Ядовитое влечение

26. Арло

Я просыпаюсь от ощущения холодного металла, сжимающего запястья. Резко открываю глазпа, поворачиваю голову и вижу у кровати двух копов: один только что надел на меня наручники, второй разговаривает с Корой.

— Это ошибка, — заявляю спокойно.

— Не думаю, — отвечает один из них.

— Немедленно позвоните детективу Бостону, — приказываю я.

— Не выйдет. Вставай. Ты арестован за незаконное проникновение.

Офицер пытается помочь мне подняться с кровати, но я стряхиваю его руку и встаю сам.

— Могу я хотя бы надеть брюки? — спрашиваю.

Он качает головой и выводит меня из спальни. Я оборачиваюсь, успевая бросить последний взгляд на Кору, и вижу её усмешку — изгиб губ одновременно игривый и убийственный. Впервые я читаю Кору безошибочно: ей нравится эта игра. Я собираюсь обратиться к ней, но офицер подталкивает меня, заставляя идти дальше.

— Я сломаю твою карьеру за это, — цежу сквозь зубы.

— Ладно, приятель. Иди давай, — он толкает меня дальше, к входной двери. Мой член торчит наружу, и холодный воздух обжигает кожу.

Похоже, она меня подставила.

Теперь мне нужно продумать все способы, которыми я собираюсь её наказать.

Хотел бы я сказать, что это отбило у меня охоту вламываться в её квартиру, но в следующий раз, пожалуй, я просто заберу у неё телефон, чтобы она не смогла вызвать полицию. Потому что, что было бы, если бы они увидели кровь на моей одежде? У меня были бы большие неприятности.

— Позвони детективу Бостону, — повторяю, когда офицер открывает заднюю дверь патрульной машины и жестом велит мне залезать внутрь. Я делаю, как он говорит, просто потому что мне холодно и у меня мерзнут яйца. Он захлопывает дверь и возвращается внутрь, поскольку теперь я заперт в машине и мне некуда деваться. Второй офицер выходит из здания с пластиковым пакетом, в котором, как я предполагаю, мои вещи.

Чёрт возьми. Если они увидят кровь на одежде, мне конец.

Бросаю взгляд на вход, ожидая, что появится Кора, но вместо неё выходит второй офицер-мудак, и дверь за ним закрывается. Копы садятся впереди, полностью меня игнорируют, заводят машину и трогаются в сторону участка.

— Мне нужны брюки, — говорю я.

— Получишь, когда приедем в участок.

Твою мать. Я сижу добрых десять минут, слушая, как эти два урода треплются между собой, пока я мёрзну на заднем сиденье. Когда патрульная машина останавливается, я вижу, как Бостон выходит из участка. Наклоняюсь вперед в тот момент, когда машина тормозит, и со всего маху бьюсь лбом о стекло.

— Прекрати. Только навредишь себе, — рявкает один из копов.

Я не переживаю за это. Когда поднимаю голову, Бостон уже смотрит в нашу сторону. Его глаза расширяются, когда он узнаёт меня. Он быстро подходит и сразу же открывает заднюю дверь, наклоняясь ко мне.

— Какого хрена ты сидишь в патрульной машине? — спрашивает он.

— Незаконное проникновение, — говорит один из офицеров.

Я с ухмылкой смотрю на Бостона и говорю:

— Думаю, я ей нравлюсь.

Он лишь закатывает глаза и жестом показывает мне вылезать. Когда я оказываюсь на ногах, я разворачиваюсь, чтобы он снял с меня наручники.

— Сэр, нам нужно его оформить.

Я молчу, пока Бостон говорит:

— Нет. Ничего вы оформлять не будете. Этим делом займусь я. Отдайте мне его брюки и проваливайте. — Я наблюдаю, как офицер-мудак номер один застывает с открытым ртом, пока второй протягивает Бостону мои брюки. Бостон берет их и передает мне. Я натягиваю их, прикрывая член, и поворачиваюсь к нему лицом.

— Идите, — рявкает он.

Они поспешно убираются. Бостон оглядывает меня с ног до головы.

— И всё это из-за женщины? — спрашивает. — А ты у нас вроде как самый вменяемый. — Он смеется.

— Я и есть самый вменяемый по сравнению с вами всеми.

— Кто эта женщина? — спрашивает Бостон, пока я растираю запястья.

— Та, что застряла у меня в голове.

— Та самая, на которую ты просил меня собрать информацию? — Когда я не отвечаю, он усмехается. — Значит, Кора.

Я тяжело вздыхаю.

— Да.

— Любопытно. Никогда не видел, чтобы ты так зацикливался на женщине.

— Мне просто нужно выбросить её из головы, и всё снова будет в порядке.

— Ты бы дал такой совет своим пациентам? — спрашивает он, пока мы идем к его машине.

— Нет, я бы сказал им прекратить любой контакт с этим человеком.

— И как у тебя это получается?

— Хреново, — бормочу я.

Он смеется.

Может, и мне стоит посмеяться.