Том 1. Глава 5. Го Хэн наказан

Было уже поздно. В школе тихо, и все готовились спать, однако учитель был полностью одет, причесан и вообще выглядел так, словно не спать собирался, а ожидал гостей из знати.

Го Хэн стоял на коленях, прислонившись щекой к деревянному полу. С такого ракурса на учителя смотреть было сложно, к тому же он ощущал, как трудно дышать от руки, что держала его шею сзади. Да Джиан был в бешенстве. Он притащил Го Хэна сюда и теперь удерживал перед учителем на коленях.

— Позвольте услышать версию Го Хэна, — предложил учитель. — И отпусти же его, наконец. Здесь он не причинит никому зла.

Да Джиан нехотя отпустил парня и отошел к двери в учительской спальне.

Го Хэн не воспользовался этим, чтобы встать и продолжал так и стоять — на коленях и лицом в пол. Ему совсем не хотелось смотреть в глаза учителя, но тот попросил обеспокоенно:

— Мой ученик, пожалуйста. Поднимись и объяснись. Дело очень серьезное. Тебя могут выгнать из школы.

Эти слова больно ударили по Го Хэну, так как означали, что Чжу Баи он больше не увидит. Вряд ли тот специально будет сам искать встречи с ним, да и в школу будет сложно попасть. Парень выпрямился и сел на колени, но смотрел все еще в пол.

— Я впервые услышал, что Чжу Баи был ранен, — подбирая слова, заговорил Го Хэн. Ему было невыносимо стыдно, перед этими людьми, но только не с ними он хотел бы сейчас говорить. Надо было вернуться как можно скорее.

— Действительно. Мне говорили, что вас ранили в одно и то же время, но он раньше пришел в себя, — согласился учитель. Го Хэн различил в его голосе поддержку, и, немного осмелев, бросил на учителя быстрый взгляд и продолжил оправдываться, все еще глядя в пол:

— Я заметил, что Чжу Баи не переодевается при всех. И он очень хотел отправиться с учителем. Я испугался, что он ранен серьезнее, чем хочет казаться. И попытался увидеть…

— Он пытался сорвать с него одежду, — перебил его Да Джиан. Казалось, он едва сдерживался.

— Я перестарался от беспокойства, — закончил Го Хэн, не уверенный, что ему поверят.

Учитель кивнул и медленно поднялся — Го Хэн видел только его ноги.

— Я думаю, — начал учитель, явно тоже смущенный этой ситуацией, — что история и правда двусмысленная… Но мы ведь давно знаем Го Хэна, этот ученик никогда не позволял себе ничего…

— Простите, учитель, но позволял, — воскликнул Да Джиан. — Мы просто не хотели беспокоить вас.

— Это правда? — учитель выглядел обеспокоенным. Но так как Го Хэн ничего об этом мире не помнил, он без зазрений совести соврал:

— Нет. Никогда и ни за что.

Учитель шумно вздохнул:

— Не будем выносить это на публику. Вам всем и мне, как вашему учителю, будет стыдно. Ограничимся закрытым наказанием. Го Хэн руководствовался заботой о товарище, но не сдержал своих порывов. За второе нужно его наказать, но стоит ли наказывать за заботу? Не думаю.

Да Джиан молчал. Сложно понять, о чем он думал и был ли согласен с этим решением.

Сначала послышался свист, а потом резко вспыхнула от боли спина. По ощущениям — били прутом. Розгой. «Нихера себе — телесные наказания!» — подумал Го Хэн. Больше всего он хотел сейчас встать, отобрать у старика розгу и разломать, после чего избить палача, но все же пересилил себя. Удерживало то, что после такого ему путь в школу был бы заказан и перед Чжу Баи точно не дали бы объясниться. Но осознание того, что он молча сносит наказание, было больнее ударов от розги.

Всего ударов было десять, потом стало тихо. От него чего-то ждали. Покрытый холодным потом, вспоминая прочитанное в книге по этикету, Го Хэн поклонился до пола и скрипуче произнес:

— Этот ученик благодарит учителя за науку.

— Сегодня ты не сможешь ночевать в одной комнате с Чжу Баи, — продолжал учитель. — Наверняка мальчик напуган. Ему надо успокоиться. Как и тебе.

