Ты в моем сердце

16

Роман

Меня разрывало на части от противоречивых желаний. С одной стороны мне хотелось стереть ее в порошок. А с другой — крепко прижать к себе, чтобы успокоить, облегчить страдания. Но эта нежность длилась ровно до тех пор, пока осознание причины ее грусти не рассеивало морок тёплых чувств.

В день, когда Алина вышла с больничного, я обрадовался, что наконец увижу ее. Зашел в кабинет с улыбкой, но тут же наткнулся на грустный взгляд, полный боли и обиды. Сердце сжалось в точку.

Я, как последний дурак, надеялся, что причина ее грусти не он. Но когда Крис заговорила о Павле, а лицо Алины искозила гримасса боли, все мои сомнения и надежды рассыпались, как песочный замок, по которому безжалостно потоптались. Кровь закипела в венах.

К Павлу вернулась загульная жена и он сразу переключил своё внимание на нее? Не нравится быть на вторых ролях? Место любовницы не устраивает? Что ж, принимай правила игры, которую сама же и затеяла.

Понимал, что глупо ревновать и злиться, ведь с Алиной мы никогда и не были в отношениях. А вот между ними явно что-то было. Не виновата Алина в том, что не испытывает ко мне ничего.

Так рассуждал разум. А сердцу было плевать. Оно не подчинялось ему. Существовало отдельно и сейчас страдало и разрывалось на части. Это не симпатия, не влечение, даже не любовь. Это какое-то безумие, наваждение.

Со временем Алина видимо смирилась или просто взяла себя в руки, потому что выглядела практически, как обычно. Болтала с Катей и иногда посматривала на меня. А я… как последний дебил открыто флиртовал с Крис. Чего хотел этим добиться, не понятно.

В один из дней Алина подошла ко мне и, неожиданно для всех присутствующих в кабинете, попросила выйти поговорить. Мы пошли к лестнице. Все в основном пользовались лифтами, поэтому там было малолюдно. А сейчас вообще никого.

— Что происходит, Ром? — спросила она, сверля меня пронзительным взглядом.

— А что происходит? — усмехнулся я, из последних сил пытаясь держаться расслабленно.

— Ты не общаешься со мной, волком смотришь, будто я твой враг… — и посмотрела мне в глаза так проникновенно, что у меня защимило в груди.

— А кто ты мне? — спросил, а у самого сердце пустилось голопом.

— Я думала мы друзья, — замялась она под моим давлением.

— Дружить — это тебе к Кате. А между мужчиной и женщиной дружбы не бывает, — я сверлил ее горящим взглядом. — Кто-то всегда будет хотеть большего.

Ну вот и сказал. Думаю, Алина не дура, поймет всё. Развернулся и ушел, оставив шокированную девушку стоять на месте. Тело трясло от волнения, но я был рад, что сказал ей об этом. Стало немного легче.

Обычно в деловых поездках мы с Андреем Петровичем никогда не переходили на личные разговоры, а тут он сам затронул больную для меня тему.

— Представляешь, Полина объявилась, — начал он всматриваясь в окно такси, когда мы ехали из аэропорта. — Она мне всегда нравилась, не верю в их с Игнатом интрижку. Но разве Пашке можно что-то доказать. Он же упертый и твердолобый, — по-отечески возмущался Андрей Петрович.

— А он что? — я сглотнул вязкую слюну, нервничая в ожидании ответа.

— А что он? Виду не подает, но я-то знаю, чувствую, что любит он ее. Злится, но любит, — теплее заговорил он о сыне. — Я бы хотел, чтобы они помирились.

— Я тоже, — выпалил я и осекся, когда шеф бросил на меня изумленный взгляд.

— Счастливое начальство — доброе начальство, — нервно отшутился я.

— Согласен, — кажется поверил он в мою непредвзятость. — Слушай, а может поменять вас местами с этой новенькой, — он пощелкал пальцами ровно также, как делает его сын, когда не может вспомнить второстепенную по важности информацию.

— Алиной, — мой голос предательски сел.

— Точно! Пусть она поездит со мной, Паша вроде доволен ею, как специалистом, не должна подвести меня, — рассуждал он под разгоняющиеся стуки моего сердца. — А ты с Павлом будешь. Ну и там поговори с ним, только аккуратно, — поучительно добавил шеф, — Ненавязчиво. Чтобы помягче с Полиной был, прислушался к ней. Может и простит он ее, — взгляд мужчины снова утонул в пушистых облаках за окном. — Хотя я почти уверен, что ничего и не было.

Я был шокирован идеей Андрея Петровича. Крыша потекла на старости лет, что ли? Но на самом деле, идея даже для меня была заманчивой. Таким образом, можно было лишить их совместных командировок и заодно попытаться понять насколько у них с Алиной всё серьезно.

— Что скажешь? — вырвал меня из раздумий Андрей Петрович.

— Вы же знаете, к чему приведут мои попытки поговорить с ним о Полине Игоревне.

— Ты прав, — задумался он, — Ну может он сам заведет разговор о ней, — в чём я тоже сильно сомневался. — Ну и незачем Павлу смотреть на красивых девушек и ездить с ними в командировки, когда появилась возможность помириться с женой, — выдал Андрей Петрович, наконец, истинный повод для этой рокировки. — Согласен?

— Да, давайте попробуем, — расплылся я в широкой улыбке.

— Вот и прекрасно, — улыбнулся он мне в ответ. — По приезду поговорю с Павлом.

Идея хоть и давала мне возможность как-то повлиять на ситуацию с Алиной, но я даже не догадывался, как мне будет тяжело. Стоя в его кабинете я невольно представлял себе, как они занимаются сексом на его столе, диване. Эти картинки сводили меня с ума, мешали работать и нормально общаться с Павлом. Грела лишь одна мысль, что теперь они точно реже видятся.

— Скоро корпоратив, помнишь? — как бы невзначай напомнил он мне, когда я принес ему необходимые документы.

Конечно, я помнил. В кабинете девушки только это и обсуждали в последние дни. Особенно этот день ждала Крис. Кажется уже и платье купила. Самая важная персона, блин, на юбилее компании.

— Помню.

— У меня есть просьба к тебе, — я напрягся, но кивнул. — Мне нужно будет уехать после начала мероприятия. Прикроешь перед отцом?

— Прикрою. А причина… — нагло спросил я, зная, что перехожу границы.

— Личная, — стиснув зубы ответил он и нахмурил брови.

Я выдержал его тяжелый взгляд, хотя внутри всё так и пылало от накопившихся вопросов. Теперь осталось дождаться корпоратива, чтобы понять, личная причина это Алина или же…