Феникс 3: Возмездие

Глава 18

Глава восемнадцатая.

Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.

Город Н-ск. Июль. Здание временного отдела полиции на территории города Н-ска.

— Вы понимаете, что вы совершили серьезное преступление? Угон автомобильного транспорта, дорожно-транспортное происшествие, повреждение чужого имущества — в совокупности эти преступления средней тяжести дают весьма тяжкие последствия…- совсем молоденькая девочка-следователь, туго затянутая в темно-синюю полицейскую форму, отчего у меня в голове вместо раскаянья, крутились исключительно эротические мысли, старательно и неумело «лечила» меня: — А если присовокупить к этому незаконное лишение человека свободы, телесные повреждения средней тяжести и кражу государственного имущества, то последствия для вас, Александр, вырисовываются совсем незавидные. Грустные будут последствия. Вы поймите, Александр, вы мне исключительно симпатичны и только поэтому… Чему вы улыбаетесь, гражданин Иванов?

— Ну вот, опять «гражданин Иванов»… — разочарованно протянул я, а в голове моей неистовствовал прадед. Этот «могучий старик», проживший на белом свете двадцать восемь лет, требовал немедленно позвать девицу-следователя на свидание, и я, в кои –то веки, был с предком полностью согласен.

— Ну хорошо, Александр. — «покладисто» согласилась девушка: — Вы готовы дать признательные показания?

— Ради вас я готов на все…- кивнул я головой, и глаза следователя азартно вспыхнули: — На все, кроме лжи. Я еще я бы хотел пригласить вас вечером, ну, когда все это закончится, на свидание.

— Вы сначала выйдете отсюда, чтобы кого-то на свидание звать. — хмыкнула девица в форме, которая чрезвычайно ей шла.

— То есть, в принципе, Анна Павловна, вы согласны?

— Я вас уже сказала, сначала выйдите отсюда, Иванов.

— Я вас понял, Анна Павловна, приложу все силы к тому, чтобы отсюда выйти. В этом случае пишите: 'Считаю, что органы следствия необъективно проводят расследование указанного происшествия. Я, а также мои товарищи Прокофьев и Миронов являемся внештатными сотрудниками полиции, работаем под руководством детектива отдела уголовного розыска лейтенанта полиции Хохлова Ивана Семеновича… Что вы не печатаете, Анна Павловна? Других показаний все равно не будет. Вчера лейтенант Хохлов сообщил нам, что в городе Н-ске имеет место нехватка продуктов питания и других товаров повседневного спроса, вызванное массовым хищением указанных продуктов из магазинов. По информации оперативного характера, которой располагал лейтенант Иванов, создание дефицита было направлено на подрыв государственного строя посредством роста недовольства населения трудностями в приобретении даже самых элементарных продуктов. Когда лейтенант Хохлов обратился к руководству отдела полиции с предложением пресечь указанную деятельность со стороны преступных элементов, то получил неправомерный отказ и прямой запрет разрабатывать эту преступную группу.

А это была чистая правда. Иванов действительно написал рапорт, засекретил его и зарегистрировал в журналах учета секретного делопроизводства, на что был отправлен на свое рабочее место, с предложением не отвлекать занятых людей и самому не отвлекаться от составления запросов и справок в интересах других сотрудников, которые «херней не занимаются, а настоящую работу делают». Мстительный лейтенант не забыл выброшенную на глазах коллектива в окно фуражку и собирался разбираться с, обидевшим его, начальником без всяких компромиссов.

— Я не буду это писать… — Анна Павловна оторвалась от клавиатуры: — Меня же начальник со света потом сживет.

— Тогда скажите своему начальству, что я вас за коленки хватал, и попросите вас заменить. — улыбнулся я.

— Хорошо, спасибо. — прошептала девушка, и, стерев несколько строк на экране служебного компьютера, быстрым шагом вышла из кабинета, оставив дверь открытой, чтобы меня видел сержант, сидевший в коридоре.

Через десять минут в кабинет вошел настоящий человек-гора с погонами капитана полиции, хватать за колени которого желания у меня не могло возникнуть, в принципе. Стул под мужчиной жалобно заскрипел, но выдержал. Новый следователь был настолько флегматичным, что без малейшего колебания напечатал мои показания, в которых я бросал тень на руководство отдела полиции.