— Учитель, он правда ранен, — стерев с лица пот рукой, проговорил Го Хэн, не оборачиваясь. — Да Джиан должен был так же видеть это.

— Я ничего не видел! — возразил тот.

— Этот ученик сегодня совсем забыл о приличиях. Постоянно перебивает и своего шисюна, и учителя. Если для этого ученика больше нет авторитета, то, возможно, он тоже заслуживает наказания?.. В любом случае — ученик должен выйти и позволить нам поговорить без его замечаний. Вопросы по вине мы уже решили полностью, сейчас другой вопрос, и раз ученик не знает, то и спрашивать его не о чем.

Го Хэн не мог обернуться, но слышал, как запыхтел Да Джиан. «Как же резко изменился этот мир, раз некогда мягкий Да Джиан вдруг стал таким резким, и все восприняли это как должное» — подумал юноша. И судя по всему, насторожило это не только Го Хэна, но и учителя. Зашуршала одежда и занавеска, мягко закрылась дверь — они остались вдвоем.

— Насколько серьезна рана? — спросил учитель, снова садясь на свое место. Спина все еще ныла после ударов, и Го Хэн знал, что потом станет больнее, но не злился — этот человек явно мог помочь ему разобраться во всем, хотя сомнения все же были: слишком уж странно выглядела рана. Вдруг он ошибся и теперь только выдаст себя? Вдруг это какая-то из местных техник и Го Хэн про нее знал? Но беспокойство о Чжу Баи не дало ему молчать. Парень негромко заговорил, водя рукой по своей груди, точно рисуя:

— Спираль. Сходится тут и расходится по всему телу, кажется. Где-то до ключиц. Оно местами словно вырезано, местами похоже на татуировку… У него раньше ведь не было такого?

— И я не наносил на него заклинаний. Но похоже на то… — задумчиво произнес учитель. — Значит, он прятал это от вас? Как давно он начал прятаться?

— Прячется все то время, что я вернулся от лекаря. — ответил Го Хэн, хотя и понимал, что это все могло начаться и до «него».

Учитель некоторое время молчал. Парню казалось, что тот знает гораздо больше, чем говорит и уже готов был сам все выведать у этого старика, пусть даже и силой, когда учитель, пристально посмотрев на него, неожиданно спросил:

— На тебе нет таких ран?

Го Хэн поднялся и быстро скинул ханьфу, оставив его висеть на поясе, оголяя торс. У него не было никаких ран, но учителя поверхностная проверка явно не устраивала. Он взмахнул рукой, рассекая воздух, словно пытался потушить спичку, и в ту же секунду над пупком Го Хэна появились странные символы. Они постепенно уходили ниже, и несколько отличались от тех, что были на Чжу Баи, хотя стиль их совпадал, словно один и тот же мастер нанес. Го Хэн ощутил, как внутри все похолодело.

— Мальчик мой, — горестно заговорил учитель, будто собирался сообщить о смертельной болезни. — Я не должен был наказывать тебя… Это не твоя вина. Наверняка ты думаешь, что любишь его, своего маленького шиди.

Го Хэн чуть не задохнулся от возмущения, ужаса и стыда. Он открывал и закрывал рот, словно выброшенная на берег рыба, но слова будто застряли. Учитель поднялся и подошел к парню; Го Хэн подумал, что для того, чтобы снова ударить, но тот лишь потрепал его по плечу, словно успокаивая.

— Я никому не скажу. Но ты должен знать: твои чувства — это наложенные на вас проклятье. Должно быть, кто-то так подшутил над вами… Сколько времени вы вместе после того, как вас ранили? Мой ученик, ты действительно сильный, раз смог сопротивляться этому и проявил только сейчас. Но, пожалуйста, держись. Проклятие снимут, а тебе будет стыдно. Обрати свои чувства как сейчас — в заботу, но старайся следить за своими действиями. А я поговорю с Чжу Баи. Все хорошо, никто не винит тебя. Теперь можешь идти.

— Я все еще сплю отдельно? — на всякий случай уточнил Го Хэн, хотя и был уверен, что услышит отказ.

— Да. Успокой немного свои порывы.

