В подземелье я пойду, там свой level подниму XII

Глава 32

Гидра атаковала первой. Без предупреждений.

Все восемь голов рванулись одновременно, и зал наполнился ревом, грохотом и движением. Одна плюнула огнём, другая — ледяной крошкой, третья хлестнула хвостом так, что каменный пол пошёл волнами. Остальные били телами, пастями, когтями, просто пытаясь стереть меня с этого места.

Я не стал уворачиваться.

Я позволил силе Первородного Дракона полностью развернуться.

Тело стало тяжелее. Плотнее. Каждое движение — уверенным, как будто я стоял не на камне, а на собственной территории. Воздух вокруг сжался, давление выросло, и я сделал шаг вперёд — навстречу первой голове.

Она попыталась сомкнуть пасть.

Я поймал её за верхнюю челюсть.

Не красиво. Не технично. Просто схватил и дёрнул. Раздался хруст, будто ломали огромное дерево. Голова рванулась в сторону, тело гидры дёрнулось, а я провернул кисть и ударил кулаком снизу вверх. Череп лопнул, кости разлетелись, кровь и осколки брызнули на стены.

Первая голова упала безжизненно.

Вторая уже была рядом.

Она двигалась быстрее — тонкая, вытянутая, с чешуёй, похожей на лезвия. Я позволил ей полоснуть меня по плечу. Боль была, но терпимая. А вот ранить меня у твари не получилась — чешуя Истинного Дракона способна выдержать любые атаки. Пусть я и в человеческой форме, но обычных ударов не хватит, чтобы убить меня.

Я схватил её за шею и, не останавливаясь, протащил по полу, стирая чешую о камень, пока не впечатал мордой в колонну. Удар. Ещё один. Потом резкий толчок ладонью — и шея просто не выдержала.

Вторая голова обвисла.

Гидра взревела.

Оставшиеся головы начали действовать иначе. Одна держалась на расстоянии, обстреливая меня плотными сгустками энергии. Другая била по полу, создавая трещины и обвалы. Третья рванулась сверху, пытаясь придавить массой.

Я подпрыгнул.

Оттолкнулся от её морды, развернулся в воздухе и всей массой врезался в ту, что держалась сзади. Мы рухнули вместе, проламывая пол. Я оказался сверху и просто начал бить. Не считая ударов. Не выбирая точку. Пока голова не перестала дёргаться.

Четвёртая.

Пятая попыталась отступить.

Я не позволил.

Рывок вперёд, захват, удар коленом в основание черепа. Голова отлетела в сторону, прокатившись по полу, снося обломки.

Шестая была самой прочной. Костяные пластины, наросты, утолщённая шея. Она выдержала первый удар. И второй. Я зарычал от раздражения, вцепился в неё обеими руками и разорвал. Не быстро. Не легко. С хрустом, сопротивлением, болью в мышцах. Но разорвал.

Седьмая попыталась воспользоваться моментом.

Я почувствовал её раньше, чем увидел. Резко развернулся, подставил плечо под удар и позволил ей вцепиться. Пасть сомкнулась, зубы вошли в плоть. Похоже, клыки этой головы покрыты особым ядом, который расплавил мою чешую и начал травить мое тело.

Я ухмыльнулся, схватил её за язык и дёрнул наружу, выворачивая голову наизнанку. Один резкий толчок — и всё закончилось.

В зале стало тише.

На полу лежали обломки тел, кровь, куски чешуи. Гидра всё ещё жила. Тело извивалось, дёргалось, но сил в нём стало заметно меньше.

Осталась одна голова.

Самая большая. Самая массивная. Она не кинулась в атаку. Она смотрела. Дышала тяжело, глубоко, и в её взгляде не было ярости. Только холодное понимание.

Я выпрямился и вытер кровь с лица.

Моя кровь уже избавилась от яда. Да и регенерация уже исцелила все раны. Поэтому я был, можно сказать, невредим и полон сил.

— Ну вот, — сказал я спокойно. — Теперь можно и поговорить… или закончить.

Я предлагал твари выбор. Эта голова явно была поумнее остальных. Да и я не знаю, какая у нее способность. Оставшаяся голова не бросилась на меня.

Она вообще не двигалась несколько секунд.

Просто смотрела.

Тело гидры ещё дёргалось, обрубки шей медленно оседали на камень, кровь растекалась по полу, а эта голова… будто ждала. Я уже понял, что сейчас будет, но всё равно не стал вмешиваться. Слишком уж показательно это выглядело.