— Значит вы утверждаете, что участвовали в задержании преступников под руководством лейтенанта Хохлова? — пробасил следователь, набив основной текст протокола допроса и сейчас внимательно перечитывавший изложенное.

— Утверждаю.

— А машину мы не угоняли, а забрали ее у водителя, пользуясь правом, указанным в Правилах дорожного движения.

— Точно так. Мы подошли к водителю, Хохлов представился и показал документы, сказал, что водитель обязан предоставить нам машину для преследования преступников.

— И вы сели за руль?

— Ну да. Владелец машины отказался ехать с нами, не захотел рисковать. И я сказал, что машину он сможет забрать потом, возле отдела полиции.

— А чем вы объясните, что владелец поврежденного автомобиля, Широков Владислав Петрович числится без вести пропавшим и никак не мог передать вам свой автомобиль.

— Ну, так вы же полиция, вы и выясняйте, я вам все, как было, рассказал. — я недоуменно пожал плечами: — Но, могу дать подсказку. Вероятно, кто-то из близких друзей или родственников пропавшего Широкова законно пользовался этой машиной, мы документы у водителя не проверяли. Или сам Широков не желает заявлять о себе, опасаясь пристального внимания со стороны полиции…

— Но, но, поговори мне еще. — погрозил мне толстым, как сарделька, пальцем следователь: — Сейчас мигом в камере окажешься.

— Вот о чем я и говорю. У вас, кроме, как невиновного человека в камеру поместить других методов тои нет.

— Ладно Иванов, расскажи, как ДТП устроил.

— Вы, конечно, можете мне снова камерой угрожать, но с точки зрения действующего закона, это не ДТП, так как инцидент произошел не на дороге, а во дворе многоэтажного дома…

— Ты что, Иванов, самый умный? — разозлился следователь: — Слов то каких нахватался. «Инцидент» у него, видите ли, произошел…

— А что, в вашей среде, быть умным что — стыдно? — шепотом спросил я у капитана.

— Это в какой такой среде? — подозрительно уточнил следователь.

— Ну у этих, у спортсменов. — я кивнул на газету «Спорт-экспресс», которую следователь принес с собой: — Ну а если мы разговариваем о произошедшем, то, тут имел место преднамеренное столкновение со стороны преступных элементов, с целью прорваться со двора и скрыться с похищенными продуктами. На момент столкновения наше транспортное средство стояло в створе ворот на выезде из двора, а вот машина преступников продолжала двигаться и даже не предпринимала попыток затормозить. У вас в папочке должны быть материалы инспекторов ГАИ, там этот момент, что следов торможения грузовика не зафиксировано, должен быть отражен. А если даже гаишники это не пометили, то в клипе это все есть.

— В каком ещё клипе? — насторожился следователь.

— Ну, я не знаю, как правильно назвать, клип, стрим. Короче, короткий репортаж с места событий. Да вы сами посмотрите, в сети уже должны были выложить…

Все-таки Влад Миронов молодец, умеет снимать. И все у него получилось по делу — и ревущий грузовик, продолжающий наезжать на беспомощную легковушку, возле которой стоит, подняв руки, молодой человек в полицейской форме, и лезущий из кабины, с монтировкой в руке, бандитский водитель. Правда, момент, когда Влад бьет агрессивного водителя по затылку в клип не попал, но лежащие на асфальте водитель и Сарай, возле которых видны, не только монтировка, но и пара, опасно выглядящих, ножиков, а угрозы бандитов в отношении нас слышны громко и отчётливо.

— Как видите, господин капитан… — с грустью в голосе поддерживаю я увиденное на экране смартфона: — Бандиты обещали нам неприятности со стороны своих высоких покровителей и они оказались правы, мы их получили.

— ты, Иванов, из меня жалость то не дави. -смутился капитан: — Ты лучше по делу говори, куда дели ящик с красной икрой из кузова грузовика?

— О как! — искренне поразился я незамутненности капитанского сознания: — Я еще и за сохранность того, что бандиты украли, ответственность нести должен? Пишите «Ничего не знаю, точка.» Все, допрос окончен, устал я и требую адвоката.

Капитан от моей наглости озверел, сгреб меня и поволок в сторону дежурки, ну а я не сопротивлялся, болтался на руке капитана, которая толщиной превышала мое бедро, с истинно монашеским смирением.

