Буран, Тайга и Асмодей. Конец игры. Том 2

Глава 8

– Нам нет смысла дожидаться благосклонности Мерветона, – решил я, нарушив затянувшуюся тишину.

Мы сидели у фонаря будто контуженные встречей с Мерветоном и даже не притронулись к еде, которую почти сразу к нам доставил знакомый мальчишка, слуга старика. Чувства куда более скверные чем голод лишали аппетита. Казалось бы нам стоило обсудить произошедшее и какое-то время Санрайз как будто ждала этого, ждала, возможно, наших обвинений или хотя бы нашей злости, но я сам предал друзей и злиться или упрекать ее не мог. А Дарлис если и испытывал какие-то скверные чувства, как всегда умело их скрывал и не считал нужным выливать их на Санрайз. Сама она молчала, будто боялась начать разговор, который мог вызвать наш гнев.

Так в тишине, глядя на магический огонь должно быть каждый из нас думал, был ли у наскакой-то другой выход? Раз за разом я приходил к выводу, что альтернативой было лишь молчание. Мы могли до конца требовать встречи с Эланом и даже его освобождения в обмен на информацию о Слидгарте, но точно так же я раз за разом убеждался в том, что Мерветон не прогнулся бы. Мы были пленниками, а он хозяином положения. Ему хватило намека на страдания, которым мог быть подвергнут сын Санрайз, чтобы сломать ее волю, а следом и мою. Так я и пришел к выводу, что выбора у нас не было…

– Даже если он в конце концов позволит нам увидеться с Эланом, я уверен, он не даст нам уйти, чтобы там не фантазировал Джеймс.

Дарлис кивнул:

– Этот скользкий говнюк просто развел нас, хотя глупо было ждать иного…

Я посмотрел на Санрайз, которая будто снова погрузилась в апатию.

– Мы должны сами найти Элана, – предложил я.

Только когда я произнес эти слова, взгляд Санрайз оживился и она посмотрела на меня, с почти угасшей надеждой в глазах.

– И каким, бл…ть образом?! – вскинулся Дарлис.

Готового ответа у меня не было, но я был уверен, что теперь нам следует использовать любую возможность, чтобы сбежать из этой тюрьмы, только так мы сможем спасти Элана и возможно хоть как-то исправить последствия своего предательства.

Исполненный решимости, я кивнул на еду:

– Сперва стоит поесть, даже если от еды тошно.

Свои слова я адресовал прежде всего Санрайз, которая словно хирела на глазах и казалось еще немного и она просто осыплется как увядшая роза.

– Нам надо спасать Элана, а для этого нужны силы, – добавил я.

К моему облегчению, она не стала спорить, возможно просто потому что у нее уже не осталось сил, а может просто из чувства вины, которое наверняка терзало ее после нашего разговора с Мерветоном.

Кое-как заставив себя съесть все, что нам доставили мы вернулись к размышлениям о нашем положении и дальнейших перспективах, только на этот раз вслух.

– Этот старый мудак скорее всего уже мчит к Кранаджу, чтобы передать ему наши слова, – вздохнул Дарлис, – Или в Телингер, чтобы сделать из него неприступную крепость.

Я не нашел, чем ответить, зато Санрайз неожиданно посмотрела на нас обреченным взглядом:

– Его слова вообще ничего не стоят?

Мне показалось, что она задается этим вопросом с тех самых пор, как мы вернулись в Арсагон, тщетно пытаясь найти ответ. К сожалению у нас его тоже не было. Дарлис качнул головой, а я вздохнул:

– Не думаю, что нам стоит это проверять. Мы пришли в город, кое-что узнали об Элане, а теперь самое время придумать, как отсюда выбраться.

– А если он навредит Элану? – впилась в меня взглядом Санрайз.

Я был уверен, что если старик все же решится навредить мальчику, то только демонстративно перед нами, а значит позволит нам добраться до него, но это был слишком жестокий ответ для Санрайз и я выбрал другой:

– Значит нам нужно отыскать Элана прежде, чем Мерветон или Родмунт узнают о нашем побеге.

– Пф! – фыркнул Дарлис, – Сперва нужно сбежать, а как, лично я не представляю!

Игорь окинул взглядом нашу маленькую камеру. Из всего окружения только окно с решеткой внушало некоторую надежду на свободу, однако прутья нам было не преодолеть, кроме того за ними таилась темнота, в которой обитала какая-то жуткая тварь, возможно даже не одна. В общем единственный вероятный путь к свободе мог оказаться очень коротким путем на тот свет. Однако натерпевшись страха и мучений от бессилия, Санрайз мое предложение встретила с энтузиазмом. В ее глазах вдруг мелькнула решимость и она объявила:

– Если выбраться отсюда, это единственная возможность вернуть Элана, мы должны найти путь наружу!

Поскольку иного варианта у нас не было, Дарлис вздохнув, поддержал наше решение действовать. Осталось понять, что именно мы можем сделать.

– Этот ублюдок Родмунт вроде хотел с нами увидится здесь, – вспомнил Игорь, – Возможно получится этим воспользоваться…

Несмотря на то, что это едва ли будет просто, я кивнул поддерживая идею:

– Если он явится сюда через портал, попробуем пробиться наружу… а там…, там будет видно.

Звучало чертовски бестолково, как впрочем начало любого нашего плана, а они, справедливости ради стоит заметить, все же иногда срабатывали.

– Нужно добыть оружие, – поджав губы напомнил Дарлис.

– И выяснить, где держат Элана, – добавила Санрайз.

С каждым новым пунктом план казался все более безумным, однако сейчас стоило сосредоточиться на первом пункте. За остальные мы могли взяться только после того как прорвемся через Родмунта с дружками и каким-то чудом оторвемся от преследования. Обмениваясь взглядами мы в равной степени понимали, насколько безумна наша затея, в тоже время осознавая, что других вариантов просто нет. Мы бы могли, как предлагал Мерветон дождаться его возвращения, понадеяться на его честность, однако я был почти уверен, что надежда не оправдается и к тому времени наши друзья могут оказаться здесь в Арсагоне вместе с нами. Кранаджу останется только казнить нас всех, повесив на стенах в назидание Слидгарту, который без нашей помощи даже до Севера не доберется. Нужно было выбираться и как можно скорее. Теперь, нас подгоняло не только стремление освободить Элана, но и желание искупить свою вину и хотя бы предупредить друзей о том, что наш план раскрыт и от Телингера нужно держаться подальше.

