг, етить-колотить. Естественная регенерация должна быть сильной.

— Может, ты ошибся и ранг все-таки Четвертый, потому и не затягивается?

— Тут как-бы не Шестой, — заявил прервавший медитацию и подошедший к нам Иван, — Рана нанесена силой Тумана. Твоего Зверя, командир, Старшая Тварь подрала. И это произошло не этой ночью, а пару дней назад. Если не больше.

— Пару дней — и он все это время кровью истекает? — я действительно был удивлен.

— Она. Это самка.

— Опять бабу в дом притащил! Электрик, ты когда уже успокоишься? — появившаяся Василиса не смогла удержаться от своего дежурного подтрунивания надо мной.

А дальше началась магия. Сначала на рану было вылито синенькое зелье, после чего вся рана внезапно покрылась зеленой пеной и начала страшно пузыриться и шипеть.

— Нейтрализую яд, — прокомментировала свои действия ведьма, — Надо промыть и…

В этот момент муравьед изволил открыть глаза, а шерсть животного под моей рукой перестала быть мягкой и превратилась в подобие стали.

— Мама, — совершенно искренне произнесла Василиса, — Нас сейчас всех убьют.

— Тихо девочка, тихо. Ты в безопасности, — я стал усиленно гладить муравьеда шепча ему на ухо всякие глупости типа того, что мы не враги и хотим помочь и что все будет хорошо.

Что нас признали и позволили и дальше колдовать над раной я понял по тому признаку, что шерсть под моей рукой вновь стала мягкой и пушистой.

— Промывай!

Ведро с водой притащил Иван, после чего рана была промыта и на нее было вылито еще одно нейтрализующее зелье. На этот раз пена была черной, а пузыри достигали диаметра в десяток сантиметров.

— Черная пена это очень плохо, — мрачно произнесла Василиса, — Зараза уже в крови.

— Что с этим можно сделать?

— Надо сварить еще одно зелье. Я приготовила стандартный набор помощи. Что ты притащишь в дом зараженного Скверной Зверя я не предполагала.

— Вари, — скомандовал я и тут же обратился к муравьеду, — Потерпи еще немного девочка, полежи пока. Сейчас Василисочка сварит тебе зелье и ты поправишься.

— Не все так просто, Электрик, у меня нет всех необходимых ингредиентов.

— Что нужно? — мгновенно среагировал я.

— Лепестки туманной розы. Их в чай добавляют, в крепости должны быть. Или ждем утра, мне из Архангельска привезут.

— Пусть Павел за ними съездит.

До крепости недалеко, но не стоит забывать, что у нас тут, как бы, Туман, а потому произойти может всякое и в одиночку могут передвигаться лишь самые сильные из нас. А это Гуль.

— Павел уже в крепости, — произнес Фомич, — Нам позвонили и попросили срочно подменить одного выбывшего бойца.

Иметь дело с властями это, конечно, выгодно и полезно, но есть и минусы. Большие начальники почему-то начинают считать, что могут использовать тебя вместо своих подчиненных. Вот и мою помощь военным во время бунта восприняли как готовность и дальше помогать местным властям. И ведь даже возразить нельзя, мигом могут озлобиться и в назидание записать в бунтовщики. Сейчас, пока еще живы воспоминания о события в Архангельске, даже разбираться никто не будет, правда это или нет — голову снимут и скажут, что так оно всегда было.

Я посмотрел на Анну, затем перевел взгляд на Василису. Не вариант. Придется ехать самому.

— Полежи пока здесь, девочка, — я заглянул в глаза муравьеда, — Мы тебя обязательно вылечим.

Осторожно переложив голову Зверя с моих колен на принесенную Фомичем подушку, я быстро переместился в гараж. Крепость рядом и своим ходом будет быстрее, только вот никто не пустит меня внутрь, если я буду на своих двоих. Твари — они разными бывают. Поэтому только броневик, иначе будут вопросы.

— Замечено передвижение верных Семье Роз людей на север, в сторону Архангельска.

— Карась нерестится в июне.

— О чем это ты?

— Я думал мы обмениваемся бесполезными фактами.

— Шутить изволишь?

— Точно не плакать.

— Я ведь серьезно.

— Был бы ты был серьезен, то я услышал бы о том, для чего Розы перебрасывают своих людей на север. Ты ведь захватил хотя бы одного из них и допросил?

— Естественно.

