Душелов. Том 7

Глава 24

— Куда мы едем? — спросил Брайн, сев в машину следом за парнем и теневой копией Карэн. — Надеюсь, не к роду Прэтт? Это же очевидная ловушка…

— И что? — всё тем же холодным, будоражащим душу голосом спросил парень, резко заведя машину, не обращая при этом абсолютно никакого внимания на свой внешний вид.

Брайн, не поняв, что он под этим подразумевал, уточнил:

— То есть, у тебя есть какой-то план?

— Ага, вроде того.

Будучи шокированным его равнодушным отношением к происходящему, Брайн ещё раз перевёл взгляд на теневую Карэн, сидящую на заднем сидении позади парня, и наконец-таки решился взглянуть внутрь бумажного пакета — ведь только так он мог хоть чуточку приблизиться к пониманию ситуации.

Но несмотря на то, что, как ему казалось, он будет готов к увиденному, стоило ему только приоткрыть пакет…

— Это же!.. — прикрыл он рукой рот, ощутив рвотные позывы.

— Мизинцы. Четыре женских взрослых и два детских.

— Они же…

— Да. Алисы, Элизабет, Виолетты, Евы и Оскара с Эммой. Они атаковали особняк, схватили их и отрезали мизинцы для послания. Не побрезгали даже детьми — вот она, действительность аристократии.

— Ты так это говоришь, будто…

— Мне плевать? Так и есть, — с безразличным видом произнёс он под шум обгона машин на огромной скорости.

— Что? Но Микаэ…

— Я не Микаэла. Не смей меня так называть.

Брайн открывал и закрывал рот, не зная, что сказать, глядя на совершенного изменившегося парня, сидящего рядом с ним. Произошло что-то столь ужасное, но для него это словно ничего не значит, хотя всего с десяток минут назад он говорил совсем иначе — с неподдельной теплотой и переживанием в голосе. Будто бы сейчас перед ним совсем другой человек…

— ДРИ, — внезапно произнесла теневая Карэн, и когда Брайн перевёл ошарашенный взгляд на неё, она раскрыла смысл этих слов: — Диссоциативное расстройство личности — Ева объясняла, что так это принято правильно называть. Это когда…

— Я знаю, что это, но это невозможно! Когда у одарённого происходит сильная психическая травма, он превращается в одержимого! А он!..

— А что «я»? — спросил парень, пристальным взглядом вглядевшись в него, не обращая внимания на дорогу. — Ты уверен, что месяца общения с ним тебе хватило, чтобы полностью узнать его?

— Кого «его»⁈ С кем «с ним»⁈ Ты же!..

— Я — не он, — отрезал парень тоном, от которого Брайн машинально вжался в кресло и едва ли не применил барьер.

Лишь после этого он вновь посмотрел на дорогу, обогнав за раз ещё парочку машин, боящихся даже посигналить им вслед из-за аристократических номеров.

— Тогда… — нерешительно, с нескрываемым страхом заговорил Брайн, — кто же ты?..

— Никто. Я появился недавно и только ради того, чтобы помогать снимать этому бесхребетному стресс.

— Говоря о «нём», ты подразумеваешь Микаэлу?..

— До тебя долго доходит. Неудивительно, что в конечном итоге тебе пришлось на коленях приползать к тому, кто убил всю твою семью.

Услышав это, у Брайна словно кость в горле появилась — эти слова и его тон уж слишком сильно разнились с тем, как обычно говорит этот парень, в котором никогда ранее не чувствовалось враждебности.

— Теперь понял, о чём я? — спросила Карэн.

— Д-да… Но как такое вообще возможно?..

— Мы тоже сначала были шокированы, но потом Элизабет объяснила, что, скорее всего, дело в его особенном строении тела. Обычный человек с Даром действительно должен превращаться в одержимого при первом проявлении психических отклонений — так произошло и со мной. Да-да, можешь не смотреть не смотреть на меня так, всё равно ты уже об этом сам подумал. Но это что касается обычных людей. А вот в его случае — он никогда и не был обычным человеком, а значит и одержимым стать не может. Поэтому и результат такой вот.

— Почему… вы мне это рассказываете?..

— Потому что убьём тебя, — и через секунду, когда уже каждая клетка Брайна во всю кричала об опасности, парень усмехнулся. — Ты же этого ожидал услышать? Не переживай, этот травоядный точно не хотел бы вот так с тобой прощаться, так что убивать мы тебя не собираемся.

— А рассказали лишь потому, что уверены в отсутствие у тебя какого-либо иного выбора, кроме как принятие этого, — следом ухмыльнулась Карэн.