– А если Родмунт не придет? – спросил внезапно Дарлис, – Или явится через неделю, когда сюда уже доставят всех наших?

Этот вариант мы не учли, а следовало. Выбраться из этой камеры самостоятельно у нас не было никакой возможности. Даже если колупать стену или пол подносом, что нам доставили с едой на это могут уйти годы, которых у нас не было. Ни я ни Санрайз не смогли ответить Дарлису, но когда мы уже было снова погрузились в отчаяние, судорожно пытаясь отыскать способ выбраться, в темноте за окном камеры словно свет в конце тоннеля безысходности внезапно снова появился огонек! Его заметил Дарлис, в отчаянии шныряющий взглядом по углам камеры. Он тут же поднялся на ноги, привлекая наше внимание:

– Кто-то идет!

Поднявшись, мы также уставились в окно, все же держась от него на почтительном расстоянии, на случай, если к нам решит нагрянуть жуткая тварь-охранник.

– Похоже Родмунту все-таки не терпится нас допросить, – решил я.

– Бл…ть! – выругался Дарлис, заметив изъян в нашем нелепом плане, – Если он приперся сюда без портала, то как мы сбежим?!

У меня самого на языке крутились одни ругательства, потому я закусив губу промолчал. Поднявшись мы наблюдали за приближавшимся огоньком, осознавая, что наш безумный план провалился уже на первом шаге. Следовало предвидеть, что после того, как Мерветон прогнал его из своего дома, Родмунт просто не сможет воспользоваться его портальным залом, чтобы призвать портал прямо к нам в камеру!

Я судорожно пытался сообразить, как нам уболтать говнюка гинханта вывести нас из камеры, на ум даже пришло снова вызвать его на дуэль, спровоцировать, чтобы он допустил ошибку и позволил нам выйти, а дальше уже действовать по обстоятельствам, но оказалось в этом не было нужды… Когда свет фонаря приблизился, стало ясно, что нашим посетителем был вовсе не Родмунт.

– О, только гляньте, кто к нам вернулся! – скривился Дарлис, когда мы узнали Джеймса.

Он был в прежнем наряде местного плебея и выглядел так, будто все это время слонялся по темным коридорам Арсагона: осунувшимся и встревоженным не меньше нашего.

– А я уж думал, что тебя сожрала тварь, которая здесь бродит, – саркастично хмыкнул Дарлис.

Он не потрудился говорить на английском и Джеймс уставился на меня, надеясь на перевод. Я не стал копировать язвительный тон Игоря, однако спросил о монстре, который нас давно беспокоил.

– This is Gorkhal, the local guardian, – заметно стушевавшись ответил Джеймс.

– Что за горхал и сколько таких тварей здесь? – заинтересовалась Санрайз, когда я перевел ответ канадца.

После нашего разговора она явно была настроена взять ситуацию под контроль и выбраться из клетки, а учитывая, что для этого нам возможно придется пройти коридорами Арсагона, следовало узнать подробнее об опасностях, которые они таят. Я нашел это положительной переменой в ее настроении.

– Cranage's Pet, – ответил Джеймс, когда я перевел вопрос Санрайз, – I was told that this is one of the Skabenites who fell into a magical anomaly.

– Северянин, попавший в магическую аномалию, – переглянувшись с Дарлисом, перевел я.

Джеймс оглянулся назад, словно опасался, что тварь подкрадется к нему:

– Magic had disfigured him, almost rendered him insane, but it had given him strength and sharp hearing. Fortunately, I haven't seen anything like this here anymore, but there are lychees here too.

Из слов канадца мы поняли, что некий скабенит пал жертвой аномалии, став редким уродом, зато с хорошим слухом и прокаченной силой. К счастью он был такой один, но зато делил местные коридоры с личами.

– За…бись! – констатировал Дарлис, – Стало быть по коридорам шарится какой-то мутант с нежитью, но никто из них тебя не трогает.

Игорь впился в канадца презрительным взглядом:

– Что ты такого напел старику, что он позволяет тебе бродить тут, а нас запер в сраной тюрьме?!

Вопрос был чертовски уместным и мы с Санрайз также уставились на Джеймса в ожидании ответа. Где-то в глубине души я надеялся, что таким образом Мерветон желает доказать нам, что ему можно доверять, что стоит нам ответить на его вопросы и мы будем свободны. Он убедится, что мы не солгали и выпустит нас из клетки. Нечто подобное я ожидал услышать от Джеймса, однако у него была своя версия, которая, к сожалению, казалась гораздо ближе к истине:

– He gave me a bracelet that takes away my magic. I don't have a gun, and I barely know the local language, – Джеймс вздохнул, опустив взгляд и мрачно закончив, – I think I'm just harmless to him.

– Он думает, что без магии, оружия и знаний языка он просто безвреден для Мерветона, – перевел Дарлис Санрайз.

– А мы?! – вскинула она бровь, – У нас тоже ни оружия, ни магии! Почему он держит нас здесь? Почему не позволит мне увидеть сына?!

На последнем вопросе ее голос сорвался, задрожав от едва сдерживаемых слез. Печаль в голосе Санрайз не нуждалась в переводе и растерянность на лице Джеймса сменилась сочувствием, хотя едва ли он что-то понял из ее слов.

Приобняв Санрайз, Дарлис добавив собственной злости в голос перевел канадцу ее вопросы. Но у Джеймса не было ответов. Только одно предположение, которое впрочем звучало вполне уместно:

– Возможно он боится, что вы попытаетесь сбежать.

– А ты даже не пытался? – презрительно поморщился Дарлис.

Он перевел свой вопрос и в этот раз Джеймс ответил ему с таким же презрением:

– Мне бежать некуда! И Мерветон знает об этом.

