В подземелье я пойду, там свой level подниму XII

Глава 7

Этот гад меня проигнорировал⁈

— В общем, Вирус, — начал я. — Я хочу… узнать тебя получше. Давай поговорим по душам?

Я повторил, как ни в чем не бывало.

Повисла тишина. Та самая, которая возникает, когда кто-то настолько офигел, что забыл, как разговаривать.

[Стоп.]

И вот наконец передо мной появилось сообщение.

Но меня это не устраивало. Я сел на пол, прислонившись к стене. Передо мной — кольцо, внутри которого сидел этот… этот «глюк» моей жизни. Или, как я его теперь нежно называл — Вирус.

Я использовал свои силы, чтобы временно создать ему вместилище. Это все еще иллюзорное тело, но поместить в него Вирус было не так уж и сложно. Особенно если это на время.

[Что на тебя вообще нашло? Ты куда собрался? В люди? Это какой уровень странности?]

Я пожал плечами:

— У меня много друзей, Вирус. И знаешь, со многими из них всё начиналось… ну… с драки.

[И?]

— И мы с тобой уже дрались. Точнее, я надрал тебе задницу. Так что логично — теперь можно и подружиться.

Пауза.

Длинная.

Очень.

[Да пошёл ты.]

— Не ной, — расхохотался я. — Это комплимент.

[Это издевательство.]

— От меня это почти одно и то же, — махнул я рукой. — Я не издеваюсь над теми, кто мне не нравится.

[Я уже посылал тебя в далекую китайскую деревеньку? На «Ж» начинается, на «У» заканчивается.]

— Ты эту фразу вообще у меня подслушал. Использовать ее против меня — незаконно! Я на тебя в суд подам. — пригрозил я.

[И в какой же?]

— В литературный. Ладно. У меня вопрос. Где ты родился? И как тебя тогда звали?

Через секунду на поверхности кольца появилось сообщение:

[Не знаю.]

— Ха. Хорошая попытка. Но нет.

[Не знаю.]

— А я говорю — знаешь.

[НЕ. ЗНАЮ.]

— Вирус, ты врёшь хуже, чем я в двенадцать лет, когда пытался объяснить священнику, откуда в школе четыре взорванных туалета.

[Хватит.]

— Нет.

[Хватит.]

— Не-а.

И наконец…

[ДА ЛАДНО! ЛАДНО! ХВАТИТ МНЕ МОЗГ ВЫНОСИТЬ!]

Я довольно улыбнулся.

— Вот! Уже теплее. Говори.

Вирус вздохнул. Да. Он вздохнул. Несмотря на то, что он — код, дух, древняя сущность, демон-не демон — он ВЗДОХНУЛ.

[Меня звали Агнес.]

— … Чего? — я моргнул. — Повтори.

[АГНЕС.]

— Понятно-понятно… — я кивнул. — И почему?

Я ожидал реакции в стиле — «потому что меня так назвали!», но, на удивление его ответ был другим.

[Моя мать… она хотела, чтобы я был чистым и добрым ребёнком. Поэтому дала такое имя.]

— Аха-ха-ха! Ты? Вырос чистым и добрым? Ой не могу. Пожалуйста, вызовите скорую!

[Если ты так и будешь издеваться, я тебе ничего не скажу, понятно⁈]

Мне все еще хотелось продолжать, но я взял себя в руки, и извинился. А он продолжил.

[Моя мать умерла, когда я был еще младенцем. А вот отец мой был… мягко говоря, со сложным характером… ]

— Как я? — уточнил я, поняв, что он слегка сгрустнул.

[Нет. У тебя тоже непростой характер, но вы совершенно разные. Ты — просто дебил. Он же делал несчастными всех, кто рядом с ним. И мой старший брат унаследовал эту его черту.]

— Брат? — переспросил я. — У тебя был брат?

[Был. Гений. Лучше всех. Хорош во всём. Фехтование, магия, харизма. Всегда первый. И всегда… ]

Несколько секунд он держал паузу, после чего вздохнул.

[И он всегда издевался надо мной.]

— Приятный человек, — хмыкнул я.

[О, да. Настолько приятный, что сумел создать культ имени себя и назвался богом. Взяв себе имя верховного бога Зевса, он не забыл о младшем брате, и от души выбрал мне имя гнусного подземного бога — Аида. Имя того, кого все будут ненавидеть. Имя того, кого все будут презирать.]

Я присвистнул.

— То есть… ты и тот ублюдок на самом деле были братьями?

Ответ последовал сразу.

[Да.]

Получается, Вирус помог мне в бою с кровным братом? Хотя, учитывая сколько тысяч лет прошло, не думаю, что у него остались к нему теплые чувства.

А Вирус тем временем продолжил.

