Девочка из глубинки [первая часть]

36 глава

Марина приезжает за мной раньше оговоренного времени, поднимается в квартиру. Я предлагаю кофе и любимые протеиновые вафли «щедрости».

— В городе перекушу, — осматривается и задерживает взгляд на моем новом образе. Оценивающе пробегается глазами и удовлетворенно кивает. — К Лизе в бутик возил?

Когда-нибудь я, возможно, тоже буду разбираться в стиле, фасонах и с первого взгляда угадывать марку одежды. Когда-нибудь. Если это станет для меня важным. А пока мне до этого нет дела. Но нервирует, что вокруг Демьяна уж слишком много разных женских имен.

— Возил.

— Тебе идет. Консультант хорошо подобрала образы. Все-таки у Лизы профессионалы работают…

Вроде похвалила, а ощущение, что уколола.

— Надо еще маникюр, прическу. Цвет равномернее сделать. Оформить брови. А хочешь, дам пару уроков по макияжу?

— Нет.

Разве непонятно, что явно этим сейчас заниматься не начну. И дело не в том, что не хочу, а потому что денег у меня нет. Точнее — на поддержание этого всего. А оно ведь понадобится. Снова оформить брови, сделать маникюр, освежить прическу.

— Как хочешь. Я вообще-то помощь предлагаю…

Вчера натянутая улыбка, сегодня эти «комплименты» и предложение помощи. Все-таки мне не показалось: Марина будто чем-то недовольна. Но чем? Мало того что в стиле я не разбираюсь, так и в отношениях тоже не ас. В подборе правильных фраз. Это из-за того, что я из небольшого городка и Демьян старше меня? Или в чем причина?

— Я что-то делаю не так? — спрашиваю прямо.

— Ты о чем? — удивленно хлопает глазами.

— Вы вчера будто не рады были видеть меня в обществе Демьяна. Сегодня предлагаешь «помощь», зная, что финансово я это не потяну.

— Ты придумываешь, — хмыкает она. — Чувство важности у тебя, конечно… Ну и в смысле не потянешь? Карта Демьяна тебе на что?

Обидно это слышать. Обидно наблюдать, как она оценивающе на меня смотрит. И предлагает потратить деньги «щедрости», словно я и впрямь его содержанка. А я не она!

— Я ничем не хуже без бровей, маникюра и прочего, ясно?

Снова улыбается. Так же, как и вчера.

— Да ты не виновата ни в чем. Всё нормально. И хорошо выглядишь. Это я так…

Но этими словами лишь сильнее раздражает. И в целом раздражающих факторов как будто больше стало: Таня, Марина, «подарочек»… и я, которая болезненно воспринимает оценочные взгляды и какие-то непонятные намеки про свою внешность.

— Давай не выдумывай того, чего нет. Если готова, поехали.

В машине, отвернувшись к окну, продолжаю думать над словами Марины. На ее фоне я и впрямь никто. Ни образования, ни навыков. Только смазливое личико и фигура. Ну, кое-что безусловно имею — аттестат с отличием. А дальше что?

Марина не предлагает составить ей компанию, да я бы и не согласилась. Договариваемся, что она заберет меня около шести, и я выскакиваю на улицу. В палате у Степаниды мой эмоциональный фон немного стабилизируется. Да и бабушка заводит куда приятнее и понятнее разговоры.

— Хорошо выглядишь, — хвалит. И в отличие от Марины искренне, без всяких оценок во взгляде и словах. — Глаза блестят, и энергия от тебя исходит такая хорошая, радостная. Приятно наблюдать. А ты в Москву ехать не хотела.

Потому что я влюбилась. В вашего внука. И ни о чем другом думать не в состоянии. Это одновременно самое лучшее и самое изматывающее чувство на свете.

— Спасибо. Почитаем? — предлагаю я.

— Нет, — хлопает ладонью по кровати, чтобы я присела. — Обе мы с тобой в непривычных обстоятельствах и новой обстановке. Я сегодня с врачом разговаривала. Не быстрый это процесс. Восстановление у пожилого организма будет идти дольше. Ряд ограничений в первое время, и без твоей помощи я точно не справлюсь. А ты хотела учиться, и я вижу, что хочешь остаться…

— Это было бы идеально, — соглашаюсь.

— А остаться здесь для меня — равно зачахнуть. Сложно в таком возрасте уже что-то менять. Выходит, нового человека подыскивать?

— Я не знаю…

Я правда не знаю.

Она гладит меня по руке. У бабушки грубоватые, но такие теплые ладони, что во всем тут же хочется сознаться и совета попросить. Потому что я словно в тумане.

Сжимает мою руку сильнее и задумчиво смотрит.

— Не хочешь мою силу брать?

— О чем вы? — недоуменно смотрю на нее.

