Запретная для авторитета. Ты будешь моей

Глава 8

Забравшись внутрь машины, я застегнула ремень безопасности и сказала:

— Маме ты понравился.

— Еще бы.

Я помахала маме напоследок, прежде чем выехать на дорогу.

— Я удивлена, что ты не захотел вести машину.

— Если бы мне пришлось следить за дорогой, я не смог бы следить за тобой.

От жара его взгляда у меня загустела кровь, и я невероятно остро ощущала что он сидит так близко. Достаточно близко, чтобы прикоснуться к нему, попробовать на вкус и...

В зеркале заднего вида я увидела красные и синие мигающие огни. Я застонала.

— Ну вот, началось.

Герман напрягся.

— Что началось?

— Это Артур Баранов, — сказала я, останавливая машину. — Он любит останавливать меня просто чтобы поприкалываться. Каждый раз делает одно и то же — просит показать права, документы на машину и страховку и засыпает меня вопросами. Обычно он даже штрафов мне не выписывает, просто треплет нервы.

— Ну пусть попробует.

Угроза, прозвучавшая в словах Германа, заставила меня повернуть голову в сторону и посмотреть на него. Я думала, что увижу на его месте разъяренного быка, но он был поразительно спокоен.

Я чуть не подпрыгнула, когда мне постучали в окно. Когда я опустила его, Артур усмехнулся.

— Какие люди. Агата Стрельникова.

Сдерживая свое желание, харкнуть ему в рожу, я сказала:

— Привет, Артур. Прекрасная погода, не правда ли?

— Да. И, похоже, сегодня ты… — затормозил Артур, заглядывая в машину. — Герман? — он произнес это имя так, как будто он очень хорошо знал Германа. — Я не знал, что ты знаком с Агатой.

— Странно, что Лена не сказала тебе, — Герман пожал плечами. — Причина остановки?

В его тоне снова прозвучал намек на угрозу.

Артур весь как-то сжался, и я увидела, как он борется со своей гордостью. Когда он поднял подбородок, я поняла, что гордость победила.

— У нас рейд по проверке документов.

— Понятно, — Герман открыл пассажирскую дверь. — Сиди тут, Агата.

Широко раскрыв глаза, я потянулась к нему.

— Герман… — но он уже вышел из машины.

Черт. Артур отступил от моего окна и повернулся лицом к Герману, когда тот обогнул машину.

— Слушай, это моя работа...

— У тебя проблемы с Агатой, — Герман говорил спокойно, но угроза сквозила во всем его облике. — А это значит, что теперь у тебя проблемы со мной.

Точно оценив ситуацию, Артур ахнул.

— Ты с ней? Вы…? Ты хоть знаешь кто она такая? Ее папаша — убийца. Ты вообще в курсе?

— Марк грохнул кого-то? Не слышал об этом.

Щеки Артура покраснели от ярости, и он сжал кулаки.

— Она не дочь моего отца. Она дочь обычной шлюхи. Никакого отношения к нашей семье она не имеет.

— Так какого черта ты и твоя бывшая не можете оставить ее в покое? — рот Артура захлопнулся. — Для меня ты никто. Никто. А вот Агата для меня многое значит. Она моя. И если ты думаешь, что можешь позволить себе вытворять такие трюки, то задумайся еще и о последствиях. У тебя есть десять секунд, не больше, чтобы убраться с моих глаз. Если ты этого не сделаешь, я сделаю все, чтобы ты никогда не повторил эту ошибку. И поверь мне, Артур, ты не хочешь такого развития событий, — затем он что-то прошептал. Что-то слишком тихое, чтобы я могла уловить.

Сглотнув, Артур перевел взгляд с Германа на меня... а потом бросился к своей машине.

Герман сел обратно.

— Ты как, родная?

— Что это только что было?

— Ты о чем? — его брови нахмурились.

— Ты только что угрожал полицейскому. Но он просто испугался тебя и сбежал, как будто его отлупили ссаными тряпками? Почему?

— Он все правильно сделал, — что это значит? Я просто уставилась на Германа, надеясь, что он скажет что-то еще, но он молчал.

Его рука погладила мое колено.

— Поехали, Агата.

— Откуда он тебя знает?

— Меня многие знают.

Я стиснула зубы.

— Почему он так боится тебя?

Герман провел пальцами по моим волосам.

— Он трус. Все трусы знают по опыту, когда имеют дело с кем-то, с кем у них нет никаких шансов справиться. Думаешь, если он меня арестует, мне предъявят хоть какое-то обвинение?

Учитывая, что он мог позволить себе крутых адвокатов, скорее всего, нет, но...

— Дело, кажется, не только в этом, у тебя…

Он сжал мое бедро.

— Ты знаешь, есть вещи, которые я не могу тебе рассказать, — мягкое напоминание прозвучало так, что дальнейшие расспросы были бесполезны.

— Не хочешь, — поправила я. — Ты мне все еще не доверяешь — я это понимаю. Но меня просто бесит, что у тебя секрет на секрете. Я в наших с тобой отношениях, как по минному полю хожу. Один шаг в сторону — и все. Там новый секрет, о котором мне ничего нельзя знать.

— Не преувеличивай, Агата. Ты и сама тот еще сюрприз. Но меня это даже заводит. Черт, как бы я хотел, чтобы на тебе сейчас была юбка, а не эти джинсы. Я бы мог трахать тебя пальцами всю дорогу домой.

— Теперь ты пытаешься отвлечь меня.

Наклонившись, он прикоснулся своим ртом к моей щеке.

— Я же сказал тебе, что однажды я выложу тебе все свои секреты.

— Насколько далекое будущее мы имеем в виду?

Он поджал губы.

— Я не знаю, — ну, по крайней мере, он не пытался вешать мне лапшу на уши.

— Давай просто уедем куда-нибудь.

Он обхватил мой подбородок пальцами, повернул мое лицо к себе и поцеловал меня. Крепко. Страстно. Его язык растопил во мне все сопротивление и напряжение, и вскоре я целовала его в ответ так же сильно.

— Вот она, — сказал он. — Моя хорошая девочка, — он прикусил мою нижнюю губу, а затем провел по ней своим языком. — Я знаю, что я не сахар, Агата. Но тебе ведь быстро надоедает все заурядное, правда?

Он прав. Это была чистая правда.