Ангола: неизвестная война

«Вы меня Родиной не пугайте»

Как-то в обеденный перерыв ко мне в квартиру буквально ворвался мой ангольский шеф, советник командующего ВВС и ПВО ангольской армии полковник Виктор Шруб. «Срочно вылетаем в Менонге, там сбит Ан-26, экипаж, возможно, захвачен». Шруб уже одет в камуфлированную фапловскую форму, которую советники, работающие в столице используют в основном для командировок в провинцию. Обычно из-за изнуряющей жары мы одеваемся гораздо легче — легкие ангольские офицерские брюки зеленого цвета и светло-голубая рубашка. Форма ему идет. Особенно голубой берет с тремя коротенькими разноцветными, по цветам ангольского флага, красной, черной и желтой, ленточками.

Через десять минут мы уже на пути к дому, где размещены экипажи отряда военно-транспортных самолетов Ан-12, подчиненных советскому главному военному советнику в Анголе. По пути Шруб кратко вводит меня в курс дела. Транспортный Ан-26 ангольских ВВС совершал обычный вылет из Луанды в Менонге. Отвез

продовольствие, медикаменты, пассажиров. Обратно забрал несколько местных офицеров, направлявшихся в столицу в отпуска. При взлете и наборе высоты был сбит ракетой, но командир сумел совершить вынужденную посадку недалеко от города, о чем успел сообщить по радио. Экипаж на самолете советский, у ангольцев подготовленных транспортных пилотов мало. Причем летчики — гражданские, работают на ФАПЛА (Народные вооруженные силы освобождения Анголы, так официально называется правительственная армия), по контракту. Ребята успели передать по радио, что их окружают темнокожие солдаты, но не фапловцы. Значит унитовцы. Главный военный советник в Анголе (в просторечии «гэвеэс»), генерал-лейтенант Шахнович, не очень надеясь на ангольскую сторону, приказал Шрубу, как старшему по ВВС, возглавить операцию по спасению экипажа.

У «летунов» отряда Ан-12 легкий переполох. Полетов на сегодня запланировано не было, экипажи отдыхали, а приказ о срочном вылете застал их врасплох. Но они, в отличие от своих коллег попавших в беду, люди военные и обязаны выполнить приказ. Шруб мужик крутой, и через пять минут экипаж начинает лихорадочно собираться. Глядя на мельтешащих перед глазами «летунов», кое-кто из которых, воспользовавшись свободным днем, затеял стирку, он задумчиво произнес: «А что, если нам не ждать этих копуш, а? Сейчас быстренько на аэродром, возьмем у кубинцев «спарку» (учебно-боевой Миг-21) и через сорок минут будем в Менонге, ну?».

У меня резко засосало под ложечкой. Знаю, Шруб может и не такое. Несколько месяцев назад он спас нашего геодезиста, который подхватил в Лубангу, это 650 км к югу от столицы, какую-то страшную инфекцию. Советские медики уже опустили руки, а кубинцы, которые поднаторели на всяких тропических заразах Анголы, нашли нужное лекарство в аптеке своего госпиталя в столице. Состояние больного стремительно ухудшалось и Шруб, не долго думая, взял у кубинцев истребитель Миг-21, слетал в Лубангу и отвез спасительные ампулы. Человек был спасен, но… вместо благодарности Шруб получил нагоняй от «гэвеэса».

Дело в том, что Лубангу — город фронтовой, периодически подвергающийся налетам южноафриканской авиации. Вокруг него создан пояс ПВО, основу которого составляли несколько советских зенитно-ракетных комплексов «Печора» С-125. Причем из-за недостатка у ангольцев подготовленных кадров, зенитно-ракетные расчеты были смешанные: ангольско-кубинские. Шруб же не только не спросил разрешения у главного военного советника, но и не поставил в известность о своем вояже ангольскую сторону (кубинцы самолет вели). Словом авантюра. Причем авантюра, которая могла закончиться самым печальным образом. Буквально через несколько месяцев после описываемых событий при подлете к аэродрому Лубангу из-за несогласованности действий гражданской диспетчерской службы и военных был сбит своей же ракетой ангольский Як-40.

Но после этого случая Шруб стал личностью почти легендарной. Сам по себе человек примечательный, хоть и маленького роста, но крепко сбитый, весь как натянутая пружина, он был, пожалуй, первым и последним «летающим» советником командующего ангольских ВВС. Мы точно знали, если рано утром над Луандой носится истребитель, выписывая немыслимые кульбиты, — это Шруб резвится. Кроме того полковник никого и ничего не боялся, горой стоял за своих подчиненных и был мужик с чувством юмора. Получая выговор от Шахновича, публично пообещавшего «при повторении подобных инцидентов в 24 часа отправить его в Союз», Шруб, не моргнув глазом ответил: «А вы меня, товарищ генерал, Родиной не пугайте!». Нужно было знать генерала Шахновича, достаточно резкого и властного человека, не терпевшего возражений от подчиненных, чтобы спрогнозировать финал стычки. Но все обошлось. Не знаю, принадлежало ли авторство этого в дальнейшем очень популярного в среде советников изречения лично Шрубу, но в первый раз я услышал его именно от него.

А вот, как советник, Шруб мало, чем проявил себя. На моей памяти со своим визави командующим ВВС и ПВО ангольским «команданте» Гату он встречался всего несколько раз, да и то на торжественных мероприятиях с непременными возлияниями. Правда, и подсоветный Шрубу достался, что называется не подарок.

Команданте Гату («Гату» — это кличка, партийно-военный псевдоним, который имеет каждый уважающий себя руководитель или активист МПЛА, прошедший школу подпольной или партизанской войны) военного образования не имел, но несколько лет учился в Румынии, оброс там связями и питал к этой стране нежные чувства. Советских недолюбливал, хотя старался скрывать это, и постоянно вставлял нам палки в колеса. Например, тайно, в обход советского военного советнического аппарата добился подписания дорогостоящего контракта с Румынией на организацию школы летчиков легкомоторной авиации в городе Негаже. Случай беспрецедентный. Ангольцы в те годы безоговорочно ориентировались в военной области на нас и, начиная с 1976–1977 гг., направляли большие группы курсантов в Союз для овладения современными реактивными самолетами Миг-21, Миг-23, Су-22 и боевыми вертолетами Ми-24. И вдруг какие-то румыны с легкомоторной авиацией! Главный военный советник был в шоке. И тут же влепил Шрубу выговор «за слабую работу с подсоветной стороной».

Кроме того, Гату вполне «обуржуазившийся» ангольский руководитель с замашками хозяина кофейной плантации. Имел несколько домов, захваченных после бегства португальцев, пяток служебных автомобилей и всем напиткам предпочитает виски. Есть у него и еще одна слабость — женщины. В перелетах по стране на своем комфортабельном самолете «Фоккер» F27 он обязательно таскает симпатичных мулаток и пару ящиков виски. Вот с ним то и предстоит Шрубу координировать операцию по спасению наших летчиков.