Ты в моем сердце

49

Алина

В душе было так тепло, словно неожиданно наступила весна. Мне хотелось петь, танцевать и всё время улыбаться. Хоть мы с Ромой и не говорили о будущем, но я чувствовала, что мы теперь вместе. Это было так непривычно, но в то же время очень желанно.

На следующий день после отъезда Ромы, в его квартиру пришли люди из ЧОПа и установили две тревожные кнопки, чтобы в случае чего, я могла позвать на помощь. Во дворе всегда дежурил человек в машине. Не один. Они сменялись. Я не понимала зачем была нужна такая охрана, но спорить с Ромой не стала. Мне это никак не мешало, а если ему так спокойнее, то я не против. Мне очень льстила его забота о нас. Значит мы действительно ему дороги. Хотя я не думаю, что Свиридов еще появится в нашей жизни. Он конечно подонок, но не станет же он выслеживать меня. Да и зачем? Наверняка уже и забыл обо мне.

Работала я тоже пока дистанционно. Опять же, Рома настоял. Но Павел был с ним согласен. Я даже однажды хотела приехать в офис, Сашку бы оставила Кате. Но Павел запретил. Сказал, чтобы никуда не ходила. Максимум — детская площадка во дворе и магазин. Я бы наверное возмутилась раньше, но сейчас волновалась больше за сына. Поэтому решила, что месяц как-нибудь посижу в этой уютной клетке. Что тут уже осталось.

Но я, конечно лукавлю. Время тянулось медленно. Всё потому что я, точнее мы с Сашкой, очень скучали по Роме. Всего за день, проведенный вместе, я успела привыкнуть, что он рядом. И теперь без него всё было не так.

Родители часто звонили, волновались обо мне. Сначала даже звали обратно. Они то не знали, почему мы уехали. А потом через время и звать перестали. Наверное поняли, что мне тут хорошо. Мне и впрямь было очень хорошо. Ровно до того дня, когда на пороге появилась она.

Когда в дверь позвонили, мы с сыном делали очередную открытку для папы Ромы. Сашка до сих пор был под впечатлением, что его папа «нашёлся». Я сразу почувствовала что-то не ладное. Медленно шла к двери, оглядываясь на сына. Тот увлечённо клеил на бумагу вырезанные мной фигурки и не замечал напряжения, повисшего в воздухе. Я осторожно посмотрела в глазок и увидела ее. В шубке, платье и на каблуках. Дорого, красиво, шикарно. Но у меня ее вид вызвал тошноту от приближающейся паники. Я боялась не ее, а того, что она будет говорить.

Промелькнула мысль не открывать, но громкий звук звонка повторился. Глупо прятаться. И я всё же открыла дверь, коснувшись холодной ручки вдруг ставшей влажной ладонью. Сердце взволнованно заколотилось в груди, увеличивая градус моей паники.

— Ну здравствуй, — окинула она меня брезгливым взглядом. — Я Диана — невеста Ромы.

Я никак не реагировала на слова этой пусть и красивой, но совершенно неприятной особы. Конечно, меня задело то, что она сказала. Но я старалась не подавать виду.

Я не собиралась впускать ее в квартиру, но в этот момент неожиданно меня отвлек сын.

— Мам, я правильно приклиел? — спросил он.

Стоило мне повернуться к ребенку, как эта наглая девица протиснулась в квартиру. На мой гневный взгляд она всего лишь хмыкнула и стала осматриваться. Первое, что пришло мне в голову, она здесь раньше не была. И эта мысль меня немного подбодрила.

— Сынок, иди в комнату, я скоро вернусь, — сказала я максимально доброжелательным голосом, чтобы Сашка не испугался, потому что по вгляду ребёнка я сразу поняла, что эта женщина и ему тоже не нравится.

— Я смотрю вы тут хорошо устроились, — едко выплюнула она, окатив нас с Сашкой колючим взглядом.

— Что тебе нужно? — спросила я, скрестив руки.

— Чтобы ты со своим сыночком свалила из нашей с Ромой квартиры, — не скрывая ненависти сказала Диана. — И из жизни тоже. У нас скоро родится ребенок, а ты, — она ткнула в меня пальцем, — Мешаешь нам.

В моей груди разгорелся пожар. Сердце колотилось так, что казалось его слышно не только мне. Не смотря на жар внутри меня, снаружи я будто покрылась тонким слоем льда, который вызывал покалывание на чувствительной коже. Но я из последних сил старалась сохранять самообладание.

— Я не верю ни единому твоему слову, — холодно вымолвила я. — И разговаривать нам с тобой не о чем.

Диана на секунду растерялась. Я видела это в ее взгляде, в том, как нервно дернулись её руки, и губы сомкнулись в тонкую линию. Но она тоже сумела взять себя в руки.

— Роме просто стало жалко тебя. А твой мелкий, — последнее слово она сказала с такой брезгливостью, что пожар в моей груди полыхнул с новой силой, — Наверняка не его сын. Ты просто манипулируешь Ромой с его помощью.

— О, судя по всему, это твоя фишка.

Диане эти слова совсем не понравились и она бросила на меня гневный взгляд. А мне стало чуточку легче, но по-прежнему сильно хотелось вытолкать ее из квартиры.

— Уходи. Я верю Роме, — твердо произнесла я.

— Наивная дура! — выпалила она. — Верит она.

Диана зачем-то достала телефон и начала быстро водить по экрану тонким пальцем. А через несколько секунд я услышала гудки. Звонок был на громкой связи.