Наскоро переделанное в полицейский рабочее общежитие не могло похвастаться крепостью стен и камеры для задержанных представляли просто металлические клетки, установленные в холе бывшего общежития, где сейчас базировалась дежурная часть полицаев. Набитые в камеры, задержанные развлекались, от души матеря полицейских, успокаиваясь лишь получив струю «слезогонки» от рассвирепевших сотрудников дежурного наряда. Проплакавшись, народ начал собираться с силами, чтобы устроить новую пакость проклятым ментам, когда на экране большого телевизора, висящего на стене появилась официальный представитель МВД, генерал полиции Милослава Медведь, статная блондинка с идеальными сиськами четвертого размера. Хулиганы и мелкие жулики навалились на решетки, комментируя прелести генеральши фразами типа «Я бы вдул!», когда, накачанные ботоксом, губы полномочного представителя произнесли название нашего города.

— В Н-ске сотрудники уголовного розыска предотвратили крупное хищение продуктов питания…- звучал за кадром грудной контральто полицейской феи, а на картинке мелькали знакомые дома разбитая машина, юный полицейский, пытающийся поднятием рук остановить рвущийся на свободу грузовик, орущие в голос, распластанные на асфальте, люди, даже моя физиономия пару раз появилась на экране на краткий миг, но, слава Богу, никто меня не опознал. Сюжет давно закончился, генерал Медведь, вызывая сильное слюноотделение у задержанных, продолжала комментировать доблестную работу полиции в других городах и весях нашей необъятной Родины, а я все думал, каким образом мои парни протолкнули наш ролик в ведомственную передачу МВД, с учетом того, что это должен быть либо, всем подвигам подвиг, прогремевший на всю страну, либо очень дорого, а во вторых — как будет выкручиваться местное полицейского начальство, так как Хохлова сейчас песочат в самых высоких кабинетах, а второй участник сидит в камере? А если бы я имел глупость признаться в чем меня обвиняют? Как бы сейчас выкручивались из сложившейся ситуации местные полицейские начальники, которые либо полностью срослись с уголовниками, либо, что более вероятно, просто не хотят ничего делать, используя службу в Н-ске, как, своего рода, релакс.

Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.

Город Н-ск. Июль. Здание временного отдела полиции на территории города Н-ска. Кабинет начальника отдела полиции.

— Иванов, выходи…- меня решили выпустить минут через сорок после того, как главная ночная кукушка МВД прокуковала на всю страну, что мы с Хохловым молодцы и герои.

На стол помощника дежурного по отделу полиции лег мой бумажник и ключи от несчастной малолитражки и от квартиры и небольшой нож.

— Проверь деньги, распишись, что все получил и претензий не имеешь и свободен.

— Хорошо. — я пересчитал несколько купюр и написал на бланке «Имущество получил, претензии имею»

— Иди, я дверь открою. — помощник дежурного потянулся за бланком, мельком скользнув по нему взглядом и вдруг заорал: — Стой, ты что написал⁈

— Написал, что претензии имею…

— Насчет чего претензии? Вот, смотри, при тебе было…

— Я не про вещи. Хочу получить официальное извинение от начальника отдела полиции за мое незаконное задержание в письменном виде. Я здесь провел целый день без всяких оснований и хочу получить…

— Да понял я, понял…- сержант озадаченно почесал коротко стриженный затылок: — Ты из этих, правдолюбов или правдорубов. Тогда ты мне здесь допиши, что вещи, изъятые у тебя получил полностью, и желаешь письменных извинений от руководства. Или ко мне ты тоже претензии имеешь?

— К тебе не имею, делаешь свою работу и делаешь. Только из дежурки добровольно не уйду, буду здесь сидеть, пока прокурор с ежедневной проверкой не заедет.

— Услышал тебя. Ну, тогда посиди здесь, я к дежурному сейчас подойду и с тобой вопрос решу. — помощник с моей бумагой пошел к сидящему в дальнем углу просторного помещения дежурному и сунув мою бумагу, стал негромко что-то говорить. Дежурный долго слушать сержанта не стал, встал из-за стола, оправил форму и решительно двинулся в мою сторону.

— Молодой человек…- широкоплечий майор нависал надо мной, как дамоклов меч правопорядка: — Немедленно покиньте служебное помещение.