В этот момент, совершенно растерянный он показался мне действительно жалким слугой Мерветона, ботом, который уже почти забыл, что пришел в этот мир игроком и могучим магом.

Хотя похоже у него для этого были основания. Тень скользнула по его лицу, хотя фонарь в руке канадца излучал неподвижный свет.

– If you think that I was enjoying my life here before you arrived, then you are mistaken!

Джеймс вскинул палец, ткнув им куда-то позади нас:

– I spent more than a month in this cell before I was allowed to leave, and I didn't have the luxury of light here!

Он снова напомнил нам о том, что прежде был на нашем месте и провел здесь больше месяца в темноте. Слова канадца на какое-то время заставили нас задуматься о том, как не просто ему здесь пришлось. Кроме того, могли ли мы судить его теперь, когда сами стали предателями? Хоть я и пытался убедить себя, что наши обстоятельства были иными, но выходило с трудом. Джеймс остался один, лишенный бессмертия он просто не мог противиться воле Мерветона. Однако он ведь должен был понимать, что его могут обманывать! Похоже та же мысль посетила и Дарлиса, который спросил чуть менее холодным тоном, чем прежде:

– И ты все еще думаешь, что он приведете тебя в Оринлейн? Старый мудак, который похитил сына Санрайз и работает на говнюка, желающего нашей смерти!

– А какой у нас выбор?! – вскинув бровь огрызнулся Джеймс,

Какое-то время он сверлил нас отчаянным взглядом, потом опустив глаза покачал головой и уже спокойно произнес:

– Я видеть карты…, Мерветон рассказал вам о них?

– Он сказал, что может проводить нас в Оринлейн, – ответил я.

Джеймс посмотрел на меня с пылающей во взгляде надеждой:

– That's why we came back here! To find a way out into our world, into the real reality!

– Что он говорит? – нахмурилась Санрайз, заметив смятение на моем лице.

– Он все еще уверен, что Мерветон вернет нас домой, – вздохнул Дарлис.

– А вы?

Санрайз неожиданно взглянула на нас:

– Вы ему верите?

– Нет, – твердо ответил я.

Однако Дарлис ответил не сразу. Пожав плечами он заметил:

– Вряд ли он намерен нас отпустить, но вполне возможно у него действительно есть карта с месторасположением Оринлейна. Если это так, нам стоит как-то раздобыть ее.

С этим я спорить не стал. Еще один пункт к нашему плану, до которого еще нужно добраться.

– Но сперва нам нужно выбраться отсюда, – напомнила Санрайз.

Мы так и не решили, как это сделать, а дожидаться Родмунта казалось все более паршивой идеей, тем более, если он явится сюда так же как Джеймс без портала… В этот момент меня вдруг осенила идея и мой взгляд вернулся к канадцу, который застыл за решеткой все еще дожидаясь моего ответа. Вот оно! Угасшая было надежда в душе снова воспряла, хотя учитывая обстоятельства, вполне возможно, что не надолго, ибо связана она была с нашим другом-предателем.

В этот момент мне стало ясно, что свободой перемещения Мерветон выкупал не наше доверие, а доверие Джеймса и мы могли этим воспользоваться! Нужно было только убедить его, что другого выхода у нас нет.

– Мы вернулись сюда, чтобы найти дорогу домой, но Мерветон не отпустит нас так просто, – ответил я Джеймсу.

– А если он говорит правду? – качнул канадец головой, не желая отказываться от надежды.

– Ты готов поставить на это наши жизни?

Поскольку однажды канадец уже разменял наши жизни на возвращение в реальность, я уточнил:

– Свою собственную жизнь поставишь? Готов сидеть здесь беспомощным пленником в ожидании казни?

Я видел что мои вопросы повергают Джеймса в отчаяние. Возможно он уже не раз задавался ими, но холил надежду на то, что Мерветон его не обманет. Может даже фантазировал, что мы будем рады оказаться здесь и с готовностью примем предложение старика, но вместо этого, мы пробудили в нем прежние сомнения. Он не был дураком, но практически не знал наш язык и должен был понимать, что его могут обмануть и использовать. Хотя возможно он все еще верил, что этот мир игра, в которой старик, вызволивший его из тюрьмы всего лишь добрый бот, выполнив квест которого можно легко вернуться домой. В таком случае он все же дурак, которого следует вернуть к реальности.

– Вы забрали мой медальон, – медленно и четко подбирая английские слова продолжил я, желая выдернуть канадца из нелепых иллюзий, в которых он жил все это время, – Мерветон хочет, чтобы мы выдали ему наших друзей и планы Слидгарта…

Я не стал упоминать, что мы уже сделали это, лишь мрачно спросил канадца:

– И ты думаешь, что все это для того, чтобы отпустить нас?

Джеймс уставился в землю. Несмотря на всю свою наивность, он не мог однозначно ответить мне и я продолжил атаковать его вопросами, пробиваясь сквозь вранье Мерветона, на котором он жил все это время:

– Ты знал, что он возглавляет наксистронгов? Что при его содействии был похищен сын Санрайз?

Я кивнул в ее сторону, услышав, как Дарлис тихо переводит ей мои слова. Они не вмешивались, предоставив мне промывку мозгов Джеймса, лишь с явным укором следили за его реакцией, проступающей на лице какими-то судорожными, мучительными гримасами.

Конечно Мерветон мог тогда еще не знать об Оринлейне и нашем желании попасть туда, однако я не был намерен прощать ему нападения наксистронгов на поместье Санрайз и все прочие козни, что нам строили его подопечные по велению Кранаджа.

Загнав Джеймса своими вопросами в тупик, я перешел к сути своего обращения:

– Возможно раньше у тебя не было выбора и ты повиновался старику, но теперь мы тебе его предоставим. Поверить боту, который врет как дышит или восстановить доверие между нами и вместе выбраться отсюда, чтобы вернуться домой.

Джеймс посмотрел на меня словно в поисках подсказки:

– И что ты предлагаешь?

Я оглянулся на Санрайз с Дарлисом и кратко ответил:

– Бежать.

Брови Джеймса поползли вверх, а в глазах застыла растерянность.

– Помоги нам выбраться и мы поможем выбраться тебе! – снова попытался надавить я.

