Я устала быть сильной

31. Ультиматум

— Ты шутишь? — замираю.

— Нет. Ты опоздала из-за меня, пусть желающие высказать свои претензии выскажут их мне. — смотрит на меня Рафаэль серьезно, но усмехается. — Если получится.

И вот что делать? Он подарил мне квартиру, хотя я до сих пор не могу это до конца осознать, а я не горю желанием представлять его своим родственникам.

Этому есть простое объяснение: между мной и Чудовищем нет и не может быть отношений, потому что его образ жизни, мягко говоря, не самый праведный.

Да и он далек от моего идеала. А приглашать его в качестве друга... Ну, что я скажу? “Это Рафаэль, он инвестирует в недвижимость и трахает все, что шевелится, поэтому замрите”?

— Рафаэль, — смущенно закусываю губу, — ты не поладишь с моими родственниками. Давай лучше сходим завтра поужинать вдвоем?

— Нет, — качает головой, щурясь.

— На романтическое свидание, — иду на крайний шаг.

— Заманчиво, но снова “нет”. — усмехается, толкая калитку.

— Господи, помоги, — вздыхаю и иду следом за ним.

— Не переигрывай, — бросает, не обернувшись.

Мои родители живут в частном доме. Здесь достаточно элитный поселок для среднего класса. Он выглядит идеально, как из зарубежных фильмов. И дом выглядит так же, и внутри него, я уверена, как всегда идеальный порядок. Но, когда мы переехали сюда в мои двенадцать, я каждый день тосковала по нашей неидеальной квартире с неидеальными соседями.

А сейчас мы идем на идеальный праздник с неидеальным Чудовищем.

Поднимаемся на крыльцо. Рафаэль звонит в дверной звонок, и он заливается мелодичной музыкой.

— Если мне сейчас откроет служанка в чепчике с пипидастром, я ни грамма не удивлюсь, — усмехается он, видимо, тоже заметив схожесть с сериалами про идеальную богатую жизнь.

— Здравствуйте, — дверь открывает мама и настороженно смотрит на него, а уже потом замечает меня за широкими плечами. — Эмма? Ну, слава богу. Проходите, а то мы вас уже заждались.

Мы раздеваемся и проходим в гостиную.

— Наконец-то! — встает папа из-за стола, за которым уже сидит моя родня.

Не могу сказать, что мы близки с родственниками. Ощущение, что у мамы и папиной сестры с давних пор идет соревнование под названием “У кого лучше”. Но почему-то родители упрямо ходят друг к другу в гости, а потом возвращаются в плохом настроении. Мышки плакали и кололись…

Обнимаю папу и продолжаю здороваться с родней и принимать дежурные поздравления, краем глаза наблюдая, как отец с Рафаэлем пожимают друг другу руки.

Мой папа прилично ниже Чудовища, но сжимает его ладонь достаточно жестко. Он всю жизнь проработал на руководящих должностях и чего-чего, а характера ему не занимать.

— Хочешь, я тебя быстренько выпрямлю? Такое ощущение, что ты только из кровати вылезла, — поправляет мне прическу двоюродная сестра.

— Так и было, — перехватывает меня Рафаэль, едва я успеваю открыть рот, и тянет за собой.

Смущенно иду за ним к другому краю стола, где стоят пустые тарелки.

— Ну, что ж, давайте продолжим, — разводит руками папа, разливая по бокалам коньяк и вино.

— Эмма, ну что ты не поухаживаешь за Рафаэлем? — шепчет мама, зыркая на меня строго. — Рафаэль, не смущайтесь, попробуйте тарталетки.

Отвисаю.

— Что тебе положить? — смотрю на Чудовище.

— Я в состоянии поухаживать за собой сам, — усмехается он и тянется к салату, накладывает мне первой. — Отдыхай.

— Рафаэль, так вы адвокат? — уточняет папа в перерывах между поздравлениями.

— Нет, с чего вы взяли? — усмехается он.

— Эмма рассказывала.

Конечно же, я говорила о Денисе! Я даже не предполагала, что может такое произойти, что Чудовище окажется за одним столом с моими родителями. Но, к слову, ведет он себя достаточно скромно.

— Спасибо, что не инвестор, — с неискренней улыбкой смотрит на меня Рафаэль. — Я — рейдер.

— Рейдер? — уточняет моя вторая двоюродная сестра. Она не замужем и то и дело бросает на Рафаэля заинтересованные взгляды, чем меня бесит. — А что это за профессия?

— Это, — пожимает плечами он, покручивая в руке стакан с виски, — поглощение компаний.

— Путем захвата? — напрягается отец и я следом за ним, потому что в душе не представляла, что это может быть что-то незаконное.

— Чаще через давление на собрание акционеров, — отмахивается Рафаэль и отпивает из стакана с невозмутимым видом. — Но, если они сопротивляются, то бывает и путем захвата.

Сталкиваемся с папой взглядами. Он явно хочет у меня спросить, кого я притащила в его дом.

— Эмма, выйдем на минуточку, — кивает мне отец на дверь.

Молча встаю из-за стола.

— Какой, к черту, рейдер? — шипит папа, когда мы выходим с ним на крыльцо. — Эмма, ты хотя бы понимаешь, кого ты притащила в дом? Да он же самый натуральный бандит!

Хочется ответить, что я не знала об этом и Чудовище притащилось само, но я упрямо сжимаю губы.

— А если я его люблю? — усмехаюсь.

— Какая может быть любовь с таким человеком? — повышает отец голос.

— Ну, вот такая, — хмурюсь. — Он мне квартиру подарил, между прочим.

— Которую перед этим у кого-то отнял? — взрывается отец. — Чтобы через пять минут его не было здесь!

— Пап! — вспыхиваю. — Я всю жизнь живу так, как хочется вам! Могу я хотя бы жениха себе выбрать сама?

— Нет! — рявкает. — Не можешь! У меня в родне не будет бандитов! Мне не нужны внуки от уголовника!

— Он не уголовник, — усмехаюсь. — Он бизнесмен.

— Он бандит! — шипит отец и даже краснеет от гнева. — Ты никогда не выйдешь замуж за бандита!

— А за кого? — чувствую, как глаза начинает печь. — Предложи мне варианты. За учителя? За продавца? Чтобы вы меня попрекали потом, что он не в состоянии содержать семью?

— Да миллион вариантов!

— Да где они, эти твои варианты? — сглатываю комок в горле. — Что-то очереди не стоит. Жениться все хотят на домашних обычных девочках, а не на карьеристках с амбициями.

Не сразу замечаю, что дверь открывается и на пороге появляется Рафаэль.

— Простите, что врываюсь в ваш разговор, — подходит ближе ко мне, прикуривая, и смотрит на папу. — Но, мне кажется, что все претензии, адресованные в мой адрес, должны высказываться мне, а не Эмме. Я вас слушаю.

— Убирайся из моего дома, — громко шипит отец, зло глядя на него.

— Хорошо, — соглашается Рафаэль спокойно и смотрит на меня. — Пойдем?

— Нет, Эмма останется тут, а ты больше не смей к ней приближаться!

— Ну, это уже не вам решать, — качает Рафаэль головой и берет меня за руку. — Пойдем? Или останешься?

— Если ты уйдешь с ним, можешь забыть о том, что у тебя есть мать и отец! — выплевывает папа ультиматум.