Она опустила пасть к ближайшей мёртвой голове.

И начала есть.

Без спешки. Без ярости. Кости хрустели, чешуя трескалась, плоть исчезала в пасти. Я видел, как сила перетекает, как тело меняется прямо на глазах. Шея утолщалась, позвоночник вытягивался, форма начинала вытекать из привычной звериной логики.

«Похоже, восьмая голова неуязвима, пока она не съест остальные», — понял я. — «Пытаться ей помешать — бессмысленно».

Когда она поглотила вторую голову, пространство дрогнуло.

После третьей — пол под ногами пошёл трещинами.

После пятой я уже не сомневался.

Гидра исчезала.

На её месте рождалось нечто иное.

Тело вытянулось, стало длинным и гибким, покрытым плотной чешуёй, которая переливалась глубокими оттенками золота. Лапы сформировались медленно, с характерными когтями, будто выточенными из металла. Гребень прошёл вдоль спины, хвост стал тяжёлым и мощным, а голова изменилась окончательно.

Передо мной был дракон.

Китайский. Длинный. Невероятно сильный, давящий одним своим присутствием. Его глаза светились спокойным, холодным светом. Не зверь. Не чудовище. Существо, которое знает, что оно сильнее всего вокруг.

Он поднялся выше, тело изогнулось в воздухе, словно гравитация здесь больше не имела значения. Давление усилилось. Не резко — постепенно, уверенно, как если бы мир сам подстраивался под его форму.

Я медленно выдохнул.

— Так вот ты какой, — сказал я негромко. — Настоящий облик этой твари.

Он стал сильнее. И я это чувствовал.

На мое лицо наполз оскал.

— Ладно, — пробормотал я. — Тогда и я сделаю это. Посмотрим же, какой дракон сильнее! Тонкая ЗМеЙкА иЗ КитАЙСКОГО ФАЛЬКЛЕРА, ИЛИ ЖЕ Я⁈

Сила, которую я всё это время держал внутри, развернулась полностью. Тело отозвалось сразу — кости хрустнули, мышцы перестроились, кожа стала плотнее. Я почувствовал, как позвоночник вытягивается, как плечи раздвигаются, как за спиной начинает формироваться нечто тяжёлое и родное.

Чешуя пошла по коже волной.

Чёрная. Матовая. Глубокая, будто поглощающая свет. Руки вытянулись, пальцы превратились в когти, крылья расправились с глухим, низким звуком. Я поднялся над полом, ощущая, как мир подо мной становится меньше.

Черный Дракон посмотрел на Золотого.

— ГРАРГХЬЯ! — взревел он, будто бы радуясь моему вызову.

— ВУАХ!

Я ответил величественным ревом, от которого все измерение содрогнулось.

Мы были разными. Тем не менее… Истинным Драконом мог быть только один из нас.

Два дракона в разрушенном зале, где больше не было ни ловушек, ни монстров, ни отвлекающих факторов. Только сила. Масса. И понимание, что дальше начнётся бой, в котором нельзя будет ошибиться.

Я медленно расправил крылья.

Он ответил рычанием. И рванулся первым.

Длинное тело китайского дракона скользнуло вперёд, будто воздух стал для него водой. Пасть раскрылась, и поток ослепительно яркого пламени накрыл меня с головой.

Я не уклонялся.

Я встретил удар грудью. Та самая аура, стирающая все вокруг меня, могло меня защитить!

Пламя обтекло чешую, ударило по крыльям, облизало морду. Было горячо. По-настоящему. Не символически — так, что воздух загудел, а камень подо мной начал плавиться. Я шагнул вперёд сквозь огонь и врезался в него всей массой.

Все техники и навыки перестали иметь смысл. Вся наша мощь, вся энергия сконцентрировалась в наших телах. И именно поэтому царапины, укусы и удары были куда эффективнее всяких способностей.

Удар был таким, что нас обоих отбросило.

Мы рухнули на пол, проломив его, прокатились, ломая колонны и стены. Я первым поднялся, взмахнул крыльями и ударил сверху. Когти скользнули по его чешуе, высекая искры, но не прорвали её.

«Крепкий», — подумалось мне.

Он ответил хвостом.

Удар пришёлся в бок, меня швырнуло в стену, и я почувствовал, как что-то внутри хрустнуло. Боль вспыхнула, резкая, и весьма неприятная. Но и его хвост оказался наполовину разъеден аурой. Если бы он не был таким же Истинным Драконом, то эта атака превратила бы его в прах раньше, чем его хвост смог меня коснуться.