Канадец завис, вероятно взвешивая все за и против нашего предложения, а я пытался отыскать хоть какой-то аргумент, который склонит чашу его весов в нашу пользу.

– Димон, отойдем на минутку, – неожиданно шепнул Дарлис, выдернув меня из поисков.

Обменявшись одинаково настороженными взглядами с Джеймсом, я вздохнув позволил Игорю отвести меня от окна. Бросив взгляд на канадца, следящего за нами через решетку, Дарлис спросил:

– Ты думаешь этот предатель поможет нам выбраться? Мы уже дважды ему доверились и оба раза он нас продал! Ему определенно не стоит знать о наших планах!

Я взглянул на Санрайз, ожидая услышать ее мнение, но она лишь пожала плечами:

– Я его слишком плохо знаю. Раньше он казался мне порядочным человеком, а теперь просто потерянным, хватающимся за любую соломинку, чтобы выбраться отсюда.

– Как и мы, – кивнул я.

Посмотрев на Дарлиса, я вздохнул:

– Предатель или нет, но возможно он наша единственная возможность выбраться отсюда,

– Я согласна, – поддержала меня Санрайз.

– И чем он по-вашему нам поможет?! – скривился Дарлис, – Без магии или оружия от него проку никакого.

Теперь я и сам считал, что положение Джеймса не многим лучше нашего, и в вопросе Игоря была логика, однако если нам следует выбрать между ставкой на появление Родмунта и ненадежным товарищем, я предпочту Джеймса. В плане с гинхантом было слишком много неизвестных, в то время как канадец мог предоставить нам некоторое преимущество…

– Он относительно свободен и знает это место, знает Мерветона, – пояснил я свое мнение.

– И похоже до чертиков его боится…

– Возможно это даже к лучшему.

Дарлис прошипел сквозь зубы:

– Сссука! Но это в последний раз! – он глянул на застывшего по ту сторону решетки канадца, – Если я только почую запах предательства, то просто придушу ублюдка на месте. Даже если это будет последнее, что я сделаю в жизни.

– Договорились, – кивнул я.

Закончив свое краткое совещание, мы вернулись к Джеймсу, который явно успел посовещаться сам с собой, поскольку встретил мое предложение по-прежнему без энтузиазма с гримасой разочарования на лице:

– Это глупо! – решил он, когда я спросил его мнение.

Джеймс силился подобрать слова и похоже именно затем пришел сюда, чтобы убедиться, что мы приняли предложение Мерветона, что мы разделили его выбор. В тот момент, когда его глаза бегали по стенам Арсагона, пытаясь разглядеть достойный аргумент, чтобы изменить наше решение я вдруг понял, что на самом деле им двигало. Вовсе не уверенность в слове Мерветона и даже не надежда снова оказаться дома. Он просто боялся! Боялся не Мерветона или Родмунта, он боялся всего этого мира! Лишившись медальона и бессмертия он боялся лишиться последней жизни! Едва осознав этот факт я задумался над тем, почему сам не боюсь погибнуть, хотя так же лишился бессмертия. Пожалуй, ответ был очевиден: я не думал о себе, все мои мысли были о Санрайз. Чувства к ней возвысили меня над бренностью бытия и позволяли игнорировать собственную уязвимость и угрозу смерти. Возможно Дарлиса спасало от страха то же самое, а Пиксель с Андреем уже не первый год живут в этом мире и возможно просто привыкли к его угрозам. Джеймсу же было не за что ухватиться в попытке вырваться из пропасти страха. Даже Вероники рядом не было, чтобы дружески поддержать его. Зато была масса злобных северян, презирающих его за гибель товарищей в Скирате и пытки, которые явно не просто было пережить, особенно осознавая, что у тебя единственная жизнь… В таких обстоятельствах чертовски сложно сохранить здравомыслие и проявить мужество. Однако ему придется, если он надеется выбраться отсюда!

– Медальоны у Мерветона, как мы сможем вернуться домой без них?! – в отчаянии просил Джеймс.

Вопрос был логичный и возможно если бы я не принял решение остаться в мире Санрайз, то так же отчаянно цеплялся за ключ к двери домой, но я не мог признаться Джеймсу, что возвращение домой меня не волнует. Однако я нашел подходящий ответ и уверенно произнес:

– Если ты нам поможешь выбраться, мы вернемся сюда снова, но не как пленники и не одни. С нами будет армия и мы заберем медальоны обратно.

Пока это была лишь фантазия порожденная надеждой, однако по взгляду Джеймса я понял, что теперь он может за эту надежду ухватиться.

– Если ты действительно хочешь искупить свою вину, исправь свою ошибку и найди способ вытащить нас отсюда! – твердо произнес я на английском, глядя в растерянные глаза канадца.

Едва он замотал головой, отчаянно сопротивляясь нашим требованиям, Дарлис многозначительно добавил:

– Здесь и сейчас тебе стоит выбрать на чьей ты стороне! Имей в виду, это твой последний шанс. Если выберешь не верно, при следующей встрече мы будем врагами и клянусь богом, я тебя прикончу!

Уже по тону Дарлиса можно было догадаться, что он не шутит. Джеймс заметно побледнел, глядя ему в глаза и отчаянно выпалил:

– Но как я это сделаю?!

В этом отчаянном возгласе я отчетливо услышал, как его картина мира поддалась и треснула, словно плотина, возведенная лжецом Мерветоном. Сомнения хлынули бурным потоком и теперь чтобы выбраться из него, Джеймс был готов внимать не старику, а нам.

Цепляясь за обломки, прежде внушавшую какую-то надежду, он снова залепетал об отсутствии оружия и магии, но я тут же прервал его, скривив губы в кривой улыбке:

– Как делал всегда, когда играл в игры.

Упреждая его протест, я тут же добавил:

– Да, это не игра, но зато и возможностей для импровизации у тебя здесь больше. Вызволи нас отсюда, а дальше мы вместе разберемся, как нам уцелеть. Возможно это последний шанс для всех нас избежать повешенья на воротах города.