— Вот с этого и надо было начинать. Итак?

— Интересующий господина объект обнаружен в Архангельске.

— Тот самый?

— Да.

— Нам надо любой ценой опередить кровопийц!

— Как будем спасать нашего Ивана?

— Не знаю. Людей для его защиты у меня нет. Можем только предупредить.

— Государь велел оставить все как есть.

— Тогда мы бессильны, господин.

— Думай, голова, шапку подарю. И кстати, что за деньги Царь нашему Ивану оставил? Про какие два миллиона речь?

— Во время бунта, как водится, грабили все до чего могли дотянуться. Местные банки стороной не обошли. Все хранилища подчистую вынесли.

— А Иван здесь каким боком?

— Видимо, взял у того кто взял в банке.

— Два миллиона рублей наличными?

— Это еще мало, господин. Архангельск город богатый. Поверьте, это не самый большой куш, который был сорван во время этого бунта.

— И кому досталось остальное?

— Скорее всего, военным.

— А подавлять бунты выгодно. Я бы тоже не отказался от двух миллионов рублей наличными. Соберешь для меня информацию?

— Это может быть опасно, господин. Там отметился один из Огневых.

— Вот именно. Компромат на Огневых нам не помешает. Так, глядишь, и спасем Ивана их руками. Чем Туман не шутит, пока солнце светит.

Ворота мне открыли без вопросов и задержек. Крепость и существует для того, чтобы Охотники могли ночью в нее въезжать и выезжать.

— Бойцы! А подскажи, где тут можно купить лепестки туманной розы? — я остановился прямо за воротами и задал свой вопрос караулу.

— Чайку захотелось?

— И покрепче, — я подавил в себе вспыхнувшее раздражение, — Так где лепестки купить можно?

— У нас такого точно нет. Это ведь для богатых.

— Извини, парень, у нас в крепости такое не продается, но если очень надо — спроси у Сергея Пантелеймоновича. Он чай любит, у него может быть.

Поблагодарив служивых, побежал на поклон к местному Главе Охотников. Надеюсь он на меня не сильно обижен. Все-таки я ныне у Охотников за отверженного. И это понятно. Ведь во время бунта я выступил на стороне власти против других Охотников. Пусть бунт поддержало менее половины представителей нашей профессии, но вот тех, кто выступил против него, демонстративно не любили.

— Глава никого не принимает! — секретарша попытались преградить мне дорогу, но обращать на нее внимание я не стал и просто отодвинул в сторону.

— Доброй ночи, Сергей Пантелеймонович.

— Афанасий? — Глава поднял на меня голову, — Ночь еще не кончилась, какая-же она добрая?

— У вас лепестки туманной розы есть? — мне было не до соблюдения этикета, а потому от пустой болтовни я сразу перешел к делу.

— Сергей Пантелеймонович, я пыталась его…

— Иди на место, — мужик небрежно махнул рукой взбудораженной секретарше и посмотрел на меня, — Прямо с ходу к делу? Что у вас там случилось?

— Очень надо.

— Понятно, что очень надо, — Марков поднялся на ноги и из-за размеров мужчины в кабинете враз стало меньше места, — Зелья, для которых лепестки нужны, просто так не варят.

— Так у вас есть?

— Здесь не держу. Дома есть. Пошли, — и мы двинулись в сторону дома Главы, — Скажешь, что у вас случилось?

— Я Туманного Зверя нашел, — скрывать свою находку я не собирался, и так уже утром об этом все знать будут.

— И кого он порвал?

— Никого. Сам Зверь ранен. Его какая-то Старшая Тварь зацепила сильно. Рана не заживает.

— Туманного Зверя от Скверны лечите? Ну вы даете! Удивляешь ты меня, Афанасий, все больше и больше.

— Это не специально.

— Понятно, что не специально. Какой хоть ранг у Зверя?

— Непонятно. Фомич говорит Четвертый, а маг называет Шестой.

— Шестой? — удивился бугай, — Ну это перебор. Фомичу веры больше. А что за Зверь? Белка?

— Почему белка? — удивился я.

— Так у нас тут белка живет. У нее как раз Четвертый ранг. Уже лет сотню как в этих местах обитает.

— Нет, не белка, муравьед.

— Муравьед? Это что за зверь такой? Никогда не слышал.

— Южный, — я осознал, что немного поторопился с тем, что дал моей находке четкое наименование.