Я зарычал и рванулся обратно, вцепившись зубами в его шею.

Мы сцепились.

Дракон против дракона — без дистанции, без красивых манёвров. Только масса, сила и злость. Мы катались по залу, ломая всё, что ещё оставалось целым. Он пытался сжать меня кольцами тела, я вонзал когти ему в бок, рвал чешую клыками, чувствовал, как под ней поддаётся плоть.

Он был быстрее. Гибче.

Его тело извивалось так, что мои удары часто уходили в пустоту. Он обвил меня, сдавил, и давление стало таким, что даже чешуя заскрипела. Я почувствовал, как начинает темнеть в глазах.

Я ударил крыльями.

Не чтобы взлететь — чтобы сломать захват. Пространство взорвалось порывом воздуха, нас разметало в разные стороны. Я тяжело приземлился, оставив в полу борозды, и тут же получил удар в морду. Его лоб врезался в мой череп, и я на мгновение потерял ориентацию.

Он не дал мне опомниться.

Удар.

Ещё один.

Хлёст хвостом.

Я отлетел, перекатился, поднялся на лапы и выплюнул струю чёрного пламени. Оно не было ярким, не слепило — просто давило. Его отбросило назад, он зашипел, чешуя на груди потемнела, пошла трещинами. И даже его регенерация не могла исцелить такие раны.

Теперь он злился.

Он взмыл вверх, тело вытянулось, и сверху обрушился поток молний. Я почувствовал, как ток проходит по чешуе, как мышцы сводит судорогой. Я взревел и прыгнул следом, вцепился в него в воздухе, и мы рухнули обратно на пол, проламывая очередной уровень.

Мы оба были ранены.

Моя чешуя была сколота, в нескольких местах проступала кровь. Одно крыло ныло, движения стали тяжелее. У него — глубокие разрывы на боку, сломанный рог, дыхание стало рваным.

Но никто из нас не отступал.

Мы снова сошлись.

Удары стали медленнее, но тяжелее. Каждый — с полной отдачей. Я бил лапами, он — головой, мы сталкивались телами, будто пытались раздавить друг друга своей массой.

Я понял, что он не сдастся.

Он может замедлиться, может получить раны, но он будет драться до конца. Без сомнений. Без страха. Как часть этого мира, которой отступать некуда.

Я выпрямился, расправил крылья и посмотрел на него.

Он ответил тем же.

Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша, окружённые развалинами и расплавленным камнем. Воздух был горячим, густым, пропитанным гарью и кровью.

— ПОРА ЗАКАЧИВАТЬ!

Я раскрыл пасть, и сконцентрировал энергию там. Это было не обычное Драконье Дыхание. И дело было даже не в том, сколько энергии я туда влил.

Эта техника была усовершенствованной формой дыхания. Не какая-то стихия. А чистая всеуничтожающая мощь.

— ВРАРГХ! — мой рев заставил все подземелье задрожать.

Поток силы помчался вперед.

Мой противник решил ответить. Он также подготовился к последнему удару. Он полетел прямо в бушующую силу моего дыхания, пускай вперед себя свое дыхание. Он собирался пробиться сквозь мою атаку, и вонзиться мне в шею.

Однако… он явно недооценил меня.

Когда все закончилось, он валялся на земле, весь раненный и истекающий кровью. Его раны были ужасными.

Я выдохнул. Мое тело начало медленно возвращаться к человеческой форме. Пока наконец я не стал прежним собой.

«Раны будут еще болеть некоторое время. Даже через Лимбо их будет тяжело вылечить. Все-таки сила Истинного Дракона — это не шутки».

Тем не менее, я был полностью доволен этим боем. Ведь я отстоял титул Истинного Дракона.

[Дурак ты, Вик. Из-за своего Эго ты чуть нас не угробил. Ну использовал бы ты силу Вечности или Лимбо, и победить было бы куда проще. Чего упрямиться-то⁈]

Ворчала Агнес.

— Ну за то я доказал, что я — самый крутой Истинный Дракон. — хмыкнул я.

Мой взгляд вернулся к лежащему противнику.

Он должен был умереть.

Я это видел. Чувствовал по дыханию, по движениям, по тому, как его сила начала распадаться на неровные рывки. Ещё немного — и всё бы закончилось. Но вместо этого китайский дракон вдруг сжался.

Он начал стягиваться внутрь себя.

Огромное тело резко потеряло объём, словно кто-то выкачал из него воздух. Чешуя сходилась, кости ломались и перестраивались с сухим, неприятным треском. Маленькие крылья исчезли первыми, затем хвост, затем вытянутое тело сложилось, будто его насильно впихнули в новую форму.