— И не подумаю, гражданин майор. — я покрепче вцепился пальцами в широкую и тяжелую скамью, на которой сидел: — Мне нужен документ, на каком основании меня продержали целый день в камере.

— Добровольно не уйдешь? — уточнил майор.

— Не уйду.

— помотал головой я.

— Справка, что ты был задержан по подозрению в совершении преступления, так как подходил по приметам, тебя устроит?

— Да меня хоть что устроит. Просто будет смешно… Вы же знаете, почему меня выпустили? А сегодня запланировано интервью с местными блогерами, и я не премину показать им вашу справочку. Может забавная ситуация получится.

Майор нервно передернул плечами:

— Да, пожалуй, я от выдачи такой справки воздержусь, да и вообще, ты не моя головная боль, а мои полномочия на этом заканчиваются. Пошли к начальству.

Оставив меня в коридоре возле приемной, дежурный, коротко стукнув, вошел в кабинет начальника отдела:

— Разрешите?

Пока он входил в дверь, я разглядел длинный стол для совещаний, за которым густо сидели полицейские с офицерскими погонами. Через две минуты из кабинета вышел дежурный с злыми глазами и побагровевшим лицом, коротко буркнул мне «Жди» и, каким-то деревянным шагом последовал в сторону дежурки. Я же вытащил из кармана шнурок, повесил его на шею, а к пластиковой защелке прикрепил смартфон камерой вперед. Я от родителей когда-то слышал, что первые сотовые телефоны именно так и носили, как олимпийские медали, чтобы все видели. Прежде чем из кабинета шагнули двое мордатых полицейских с подполковничьими погонами, похожие друг на друга, как родные братья, я успел включить запись.

— Ты кто такой? — один из «братьев» шагнул ко мне, обдав амбре из густой смеси спиртного и табака.

— Ты знаешь, кто я такой. — не люблю хамства.

— Ты что, сопляк, решил, что в сказку попал? Какие тебе извинения нужны? Радуйся, что отпустили и на своих двоих домой вернуться…

— Представьтесь, пожалуйста…

— Что?

— Я говорю, представьтесь, как положено…

— Да я тебя! — подполковник попытался меня ухватить, но я отскочил, потом снова и снова. Второй служивый вроде бы попробовал ему помешать, но, как-то неубедительно, а первый вошел в раж, но понял, что гоняться за мной по приемной ему невместно, и он сделал вызвал «кавалерию из-за холмов»- заглянул в кабинет начальника и потребовал выйти помощникам помоложе. В приоткрытую дверь я успел заметить испуганные глаза следователя Анны Павловны, потом оттуда повалили молодые и бравые в количестве пяти рыл, которые общими усилиями вытолкали меня из здания отдела полиции, как какого-то забулдыгу из кабака в кинокомедиях прошлого века.

— Анна Павловна! — я шагнул из-за угла и узкая спина, туго обтянутая темно-синей тканью дрогнула, но стук каблучков по асфальту не сбился с ритма, следователь продолжала шагать вперед.

— Анна Павловна. — я пристроился сбоку: — Мы договаривались, что если я выйду из отдела, то вы согласитесь со мной погулять.

— Допустим, вы не сами вышли, а вас, Иванов, вынесли, я из окна видела…

— Каюсь, так и было…- я покаянно опустил голову: — Я, грешным делом, думал, что на прощание раскачают и бросят в лужу, как какого-то Поняковского, но обошлось.

— Читали «Золотого теленка»? — девушка резко остановилась и заглянула мне в глаза: — Или кино по телевизору смотрели?

— Грешен, читаю, а телевизор смотрю очень редко. Так как вы отнесётесь к моему предложению?

— Вы знаете, Саша…- тонкие пальцы девушки скользнули по моей груди и замерли на шевроне " Военная кафедра ": — С вами сейчас порядочной девушке опасно гулять по улицам. Наше руководство, почему-то, на вас сильно разозлилось и отдало негласное распоряжение парней с такими нашивками отлавливать на улице и доставлять в отдел полиции, желательно, с применением физической силы…

— О как! — изумился я: — Неожиданно. Но, тогда к меня есть к вам другое предложение. Чтобы вам не гулять по улице с таким сомнительным типом и не рисковать своей безупречной репутацией, предлагаю зайти ко мне в гости. Там точно милицейских патрулей не будет.

Несколько мгновений девушка молчала, после чего решительно кивнула головой.