Го Хэн знал, что этот человек ошибается, и если символы — это проклятье, то направлены они не на то. Он любил Чжу Баи еще раньше, в своем мире, где не было никакой магии. Не было этих символов. Да, на нем они может и были скрыты, но Чжу Баи он видел голым до самой его смерти. Он бы заметил малейший синяк на его светлой коже, что уж говорить о целом проклятии. Но учитель назвал это именно проклятьем, а значит нужно было подробнее изучить его… все же Чжу Баи осмотрят.

Да Джиан ждал его у ворот в учительский домик, который был больше похож на сарайчик: там была только спальня и небольшая пристройка для хлама. Забора вокруг дома не было, хотя там было нечто, что Го Хэн сначала принял за ворота, но они не открывались: это оказалась просто стена напротив входа. Да Джиан, смерил парня презрительным взглядом, махнув:

— Иди за мной. Ты слышал учителя, сегодня ночуешь в дровяном сарае.

— Шиди говорил, что я и раньше делал что-то подобное. Что именно? — Го Хэну было плевать на стыд. Он должен был знать. Это не было проклятьем, если он и раньше приставал к Чжу Баи.

Да Джиан обернулся, и, замедлив шаг, с удивлением переспросил:

— Правда не помнишь?

Го Хэн покачал головой. Ему показалось, что Да Джиан как-то успокоился, во всяком случае стал мягче, но заговорил с обидой:

— Когда тебе было шестнадцать… Более старшая девушка из поселения позвала тебя переночевать у нее. И ты знал, зачем туда идешь, но пошел. И утром выглядел… очень неприлично. Потом в семнадцать в доме, где мы ночевали, ты не отказал служанке. И потом…

— То есть меня сами звали? — уточнил Го Хэн. — Тогда в чем проблема?

— Как же чистота души и тела?! — Да Джиан покраснел так, словно это его сейчас отчитывали. Оказывается, не так в этом мире все прилично, как виделось Го Хэну: напоказ-то все благородные. Да, конечно, были и подобные Да Джиану: праведные до скрипа в зубах, что из-за всех сил стараются не замечать чужих грешков. Наверняка шиди его вплоть до этого дня не сдавал учителю…

Го Хэн был на нервах. Он боялся, что и в этом мире позволял себе что-то ужасное, тем более по отношению к Чжу Баи, но, похоже, все в рамках приличия, по крайней мере приличий его мира.

В дровяном сарае было прохладнее, чем в комнатах. Но его не бросили сюда спать в чем он был — Да Джиан принес ему покрывало и кувшин с водой. Краснея, он пообещал передать искренние извинения Чжу Баи.

«Ничего же с ним за ночь не случится…» — рассудил Го Хэн, и лег спать.

За окном давно стемнело, и в целом на пике было очень тихо, но Го Хэну не спалось. Опять происходившее пробудило в нем не самые приятные воспоминания.

После смерти Чжу Баи он искал, в чем ошибся, и событие, которое не давало ему спать, было одной из ошибок.

Это был день. То ли они всю ночь трахались, то ли что-то делали, и еще спали к тому времени, когда внизу стало очень шумно. Го Хэн сразу понял, что происходит — его банда притащила какую-то “игрушку”, и видимо, довольно занятную, раз они так расшумелись. Он хотел спать и закрыл голову подушкой. Спустя мгновения, он почувствовал шевеление рядом, но лениво подумал, что может быть Чжу Баи просто приподнялся. Если бы он встал — он бы включил свет. В комнате по-прежнему было темно. И тут хлопнула дверь. Го Хэна тут же словно на веревке из кровати вырвали.

«Игрушкой» оказался молодой парень: почти что кукольно-красивый и немного помятый. Загнанный в угол, он смотрел на всех с ужасом, тем более, что против него было человек пятнадцать крепких ребят, для которых решать дела силой было привычным делом.

Чжу Баи, который практически слетел по лестнице вниз, протиснулся через эту толпу, и просто встал между парнем и окружившими его, после чего спросил устало и раздраженно:

— Какого хрена?

— Чжу, дружище, это может и выглядит как пиздец, но на самом деле все в порядке, — произнес Гун Ву, главный помощник Го Хэна. При этом он попытался приблизиться и дружески за плечо отодвинуть Чжу Баи от их цели. Он шепнул так, что слышно было всем: — Этот парень этим и зарабатывает. Продавая свое тело. Мы не собирались использовать его бесплатно.