Через несколько секунд передо мной стояло человекоподобное существо.

Высокое. Слишком высокое для человека. Пропорции странные — чуть длиннее руки, слишком ровная осанка. Кожа покрыта тонкими линиями чешуи, будто следами от старой брони. Лицо спокойное, холодное, почти безэмоциональное. Глаза — узкие, золотые, смотрящие прямо и без колебаний.

Я сразу понял главное.

— Да вы издеваетесь… — пробурчал я. — Этот засранец… он стал еще сильнее!

Не в смысле «быстрее» или «жёстче». Его сила перестала расходоваться впустую. Больше не было массы, крыльев, хвоста, лишних движений. Всё сжалось в одну точку — в тело, созданное исключительно для боя.

— Значит, вот как ты играешь, — сказал я, медленно выдыхая.

Он не ответил.

Просто шагнул вперёд — и пол под его ногой взорвался. Я едва успел сместиться, как удар прошёл там, где секунду назад была моя грудь. Воздух сжался, меня отбросило, будто я попал под удар тарана.

Я перекатился, поднялся и понял окончательно.

Шутки и правда закончились.

Я поднял голову и активировал навык.

— Воплощение Вечности.

Мир вокруг не взорвался. Не потемнел. Не остановился.

Он просто… стал спокойнее.

Шум боя отступил, будто его отодвинули на задний план. Я почувствовал, как моё тело стало устойчивым, как если бы время больше не давило на него. Раны всё ещё болели, усталость никуда не делась — но я знал: я могу двигаться столько, сколько нужно.

Человекоподобный дракон атаковал.

На этот раз — идеально. Без лишних жестов, без замаха. Удар пришёл точно, жёстко, направленный в жизненно важную точку. Я принял его на блок, и боль прошла по руке до самого плеча. Кости выдержали. Я сделал шаг вперёд и ответил.

Мы сошлись.

Удар за ударом.

«Концепция Вечности способна подавить его бушующую энергию. Но эта же энергия защищает его от моей концепции». — открыл я для себя неприятную истину.

Он бил быстро и точно, используя минимальные движения. Я отвечал так же. Это был уже не бой чудовищ. Это была драка равных, где каждая ошибка стоила слишком дорого.

Я пропустил удар в корпус — воздух вышибло из лёгких. Ответил коленом. Он отступил на полшага и сразу же вернулся, врезавшись плечом. Мы обменялись серией коротких ударов, ни один из которых не был смертельным — но каждый приближал к этому.

Я чувствовал, как Воплощение Вечности удерживает меня на грани. Без него я бы уже проиграл.

«Как и ожидалось, Воля Мира хорошо подготовилась к этому бою. Но даже так, я не думал, что она окажется настолько сила. Сколько же сопоставимых тварей он сожрал, чтобы достичь такого уровня⁈»

В его глазах мелькнуло раздражение.

Хорошо.

— Похоже, твоя сила в бесконечной эволюции. — наконец понял я. — Каждый раз, когда я наношу тебе критический урон, ты меня свою форму и становишься сильнее. — вздохнул я, смирившись с реальностью. — Значит, в этот раз я убью тебя окончательно!

Будто бы разозлившись, что я раскрыл его маленький секрет, он двинулся первым.

Не рывком и не вспышкой — пропал. Просто исчез из поля зрения, будто его никогда и не было. Я понял, где он окажется, за долю секунды до удара и всё равно едва успел уклониться.

Воздух взорвался у моего виска, удар прошёл в сантиметрах, и стена за моей спиной растворилась, словно её стерли ластиком.

— Быстро, — отметил я вслух. — И точно.

Он появился снова, уже спереди. Рука вытянулась, пальцы сомкнулись, и я почувствовал, как пространство вокруг сжимается, будто меня пытаются раздавить невидимыми тисками. Не магия — чистая сила, направленная так, что тело переставало слушаться.

Я позволил времени замедлиться.

Не остановиться — это было бы бесполезно против врага такого уровня. Я просто сдвинул темп. Для мира — доля секунды. Для меня — достаточно.

Я шагнул в сторону, вышел из зоны давления и ударил.

Мой кулак попал ему в челюсть. Удар был чистый, и я вложил в него всю силу. Он отлетел, прокатился по полу, оставляя борозды, но уже через мгновение поднялся.

Ни паники, ни злости. Только холодная оценка.

Он хлопнул ладонями.