— Только давай в магазинчик зайдем, купим кое чего. — я ухватил следователя под руку и увлек ее в сторону магазина, которым заведовала Лидия Кузьминична. Этот и магазин возле моего дома за прошедший период были освобождены от «кураторов» из числа жуликов, поэтому там был нормальный ассортимент продуктов, из которого можно было выбрать все необходимое для угощения барышни.

Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.

Город Н-ск. Июль Квартира Иванова.

Вчера до ужина дело не дошло. Я, со своей, почти монашеской жизнью, был готов на безумства уже в подъезде, ну а Аня набросилась на меня еще в коридоре квартиры, когда я случайно прижался к ней в тесноте прихожей. В общем, встретились два одиночества.

Утром я проснулся около шести часов утра, подавив желание, тихонько выскользнул из-под одеяла, стараясь не смотреть на распростертое тело спящей девушки, и пошлепал босыми ногами по деревянному полу в сторону ванной комнаты…

Когда на пороге кухни показалась Аня, со смартфоном в руке и моей футболке, я уже закончил сервировать стол.

— Ага! — моя любовница с порога включила режим следователя, обличающе ткнув тонким пальчиком в бутерброды с красной икрой: — Я знала, что ты причастен…

— Да побойтесь Бога, госпожа лейтенант…- я радостно оскалился: — Вон в пакете покопайтесь, там чек лежит из магазина и две банки икры указаны. Так что промашечка у вас вышла, гражданка начальница.

— Ладно, на первый раз прощаю…- мне погрозили пальцем, после чего аккуратная попка девушки опустилась на стул, а белые зубки впились в бутерброд: — Но знай, я за тобой внимательно слежу.

— Следи, следи, я не против. — я подкрался сзади и ткнулся губами в, пахнущий шампунем, затылок девушки.

Следи, не следи, но вчера Олег с Владом, пользуясь суетой, вытащили из, оставшегося без внимания, кузова грузовика ящик с красной икрой и спрятали его в багажнике малолитражки, после чего, по-английски, не прощаясь, покинули место происшествия, оставив меня с Хохловым отдуваться за все перед полицией. Когда все участники спектакля отправились в полицейский участок, мои сообщники извлекли драгоценный ящик из багажника брошенного, по причине невозможности движения, легкового автомобиля и доставили икру в магазин Лидии Кузьминичны, которая и приняла икру на реализацию. После того, как мы освободили ее от опеки жуликов, женщина была готова для меня на многое. Ну а вечером я и купил в этой же торговой точке пару банок икры за установленную цену. Кто-то скажет, что мы должны были сдать весь товар полиции, но я с этим совершенно не согласен. Во-первых, почти на сто процентов уверен. Что самые «вкусные» позиции, изъятых у экипажа Сарая продуктов, до покупателя не дойдут, «усохнув» или «испортившись» по пути, а во-вторых, кто-то же должен мне компенсировать затраты на транспорт, погибший в неравном столкновении с бандитским грузовиком.

— Видел? — Аня протянула мне смартфон с поставленным на паузу видео, где замерли два затемненных человеческих силуэта.

— Что там?

— На, послушай. — Аня продвинула мне смартфон и ухватилась за чашку с кофе: — Кто-то из парней уже слил информацию в Сеть, что начальство дало указание гасить и задерживать всех студентов с шевроном «Военная кафедра».

— Да ты что? — изобразил я изумление на лице: — Оказывается, что среди полиции есть совестливые парни.

Ну да, возможно такие парни есть, но ждать, пока они себя проявят, мы не могли, поэтому Олег и Влад, затемнив свои фигуры и лица, сделали ночью небольшой стрим, изображая из себя совестливых полицаев, обсудили в прямом эфире преступный приказ начальства, объяснив свою анонимность страхом мести со стороны начальства, так что, я считаю, мы сильно укоротили руки злобному полицейскому руководству.

Пока я смотрел ролик, Аня закончила завтрак и облачившись в форму, уже стояла на пороге, нетерпеливо постукивая каблучком.

— Спасибо тебе за все…- я медленно поднес руку девушки к губам, не отрывая взгляда от серых глаз Анны: — Надеюсь, это была не последняя наша встреча?

— Не сомневайся. — девушка ткнулась в меня уголком рта, чтобы не размазать помаду и отступила в сторону, позволяя мне открыть входную дверь.