Запретная для авторитета. Ты будешь моей

Глава 19

Через несколько минут мы уже стояли у входной двери и прощались.

Элеонора, Егор и Паша как раз выходили за дверь, когда зазвонил мобильный Германа. То, что он увидел на экране, заставило его нахмуриться.

— Я быстро, — сказал он мне.

Герман помахал своей семье, а затем скрылся в квартире, чтобы ответить на звонок.

Я бы закрыла дверь, если бы Элеонора не встала в дверном проеме, вместо того, чтобы пойти за сыном и мужем к лифту.

— Итак, — начала она, — ты живешь с моим сводным братом.

Я просто смотрела на нее, пытаясь понять, нравится ей это или нет.

— Как ты узнала?

— Я же частный детектив. Моя работа — все вокруг подмечать. Например, как хорошо ты ориентируешься на кухне. Ладно, шучу. Герман мне сам все рассказал.

Я переминалась с ноги на ногу, испытывая неловкость.

— Это временно.

— А, — она улыбнулась, выглядя странно веселой. — Ну и, как у вас с ним дела?

Я пожала плечами.

— Нормально.

— Он открыт с тобой?

— Рубахой-парнем его не назовешь…

Она вздохнула, разочарованная.

— Я надеялась, что он расскажет тебе о том, что его преследует — или, лучше сказать, о том, чему он позволяет себя преследовать. В конце концов ты все узнаешь. Я так понимаю, что он до сих пор не показал тебе В3?

— Пока нет.

Она хмыкнула.

— Должно быть, твое воображение рисует себе всякую дичь. Честно, Агата, то, что там внизу, не так уж и страшно. Правда, не так. Но скоро ты сама это поймешь, как и другие важные вещи про Германа. Я надеюсь, что ты проявишь ту же смелость, что и в гараже, когда наткнулась на жуткую сцену, потому что я думаю, что у тебя есть все шансы, чтобы причинить Герману боль. А мне не хочется, чтобы он снова страдал.

— Мне тоже, — сказала я, и она улыбнулась мне. Потом она ушла, и я закрыла дверь.

Вскоре я обнаружила, что стою в дверях элегантного, современного домашнего кабинета Германа.

Он сидел за своим столом, устремив взгляд на монитор большого компьютера, и говорил:

— Я тебе для этого не нужен. Серьезно. Ты вполне можешь встретиться с ним одна... Невозможно... Я уже говорил, что пока не смогу уехать на ночь, — он вздохнул, выглядя раздраженным. — По той же причине, по которой я не уезжал в командировки в последнее время — у меня есть личная ситуация, с которой нужно разобраться... Это все, что тебе нужно знать, Лик.

Опять Лика? Я едва сдержала рычание.

— Потому что это не твое дело... Мы друзья, но это не дает тебе права влезать во все аспекты моей жизни... Нет, я занят... Да, собственно говоря, и она занята, — его лицо исказилось в гримасе недоверия. — Бросить друзей ради киски? Блин, Лик, тебе нужно лечить голову.

Хорошая смачная пощечина — вот что ей было нужно. Герман как будто услышал эту мысль, потому что его взгляд метнулся ко мне. Наверное, мне следовало хотя бы сделать вид, что я проходила здесь случайно, но я была уверена, что он все равно не купился бы на это.

— Я уже говорил тебе, Лик, что она для меня не очередная шлюха, — произнес он, встретившись со мной глазами. — Если бы это было так, я бы не позволил ей жить со мной, — с этими словами он повесил трубку.

— Она снова напилась? — спросила я.

— Нет, просто ведет себя как сучка, — встав, он обогнул стол и подошел ко мне. — Ты как? Элеонора и Егор вывалили на тебя кучу информации.

— Да. И, как ни странно, я запуталась еще сильнее, чем раньше.

Руки Германа обхватили мои бедра.

— У Литвинова может быть идеальный мотив, но что-то просто не сходится. То же самое с Теряевым.

Я кивнула.

— Пазл собрать не получается.

Он поцеловал меня.

— Я узнаю, кто это, так или иначе.

— Герман, ты не должен откладывать свои дела на потом из-за этой ситуации, ты можешь...

— Я не оставлю тебя, пока это не закончится, Агата, — твердо заявил он, напрягаясь.

— Я не буду одна.

— Неважно. Я не хочу доверять твою безопасность другим. Я полностью верю в то, что уже сказал тебе — ты никогда не будешь в большей безопасности, чем со мной.

— Но это мешает твоему проекту, не так ли?

— Нет, не мешает. Все идет своим чередом. Лика просто...

— Возмущается тому, что ты проводишь со мной все свое время, — закончила я.

Он вздохнул.

— Судя по тому, что она говорит, похоже, что она всегда думала обо мне, о ней и о Максе, как о трех долбаных мушкетерах. Теперь у меня есть ты. У Макса есть Софа. Лика ведет себя так, будто мы ее бросили.

— Она пытается заставить тебя чувствовать себя виноватым.

— Лика умеет манипулировать людьми, но я знаю каждый ее ход наперед. Ничего у нее не выйдет.

— Она права, — начала я, покачав головой в знак неодобрения, — нехорошо бросать своих друзей ради киски.

Герман усмехнулся.

— Но киска, о которой идет речь, такая красивая и тугая, — он поцеловал меня в щеку, и прошептал: — И она так чутко реагирует на меня, — он поцеловал меня в другую щеку. — А когда она обхватывает мой член, пульсируя и сжимаясь, это похоже на рай, — он медленно расстегнул мою ширинку.

Я рассмеялась, но этот смех быстро перешел в стон, когда палец Германа скользнул между моих складочек. Примерно в миллионный раз я поймала себя на мысли, что он был дьявольски хорош.