Ты в моем сердце

41

Алина

Новый год мы встретили, как всегда, по-семейному. Тепло, уютно и душевно. Первые дни января пролетели в череде сменяющих друг друга гостей. Приезжали братья с семьями, родственники, друзья. Это помогло мне отвлечься от болезненных воспоминаний о недавней встрече с Ромой. Лишь ночами, когда рядом со мной была только тишина и еле слышное сопение сына в кроватке, я могла себе позволить коснуться мыслями этих обжигающих воспоминаний. Терпела эту огненную боль, пока горькие слезы не остужали обожженную душу. И только после этого я забывалась беспокойным сном, где снова видела его.

В один из дней неожиданно позвонил Свиридов и сказал, что у него остались какие-то мои вещи, хотел, чтобы я их забрала. Мы не виделись и не общались около недели, а казалось, будто прошла целая вечность, и мы за это время стали абсолютно чужими друг другу людьми. В его голосе не было ни привычного мне тепла, ни мягкости. Но чего я ждала после разрыва по моей инициативе.

Поднявшись на нужный этаж, я ощутила неясное мне волнение и тревогу. Сердце лихорадочно забилось в груди и не давало нажать на кнопку звонка. Что это за странное предчувствие. Свиридов хоть и был при крайней встрече в ярости, но он никогда не обижал меня. Я отогнала прочь дурные мысли и позвонила в дверь. Вова открыл не сразу. Будто испытывая мои и без того натянутые нервы.

— Ну здравствуй, — сказал он мне с коварной полуулыбкой. — Проходи.

— Привет, — мой голос от чего-то дрогнул, но я всё же вошла.

— Как встретили Новый год? Одни?

— Одни. А почему ты спрашиваешь? — нахмурилась я.

— Да так… — туманно ответил Свиридов.

— Что я забыла? — решила я перейти к главному, потому что мне абсолютно не нравился его настрой.

— Совесть ты свою забыла, — зло выпалил он.

Я неосознанно сделала шаг назад, но Свиридов закрыл дверь на ключ и демонстративно убрал его в свой карман. Мол, если хочешь, можешь попробовать забрать. Такой расклад меня совсем не устраивал.

— Вова, что происходит? Открой дверь! — потребовала я.

— Зачем? Чтобы ты ушла и не ответила на мои вопросы? Нет уж, — он начал наступать на меня, пока не прижал практически вплотную к двери.

— Что тебе нужно? — мне стало страшно, но я старалась не показывать ему этого.

— А чего мы такие злые? Что бывший не удовлетворяет? — огоршил он меня весьма странными выводами. — Думала, я не узнаю, зачем ты в Москву ездила? Да⁈ — в его голосе послышалась сталь. — А я всё узнал. Встречалась с этим своим, от кого Сашку родила!

Да как он узнал вообще? Видимо, у меня на лице все эмоции отразились, потому что Свиридов вдруг рассмеялся.

— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — его взгляд опасно блестнул в приглушённом свете прихожей. — Спала с ним?

— Ты же сам всё знаешь! — откуда-то взялись силы и я даже подалась ему на встречу, показывая, что не боюсь.

— Сука, — прорычал он резко и схватил меня за шею пригвоздив к стене.

Боль пронзила горло и стало нечем дышать, но я отчаянно пыталась содрать с себя его руку.

— Что страшно теперь? — с чувством превосходства выплюнул он.

— Да пошел ты! — хрипло просипела я.

Тогда он вдруг отпустил меня, и я только успела сделать живительный глоток воздуха сквозь невыносимую боль в горле, как тяжелая мужская ладонь со звоном ударила меня по лицу. От неожиданности я ахнула и схватилась за горящую огнем щёку рукой.

— Ты ненормальный! Открой дверь! — кричала я дрожащим голосом.

Внутри меня словно случилось извержение вулкана. Там всё болело не меньше, чем снаружи. А еще меня окутал дикий страх. Я никогда бы не могла подумать, что Свиридов поднял бы на меня руку. Да еще и так. Во рту ощутился солоноватый вкус крови. Очевидно снаружи она тоже была, потому что Свиридов бросил довольный взгляд на мою губу. Но потом будто тоже почувствовал боль, скривился и схватил мои руки своими чуть выше запястий.

— Что ты со мной сделала? Что ты со мной сделала⁈ — повторял он, как заведённый.

А я просто дрожала и пыталась надышаться кислородом, которого мне из-за него долго не хватало. В ушах набатом бил пульс, а адреналин в крови немного притупил боль.

— Отпусти, — хрипло выдавила я и попыталась выдернуть руки, но он лишь сильнее сдавил их.