Здесь люди не успели узнать мир вокруг так же хорошо, как в моем родном мире. Туман помешал этому процессу. Я даже не могу знать, выжили ли вообще муравьеды или они уже давно стали еще одной жертвой Тумана. А если и выжили, что маловероятно, то их здесь могут называть совсем иначе.

— Южный? И что он у нас делает?

— Сам удивился, но животное не спросишь.

— Ну это как спрашивать. Белка вон все понимает. Дурная, зараза, как сотня новобранцев, но все понимает.

— Мне в любом случае прежде чем спрашивать, надо Зверя спасти, — легко намекнул я на то, что неплохо бы поторопиться.

— Спасешь! — отмахнулся Марков, — Туманные Звери дюже живучие.

— Фомич то же самое говорит.

— Вот-вот, слушай старика, он плохого не скажет. Кстати, не подскажешь, чем ты Фомича привлек? У нас многие его к себе звали, а он к тебе пошел.

— Так у Фомича спрашивайте, Сергей Пантелеймонович.

— И спрошу. Я теперь со всех спрошу, — мужчина рассмеялся, — Я, чтобы ты знал, в Северодвинске сегодня последнюю ночь.

— Вас сняли с должности? Жаль, — я был совершенно искренним, так как Марков нравился мне и как человек, и как руководитель, — И куда вы дальше?

— В Архангельск. Я теперь Глава Организации Охотников нашего уезда.

— Поздравляю! Лучшая новость за последнее время.

— Смотри Афанасий, скоро на нормального человека станешь похож, уже льстить начинаешь.

— Это не лесть.

— Себе не ври, — тем временем мы пришли, и Глава завел меня на кухню, — Сколько лепестков надо?

И тут я понял, что не знаю, а сколько этих лепестков мне надо. Мое замешательство от Сергея Пантелеймоновича не скрылось.

— Позвони, узнай. Телефон у меня в кабинете.

Через пятнадцать минут я уже был в «Жемчужине» и передавал свою добычу Василисе. Марков не поскупился и выдал мне в три раза больше, чем запросила ведьма. И даже от денег отказался, сказав, что свою новую должность получил во многом благодаря мне. Все-таки я официально числюсь за Северодвинском, и когда я помог властям, все как-то стали считать, что Охотники Северодвинска выступили против бунта в Архангельске. Ну и когда зашла речь о кандидатуре нового руководителя для Организации Архангельска, кандидатура Маркова — руководителя, воспитавшего тех, кто остался верен власти — была на рассмотрении единственной.

Муравьед продолжал лежал там, где и лежал. Рана на его боку и не думала затягиваться. Я подошел к Зверю и нежно погладил его.

— Потерпи еще немного. Скоро станет легче.

— Электрик, — Анна осторожно потрогала меня за плечо.

— Что?

— Иван определение провел. Пятый ранг.

— И что?

— Будь осторожен. Одно движение лапой и тебя не станет.

— Не волнуйся, — я продолжал наглаживать муравьеда, который явно был этим очень доволен, — Лапушка у нас девочка хорошая. Лапушка никого не тронет.

Сюсюкаться с муравьедом я продолжил еще добрых полчаса, и лишь после этого вернулась Василиса с так необходимым для животного зельем. Ведьма смело подошла к Зверю, потрепала ее по холке и предупредила:

— Надо будет потерпеть. Скорее всего, будет немного жечь.

Муравьед на это тяжко вздохнул и закрыл глаза.

Вылив зелье на рану, Василиса быстро отошла в сторону — и было от чего. Белая пена повалила во все стороны, а Зверь мелко задрожал.

— Терпи, милая, терпи, лапушка. Это для твоей пользы.

А после того как зелье перестало пачкать все вокруг противно выглядящей пеной и рана была промыла, Василиса даже не успела применить свое следующее варево, как края раны затянулись и она стала заживать прямо у нас на глазах.

— Пятый ранг, — с уважением произнес Иван, а Фомич согласно кивнул.

Муравьед тем временем поднялась на лапы и отряхнулась, после чего стала внимательно разглядывать нас. Я же без слов поднялся на ноги и подошел к входной двери, распахнув ее настеж.

Увидев это, Зверь фыркнула, отвернула морду и затрусила куда-то внутрь здания.

— Кажется она никуда уходить не хочет, — заявила Василиса провожая муравьедиху взглядом, — Что сказать? Любят тебя бабы, Электрик, ой, любят.