[Через триста лет, после того как брат начал собирать сильнейших магов Греции и даровать им имена богов, к Зевсу пришёл мальчик, мечтающий стать героем.]

Я сразу понял, о ком он говорит.

— Ну, звучит круто, — улыбнулся я. — Мальчик наверняка был потрясающим.

На моих словах он сморщился и рявкнул.

[Нет! Он был ещё более высокомерным засранцем, чем мой брат! С такими идиотскими амбициями, что даже меня тошнило! И да — он оскорблял меня. Постоянно. «Недобог», «слабейший бог», «позор семьи богов».]

Я поднял бровь.

— Ну… может, он хоть немного был хорошим?

[НИКОЛЬКО.]

Я вздохнул.

— Ладно… — потер я виски. — Прости. — пробурчал я.

Конечно, тот самый парень — это Винтер Грейс. То есть, я.

Вспоминая те времена, я может действительно иногда перегибал. Но, справедливости ради, был я таким со всеми, а не только с Аидом. Мы и с Зевсом иногда цапались. Что уж говорить, если я увел почти всех женщин, на которых этот извращенец положил глаз?

— Но, — продолжил я, — У меня была причина стать таким.

[У всех есть причины. Как были причины у Зевса, когда он запечатал тебя]

Скотина, под дых бьет. И главное, парировать нечем.

— И что там дальше? — поторопил я его, видя, что он замолк.

[Спустя столетия ты предложил мне сделку. Я согласился. Конец истории.]

— И всё? — удивился я.

[Ты хотел трагедию? Историю что пробивает на слезу и полностью меня оправдывает? Забудь. Всё было просто. Ты был высокомерным пацаном. Я — загнанным животным. Я получил шанс и воспользовался им. Через тысячу лет я снова встретил тебя. Ты потерял память и все такое. Но я слишком долго и хорошо тебя знал. Поэтому не колебался, когда выбрал тебя очередной ступенькой к своему восхождению.]

Я молчал секунду. Другую. Третью. А потом…

Улыбнулся.

— А по-моему, трагедия есть. И очень даже.

[… Что?]

— Я знаю эти взгляды, Агнес. — я назвал его по имени, и его глаза расширились. — Презрение. Высокомерие. Когда тебя считают слабаком. Я прожил жизнь слабейшего авантюриста всего десять лет. И этого хватило, чтобы я возжелал силы больше всего на свете. — признался я в искренних чувствах. — Ты — жил так столетиями. Ненавидимый всеми. Презираемый близкими. Так что в том, что ты слетел с катушек… нет ничего удивительного.

Вирус молчал. Дольше, чем раньше.

Долго.

И наконец выдал.

[Ты странный. Из этой истории ты должен был сделать совсем другие выводы.]

— Да, — усмехнулся я. — Но, какой есть. Из меня вышел бы плохой главный герой. Я не могу заболтать врага и перетянуть его на светлую сторону. Я не умею черпать силу из дружбы. Я не наивный дурачок, которому повезет и спасет весь мир на роялях. Зато одна вещь у меня есть: желание стать сильнее. — признался я. — И я слишком хорошо понимаю тех, кто хочет того же. Живёт ради этого. А ты — один из них. Ты просто хотел изменить свою жизнь, как, в принципе и я, когда ты даровал мне Систему.

Опять тишина.

И наконец:

[… После этого разговора мы всё равно не стали друзьями.]

Я усмехнулся. Это мы еще посмотрим.

— А были ли у тебя вообще друзья? Когда-нибудь, Агнес?

Вирус, похоже, глючит. Потому что он опять затих. Но уже на целых три минуты. Полных. Медленных. Длинных.

И только потом:

[Нет.]

Я кивнул.

— Я никогда никому не навязывался в друзья. Но, знаешь… мы вдвоём пережили слишком многое. Так что я заочно запишу тебя в этот список.

Я ожидал, что он начнёт возмущаться. Отнекиваться. Кидаться сообщениями о том, что я идиот.

Но он…

Просто.

Промолчал.

Я улыбнулся, встал и сел за телевизор. Его иллюзорная проекция наблюдала за мной. Я же в ответ бросил ему такие же иллюзорные чипсы и предложил сесть рядом.

— Ты все еще застрял в этом своем прошлом садись. У меня сейчас как раз полно свободного времени. Поэтому я могу показать тебе классику.

[О чем ты вообще?]

— Конечно я говорю о «рыбном рулете», «отбеливателе» и «одном куске!»

Заперт в комнате? Да плевать. Теперь я заперт не один.

Вирус… нет, Агнес теперь со мной. А это уже не так раздражает, когда ты не один в комнате.

Хотя, кое-что Вирус все-таки от меня скрыл. Маленькую деталь, из-за которой эта история воспринимается совершенно по другому.

Маленький секрет, который я узнал от Гила. Но, раз Вирус не хочет говорить, я не стал настаивать.