Драконово логово. Развод столетия (СИ)

Глава 2

Отскакиваю от окна как ошпаренная. Бегу обратно к постели и прячусь под тяжелые одеяла. У меня сумасшедше колотится сердце, а разум пребывает в хаосе. И самое мерзкое: до меня доносится фыркающий звук из-за окна. Ящерица-переросток еще и смеется надо мной? Очень хочется сказать, что в моем мире кожа рептилии — весьма дорогой материал. А сколько всего можно из нее сделать. М-м-м-м, сказка. И я бы постояла за себя, честное слово. Если бы не одно но… Вернее, их даже два.

Мне до одури страшно. И я в другом мире. Я теперь в роли попаданки? И несмотря на то, что обожаю интересные любовные романы, а особенно фэнтези, истории про попаданок терпеть не могу всей душой. Их вечно кто-то ненавидит, кто-то пытается убить, а еще — короночка — они вечно пытаются спасти мир. Причем даже не свой. И знаете что? Я вот ни разу не героиня. И уж тем более не собираюсь ввязываться в авантюры по типу: пойди туда, не знаю куда; спаси то, что мне вообще не надо. Увольте. Пусть этим занимаются летающие ящеры, у которых с чувством юмора явная проблема.

Пока все эти размышления проносятся в голове, я осознаю, что сердечный ритм приходит в норму и я способна думать более-менее адекватно. Снова выбираюсь из постели и настороженно смотрю на окно. Надеюсь, что больше никто не захочет устроить мне неприятный сюрприз. Затаив дыхание буравлю оконный проем взглядом. Минуту. Две. Три. Никого и ничего. Вот и славненько. Значит, переходим к следующему шагу.

Так. Начать нужно с малого. Во-первых, господи помоги, я замужем. Вернее, девушка, в чье тело я имела несчастье попасть. Причем, если не ошибаюсь, выбор сделан не мной. А тот, кто его сделал за меня, явно хотел или избавиться от нее или за что-то поквитаться. Иначе я не могу объяснить самой себе такой неудачный выбор спутника на всю жизнь. Хотя к этому образцу мужского пола понятие «спутник жизни» вообще не применимо. Рычит, глазами сверкает. Хорошо еще слюноотделение в порядке, не хотелось бы стирать с лица следы чужого недержания. Как бы двояко это сейчас ни прозвучало.

Я подхожу к зеркалу и окидываю себя взглядом. Мда-а-а-а, не удивительно, что «его сиятельство» муженька так подкинуло от взгляда на невесту. Волосы висят паклей, как будто девушка не мылась неделю. Платье, в котором она, скорее всего, спала, тоже местами грязное. Жирные пятна выдают в ней любительницу поесть, причем не самым аккуратным образом. «Господи, ну классическое попаданство», — со стоном признаю про себя. А потом поднимаю голову к потолку и громко произношу:

— Смешно? Кому там так скучно, что решили повеселиться за мой счет?

Естественно, вопрос остается без ответа. Кто бы ни задумал мое перемещение, отвечать за свои поступки он явно не планирует. Вдруг дверь с грохотом открывается, и в комнату с видом королевы жизни вплывает дородная женщина. На ее голове небрежно нахлобучен белый чепчик. Тонкие седые ниточки волос выглядывают из-под ткани.

— Ну шо, — выдает это «диво», — еще не окочурилась?

Честно говоря, от такого обращения, у меня просто пропадает дар речи. Я ловлю жуткий флешбек и начинаю думать, что все-таки все миры как-то параллельны друг другу. Иначе я никак не могу объяснить, почему передо мной сейчас стоит бухгалтер из соседнего отдела. Эта дама — язва на теле нашей корпорации. Настолько старая и засушенная, что все просто ждут, когда она отвалится сама по себе. Поэтому шеф ее даже не пытается уволить. На самом деле временами кажется, что он ее нехило так побаивается.

— Че глазенки вылупила? — рыкает она на меня. И я так предполагаю, Аврора ее тоже побаивалась, раз данный субъект с садистким выражением ожидает моей реакции. Очевидно страха и повиновения. Но куда там. Я не Аврора. А посему скрещиваю руки на груди, приподнимаю скептически одну бровь и в упор смотрю на бесцеремонную даму. Так и хочется сказать: «Со мной, милочка, не проканает».

И такого эта бабища явно от меня не ждала. Она немного теряется, а потом решает пойти ва-банк. Причем почему-то считая, что я резко оглохла. Иначе объяснить ее ор я просто не могу.

— Че встала, краля? — орет она на весь дом. — Марш в уборную, подмывай причиндалы, да башку вымывай! Смотреть противно на тебя. Как еще блохи не завелись! — с омерзением передергивается она.

Ох, зря... Очень зря она так сделала. Ненавижу крик. Ни в каком его проявлении. У меня сразу появляется своего рода ответная реакция: я с удовольствием, с целеустремленностью асфальтоукладчика, начинаю наступать на своего противника. Так случается и сейчас.

Я опускаю руки. В моих глазах сверкает праведный гнев, обещая этой дамочке всю лютую кару небесную. Та в шоке смотрит и делает опрометчивый шаг назад, давая мне в этой битве тактическое преимущество. Самообладание врага пошатнулось. А мне только этого и надо.

— Никогда. Не при каких обстоятельствах не смей на меня орать. Понятно? — шиплю ей в лицо разъяренной кошкой.

Эта женщина не привыкла подчиняться. Но мой взбешенный вид и решительный взгляд не позволяют ей взбрыкнуть. И она просто коротко кивает головой.

— Славненько, — язвительно скалюсь я. — Где здесь уборная?

Как мне не претит это признавать, но я и сама хочу помыться. Кожа местами чешется, указывая на особо грязные участки. «Ну почему нельзя было попасть в тело какой-нибудь молоденькой девочки в волшебной академии, а?» — тоскливо ною про себя.

Крючковатый палец указывает мне куда-то влево. Океюшки, с этим разобрались. И когда я вижу, как матрона хочет по-тихому свалить из комнаты, торможу ее порывы:

— Мне нужно чистое платье и белье. И пока я привожу себя в порядок, ты должна мне все это приготовить. Время пошло.

Я уплываю в уборную, даже не подозревая, какое платье подберет мне эта жаба! Но когда после душа, со сверкающей кожей и чистой головой, я возвращаюсь в комнату, начинаю прекрасно осознавать: в этом доме друзей у меня нет и не будет. Только что мне объявили тотальную войну.