Отчетливо различая страх в глазах Джеймса, я решил ударить по уязвимой точке, которую обнаружил:

– Это наши последние жизни, Джеймс! Если мы не выберемся отсюда, перезагрузиться уже не получится.

Если до этих слов Джеймс еще метался взглядом, борясь с собственной трусостью, то теперь застыл как камень, обреченно глядя мне в глаза. Мне казалось еще чуть-чуть и из его глаз польются слезы, но он все же сумел удержать их и как-то судорожно кивнул, выдавив:

– Okay, I'll… I'll figure something out.

Мы с Дарлисом переглянулись почти синхронно выдохнув с некоторым, хоть и преждевременным, но облегчением.

– Что он сказал? – нахмурилась Санрайз.

– Он нас вытащит. Или по крайней мере попытается, – перевел я.

– Без Элана я не уйду!

Мы с Дарлисом переглянулись. Выбраться из Арсагона явно будет не просто, а рассчитывать на то, что мы сумеем отыскать и освободить Элана казалось безумием, однако мы именно за ним пришли сюда и не собирались оставлять малыша, однако здесь я не был уверен, что мы сможем рассчитывать на помощь Джеймса.

– Ты знаешь, где держат Элана? – спросил я его.

Поджав губы он с явным сожалением покачал головой:

– А выяснить сможешь? – подключился Дарлис.

Глаза канадца округлились от задач, которые мы на него взвалили, однако выдержав паузу он обреченно кивнул, что внушило нам надежду. Возможно канадец все же догадывался, где именно держат сына Санрайз, по крайней мере, он выдохнул:

– I will try.

– Что он сказал?! – взволнованно спросила Санрайз.

– Он выяснит, где держат Элана.

– И пускай раздобудет оружие, – напомнил Дарлис, – Если мы отсюда выберемся оно нам точно понадобится.

Когда мы перевели это пожелание, я всерьез испугался, что Джеймс откажется, струсит снова, решив, что такое дело не стоит риска. Или хуже того: заверит, что все сделает, а сам вернется к Мерветону и сдаст нас. К сожалению узнать этого мы не сможем до последнего и остается только довериться предателю.

– Это твой шанс вернуть долг, – максимально спокойно и убедительно напомнил я, поймав взгляд канадца, – Или…

– Вы меня убьете, I understood! – раздраженно ответил Джеймс.

– Или тебя убьет Кранадж, – уверенно закончил я.

Мне не хотелось угрожать Джеймсу, поскольку я не верил в обещания данные под угрозой смерти, но я видел, как она пугает канадца и был вынужден использовать его уязвимую точку. Ради Санрайз, ради Элана и ради нас всех.

Джеймс вздохнул:

– I'll try, but I can't promise anything. Without magic or weapons…

– Сделай то, что должен, – прервал я его голосом начиненным сталью, в надежде придать хоть толику смелости парню, – Иначе мы все покойники и уже навсегда.

Канадец посмотрел на меня и помедлив кивнул, после чего простился взглядом с Дарлисом и Санрайз, развернулся и направился к выходу из нашей темницы.

Выдохнув, я смотрел ему в след, гадая, удалось ли нам вернуть его на нашу сторону или он остался глух к нашим словам.

– Я бы не стал надеяться на него, – качнул головой Дарлис, когда свет фонаря Джеймса скрылся в темноте, – Нам нужен план "Б".

Мы отошли от окна к своему фонарю, обмениваясь растерянными взглядами и в уме прикидывая шансы на успех канадца.

– Нам не поможет никакой план, пока мы не выберемся из камеры, – ответил я.

– По крайней мере у нас теперь есть фонарь и мы можем осмотреться здесь получше.

На мой взгляд осматривать здесь было нечего. Камера у нас была небольшая и совершенно пустая, однако Игорь подхваченный собственным энтузиазмом взял фонарь и принялся изучать стены, пока мы с Санрайз примостились на прежнем месте, наблюдая за ним.

– Думаешь у него получится? – спросила Санрайз имея в виду Джеймса.

Я не мог однозначно ответить на этот вопрос, но был рал, что Санрайз задала его. Встретившись с ней взглядом, я заметил, что в ее глаза снова вернулась жизнь и она была готова к решительным действиям.

– Если нет, мы придумаем что-нибудь еще, – уверенно произнес я улыбнувшись и взяв Санрайз за руку, – Мы освободим Элана, клянусь тебе.

Она едва заметно кивнула и уже почти улыбнулась в ответ, но тут раздался голос Дарлиса:

– Смотрите-ка, оказывается здесь канадец не пиз…ел.

Оглянувшись мы обнаружили Игоря присевшим на корточках у противоположной стены. На миг я решил, что он нашел какой-то альтернативный план побега, но это был не он. Когда мы с Санрайз подошли к Дарлису, он указал на корявые буквы накарябанные на твердом неподатливом камне стены в самом углу, словно некто забился в него и скреб поверхность ногтями, выражая последнюю волю или просто мысли отчаяния.

– Он действительно сидел здесь, – хмыкнул Дарлис, взглянув на нас.

Разобрать написанное оказалось не просто не столько потому что, Джеймс писал на родном английском, но скорее потому что слова были страшно корявые и не везде ему удалось их полностью вырезать в камне.

– И явно в полной темноте, – заметил я.

– Что здесь написано? – спросила Санрайз.

Возможно она рассчитывала на что-то полезное, какое-то ценное наблюдение, которое могло помочь нам выбраться, но я заметил в тексте повторяющееся имя "Jane" и уже предвидел, что послание канадца было личным, вероятно написанным в один из тех дней, когда он уже отчаялся вырваться из этого мира и вернуться к своей девушке.

– "Джейн, прости меня…" – прочел Дарлис для Санрайз, – "Я не смог найти тебя и…" что-то не понятное…

– "Потерял себя", – кое-как разобрал я.

– "Наверно это конец", – продолжил читать Игорь, – "Я устал и уже не верю, что выберусь. Я надеюсь, что ты все еще живешь в каком-то из миров и… однажды мы снова встретимся. Хотя бы в другой жизни".

– Боги, – выдохнула Санрайз, проникнувшись коротким трагическим абзацем, сотканным из отчаяния и любви, о которой мы почти ничего не знали.