В этот момент до Брайна кое-что дошло: сейчас вместе с ним едут не те люди, к которым он привык и с которыми сблизился за последний месяц. Это уже совсем другие существа. Причём именно «существа», ведь людскими их повадки он никак не мог назвать — даже банальное ощущение от нахождения рядом с ними было таким, что всё его нутро ежесекундно кричало о побеге подальше от них.

Единственная же причина, по которой он ещё жив — лишь их собственное на то желание. Даже в той ситуации на складе он не ощущал себя столь обречённым…

Но в отличие от тех времён, сейчас у Брайна есть цели и стремления. Настоящие и его собственные. Так что просто принять происходящее и отмалчиваться в сторонке, молясь про себя, он не может. Если есть возможность — ей надо воспользоваться.

— И… — взволнованно начал Брайн, — кто же он, если не обычный человек?..

— Ого, неожиданно смело, — флегматично произнёс парень. — Но сейчас тебе будет достаточно знать, что это тело ближе к демоническому, чем к человеческому или одержимому.

— И… Оно всегда было таким?

— Если хочешь узнать, что сейчас с Микаэлой, то так и спроси.

— Х-хорошо. Микаэла… Он ещё вернётся?..

— Ожидаемо тупой вопрос… — раздражённо вздохнул он. — Карэн, если хочешь, объясняй ему ты. А то мне его уже убить хочется…

Брайн напряжённо сглотнул слюну, а Карэн тем временем, не обращая на это никакого внимания, ответила на его вопрос:

— Я же уже сказала — у него ДРИ, а значит, вскоре Микаэла вернётся к нам, как только его альтер-эго разберётся с раздражителем, вызвавшим сильный стресс.

— Вряд ли.

— Что?..

— По ощущениям, в этот раз всё иначе.

— В каком это плане?

— Стресс оказался слишком сильным, — объяснил парень. — Если до этого я ощущал, что лишь временный гость в этом теле, то теперь этого ощущения практически нет.

— Да что ты такое несёшь⁈ — едва ли не прорычала теневая Карэн, как её руки оказались на шее парня, будучи готовыми в любую секунду их сжать с невероятной силой. — Ты же обещал, что такого не будет и с Микой будет всё в порядке, если мы не будем тебе мешать⁈

— Обещал. Но что ты собралась мне сделать? Убить вместе с ним? Мы оба знаем, что на такое ты не пойдёшь. А если бы и пошла — лишь зубки бы обломала. Так что успокойся и вспомни слова Евы — она ведь подтвердила правдивость моих намерений. Да и по-твоему, как я, рождённый из желания спасти этого травоядного, могу желать занять его место? Это же даже звучит бредово.

— Тогда какого хрена ты сейчас несёшь⁈

— Я лишь говорю как есть. Скорее всего, такая сильная реакция вызвана повторением событий прошлого года, — перевёл он взгляд на Брайна, отчего тот едва заметно вздрогнул. — Наверняка он представил, какого сейчас Алисе, переживающей это во второй раз, и всем остальным, и не смог справиться с резким наплывом чувств, оттого я и занял его место. Хотя до этого пробуждался, лишь когда он засыпал. Короче говоря, в этот раз всё иначе — в разы хуже, чем обычно. Из-за этого вряд ли что-то изменится, даже стоит мне разобраться с его раздражителем.

— И что тогда делать⁈

— А мне-то откуда знать⁈ — рассердился он. — Я знаю лишь то, что знает этот идиот! Так что сначала решим проблему, а потом Ева поможет в этом разобраться! Ясно⁈

— Ладно… Я согласна.

— Ну вот и отлично, а теперь убери свои руки, пока мы не влетели во что-то.

Карэн, явно нехотя, всё-таки убрала руки с его шеи, спокойно сев обратно. Потом ещё какое-то непродолжительное время они ехали в молчании, не произнося ни слова, пока Брайн вновь не заговорил:

— Эм… А почему ты так говоришь о Микаэле? С твоих же слов, ты появился, только чтобы его спасти?..

— А разве это неочевидно? — приподнял он голову, кинув на него пренебрежительный взгляд. — Потому что он мне противен.

— «Противен»?..

— А как иначе? Он с рождения особенный и обладает огромной силой, сравнимой с силой Императоров, но что в итоге? Вырос настолько травоядным ничтожеством, что даже решив наплевать на всех, кроме тех, кого считает своей семьей, не осмеливается исполнять задуманное. Продолжает проявлять заботу чуть ли не о каждом встречном, несмотря на то, что сам в это время страдает. Из-за этого впоследствии не выдержал, и пришлось появится мне, — с ужасной неприязнью в голосе и отвращением на лице произнёс он. — Да более того, если отбросить всё это, то самое мерзкое в нём — это банальный, тупейший страх перед самим собой. Он настолько боится самого себя и своей силы, что за всё это время даже и попытки не предпринял, попытаться разобраться в этом. Вместо этого пошёл самым простейшим путём, начав колоться какими-то чёртовыми подавителями, подражая обычным людям. Он не мужественный воин, а жалкий трус. Вот почему я его презираю.