— А ведь есть в тебе что-то… — сжимает руку еще крепче, выражение лица становится строгим, даже чуть-чуть пугающим. — Была у меня история много лет назад. Очень давно. А я как сегодня все помню. Пришла ко мне девушка, молоденькая, посреди ночи, с животом. Я никогда роды не принимала, но книжек много читала, и сила уже тогда была. Справилась как-то. Девчонка, правда, вся в пуповине обмоталась, сразу не задышала, а потом как раскричалась! Да такая славненькая… Я их с матерью уложила отдыхать, сама прилегла, а мне сон снится, что я ее пометить должна и часть силы потом передать, когда вырастет. Оставила метку. Небольшую. Думала, матери приют дам, у нее сложная жизненная ситуация. Вечером в город за продуктами ушла — вернулась, а их и след простыл. С тех пор вот много лет прошло и все, кто бы не приходил, слабые. Лишь в тебе силу почувствовала. Но ты сопротивляешься. Зря, Миша… Это же не просто так.

Оказывается та история, про которую Демьян якобы в шутку рассказал, вовсе… не шутка?

— Как я могу заставить себя это принять, если у меня другие планы? Я, может, не хочу — как вы.

— А я уже говорила: иногда никто и не спрашивает. Человек уже приходит с определенным набором качеств, и их необходимо в течение жизни развивать. Думаешь, я не вижу, как ты легко в травах разбираешься, что сердце у тебя большое? — снова трогает мою руку, гладит. — Город заберет эту силу и любовь твою тоже. Знаю, Демьян просил уговорить меня остаться, а ты бы наоборот его попросила вернуться или поближе к родному дому быть. Один раз он опасности избежал, но сколько их еще поджидает…

— Все! — раздражение снова берет верх.

И утренний звонок Демьяна, и Марина, и теперь Степанида со своими странными разговорами.

— Я очень благодарна Демьяну и вам за помощь, но у меня свои планы на жизнь. Я учиться хочу, специальность получить. Как мне заниматься тем, чем вы занимались, если желания к этому нет, понимания как и что делать, а главное, для чего? Может, я семью захочу, потом ребенка. На что мне это все? Не хочу!

— Разве это будет мешать тебе?

— Любому делу себя надо отдавать с внутренним огнем. А где я его возьму, если его нет?

— Ты не руби с плеча. И сила — это еще не значит, что только она будет. Та же самая учеба предстоит. А так бы вы с Демьяном потом ко мне поближе перебрались…

Кажется, начинает доходить: я марионетка в руках обоих. И бабушка, похоже, в курсе, что между мной и «щедростью» что-то происходит.

— Я… за кофе, — выпаливаю и вскакиваю, чувствуя, как горят щеки, как внутри все переворачивается от волнения и тревоги. Потому что если останусь — она же точно все поймет. Или я признаюсь.

Ну и ситуация. Вроде помогли, обогрели, приласкали. А теперь ставят условия: неплохо бы и это, и то, чтобы снова на улице не оказаться.

Двоякие ощущения. И в очередной раз думаю: влюбленность и секс с «щедростью» безусловно приятны. Но стабильности — никакой. Сплошная неизвестность и полный раздрай.

Бреду по коридору, погруженная в мысли, и даже не сразу замечаю Алексея. Он в халате, в очках, с той же приятной улыбкой на губах, что и вчера. Она не такая наглая и дерзкая, как у «щедрости», мягче.

— Мишель, — останавливает. — Привет. Пришла к бабушке?

Киваю.

Заглядывает мне через плечо.

— VIP-палата. Сто… семнадцатая?

Снова киваю.

— У нас там просто единственная бабушка, и говорят, какая-то знахарка. Внук успешный адвокат. А тут еще и внучка, оказывается…

— Я не ее внучка. Я на них… работаю.

— А-а, — тянет задумчиво. — Я думал…

— Просто работа, — обрываю его.

— Уже уходишь?

— Иду кофе попить.

— Слушай, а как насчет компании? У меня как раз перерыв. Можно я присоединюсь?

— Заведующий отделением и просто девочка-сиделка — на всякий случай уточняю: я к этой семье не имею никакого отношения. Мне восемнадцать и между нами ничего общего. Все еще хочешь потратить свое время на меня?

— Какие познания о моей должности, — широко и довольно улыбается.

— Стало любопытно. На сайте у вас не было грифа секретно.

Уже смеется.

Обычно так дерзко и бойко я себя не веду. Но что теперь для меня «обычно»? До недавнего времени я и со взрослыми мужчинами не спала.

— И как? Утолила его?

— Любопытство? Да.

— Тогда мы не в равных позициях. И теперь моя очередь что-нибудь о тебе узнать. Только переоденусь. Стой тут. А впрочем… возьму авансом. Пошли, — берет за локоть. — Покажу, где провожу большую часть своей жизни.