– В мире, куда мы вернулись после Разлома, Джейн не оказалось, – вспомнил я, – Он только из-за нее решился вернуться сюда.

– Это достойная причина вернуться, но не повод предавать нас, – хмыкнул Дарлис.

Я сам только недавно предал друзей ради Санрайз и промолчал, зато сама она качнула головой, уверенно напомнив:

– У него не было выбора. Я помню, как оказалась в вашем мире, как чувствовала себя совершенно чужой в нем, несмотря на то, что понимала язык. А Джеймс нашего языка не знает и мне кажется, до самого Разлома он ощущал себя чужаком среди нас. Возможно только с Вероникой находил общий язык, но ведь теперь ее нет рядом…

Она неожиданно коснулась рукой выцарапанных канадцем слов и качнула головой:

– Это действительно страшно.

От ее слов жутко стало и нам с Игорем.

– Окей, если этот говнюк все-таки вытащит нас отсюда, я прощу его грешную душонку, – буркнул Дарлис, – Но пока нам стоит подумать над тем, что мы будем делать, если предатель решит предать нас снова.

– Будем ждать Родмунта или любой другой возможности выбраться отсюда, – предложил я, – А там уже действовать по обстоятельствам.

– Бл…ть, ох…нный план! – иронично заметил Дарлис, поднявшись, – Я бы сказал, что ты в конец еб…лся, если бы мог предложить, что-то получше, но похоже ничего иного нам не остается.

Мы снова вернулись к изнурительному бездействию, ощущая собственную беспомощность. Все, что мы могли сейчас, это ждать, а ждать было невыносимей всего. Тьма и могильная тишина сковали Арсагон, заставляя каждый шорох звучать как набат предвещающий беду. Как я не прислушивался, за пределами нашей клетки ничего различить не мог. Ни шагов Джеймса, спешащего нам на помощь, ни грохота шагов горлаха, которого в какой-то момент Дарлис даже решил подозвать. Якобы чтобы изучить получше, но мне казалось просто от невыносимой скуки и желания сделать хоть что-то. К счастью или нет, но мутант не отозвался, что вызвало у нас сомнения в его тонком слухе.

Санрайз сидела тихо, но в этот раз я не видел на ее лице признаков апатии, что меня бесконечно радовало. Теперь она казалась не угнетенной, а собранной, готовой в любой момент сорваться в бой и проложить кровавую дорогу к Элану, где бы он не был и кто бы не встал на ее пути. По сути Мерветон не оставил нам выбора и теперь мы ждали своего шанса, как выстрела стартового пистолета, чтобы ухватиться за любую возможность выбраться из тюрьмы и Северной столицы. Но пистолет все молчал, а время в ожидании тянулось невыносимо медленно.

В какой-то момент меня снова стали посещать тревожные мысли, что Джеймс просто сбежал. Забился куда-то в угол, убедив себя в том, что Мерветон непременно вернет его домой, а мы напрасно ждем его помощи. Вероятно остальные тоже размышляли в этом ключе, ища альтернативные варианты побега.

– Даже если Родмунт сюда не явится, нас вряд ли оставят здесь без еды, – заметил Дарлис, – Может мы сумеем сбежать отсюда, когда нам ее снова принесут?

В подземелье Арсагона было сложно понять, сколько прошло времени с нашего завтрака у Мерветона и следовательно вычислить, когда можно рассчитывать на обед, однако мысль Дарлиса мы взяли на вооружение, морально приготовившись пробиваться наружу, как только нас снова решат покормить. Хотя если в этот раз еду нам доставят тем же путем, каким приходил Джеймс, пробиться вряд ли получится.

Наконец, когда мы уже окончательно убедили себя в том, что Джеймс в очередной раз струсил, в нашей клетке внезапно вспыхнул портал.

В одно мгновение у меня в голове смешалось сразу множество мыслей и гипотез: вернулся Мерветон, как и обещал, или по наущению Джеймса, предавшего нас снова; подоспел обед, а может опять нагрянул Родмунт и быть может нам самое время вернуться к плану «А», но ни одна из гипотез не оправдалась.

Едва отскочив от дрожащей мембраны сжимавшей расстояния между двумя точками в пространстве мы обменявшись взглядами само собой перешли к изначальному плану, предполагавшему бой с неведомым посетителем и прорыв в портал, но когда из него вышел Джеймс тут же растерянно отступили.

– Ты? – невольно выдохнул Дарлис, будто вовсе не рассчитывал на совесть канадца.

И на самом деле я сам не ожидал увидеть его снова так скоро. Удивленный не меньше остальных, я скептически напомнил себе, что появление Джеймса еще не значило, что он пришел нас вызволить. Вполне возможно он явился к нам как вестник Мерветона и вовсе не затем, чтобы вытащить из тюрьмы.

Заметив наше недоверие на лицах, канадец как-то нервно оглянулся на портал, после чего смущенно признался:

– I've memorized the combination to summon the portal. Merveton has left the city, and if you're going to escape, you'd better do it now.

Даже после этих слов мы не сразу решились поверить ему снова и настороженно переглянулись, словно не поняли сказанного, хотя Санрайз действительно не поняла и я спешно перевел ей слова канадца.

– Он говорит, что запомнил комбинацию для вызова портала. Мерветон уехал из города и теперь мы можем бежать.

– Значит мы уходим? – вскинув бровь Санрайз посмотрела на Джеймса.

Джеймс прочитав наши смешанные чувства сам заметно растерялся. Он явно понимал, что мы ему не доверяем, но был готов к этому и кивнул, неуверенно ответив:

– Таков ведь был ваш план?

Томительное ожидание казалось завершилось так неожиданно, что мы даже растерялись и не могли решить как действовать дальше.

– Что он говорит? – спросила Санрайз, нервно глядя то на канадца, то на нас с Дарлисом, то на портал.

Она явно была преисполнена стремлением наконец лично разыскать сына и уже рвалась к мерцающей мембране и я испытав заметное облегчение и возрождающееся доверие к Джеймсу, ответил ей.

– Что мы можем идти.