— Прямо как я, да? — раздраженно рыкнул Чжу Баи, увернувшись от его руки и отступая к пленнику.

— Ну, о чем ты. Ты другое. У тебя один хозяин, никто и не отважится тебя тронуть.

— Что происходит? — Го Хэн добрался до них без спешки. Он надеялся, что Чжу Баи придется спасать, но с тем по-прежнему старались вести себя мягко. Ситуацию он понял сразу, да и про то, откуда тут появился чужой: скорее всего, его забрали из поселения и пообещали одного-двух клиентов. Конечно, сейчас ситуация менялась, но Го Хэн был уверен, что парень уйдет отсюда живой и за каждый лишний член ему заплатят. В то же время он понимал, чего так взъелся Чжу Баи, да и тот всегда нарывался. Гун Ву попытался вытолкнуть Чжу Баи, чтобы убрать подальше от цели, но тот уперся и ни в какую с места не сдвигался.

— Пусть уходит. Он передумал, — выпалил Чжу Баи.

— Дружище, у тебя достаточно секса, но так повезло не всем, — снова угрожающим шепотом начал Гун Ву. — К сожалению, развлечений сейчас не так уж много, тут боссу уже повезло, но…

Го Хэн видел, что сейчас будет, но решил не мешать. Чжу Баи резко отклонился в сторону и практически рухнул на Гун Ву. Так как все стояли плотно — кроме них двоих упало еще несколько человек, в кольце людей появился небольшой коридор. Чжу Баи оставалось только крикнуть: «Беги!», а повторять и не надо было. Ворота в здание не потрудились закрыть, так что виноваты сами. Кто-то еще попытался броситься в погоню, но Чжу Баи успел схватить их за ноги, оставшаяся толпа смешалась в кучу, и Го Хэн сел на диван подальше от этой потасовки. Сначала, когда еще была надежда догнать, возня была активнее, но вскоре все успокоились и уже после этого банда начала подниматься.

Чжу Баи вытащили, так как он сам не смог встать. Схватив за грудки, Гун Ву дотащил его до дивана и бросил на спину рядом с Го Хэном. Тот не вмешивался, и это добавило Гун Ву наглости прошипеть:

— Его место занять решил?

Го Хэн продолжал не вмешиваться. Ему было интересно, как Чжу Баи сможет выкрутиться без его поддержки, но парень на него даже не оборачивался. Он напоминал мелкую собаку, готовую вцепиться в руку, но не причинившую бы большого урона. Гун Ву, и все участники этой сцены посматривали на него, а в их лицах читалось явное: «Скажи спасибо, что у тебя тут такая крыша».

— Босс, как насчет разобраться, — предложил Гун Ву, держа дистанцию. — Иначе он тут совсем обнаглеет.

— Что предлагаешь? — спросил Го Хэн, за футболку подтянув Чжу Баи к себе. Тот все еще был разозлен и попытался расцепить его пальцы, но не хватило сил. По одной только улыбке Гун Ву было понятно, что он предлагает. «Давай. Тут же, на этом диване. Если трахнуть его при всех, то он вспомнит, где его место». Го Хэн фыркнул, отрицательно покачав головой. Пока не подоспела идея хуже, он поднялся с дивана, все еще удерживая ворот Чжу Баи, предложил:

— Ерундой не занимайтесь. Прогуляйтесь в поселение. Выпейте, осмотритесь. Может, там найдутся девушки. Может даже для каждого. — и ушел обратно к себе, утащив туда же и любовника. А потом долго боялся его выпускать.

Чуть больше, чем через неделю, Го Хэн был ранен в плечо, как раз, когда они защищали поселение, в котором раньше жил Чжу Баи. И тот молча занимался перевязкой его плеча, словно злился на что-то. А может и правда злился… Тогда Го Хэн, не оборачиваясь на него, сказал:

— Кстати. Помнишь, ты от моих парней спас того… ну, шлюху. Его нашли ребята Дрэгона. Зря ты так, если бы не вмешался, мои бы обошлись с ним мягко, заплатили бы честно и еще обратно отвезли. Он не заблудился бы и не поперся на территорию Дрэгона. А там сам понимаешь… ни чести, ни жалости.

