Душелов. Том 7

Глава 43

— Нужно возвращаться, мы слишком сильно отбились от группы, — настороженно произнесла Роуз, идя след в след за мужчиной перед ней.

— Нестрашно, потом найдём их! — бесстрашно заявил Майкл, с огнём любопытства в глазах пробираясь через нескончаемые кустарники.

— Когда «потом»? К этому моменту их уже убьют. Или нас…

— В таком случае волноваться вообще бессмысленно!

— Майкл, я не шучу!

— Так и я! Ва-а-ау!.. — протянул он с энтузиазмом, подойдя к обрыву и смотря вниз. — Ты только посмотри, какая красота!

Подойдя к нему, Роуз осмотрелась. С этого места ей открылось чарующее своей атмосферой зрелище: вдыхая влажный воздух, наполненный ароматами леса и земли, слыша пение птиц и звук удара воды о камни, глаза сами собой перестали искать угрозу и начали наслаждаться приближающимся закатом — как облака приобретают ярко-красные тона, а деревья, скалы и берега водопада, наоборот, постепенно утрачивают свою яркость, создавая завораживающий душу контраст.

— В Империи такого полным-полно…

— Да ну? — вскинул он бровь, на что она недовольно отвела взгляд.

— Всё равно разница небольшая…

— Конечно! Она ведь огромная! Тут нет стен! Нет барьера! Нет границ! Нет Большого Брата! Только бесконечная свобода, поражающая воображение! Если бы весь мир был таким…

Роуз хотела подойти и обнять его, как в этот момент раздался треск ветки. Рефлексы сработали раньше разума, и они оба вмиг приготовились к сражению, облачившись в барьеры и броню. Это и спасло жизнь Роуз — через секунду её сбил с ног выстрел из воплощения Дара.

— Роуз! — подхватил он её прямо перед тем, как она свалилась вниз водопада.

— В порядке!.. Я в порядке!..

Противник не промедлил, и сразу следом раздался ещё один выстрел. Так завязалось длительное сражение, в котором две группы, сражаясь парами, использовали всё, что было под рукой — начиная от укрытий в виде деревьев и булыжников, покрытых мхами, заканчивая прыжком в водопад при попытке бегства.

— Это конец! — тяжело дыша, заявил Майкл, победно возвышаясь над неизвестным ему противником. — Незачем больше убивать, сдавайся и…

Из последних сил противник попытался атаковать, но силы и скорости из-за ран не хватило. Майкл, с лёгкостью увернувшись от атаки, контратаковал в ответ, поставив окончательную точку в этом сражении.

— Майкл! — нагнав его, выкрикнула Роуз.

— Что со вторым?

— Он мёртв.

— Ясно. Этот тоже. Ты в порядке? — подошёл он к ней, наклонившись и став осматривать.

— Нормально. Царапины, — и только сейчас внимание Роуз приковалось к металлическому коридору, в котором они оказались, и огромным металлическим дверям, находящихся между ними. — Что это… за место?..

— Эхо старого мира, судя по всему…

— Надо вернуться и доложить остальным.

— Нет.

— «Нет»?..

— Ты не заметила? Эти двое… они сражались совсем не как дикие. У них была спецподготовка, как у нас.

— И что?..

— А ещё это место. Я не верю, что бывают такие совпадения. Уверен, если мы сейчас уйдём, то упустим нечто очень важное, и второго такого шанса уже не будет! Мы обязаны воспользоваться им!

По виду растерянному и напуганному виду Роуз было отчётливо видно, что она не разделяет его мнение. И всё же противиться Майклу, когда в его глазах пылал такой огонь энтузиазма, она не смогла.

Обнаруженное ими чуть позже в тот день в том месте навсегда изменило их жизни.

— Поверить не могу… — проговорила Роуз, пытаясь отдышаться и опираясь на колени, — У нас получилось! Всё на самом деле прошло прямо как мы и планировали!

— Я же говорил! — несмотря на усталость, с гордостью заявил стоящий рядом с ней Майкл. — Теперь все будут считать, что мы пропали без вести как бравые войны Империи!

— Да! Теперь даже если ничего не получится, мы сможем в любой момент вернуться обратно, и никто не сможет обвинить нас в дезертирстве!

— Эй, не говори так! У нас обязательно всё получится! Верь в нас! Не зря же мы столько трудились!

Его воодушевляющие речи всегда работали на неё безотказно. И в этот раз ничего не поменялось. Тревога сама собой начала сходить на нет. А заперевшись в лаборатории, она наконец почувствовала себя в полной безопасности. Лишь он, она и их ребёнок…

— Как назовём? — поинтересовалась она, когда они обедали в столовой.

— Хм… я как-то не думал об этом.

— Это наш ребёнок! Отнесись к этому серьёзнее!

— Отношусь! Поэтому и занимаюсь этим, и верю, что он сможет изменить мир!

— Но для начала ему нужно имя.

— «Ему»? У нас мальчик?

— Ты сейчас это серьёзно⁈

— Ха-ха-ха, прости-прости! Шутка! — заявил он с дурацкой улыбкой на лице, выдающей, что это не было никакой шуткой. — Как насчёт Мики?

— «Мики»? От Микаэлы, что ль? Почему?

— Да первое, что в голову пришло. Ауч! — прикоснулся он ко лбу, в который только что прилетела ложка.

— Повторяю: отнесись к этому серьёзнее!

— Это ж шутка была! Ну, наполовину…

— Говори.

— Мне и впрямь это первое пришло в голову, но если так задуматься, то… подходит же? Он ведь не первым ангелом будет. И при этом я верю, что он станет тем, кто поведёт за собой остальных и сразит демонов раз и навсегда, изменив мир.

— Ни черта не поняла…

— Неудивительно — тебя же никогда религия не интересовала хоть сколько-то.

— Пережиток прошлого.

— Как знать? — пожал он плечами. — В общем, Микаэла ему подходит как нельзя лучше.

— Хм…

— Что за недоверчивый взгляд?

— Ты сейчас правда серьёзен?

— Как никогда! — изобразил он наигранно ужасно серьёзное лицо.

— Ещё раз ложкой по лбу хочешь?

— Может быть…

Чёрный дым заволакивает комнату, делая очертания предметов расплывчатыми. Из-за контраста яркий красный свет ламп кажется ослепляющим. Под оглушительный гул аварийной сигнализации разбивается стекло и раздаётся хруст пластика. В нос бьёт едкий, химический запах концентрата из только что разбитых сосудов.

— