В подземелье я пойду, там свой level подниму XII

Глава 27

Когда свет от взрыва погас, остался лишь один.

Осознание пришло не сразу. Не с последним ударом, не с падением Серы, которая снова превратилась в скелет, и даже не с тишиной, которая накрыла разрушенное подземелье. Оно пришло позже — когда я понял, что всё ещё дышу. Что боль не исчезла, но перестала нарастать.

— Хех. Я победил. Но это был хороший бой, Сера Прото.

На моем лице играла широкая улыбка.

[Это было… потрясающее сражение.]

Комментарий Агнес был излишним.

— Ага. Даже представить не могу, кто лучше бы подошел, чтобы проверить мои новые силы. — признал я.

Скелет рухнул тяжело, окончательно. Его кости рассыпались не сразу — ещё несколько секунд они пытались удерживать форму, словно по инерции, а потом структура просто не выдержала. Свет в глазницах погас, и давление, которое всё это время висело в пространстве, исчезло, как если бы кто-то выключил источник.

Я стоял, опираясь на обломок кристалла, и не двигался. Тело было в таком состоянии, что любое резкое движение могло закончиться обмороком. Руки дрожали, дыхание шло рывками, каждая мышца отзывалась тупой, глубокой болью. Некоторые раны уже затянулись, другие — нет. Внутренние повреждения ещё давали о себе знать, и я прекрасно понимал: ещё немного — и я бы не встал.

— … Чёрт, я так и не понял, что у нее за дурацкая концепция… — хрипло сказал я, больше констатируя факт, чем ругаясь.

Я оглядел поле боя.

Кристаллы были разрушены, склеп — наполовину обрушен, а на полу лежали останки тех, кто пришёл сюда за лёгкой добычей. Крови почти не было — энергия этого места слишком быстро «съедала» всё лишнее.

Зато были трофеи.

Я подошёл к сундукам. Теперь они больше не пытались влиять на разум, не подталкивали к агрессии. Проклятье исчезло вместе с хозяином. Я открыл их спокойно, без спешки.

Пять сущностей.

Пять концентратов силы, опыта и воли существ, которые в своё время стояли на третьем Древе. Не «души» в человеческом понимании — скорее, ядра. Чистая, сжатая суть, лишённая личности, но сохраняющая всё остальное.

Я усмехнулся.

— В этот раз… — пробормотал я, — … я не буду делиться.

Поглощать их не было смысла, потому что я и так уже достиг третьего Древа.

Я вернулся к останкам скелета.

Даже сейчас, мёртвый, он был ценен. Кости не рассыпались окончательно, материал оставался стабильным, способным удерживать колоссальную нагрузку.

И у меня давно была идея, как все это использовать.

Я сел прямо на разрушенный пол, игнорируя боль, и начал работать. Без спешки, но и без колебаний.

Для начала я перенес нас в Лимбо. Манипуляции, которые я собирался сделать не сработали бы в мире, который не подчинен моей воле.

Скелет стал основой. Я укрепил структуру, зафиксировал форму, убрал лишнее, оставив лишь то, что действительно нужно для функционирования. Пять сущностей я встроил как придатки. Не слепил в кучу, не смешал — распределил. Каждая отвечала за свою часть: устойчивость, восстановление, восприятие, автономность, связь.

Я не пытался сделать из этого монстра. Я создавал тело. Второе. Полноценное.

Конечно же, для себя и своего сознания.

Сознание разделилось легко, почти естественно. Не копия и не клон — скорее просто вторая пара глаз, пара рук и ног, которыми я все еще управлял, но они были отделены от моего тела.

Хотя, говорить, что «он» был отделен от «моего» тела — совсем неправильно. Эти обе части — я, и эти обе тела — мои. Так что никакого «его» нет. Есть только я в двух местах.

Оба моих тела поднялись одновременно.

Один был привычном мной — растрепанные черные волосы, красные глаза, и немного дикие черты лица.

Второй же был немного другим. Высокий, спокойный, с длинными темными волосами и желтыми глазами.

Я намеренно придал второму телу такой облик.

— Работает, — сказал я.

Он кивнул.

Я почувствовал знакомое, давно забытое ощущение. Возможность. Пространство для манёвра. Свободу, которую я потерял очень давно.

— А теперь… — я усмехнулся, — … Пора провернуть старый трюк.

Трикстер.

Сила, которая была у меня раньше. Но после смерти и возвращения в прошлое я потерял эту силу. Потому что двух Трикстеров не может быть.

Однако, раз уж меня из этого времени стерли, то самое время восстановиться в статусе Трикстера. И до этого момента я не был уверен, как это сделать. Но имея такой отличный материал для создания Аватара, было бы глупостью не воспользоваться им.

— Итак…

— … Что будем делать?

— Перед нами…

— … Все дороги открыты.

Потом мы оба засмеялись одновременно.

Со стороны это было похоже на диалог. Но на самом деле, я был похож на идиота, у которого правая рука разговаривала с левой.

[Хватит дурачиться. Ты, конечно, создал новое чудо света — Трикстера Z-ранга, но что ты собираешься теперь делать? Объединишься с Аватаром, чтобы стать еще сильнее?]

Агнес сделала правильное предположение. Но кое в чем все-таки ошиблась.

— Силы Трикстера и силы Вечности — слишком разные. — сказал я очевидное. — Я уже некоторое время думал об этом. Силы Трикстера уникальны. Путь развития Трикстера не похож на тот, которому следуют другие существа.

[Ну, это очевидно. Уже тот факт, что ты с момента пробуждения силы Трикстера был на втором Древе говорит о многом.]

И снова Агнес ошиблась.

— Нет. Я никогда не был на втором Древе как Трикстер. И сейчас мое тело Трикстера не на третьем Древе. — сообщил я.

[Что? В каком смысле?]

— Я тоже понял это только создав Трикстера с нуля. Силы Трикстера — не относятся ни к первому, ни к второму, ни даже к третьему Древу. Поскольку это то, что изначально не должно было существовать, оно выходит за пределы этой классификации.

[Тогда, какой потолок силы Трикстера? На чем она вообще основана?]

— Его нет, — прямо ответил я. — Сила Трикстера ни на чем не основывается. Только на моем познании себя и этой силы. И именно поэтому, когда мое понимание этой силы усилилось настолько, что я смог создать Трикстера, эта сила стала намного больше.

[Не понимаю… ничего не понимаю… ]

— Короче говоря, сила Трикстера может бесконечно расти. Она не ограничена ни одиннадцатимерным пространством, ни концепциями. — попытался я объяснить. — И единственное, что может ее сейчас ограничить — это ты. То есть, Система, которая пытается показать силу в числовом или ранговом эквиваленте.

[То есть ты… хочешь отказаться от Системы? От меня?]

— Аха-ха! Конечно нет, дурочка. — я улыбнулся. — С этого момента моя сущность будет разделена на две части. Первая часть будет познавать свою силу. Вторая же часть будет развиваться обычным путем.

Поскольку у меня появилась такая возможность, я решил воспользоваться ею по полной.

[То есть, оба твоих аватара будут идти разными путями?]

Агнес все правильно поняла.

— Да. Один будет — Виктор Громов. Второй же…

— Винтер Грейс.

Я решил взять для себя старое имя. Раз уж облик все равно подходит.

— Ну что ж, — сказал я своему отражению, — Посмотрим, кто теперь сможет угнаться за нами.

Аватар оглянулся.

— Это место хорошо подходит для медитаций. Оно закрыто, тут никого не бывает, и тут много энергии. Прежде чем уйти, я выжму отсюда все, что можно.

Я вздохнул.

— Ну а я ухожу. Тут мне больше нечего делать. Пока создавал аватара, уже озаботился укреплением своего уровня.

Я кивнул и шагнул в искажение пространства. Реальность расступилась, принимая меня, и в следующую секунду я исчез — вырвался из измерения, уходя дальше по своему пути.

Я вернулся к Миледи не сразу.

Не потому что боялся разговора — просто не хотел делать это на бегу. Такие вещи должны происходить нормально, либо не должны происходить вообще.

Я нашёл её там, где и ожидал: на краю спокойного участка измерения, где пространство было ровным, а энергия не давила на чувства.