Слышать такое для Брайна было удивительным, ведь как в его глазах, так и в глазах окружающих в поведении Микаэлы никогда не читалась трусость. Осторожность — да. Но «трусость»… Её в нём не было. Или, по крайней мере, он её не чувствовал в нём…

Но что заинтересовало его куда сильнее…

— А… насколько он сильный?..

— Не веришь, значит, что он может быть сильнее Императора? Или это так власть Императора на тебя влияет, что ты непоколебимо веришь в его победу? Кстати… %«№%№' „№% “№*)!;! %)%()»%)*%' %' № % «: №? №%„№%“%»?

— Что?..

— Я сказал: %«№%? (? (№„!“ „№% “№*)!;! %)%()»%)*%' %' № % «: №? №%„№%“%». Опять не понял?

— А должен?..

— Звучит как бессвязная речь, — объяснила Карэн. — Даже на другой язык непохоже.

— Понятно. Выходит, как и сказал Хантер: не считая парочки одержимых, я и впрямь единственный, не находящийся под властью Императора. Теперь понятно тогда, почему с самого приезда вы так ни разу и не обсудили тему происхождения демонов — вам всем об этом попросту автоматически по приезду стёрли память.

— Я… не понимаю…

— Я тоже.

— Неважно. Сейчас это всё равно точно ни к месту. Лучше скажи — где там настоящая ты? Среди мизинцев же не было твоего.

— Я настоящая.

— Не раздражай, я не этот тюфяк — могу и посмотреть, насколько ты чувствуешь «настоящую» боль.

Промолчав несколько секунд, она заговорила:

— Не знаю. Связь оборвана уже порядка двух часов.

— И ты об этом не сказала раньше?

— Ты же сам знаешь, порой такое со мной бывает — в последние дни я пытаюсь выйти за пределы своих нынешних возможностей, и в такие моменты происходит подобное. И этот раз ничем не отличался от других, так что я и подумать не могла о том, что в этот момент происходит нечто подобное.

— Бесполезность.

— Умолкни…

— Итак, подытожим имеющуюся у нас информацию: во время финальной подготовки ко свадьбе произошло нападение, за которым стоит альянс рода Прэтт и рода Нимико. Им хватило сил, чтобы сдержать слуг и тебя…

— Только потому что…

— Никогда! — выкрикнул парень, развернувшись к Карэн и резко затормозив на большой скорости. — Никогда больше не смей перебивать меня! Усекла⁈

— Д-да…

Человек морально подавляет одержимого — удивительная картина, которая предстала в этот момент перед Брайном.

— Ладно, — несколько успокоившись, произнёс он, повернувшись и вновь вдавив педаль газа в пол, — договаривай уже, что хотела сказать.

— У них это вышло, только потому что я была с Микой… Будь я там, у них бы точно не хватило сил…

— И кто в этом виноват? — не услышав ответа от Карэн, которой было нечего сказать, он продолжил: — Раз нечего больше добавить, я закончу начатое. Этому альянсу двух родов хватило сил, чтобы захватить или убить всех остальных. Но при этом на саму Карэн им сил не хватило — выходит, они и не столь уж сильны, если бы не одно «но»…

Брайн хотел уже необдуманно спросить у него — «Какое?» — однако вмешался его инстинкт самосохранения и, опираясь на увиденное десяток секунд назад, не дал ему это сделать. Вероятно, тем самым сохранив ему жизнь.

— Вижу, оба усвоили урок, ха… — усмехнулся парень. — Так что, у вас есть предположение, о чём я говорил?

— О том, что я так и не восстановила связь с собой…

— Верно! Получается, тут дело рук сильных одарённых, которые не только не дают тебе связаться с собой, но и так же не дают вырваться из этого места. О том, что они этим самым глушат обычную связь, даже говорить смысла нет — будь иначе, Итан бы с Джорджем уже давно связались с нами. Стало быть, и в поместье рода Прэтт нас будет ждать всё абсолютно тоже самое. Может быть и ещё что-то сверху.

«И мы всё равно туда едем…» — испуганно подумал про себя Брайн, не решая уже лишний раз что-то говорить вслух.

— Так каков план? — спросила Карэн. — Освободим сначала меня?

— Зачем? В этом нет никакого смысла. Я ведь говорил: мы и втроём справимся.

— А зачем тогда его с нами взял? — посмотрела она на Брайна.

— Чтобы и мысли не было когда-либо нас предать после того, как воочию увидит, что бывает с теми, кто решит пойти против нас.

— Понятно. А моя «зверушка» с какой целью тебе понадобилась?

— Чтобы попросту сделать им ещё больнее, ха-ха…