Запретная для авторитета. Ты будешь моей

Глава 7

Как только я переступила порог маминой кухни и почувствовала запах чеснока, у меня в животе сразу же заурчало.

— Блин, даже не думала, что я такая голодная.

— Потерпи немножко, — мама улыбнулась.

— Давай пока на стол накрою?

— Я уже накрыла. Попить чего-нибудь хочешь?

— А компот есть?

— Да, посмотри в холодильнике.

Налив себе стакан, я села за кухонный остров, пока мама возилась вокруг. Я не стала предлагать ей свою помощь в готовке. У мамы был свой порядок во всем, и она не любила, когда кто-то вмешивался в него. Наверное, так у каждой хозяйки.

— Пока все не пришли, расскажи, что там твой Герман? Ты все-таки встречаешься с ним? Люди поговаривают…

— Когда ты в последний раз спрашивала о нем, мы правда не встречались.

На мамином лице появилась счастливая физиономия.

— Он добивался тебя?

— Не в романтическом смысле. Можно сказать, что он взял меня измором.

Ее губы сжались.

— Он просто хотел секса?

— Ну, да.

— Но это изменилось?

Сложив руки на столе, я положила на них подбородок.

— Да.

— Он тебе нравится?

Я смахнула со стакана капельку конденсата.

— Очень.

Она уставилась на меня, поджав губы.

— Я бы хотела с ним встретиться.

— Это хорошо. Он тоже хочет с тобой познакомиться.

— Хочет? Интересно.

— Думаешь?

— Пригласи его в гости в воскресенье.

Подняв голову, я вздохнула.

— Хорошо, но только не устраивай ему допрос, ладно, мам? Не надо выспрашивать, какие у него намерения на мой счет. Мы только начали встречаться. Мне не нужно, чтобы ты пугала его разговорами о браке или детях.

— Если он испугается серьезного разговора, это значит, что он тебе не подходит.

— Мам.

— Ладно, ладно.

— И, пожалуйста, не говори об Андрее, я очень тебя прошу.

Теперь она выглядела обиженной.

— Почему я не должна говорить о своем муже?

— Герман знает о нем, но это не значит, что я хочу, чтобы ты пела песни об Андрее на вашем первом знакомстве. Не все в таком восторге от убийц, как ты, мамуль.

Она опустила взгляд.

— Я знаю, ты считаешь, мне не следовало выходить замуж за Андрея. Я знаю, что это было эгоистично и жестоко по отношению к тебе, но если бы ты видела, каким нежным он был с тобой, когда я впервые привела тебя к нему... Он влюбился в тебя с первого взгляда. Как жаль, что он там.

— А мне нет. Он жестоко убил человека, мам, так что да, он именно там, где должен быть. Его место на нарах. Ваши с ним отношения... - я замешкалась, потому что не знала, как помягче выразиться, чтоб окончательно не обидеть мою мать. — Если он делает тебя счастливой, хорошо. Потому что я люблю тебя, я принимаю это, хотя мне это и не нравится, но ожидать, что другие люди поймут и примут ваши странные чувства несправедливо, мама. Поэтому я прошу тебя не упоминать об Андрее в разговоре с Германом.

— Хорошо. Но если он спросит... - она замолчала, услышав звонок в дверь. — Встретить их, Агата, а я пока тут быстренько закончу.

Мама, несмотря на нашу мини стычку, выглядела какой-то слишком спокойной. Может, думает, что моя проблема с преследователем решена? Представляю, в каком шоке она будет, когда я им все расскажу.

Тетя Марина, наоборот, вся была на иголках. Наверно это неудивительно. Она-то видела, в каком нервном состоянии я была на работе.

После окончания трапезы мы все расположились в зале. И тогда я рассказала им то же самое, что и Софе, за вычетом, конечно, пикантных подробностей о нас с Германом. Это не для их ушей.

Дядя Дима выглядел очень серьезным.

— Значит, ты хочешь сказать, что мы, может быть, зря думали на Теряева?

— К сожалению, именно это я и хочу сказать. Не поймите меня неправильно, я все еще склоняюсь к нему. То, что Литвинов ошивался в клубе Германа, еще не значит, что именно он мне звонил.

— Но подозрительно, что он туда ходил, — сказала тетя Марина.

Я кивнула.

— Я написала Литвинову сообщение, сказала, что передумала и хочу с ним поговорить.

— Что? — психанул дядя Дима. — Агат, этот пиздюк, возможно, творит всю эту хрень, а ты хочешь поговорить с ним?