— Я убью тебя, если не скажешь, что между вами было!

— Ничего! Ничего не было. Мы встретились случайно, — пыталась я достучаться до его разума.

— Врешь, — он снова припечатал меня к стене, только теперь держа мои руки своими, заключая меня в плен. — Правду говори, — сверлил он меня диким взглядом.

— Это правда, — я вдруг расплакалась и обмякла.

Устала сопротивляться его силе. Руки обжигала боль, а страх целиком овладел сознанием. Свиридов отпустил мои руки и они безжизненно повисли вдоль тела. И я бы точно сейчас упала, если бы он не схватил меня своими обеими руками за голову, обрамляя лицо. Он долго всматривался в мои глаза, полные слез, а потом словно оголодавший набросился на мои губы. Он терзал их долго и мучительно, а я просто стояла ни жива, ни мертва и боялась пошевелиться.

— Я с ума по тебе схожу, — шептал он сбивчиво между поцелуями. — Не могу без тебя. Умираю. Прости. Прости, моя девочка.

— Отпусти меня, — молила я шёпотом когда смогла произнести хоть слово.

Свиридов будто в себя пришел. Протрезвел, хоть и не был пьян. Посмотрел на меня совсем иным взглядом. Тревожным, болезненным и виноватым.

— Я… я сейчас, — он оставил меня и пошёл на кухню. — Принесу тебе воды, — донеслось из глубины квартиры.

А я лихорадочно закрутила головой в поисках запасного ключа. Но его, как на зло, нигде не было. Еще и видела плохо от слез и паники.

— Вот, — он протянул мне стакан с водой.

— Подавись своей водой! — выкрикнула я и, схватив стакан, швырнула его в стену позади Свиридова.

Тот немигающим взглядом уставился на меня, будто видел впервые. А чего он ожидал, что я прощу ему такое? Никогда в жизни!

— Дай мне уйти.

Свиридов подошел ко мне, и я снова вздрогнула от страха. Но он сделал шаг, огибая меня и достав ключ из кармана, открыл дверь. Я пулей вылетела из квартиры и бежала так, будто за мной гнались демоны. Домчалась до ближайшей аптеки и купила там воду и салфетки.

— Девушка, с Вами всё в порядке? Может вызвать скорую или полицию? — участливо спросила фармацевт.

— Спасибо, не нужно.

На улице хоть и было холодно, но я всё равно умылась водой и протерла лицо салфетками. Кое-как добрела до дома. Слава богу, там никого не было. Родители вместе с Сашкой ушли к Максу с Дашей.

Увидев себя в зеркале, я ужаснулась. Щека и скула были красными, губа немного лопнула в уголке, но почти не заметно. А вот шея. Она была вся красная и в кровоподтёках. Кожа на ней горела и саднила. Тоже самое было и с руками. Хорошо, что сейчас зима, водолазкой или свитером не трудно закрыть всё это безобразие.

Можно было конечно попробовать обратиться в полицию, но не думаю, что у меня что-то получилось бы. Свиридов не простой человек. В отличие от меня. У него полно связей и уж выкрутиться из этой ситуации он точно сможет. Тогда, чтобы обезопасить себя и сына, мне нужно уехать отсюда. И сменить телефон. Телефон. Кажется я поняла, как Свиридов узнал о Роме. Я переписывалась об этом с Дашей. Других вариантов не было. Я бросила гневный взгляд на свой мобильник, будто он мой враг.

Я привела себя в порядок, насколько это было возможно и стала дожидаться близких, изучая предложения аренды квартир в приложении. Я решила уехать в Москву. Позвонила Павлу, спросила ждет ли он меня еще, как работника и получила утвердительный ответ.

На следующий день я проснулась совершенно разбитая. Поиски квартиры зашли в тупик. То, что устраивало по стоимости было далеко от офиса. Рядом цены были космическими. А еще для меня стало удивлением, что арендодатели не хотят сдавать свои квартиры одинокой женщине с ребёнком. Наверняка подходящий вариант найдется, но на это нужно время. А я хотела, как можно быстрее уехать, чтобы обезопасить себя и своего ребёнка.

Обычно я много косметики не наношу на лицо, но теперь в этом была необходимость. Чтобы близкие не видели меня такой, я встала раньше всех, привела себя в порядок и после завтрака пошла в ближайший магазин связи и электроники, чтобы купить себе новый простенький телефон и сим-карту. И только собиралась выключить старый телефон, как раздался звонок. Номер был неизвстный. Паника подступила к горлу. Нет, нужно срочно уезжать отсюда. И чем быстрее, тем лучше. Но трубку я всё же взяла.