Санрайз тут же шагнула к порталу, но Джеймс внезапно заступил ей путь, почти прошипев сквозь зубы:

– No! Not this way!

– Что не так?! – опешила Санрайз испуганно посмотрев на нас.

– Не этим путем? – нахмурился Дарлис, пронзив Джеймса взглядом, – А каким, бл…ть?!

Он окинул взглядом глухие стены камеры с жалким маленьким окошком, забранным решеткой. Никаких альтернативных выходов мы здесь не наблюдали, однако канадец вскинув руки хоть и спешно, но терпеливо пояснил, указав на портал за спиной:

– There are four naxistrong in the portal hall. I convinced them that Merveton asked me to talk to you.

– В портальном зале четверо наксистронгов, – перевел я, – Он убедил их, что Мерветон поручил ему поговорить с нами.

– Окей и что дальше? – вскинув бровь, спросил Дарлис.

– Через портал возвращаться нельзя, – ответил Джеймс на русском, окинув нас взглядом.

– Сука, ты в конец еб…тый?! – не выдержал напора эмоций Дарлис, – Мы хотели чтобы ты вытащил нас, а не присоединился к нам в клетке, кретин!

Возможно слов Джеймс и не понял, однако суть уловил и торопливо заметно обиженным тоном пояснил:

– The way through the portal is closed, but we can make another one!

Он забрался за пазуху своей туники и выудил на свет какой-то мешочек, а из него какой-то небольшой медный тубус, зловеще произнеся:

– This bomb!

Мы с Дарлисом обменялись удивленными взглядами.

– Что это? – спросила Санрайз.

– Бомба?

Игорь оглянулся на Джеймса, который впервые плотоядно улыбнувшись, кивнул, пояснив, что Мерветон занимается разработками оружия и конкретно этот тубус канадец спиз…ил из какого-то хранилища. Вероятно старик не знал, что Джеймс в состоянии опознать взрывное устройство, несмотря на то, что детально расспрашивал его о нашем мире. Или по крайней мере был уверен, что Джеймс не разберется, как его использовать, потому доверил ему работу в хранилище. Но канадец разобрался… Уверенность Мерветона в беспомощности Джеймса сыграла с ним злую шутку и теперь у нас был «ключ», с помощью которого мы могли выбраться на свободу!

На какое-то время мы пораженно зависли разглядывая средневековую бомбу в руке канадца, потом Дарлис решил уточнить:

– Ты предлагаешь нам взорвать стену и выйти к твари, которая шарится по коридорам.

– А ты думал, что я просто телепортирую вас отсюда домой? – раздраженно ответил Джеймс, – Легкого выхода из Арсагона нет!

На это Игорю ответить было нечего, но он все же пробурчал:

– Я думал, что ты хотя бы оружие захватишь, или ты предлагаешь рубиться с тем горхалом врукопашную?

Здесь Джеймс вздохнул и виновато качнул головой, признавшись, что с оружием ему к нам было не попасть. Тем не менее, он заверил нас, что знает путь наружу и если мы будем действовать быстро, то выберемся раньше, чем горхал доберется до нас.

– А ты разве не упоминал его превосходный слух? – напомнил я, – Тебе не кажется что чертов взрыв тут же привлечет мутанта к нам, а то и не его одного?

– Чем острее у него слух, тем больнее придется его ушам, – здраво рассудил Джеймс, – Если бомба оглушит его, у нас будет преимущество.

Как быть, если на грохот взрыва примчится вся стража Мерграндора Джеймс не знал, но очевидно, что предусмотреть все в нашей ситуации было невозможно и риск неизбежен в любом случае.

– Звучит как очень х…евый план, – вздохнул Дарлис, взглянув на меня, – Но другого походу не предвидится.

Я согласно кивнул и перевел этот план Санрайз. Как и ожидалось, особого восторга он у нее не вызвал, однако не по причине множества дыр, а потому что она ждала ответа на главный вопрос.

– А Элан?! – подняла она полный надежды взгляд на Джеймса, – Ты узнал, где он?!

Конечно мы не забыли о мальчике, однако я считал, что сперва следует выбраться из Арсагона и как-то не догадался спросить о нем сразу. Но для Санрайз этот вопрос был самым приоритетным, а значит и для нас. В конце концов именно от него зависело, куда нам бежать из тюрьмы.

Джеймс поморщился и бросил взгляд на меня с Дарлисом, будто за переводом, хотя было очевидно, что он понял ее вопрос, но похоже просто не хотел отвечать.

– Ты нашел его? – твердо спросил я, схватив канадца за плечо.

Поджав губы он выдержал паузу и кивнул с явной неохотой:

– It's in the western part of the guest wing.

– Где это?! – нетерпеливо поторопил я, словно зависающего иностранца.

Джеймс красноречиво повернулся к порталу.

– Бл…ть! – выдохнул Дарлис закрыв лицо ладонью.

– Что он сказал?! – почти прокричала Санрайз.

– Он где-то в доме Мерветона, – вздохнул я.

Санрайз на миг изменилась в лице и тут же направилась к порталу:

– Отлично, значит я иду за ним!

В последний момент я успел ухватить ее за плечо и в этот раз она вырвалась с яростью фурии посмотрев на меня:

– Там стража, – напомнил я.

– И что?! Они меня не остановят!

Ее взгляд метал молнии, которые, казалось, не хуже магических могли жечь врагов, но мы не могли рассчитывать лишь на одну ярость в бою с вооруженными наксистронгами, тем более, если среди них окажутся маги.

– Мы войдем в портал и найдем Элана, но нам нужно спланировать атаку, иначе мы просто вернемся сюда и нам уже вряд ли подвернется случай выбраться.

Какое-то время Санрайз боролась с чувствами, потом выдохнула, уняв огонь в глазах:

– Прости. Ты прав.

– Трое против четверых, – пожал плечами Дарлис прикидывая наши шансы, – Бывал расклад и похуже.

Я хотел было напомнить, что нас четверо, но взглянув на Джеймса решил так же исключить его до тех пор, пока он не заслужит прежнего доверия.

– What are we waiting for? – озадачился канадец, следя за нами растерянным взглядом, – Нужно уходить, пока не поздно!