Чжу Баи замер, не доведя дело до конца. Когда Го Хэн обернулся, бинт с его плеча съехал, он заговорил уже тише.

— Помнишь, как его люди пытались увезти тебя?

Чжу Баи тут же вздернул голову, словно проснулся:

— Это было другое. Тебе везде какая-то порнуха мерещится, у нас с их бандой другие счеты, — зло отрезал парень.

— Ага. Только твое поселение от них защитить не смогло…

— Я и не просил у них защиты. И у тебя не прошу, — Чжу Баи попытался его снова развернуть так, чтобы было удобнее бинтовать, но Го Хэн отворачиваться не хотел. Обхватив его за поясницу, он потащил его к себе, чтобы осторожно прижаться.

— Если с тобой что-то случится, — негромко пообещал он, — я всех там переубиваю. Даже если сдохну следом.

Он не должен был говорить Чжу Баи о том, что его усилия оказались бессмысленны. Что он сделал только хуже. Чжу Баи было плохо. Ему очень давно было плохо и его ничего не могло удержать.

Го Хэн был слишком эгоистичен. Он думал только о себе и о том, что подумает банда. Когда Чжу Баи сбежал — он думал о том, что с ним могло случиться, куда он мог попасть так же, заблудившись. А когда Чжу Баи вернулся — осмотрел только на наличие синяков или ран. Просто проверил, не тронул ли кто его человека. И все. Даже не предложил ему выговориться. Столько ошибок…

Го Хэн заснул, словно в темноту провалился.

Утром в сарае появился посторонний, и парень вскочил, скинув с себя одеяло. Спина тут же напомнила о себе болью, словно ее начали кусать насекомые, но зато Го Хэн наконец окончательно проснулся. Гостем был Чжу Баи. Ему не только стало спокойнее, он еще и ощутил радость от такого пробуждения. И успокоение — вот он Чжу Баи, живой и здоровый. Все с ним в порядке, проклятье только это…

У Чжу Баи была с собой лакированная деревянная коробка, и указав на ее, словно по ее виду Го Хэн должен понять, что там, спросил:

— Ты не против, если тут?

«Хоть бы продолжением было: «Тут потрахаемся», — подумал Го Хэн, но отрицательно покачал головой и вслух прибавил:

— Не против.

Чжу Баи достал из-за пояса гребень, поставил коробку на скамейку рядом с Го Хэном и так, ненавязчиво ждал. Го Хэн был сильно растрёпан после сна в непривычном месте, но решил, что ему снова повезло, и, повернувшись спиной, наклонил голову для удобства, чтобы избежать прикосновений к спине.

И тут он вспомнил.

Забавно, что он помнил про проклятье, но не помнил, что увидел его, пытаясь сорвать одежду с напуганного Чжу Баи. Было уже поздно — момент первой неловкости был упущен, и Чжу Баи сам расчесывал его волосы. Кажется, он снова выглядел виноватым.

Он расчесывал мягко, не дергая волосы, но молча. И это молчание немного действовало на нервы. Но, стоило Го Хэну открыть рот, чтобы разрядить обстановку шуткой, как Чжу Баи заговорил сам:

— Прости. Тебе, наверное, кажется, что я боюсь тебя. Хотя ты ничего не делал… Да и я, наверное, не должен был скрывать от вас. Ван Линг вчера отчитала меня за это. Она права — я мог подставить всех, потому что я сам не знаю, что это… А, вместо этого, я прятал… мне казалось, что я сам виноват в том, что произошло.

Для Го Хэна это было словно эхо. Чжу Баи этого мира и его родного повторяли эту фразу: «Мне стыдно. Я сам виноват в том, что происходит». Хотелось хотя бы сейчас это сказать…

— Ты не виноват. Наш учитель обещал разобраться с этим… Если тебе станет легче — на мне тоже проклятье. — Го Хэн почувствовал, как ему полегчало после сказанного.

Он почувствовал, как у Чжу Баи дрогнула рука, но затем вернулась к расчесыванию. Жаль в его лицо сейчас заглянуть нельзя было.

— Это ужасно, — произнес Чжу Баи.