— Нет, я не хочу разговаривать с ним. Но мне нужно заманить его на встречу, чтобы Герман мог поговорить с ним, и именно поэтому я предложила Литвинову встретиться в общественном месте. Я не буду упоминать этого, но Герман, конечно же, тоже там появится.

Тетя Марина одобрительно кивнула.

— Если кто и сможет его отпугнуть, так это Герман. Если ответы Литвинова не удовлетворят его, этот мудак получит в бубен — вот такой план.

Коля подозрительно наклонил голову.

— Думаешь, его так легко можно запугать?

Я пожала плечами.

— Может быть. А может, и нет. Но попробовать стоит, — я повернулась к маме, которая еще не произнесла ни слова, и мягко спросила: — Мам, Литвинов еще звонил тебе?

— Нет… он не звонил… — сказала она дрожащим голосом.

Ее ответ удивил меня.

— Он около твоей работы опять шарахался?

Она слегка наморщила лоб.

— Нет. Я его вообще не видела больше. Он оставляет мне голосовые сообщения, уговаривая, чтобы я с ним пообщалась. Недавно даже предлагал мне деньги.

Я поморщилась, подумав, что, вероятно, сама натолкнула его на эту мысль.

— Но не видела я его уже давненько, — она сделала долгий вдох. — Агата, мне было бы гораздо легче, если бы ты переехала ко мне. Тебе нельзя быть одной. Это очень опасно.

— Я не могу, мам. Это может подставить под удар других людей. Так дело не пойдет.

— Мне все равно. Ты моя дочь. Мой долг — защищать тебя.

Тетя Марина положила ладонь маме на плечо.

— Герман не допустит, чтобы с ней что-нибудь случилось, — тетя Марина с беспокойством посмотрела на меня. — Не могу сказать, что он достоин ее, конечно. Я так вообще не думаю. Но я уверена, что у него есть ресурсы, чтобы помочь ей.

— Лучше бы ему поторопиться с помощью, — прорычал дядя Дима.

Я снова повернулась к маме.

— Мам, будь поосторожнее с Литвиновым, ладно? Если он попытается заговорить с тобой, просто продолжай идти и не обращай на него внимания. Позвони мне или тете Марине, если он появится. Хорошо?

— Хорошо, — она кивнула, а потом начала плакать.

— Мам, все наладится, слезами тут не поможешь. Давай лучше проводим всех и уберем со стола.

Наумовы ушли, но я задержалась подольше, как и планировала.

Мама вышла со мной, когда я уже уходила, и сказала:

— Вчера я говорила с твоим отцом по телефону. Он беспокоится о тебе. Его огорчает, что он не может защитить тебя.

Да уж, будь здоров, был бы защитничек. Пришил бы Литвинова или Теряева и был таков.

— Осторожнее, Агата, пожалуйста, — она крепко обняла меня. — Я так люблю тебя, моя девочка.

Я похлопала ее по спине.

— Я тебя тоже, мам.

— Господи, ну кто бы это мог быть? За что же это на нас? — причитала она, все еще не выпуская меня из своей железной материнской хватки.

Вырвавшись из ее объятий, я повернулась. И у меня перехватило дыхание, когда я увидела, как Герман вылезает из машины Олега и разговаривает с ним через опущенное стекло. Быстро посигналив в знак приветствия, Олег скрылся с глаз. Затем Герман зашагал навстречу нам, не сводя с меня внимательного взгляда. Решил взять дело в свои руки?

Как всегда плавно, он протянул руку, взял меня за плечо и аккуратно притянул к себе.

— Ты что тут делаешь? — Фыркнула я.

Герман не ответил мне, вместо этого он повернулся к маме.

— Вы, должно быть, мама Агаты.

— А вы, наверное, Герман, — она изучила его с ног до головы. Я знала, что Герман ей понравится. Кому бы не понравился такой холеный красавчик? И он, к тому же, как нельзя лучше соответствовал маминым представлениям об опрятности.

— Приятно с вами познакомиться, — сказал Герман.

— Взаимно. Я много слышала о вас. Как я понимаю, вы встречаетесь с моей дочерью — теперь, когда убедились, что она достойна большего, чем просто секс.

Я поморщилась, но Герман только улыбнулся в ответ на этот укол.

— Я всегда знал, что она достойна большего. Я просто не был уверен, что смогу дать ей большее.

— А теперь уверены?

— Теперь да.

Несколько мгновений она молча смотрела на него.

— Тогда жду вас в гости в воскресенье. В субботу я занята. Будет приятно побольше вас узнать, Герман.

— Мы придем, — быстро согласился он, а сразу после потянул меня за собой в сторону моей машины.