Я устала быть сильной

3. Крючки

Непроизвольно снова покрываюсь мурашками и, закусив губу, медленно иду к телефону.

Ну нет, это же не может быть он? Я заблокировала его номер.

Включаю телефон и вздрагиваю. Номер другой. Но пишет мне явно все тот же контакт.

“Ошибаешься.”

Блокирую и этот номер тоже и отбрасываю телефон на кровать. Замечаю, что у меня дрожат пальцы от волнения, а низ живота каменеет от какого-то томительного сладкого предвкушения. Будто мы продолжаем ту же самую игру, которая началась вчера. Возбуждаюсь непроизвольно. Но тут же одергиваю себя и ухожу на кухню, включаю кофе-машину и выпиваю таблетку обезболивающего, потому что впереди трудный день.

Сегодня у меня заседание. Мне нужно быть в форме и прекрасно выглядеть, чтобы внушать клиентам уверенность и, очень желательно, очаровать судью. Вести процесс будет мужчина, а они, как известно, любят глазами. Поэтому выбираю в гардеробной облегающее черное платье чуть выше колена, с высоким как у водолазки горлом, и накидываю сверху черный пиджак. Чулки со швом сзади и красные лакированные туфли на высоком каблуке отлично дополнят образ.

Выпив кофе, укладываюсь и крашу губы яркой помадой — это тоже поможет мне привлекать к своей речи внимание судьи. Такие мелкие неявные крючки, на которые покупаются собеседники, могут кардинально изменить ход дела.

У меня есть машина, но она внезапно сломалась, да и не рискнула бы я сесть за руль после вчерашнего загула. Я даже после вечернего шампанского не сажусь, боясь испортить имидж. Поэтому и не пью почти. Редко, но метко, чтоб его!

Вызвав такси, с облегчением отмечаю, что сообщения больше не приходили, а, оказавшись в здании суда, вообще забываю о вчерашнем дне. Судебный процесс — очень напряженное мероприятие, тут нельзя ни о чем думать, кроме дела.

Лишь притупившаяся боль в мышцах иногда напоминает о том, что пусть один день, но у меня была личная жизнь.

— Я пойду возьму кофе и вернусь, — сообщаю своему клиенту тихонько и ухожу по коридору вглубь здания, где притаился автомат с кофе. Сушит, хочется промочить горло.

Покупаю себе капучино и жду, когда наполнится стакан.

Бросаю взгляд на наручные часы. До начала слушания остается минут семь.

Закрываю бумажный стакан пластиковой крышкой и собираюсь идти обратно, но внезапно чьи-то сильные руки буквально заталкивают меня в помещение с надписью “ремонт” на двери.

4. Планы

Успеваю только растерянно ойкнуть, как уже оказываюсь в полутемном захламленном помещении с обвалившейся на пол штукатуркой и сгруженной в углу мебелью.

Секунда — и я прижата спиной к стене, а мои губы накрывает теплая ладонь и жестко фиксирует мою голову.

Испуганно смотрю в темно-синие глаза своего наваждения. Не понимаю, как он тут оказался.

— Привет, беглянка, — шепчет Рафаэль с нотками хищного азарта в голосе. — Неужели, ты думала, что я тебя не найду?

Мычу ему в ладонь, и он убирает ее.

— Ты сдурел? — сердито шепчу в ответ и толкаю его свободной рукой в грудь, но он тут же перехватывает сначала ее, а потом и ту, которой держу стакан, и поднимает их над моей головой. — Что ты творишь?!

— Доказываю тебе, что это я выбираю: разовая у нас акция или нет, — возбужденно шипит он, бросая быстрый взгляд на мои губы и наклоняясь, чтобы поцеловать меня, но я отворачиваюсь и напрягаюсь всем телом, чтобы вывернуться из его объятий.

Не получается: я вжата его мощной грудью в стену будто прессом.

— Рафаэль, — взвизгиваю шепотом, потому что его губы тут же нападают поцелуями и легкими укусами на мою шею за ухом, а я покрываюсь мурашками с головы до ног. — У меня суд! Я тебя сейчас кофе ошпарю!

Он лишь довольно хмыкает между делом, отчего я чувствую легкий холодок его дыхания на влажной коже.

Разжимаю руку со стаканом, но Рафаэль ловко отбивает его, среагировав молниеносно. Правда, это заставляет его немного отстраниться.

Наблюдаем молча, как стакан с кофе падает на пол, разливаясь черной лужей.

— Отпусти меня, — рычу и дергаюсь снова, но нахал даже и не думает разжимать руки на моих запястьях. Однако, и с поцелуями больше не лезет. Просто смотрит с легкой полуулыбкой, как я извиваюсь в плену его тела.

— Почему ты не осталась до утра, а сбежала, когда я заснул? — прищурившись, он медленно скользит от моего лица к груди таким плотоядным взглядом, что у меня непроизвольно сжимается все внутри.

— Потому что мне от тебя ничего не нужно было, кроме секса. — тихо рычу. — Я получила то, что хотела, и ушла. Не люблю спать в чужой постели.

— То есть,. — пристальный взгляд синих холодных глаз снова поднимается к моему лицу и застывает на моих глазах, — ты мной просто попользовалась. Верно?

— А тебе что, было неприятно? — зло усмехаюсь. — Или ты мной не пользовался в тот вечер?

— Пользовался. — спокойно соглашается Рафаэль и, внезапно перехватив мои запястья в одну руку, плавным движением ладони собирает подол моего платья вверх. — Только есть нюанс: мне… можно. А мной — нельзя. Не делай так больше. Я рассчитывал на интересное продолжение утром, а получил облом. Не люблю обламываться и менять планы, знаешь ли. Придется трахаться здесь.