— Здравствуй, Дианочка, — раздался смутно знакомый женский голос.

— Здравствуйте, Татьяна Викторовна, — сладко пропела Диана.

— Как вы там, мои хорошие? Как Ромочка? — я начала узнавать этот голос…

— Прекрасно. Вы как?

— Да что мы? У нас всё по-старому, — отвечала мама Ромы, — Как ты себя чувствуешь? Как протекает беременость?

На этих словах я замерла. Грудь сдавило тисками так сильно, что невозможно было вздохнуть. В ушах громко стучал пульс, заглушая голоса воркующих женщин. Ноги стали ватными и приросли к полу. Неужели это правда.

— Всё хорошо, — тем временем пела Диана. — Не волнуйтесь.

— Ромка как ведёт себя? Не обижает?

— Да что Вы⁈ — отмахнулась Диана. — Ромочка самый чуткий, внимательный, нежный и ласковый. Я уверена, он будет прекрасным отцом.

Как же больно было это слышать. Она словно лезвием прошлась по моему сердцу. И видимо, на моём лице всё было написано, потому что Диана с видом победительницы завершила розговор и уже увереннее продолжила давить на меня.

— Теперь поверила? Идиотка, — выплюнула она.

Но мне было плевать, как она меня называет. Это было не важно. Важным было только то, что она действительно беременна от Ромы. И эта новость меня убила.

— Чё молчишь? Я даю тебе время до завтра. А потом, чтобы духу твоего здесь не было, — зло выпалила она. — И прекрати названивать Роме. Он уже не знает, как от тебя отвязаться. Как пиявка присосалась и мешаешь нам жить.

Я продолжала молчать. Просто медленно умирала. Опёрлась руками о стол, чтобы не упасть и попыталась вдохнуть побольше воздуха. Но дрожь в теле не дала этого сделать, сжимая спазмами горло. Шум в ушах усилился, и я практически не слышала едкую речь Дианы. Пока в свкозь вату в ушах не пробился звонкий голосок.

— Мамочка, когда эта тётя уйдет?

— Тётя уже уходит, — ответила Диана за меня. — Но завтра утром вернется за ключами, — это она уже сказала мне.

Звонко стуча каблучками, Диана наконец покинула квартиру, и мне, кажется, даже стало легче дышать. Я тут же приоткрыла окно, чтобы выветрить отвратительный сладкий запах ее духов.

Остаток дня я провела, как в тумане, не понимая, что вокруг происходит и как теперь жить дальше. Рома меня обманул. Хотя нет. Я не спрашивала у него ничего, а он просто не говорил. Но зачем тогда это всё? Эти слова о любви, нежность, забота. Как он мог так поступить с нами, с ней? Что говорить Сашке? И как выжить вообще теперь?

Слез не было, только звенящая пустота внутри. Словно кто-то выдрал моё сердце, и я теперь существовала без него. Как зомби. И то, ради сына.

Когда столицу окутала ночь, я пустым взглядом смотрела в экран ноутбука, оплачивая онлайн билеты до родного города. Повезло, что на завтра были места в поезде. Вещи я решила, что соберу завтра. Да и было их немного.

Рома сегодня так и не звонил. А я, как дура, ждала. Не знаю, правда, зачем. Ведь всё и так ясно.

Стоило лечь в кровать, как меня всё-таки накрыло истерикой. Слезы полились градом, и чтобы не разбудить Сашку, я закрывала рот рукой, кусала до боли пальцы и долго не могла успокоиться. Меня словно прорвало. Боль стала не фантомной, а осязаемой. Будто мне переломали все кости, выдрали все органы и бросили в костёр за ненадобностью. А я, зачем-то продолжала дышать. Хотя я знала зачем. Точнее ради кого. Ради Сашки. Моего Сашки. Ради него нужно как-то пережить это. Ребенок ни в чём не виноват.

Утром я внесла номер Ромы в черный список, собрала все наши вещи и отдала ключи довольной Диане. Человек, который следил за нами, безусловно всё видел и даже ехал за машиной такси. Но остановить не успел. Мы приехали к самому отправлению поезда. Быстро сели и умчались из такой яркой, но приносящей нам одни страдания, Москвы.

Глядя в усыпаное каплями дождя окно поезда, я вновь и вновь вспоминала слова сына, пока он тихо спал на койке купе.

— Мама, почему нам нужно уезжать? — не понимал ребенок.

— Мы просто едем в гости к бабушке с дедушкой, — в горле стоял ком, но я старалась не подавать виду.

— Мы должны дождаться папу!

Дождаться папу… как объяснить маленькому мальчику, что у папы кроме нас есть другая тётя и скоро родится другой ребенок, который так же, как и Сашка, не виноват в бессердечности и подлости взрослых.

— Папы всё равно пока нет, а бабушка и дедушка очень соскучились за нами, — вытирала я слезы сына и свои, которые всё же пробились сквозь выстроенные с таким трудом баррикады.

— Я хочу дождаться папу! — кричал он.

Я тоже хотела. Сильно хотела. Но нужно ли это самому папе? Он ведь даже не сказал мне о том, что у него есть беременная невеста. Вместо этого вешал лапшу на уши о любви. Зачем? Ему стало жаль нас или захотел усидеть на двух стульях? Ни то, ни другое нам не нужно. Я ведь поверила ему. А он снова растоптал, теперь не только мои, но и чувства нашего сына.