— Ага. И это… учитель думает, я из-за него был вчера такой.

— Не оправдывайся. Ты просто хотел, чтобы мне и команде было безопасно. Если бы я не закрывался, тебе бы не пришлось…

— Я же не поранил тебя вчера?

— Нет, — ответил Чжу Баи, и Го Хэн вздохнул с облегчением. Значит, шанс исправиться у него по-прежнему есть. Он приоткрыл крышку коробки и на него пахнуло теплым рисом и рыбой. Значит, Чжу Баи предлагал поесть. Не секс, но тоже неплохо.

Оказалось, что длинные волосы — это приятно, если их причесывает Чжу Баи. К сожалению, закончилось это удовольствие довольно быстро, и он начал завязывать их в высокий хвост, извинившись смущенно:

— Прости. Я только так умею.

— Ничего. Я и так не особо могу, — отозвался Го Хэн, подавив желание попросить еще немного его расчесать.

Чжу Баи перешел на другую сторону лавочки и начал раскладывать принесенное.

— Я проспал завтрак? — спросил Го Хэн.

— Нет. Я зашел до завтрака. Подумал, что не захочешь тратить время. Мы отправляемся завтра, а тебе еще столько повторить надо, — Чжу Баи смотрел на миски с едой и суповым бульоном, не видя, как на лице Го Хэна появился страх.

— Отправляемся? Ты же проклят.

Чжу Баи поднял глаза, одновременно поднеся руку к губам, слизывая прилипшую рисинку.

— Со мной все в порядке. Учитель осмотрел меня и сказал, что проклятье сейчас ни на что не влияет. — попытавшись улыбнуться, заверил он.

— Тогда зачем оно и что делает?

Чжу Баи начал без спешки есть и вскоре стало понятно, что отвечать он не намерен. Это было невежливо даже для мира Го Хэна, но он расценил это просто как отсутствие ответа как такового. Возможно, об этом не знает даже их учитель.

— Хорошо, во всяком случае я буду рядом и, если что случится… — сказал Го Хэн, взявшись за палочки.

— Прости, надо было сразу сказать… Учитель взял ученика другого учителя в это путешествие, а тебя отправляет с ним. Там тоже что-то интересное происходит, так что скорее всего…

Го Хэн вскочил с лавочки. Он собрался сейчас же бежать разбираться к учителю, но, сделав всего два шага к дверям, он обернулся, — Чжу Баи перестал есть, да и выглядел виноватым. Го Хэн, хотел поскорее разобраться, но после смекнул, что шанса может больше не появиться, а такие моменты должны сближать. Вернувшись на лавочку, он снова принялся за еду. Чжу Баи некоторое время удивленно смотрел, как он ест, а после и сам вернулся к трапезе.

***

— Вас невозможно сейчас держать в одной команде, — невозмутимо ответил учитель. Он находился в беседке в саду, к тому же не один — с ним была женщина, тоже из учителей и тоже выглядевшая максимум на тридцать. Она попыталась возмутиться, что Го Хэн ведет себя неподобающе, но учитель попросил за него прощения, прибавив: «Что поделать, мои ученики, не в пример мне, импульсивны».

— Будет лучше, если вы побудете как можно дальше друг от друга. Вот увидишь, тебе станет легче.

— Из-за проклятия? — мрачно спросил Го Хэн, чувствуя, как чешутся кулаки ударить этого благостного мудака.

— Да.

— Так оно ни на что не влияет, вы сами сказали. Я теперь знаю, что это проклятье.

Учитель поднялся и отозвал Го Хэна в сторону. В этом мире даже их учитель был каланчой больше двух метров, и при его худобе это смотрелось бы жутко, если бы не все те слои ткани, что учитель на себя надевал. Парень послушно отошел с ним (морально униженный таким ростом).

— Мальчик мой, — заговорил виновато учитель, — мы не можем рисковать. Если бы не планировалось путешествий, я бы взялся за любое задание сейчас. Хоть рис с крестьянами собирать, лишь бы разделить вас. Проклятие может само разрушиться, стоит вас увести подальше друг от друга. Но, если ты отправишься с нами… И если что-то случится… вы двое тогда на всю жизнь опозоритесь.

Загрузка...