– Мы идем за Эланом.

Я посмотрел на Джеймса, который уже по моему лицу догадался, что наш побег окажется еще безумнее, чем он предполагал и чтобы снова заслужить наше доверие, ему придется идти на отчаянный риск:

– А ты укажешь нам путь.

Канадец тут же закачал головой:

– This is madness! If you want to leave, then you need to leave now through Arsagon, before Merveton returns!

– Мы не уйдем без Элана! – пронзив канадца взглядом ответил я.

Джеймс уставился в ответ совершенно растерянным взглядом, он смотрел на меня как на чокнутого и видимо чтобы исцелить меня от безумия решился напомнить:

– У нас ведь нет медальонов! – в отчаянии он снова перешел на ломаный русский, пытаясь подбирать знакомые слова, – Ты…, станешь рисковать жизнью…,

Он украдкой бросил взгляд на Санрайз:

– Единственной жизнью здесь?

Он явно хотел высказаться насчет Санрайз и ее ребенка, который даже не был моим, но сдержался. Однако не сумел сдержать страх в глазах и голосе. Санрайз была права: он оставался чужим в этом мире, потому просто не мог понять меня. Для него здесь не было ничего стоящего риска, кроме возможности выбраться. Только ради нее он вернулся за нами и был готов пробиваться к выходу.

– Раньше у нас тоже была одна единственная жизнь, – вспомнил я слова Андрея, – Ты просто забыл об этом.

– Раньше мы так не рисковали!

Услышав отчаяние в голосе Джеймса в наш разговор нетерпеливо вмешалась Санрайз:

– Что ему нужно?

– Немного храбрости, – вздохнул я.

Взглянув на канадца, я твердо произнес:

– Мы идем за Эланом. Ты можешь пойти с нами, или прорываться к выходу из Арсагона…

Я обозначил лишь два варианта развития событий, но опасался, что Джеймс выберет третий, ведь он мог просто вернуться в портал и сдать нас стражам. Я внимательно следил за его лицом, пытаясь упредить момент выбора и угадать его. Сперва по нему скользнула тень страха и волнения. Он метался, возможно искал способ переубедить нас, но не найдя снова посмотрел мне в глаза и кивнул:

– Хорошо. Я пойду с вами.

Я не заметил лукавства в его глазах, но чтобы окончательно убедить канадца в верности выбранного решения, я тронул его за плечо, улыбнувшись:

– Спасибо. Клянусь тебе, мы выберемся отсюда и ты вернешься к Джейн.

Услышав имя своей девушки Джеймс как будто чуть вздрогнул, заглянув мне в глаза, потом его взгляд скользнул в угол. Облизав губы, он немного рассеяно кивнул.

– Отлично, – высказался Дарлис, – Значит мы идем за Эланом, осталось только решить каким образом избавиться от наксистронгов.

Санрайз явно была готова разорвать их голыми руками, но здравый смысл требовал более разумного плана.

Мы невольно уставились на портал, словно пытались разглядеть за ним врагов. Даже если мы выйдем из камеры вместе с Джеймсом, у нас по-прежнему не было ни оружия ни магии, чтобы противостоять им. А если среди них окажутся маги, нам точно пизд…ц. Б…ть, ситуация казалась совершенно безвыходной!

– We can bypass them, – неожиданно предложил Джеймс, когда мы погрузились в задумчивое молчание.

– Каким образом? – спросил Дарлис.

Канадец снова показал нам бомбу, пояснив, что мы могли бы сперва выбраться из Арсагона, а после вернуться за Эланом через главный вход в дом Мерветона.

Если бы у нас была другая возможность пробиться в коридоры Арсагона, план Джеймса мог бы и сработать, но бомба наверняка поднимет на уши весь город и у нас просто не останется времени, чтобы вызволить Элана. Сейчас нам нужно было действовать скрытно.

– Мы можем заманить их сюда, – предложила Санрайз, – Устроить им засаду.

– Как? – нахмурился я.

Санрайз задумалась на миг, потом попросила, посмотрев на Джеймса:

– Скажите ему, что бы он вернулся и попросил помощи в допросе. Пускай убедит наксистронгов, что мы готовы выдать Мерветону своих друзей. А мы устроим здесь засаду…

– Но у нас даже оружия нет, – напомнил Дарлис.

– Есть.

Санрайз подняла с пола фонарь, довольно увесистой металлической конструкции:

– Для начала сойдет, а там…, – она посмотрела на меня, – Будем действовать по обстоятельствам.

Ничего более токового мы придумать не смогли и вместе с Дарлисом перевели план Джеймсу.

Сперва он кивнул, но потом тут же покачал головой:

– All of them won't come down here.

– Что не так? – раздраженно спросила Санрайз.

– Он говорит, что все стражи сюда не спустятся.

– Пусть. Нам главное избавиться хотя бы от части. С оставшимися попробуем разделаться уже наверху.

Как и предполагалось, наш план Джеймс не одобрил, однако деваться ему было некуда и в конце концов мы решили действовать.

Поскольку Дарлис не был избалован магией и весьма ловко орудовал оружием, нанести первый удар мы доверили ему. Он должен был дождаться прибытия наксистронгов за порталом, а мы с Санрайз исполняли роль приманки. Рассчитывать на то, что Игорь раскидает всех наших врагов фонарем было глупо, особенно если среди них окажется маг, поэтому мы с Джеймсом и Санрайз должны были присоединиться к бою в тот же миг, как Дарлис нанесет первый удар. На случай, если среди врагов все же окажется маг, или наксистронги вдруг окажутся слишком твердолобыми, мы решили, что немедленно отступим в портал и Джеймс отрубит его, заперев засранцев в нашей камере, а мы попытаемся пробиться через тех, кто будет поджидать нас в портальном зале.

Когда мы окончательно согласовали свои действия и несколько раз отрепетировали движения, Джеймс снова оставил нас нырнув в портал и снова мы в нетерпении ждали и гадали, вернется ли он или все же сломается и предаст нас опять.

Благо в этот раз ждать пришлось не долго и через пару минут портал замерцал, возвещая о прибытии гостей…