Пол вздыбился. Камень пошёл волнами, будто стал жидким. Из-под ног вырвались острые пики, направленные ровно туда, где я должен был оказаться. Я ускорился, шагнул между ними, и время снова послушно растянулось, позволяя пройти там, где обычный человек был бы разорван на части.

Он щёлкнул пальцами.

Вокруг меня возникли клоны. Пять. Семь. Десять. Все — одинаковые, все — реальные. Каждый двигался синхронно, каждый бил с идеальной точностью. Это было не обман зрения — он делил скорость и траектории так, что каждое движение перекрывалось другим.

— Хороший трюк, — сказал я, выдыхая.

Я позволил времени вернуться назад. Не глобально — всего на пару мгновений. Ровно столько, чтобы увидеть, откуда всё началось. Где был он.

Я ударил туда.

Мир дёрнулся, двойники рассыпались, а настоящий поймал мой кулак в полёте. Его пальцы сжались, и я почувствовал, как кости начинают трещать.

Он улыбнулся.

Впервые.

И ударил лбом.

Сознание вспыхнуло болью. Меня отбросило, я ударился о колонну, почувствовал, как что-то внутри смещается. Воплощение Вечности удержало тело, не дав ему развалиться, но я понял — его атаки становятся все смертоноснее и смертоноснее.

Он не дал мне встать.

Серия ударов — коротких, убийственно точных. Каждый был направлен туда, где защита слабее всего. Я блокировал, уклонялся, принимал часть на себя, но даже так меня шаг за шагом загоняли назад.

— Ты полагаешься на время, — сказал он спокойно. — Но ты всё ещё слаб.

Значит он и разговаривать может? А то я уже усомнился.

— Ошибаешься, — ответил я и позволил времени распасться.

Я перестал двигаться вперёд.

Я начал двигаться между ударами.

Для него я исчезал и появлялся. Для меня он был медленным, тяжёлым, предсказуемым. Я бил, отступал, снова бил, накладывая удары так, что они приходились в одно и то же мгновение, хотя были нанесены в разное время.

Он зарычал.

Сила вокруг него вспыхнула, и зал начал разваливаться. Потолок рушился, стены осыпались, куски камня зависали в воздухе и тут же летели в меня, как снаряды. Я шефствовал временем, отклоняя одни, ускоряя другие, используя обломки как ступени, как прикрытие, как оружие.

Я оказался у него за спиной.

Он всё равно успел развернуться.

Наши удары столкнулись, и пространство между нами лопнуло. Я почувствовал, как время на мгновение вышло из-под контроля — и тут же вогнал его обратно, сжав, подчинив, заставив работать на меня.

Я схватил его за руку.

И остановил время.

Не для мира.

Для него.

Он замер с искажённым лицом, с напряжёнными мышцами, с расширенными зрачками. Я видел каждую трещину в его коже, каждую линию силы.

— Всё, — сказал я тихо. — Хватит.

Если первую фазу боя — когда он был еще Гидрой — я победил без проблем. То вот уже в форме Дракона он чуть не убил меня. Третья форма еще сильнее, и теперь даже со всеми своими способностями я опасаюсь раскрывать свои карты.

— Пора заканчивать.

Я вложил удар не в тело. Я вложил его в концепцию Вечности. И раз уж его нынешнее тело повредить у меня не выйдет, то я могу атаковать его еще тогда, когда он не был таким сильным.

Я ударил его в прошлом. В то самое мгновение, где он ещё существовал как восьмиглавая Гидра.

Когда время снова пошло, он распался. Не взорвался. Не упал. Просто рассыпался, будто его никогда и не было. Тело осело пеплом, свет в глазах погас, а давление, висевшее над подземельем, исчезло окончательно.

— Хах… хах…

Оставшись стоять один, я не мог сказать, что оказался намного уж сильнее. И если бы у меня не было возможности атаковать его в прошлом, то я бы и не смог его победить. Но когда я превратил его тело Гидры в прах еще когда он был в первой форме, тогда и тело в этом времени распалось.

Обычно Z-ранговые независимы от прошлого. Даже если вернуться в прошлое и убить их еще когда они были младенцами, на их настоящие формы это никак не повлияет.

Однако, моя сила Вечности — это не просто способность атаковать в прошлое. Но и также сила, позволяющая наложить законы времени даже на тех на кого они не накладываются.

Тяжело дыша. В крови. С дрожащими руками. Но я победил.

Выпрямившись, я медленно выдохнул.

— Закончили, — сказал я вслух.

И на этот раз никто не ответил.