Драконово логово. Развод столетия (СИ)

Глава 28

Едва за спиной закрывается дверь, как на меня налетает жалящий порыв ветра. Я зябко веду плечами, на которые тут же опускается что-то мягкое и теплое. Изумленно поворачиваю голову вправо и встречаюсь с хитрым прищуром карих глаз.

— Потерпите немного, Аврора. Вон повозка, сейчас будете в тепле, — говорит мне средних лет мужчина. У него загрубевшая кожа на руках, обветренное лицо, но такой добрый, отеческий взгляд, что я лишь чудом сдерживаю слезы.

— Спасибо, — еле шепчу ему.

Я оправлюсь. Обязательно. Встану на ноги и дам бой мерзкой ящерице. А сейчас… Сейчас я чувствую себя одинокой, потерянной девочкой, за которую совершенно некому заступиться. Жалость к самой себе скребется изнутри.

Мужчина подхватывает меня на руки и аккуратно помогает залезть в теплую повозку. Надо же, даже шкуру какого-то зверя подстелили. Черт. Бернард меня буквально вышвырнул босую из дома! Как еще совести на это хватило! Посмотрите на него! Ворвался ко мне в спальню, наорал, нацепил какую-то побрякушку на руку, опозорил перед всеми и даже не потрудился ни черта объяснить! Я остервенело потираю запястье, на котором «красуется» браслет, костеря мужа на чем свет стоит, как вдруг у повозки откидывается навес и в нее залетает раскрасневшаяся София. А в руках она держит мой цвЯточек.

— Фух! Успела! — плюхается она на скамейку напротив, счастливо улыбаясь мне.

В моих руках неожиданно оказывается нормальных размеров цвЯточек. Малыш лепесточками тянется к моему лицу, что-то по-своему причитая. Я не разбираю ни слова, естественно. Сама же не свожу с Софии глаз.

— Ты… меня не бросила?

— Кто? Я? — натурально удивляется она. — Аврора, ну куда вы без меня. Пропадете ведь, — пытается шуткой разрядить обстановку девушка.

Не выдержав, я кидаюсь к ней и обнимаю изо всех сил. Повозка дергается, начиная долгий путь, а я плачу в теплых объятиях Софии.

— Тише. Тише, — она, как мама, гладит меня по голове, ласково приговаривая слова утешения. — Все наладится, вот увидите.

Девушка позволяет мне выплеснуть всю горечь обиды и несправедливости. Мужчины, если и слышат мою истерику, то тактично предпочитают молчать.

— Я даже не поняла, что произошло! Он даже не объяснил! Ящерица двурогая!

— У Драконов хвосты не отваливаются, — спокойно отвечает мне София.

— Рептилия недоразвитая! Как он мог меня в измене обвинить!

— Дракон господина Ардена очень даже развит. Полноценный взрослый дракон, — парирует она.

— София! Ты на чьей стороне?! — гневно воплю на всю повозку.

— На вашей, конечно же, — отвечает она.

— Хватит мне выкать уже! — восклицаю я.

Девушка какое-то время молчит, лишь взглядом изучает меня.

— Знаешь, что удивительно? — вдруг переводит она тему.

— Что? — бурчу в ответ, пальцами стирая следы слез.

— Почему господин Арден не заметил, что его жена стала… ммм… скажем так, другой? Я последние несколько дней обдумывала этот вопрос. Потому что даже среди прислуги поползли слухи, что в Авроре что-то поменялось. Только никто не мог понять, что именно.

— Ты никому не сказала? — уточняю я.

— Зачем? — спрашивает девушка. — Во-первых, это не моя тайна и не мое дело. Во-вторых, сначала должен был узнать хозяин. Да и какая разница прислуге, что за душа у Авроры? Единственное, что отмечу, к тебе стали по-настоящему лучше относиться после грандиозной уборки. Особенно когда поняли, что ты не белоручка, а готова работать наравне с другими.

— А к тебе относились по-прежнему? — стараюсь сильно не задумываться над ее словами, иначе это будет еще одна вещь, о которой я стану жалеть, покинув дом Бернарда.

— Да. Но теперь уже я к ним относилась с опаской. Не люблю хамелеонов.

На какое-то время в повозке воцаряется тишина. И тут меня осеняет.

— А ты разве не говорила, что путь через густой лес к моему дому опасен?

— Говорила, что в лесу живут существа, повстречаться с которыми вы не захотите. Но, к счастью, господин Арден позаботился о том, чтобы к нам никто не лип, — совершенно спокойно заявляет София и начинает расстилать на полу лежащий рядом с ней плед. — Нужно отдохнуть. В имении мы будем лишь к утру.

— К утру?! Но мы же так быстро тогда долетели…

— Вот если бы мы летели, тогда были бы уже там, — отвечает она.

— Ящерица двурогая, — снова бурчу я. В голове для мужа подбираю эпитеты покрасочней.

Как бы то ни было, но от пережитых эмоций я быстро проваливаюсь в беспокойный сон. За мной кто-то бежит, рычит, сверкает золотистыми глазами, пугает не на шутку. А еще я слышу частое и прерывистое дыхание рядом с собой. Дикий голодный зверь. Он разъярен, но при этом хочет меня. Мою душу и тело. Его укоризненный взгляд не дает мне покоя. «Как ты могла, Аврора?» — словно говорит он. Но я же ничего не сделала! В чем я виновата?!

Просыпаюсь рывком, отчетливо ощущая неприятную ноющую боль в висках. Хотя это и неудивительно. Головная боль является следствием негативных эмоций, которые мне довелось испытать еще там, в замке, и плюс не совсем удобной «постели».

К моему огромному удивлению, повозка стоит. У нас привал? С тяжелым кряхтением я выбираюсь на улицу. Мы приехали! Уже знакомый полуразрушенный дом встречает меня умиротворяющей тишиной. Поют птички, серебристый снег сверкает на чуть покосившихся перилах. Яркое солнышко пробивается сквозь такие же заснеженные ветви, будто скромно приветствуя меня здесь.

И сердце словно начинает наполняться теплом. Если в доме Бернарда все дышит богатством, статусностью и пафосом, то здесь я по-настоящему становлюсь свободной. Яркая, искренняя улыбка растягивает губы.

О чем мне жалеть? Выгнал из дома муж? Так он и не мой был. Не я его выбирала, не я в него влюблялась. На этом слове сердце делает кульбит. Сложно отрицать… Бернард начал мне нравиться. По-настоящему. Как мужчина. Меня стало не на шутку к нему тянуть. И может быть… Вполне возможно, у нас и получился бы настоящий брак. Только он разрушил все сам. Пусть теперь ему постель греет Кассандра. А я буду строить свою жизнь по новой.

Щелк. Я с удивлением перевожу взгляд на запястье. Надетый Бернардом браслет, ярким пятном теперь лежит на снегу. Так-так-та-а-ак. Осторожно поднимаю «украшение» двумя пальчиками. Это что же только что произошло? У меня появился еще один повод для радости? Кажется, да! Я свободна! А это значит… Додумать не успеваю, так как округу оглашает низкий мужской рев:

— Что значит он босой выгнал ее из дома?!