Вопреки моему ожиданию, она не рвалась внутрь измерения. Не потому, что боялась рисковать жизнью, и не потому, что не беспокоилась обо мне. Наоборот — она ходила кругами, место себе не находя. Чуть ли не дрожала от переживания. Тем не менее, оставалась здесь.

Все потому, что Миледи понимала — в том бою она будет только мешаться. И именно эта ее ошибка может стоить мне жизни.

Если сравнивать, то пик сил первого Древа — SSS-ранг, если не будет сдерживаться, может уничтожить Луну или даже Землю. И это не метафора.

Для достижения Ех-ранга человек должен перестать быть физическим существом, изменить свою природу и стать духовным существом. Только так ты можешь стать превзойти первое Древо и вступить на второе — если бы это было легко, то и в разделении не было бы смысла. При этом даже слабые Ех-ранговые обладают несравнимо большей силой, и могут уничтожать целые миры.

Чтобы стать Z-ранговым необходимо постичь концепцию и слиться с ней. В обычных условиях твоя сущность претерпит даже больше изменений, и ты превратишься в концепцию — а значит, будешь существовать как концепция в одиннадцатимерном пространстве. И сила у Z-ранговых бесконечно превосходит Ех-ранговых.

Другими словами, в том бою Миледи была бы не более полезна, чем любой валяющийся там камешек. И я благодарен, что она не пыталась вернуться. Больше всего мне не нравятся те, кто мешают другим из-за своего Эго.

Медленно спустившись позади нее, я попытался ее напугать…

— Бу! — крикнул я из-за спины.

Она вздрогнула, но вовсе не потому, что испугалась. Просто, была рада меня видеть.

— Ты долго, — сказала она холодно.

— Противник был селен, — ответил я спокойно.

Она резко развернулась. Взгляд — злой, напряжённый, обиженный. Не ярость, а именно злость, та самая, которая появляется, когда человеку больно, но он не хочет этого признавать.

— Ты просто взял, и выкинул меня, — сказала она. — Еще и вход закрыл! — зло добавила она. — Решил все за всех⁈

А, так она не вернулась не потому, что не хотела, а потому, что не могла?

Судя по всему, когда мы вошли внутрь, проход был запечатан.

Ладно, может я и поторопился хвалить ее. Но все равно, я рад, что она не мешалась. Это действительно могло стать фактором, из-за которого я бы проиграл.

— Решил, — не стал я спорить. — Такой уж я человек. Всегда за всех все решаю. Привыкай. — пожал я плечами.

Она фыркнула.

— Ни за что! И почему я должна к этому привыкать?

Я подошёл ближе.

— Миледи, — сказал я тихо. — Я жив. Ты жива. Всё остальное — детали.

— Для тебя, — бросила она. — У тебя всегда всё «детали».

Я не стал отвечать словами.

Я просто шагнул ещё ближе и обнял её.

Она дёрнулась, будто собираясь оттолкнуть меня, но сил в этом движении не было. Я почувствовал, как напряжение в её теле держится ещё секунду… две… а потом медленно начинает таять. Плечи опустились, дыхание сбилось, руки нерешительно легли мне на грудь.

Она уткнулась лбом мне в плечо.

Мы стояли так молча, и в этом молчании не было неловкости. Только усталость и что-то ещё — спокойное, тёплое, давно забытое.

— Не делай так, — тихо сказала она. — Это неправильно, мы ведь… мы даже не встречаемся.

Я слегка усмехнулся.

— И ты правда чувствуешь, что мы делаем что-то неправильное?

Она не ответила сразу. Отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть мне в лицо. Долго. Внимательно. Будто искала несоответствие между ощущением и логикой.

Потом её взгляд смягчился.

Она слегка улыбнулась — не насмешливо, не колко, а почти… по-домашнему. И снова прижалась ко мне, уже без колебаний, обняв крепче.

— Нет, — сказала она тихо. — Все именно так, как должно быть.

Её голос стал спокойным, уверенным.

Кто бы мог подумать, что Миледи — та самая неугомонная девка, которая подталкивала мою приемную дочь меня соблазнить — в этом мире окажется такой робкой. Почти цундеркой.

Ну и ладно. Так тоже неплохо.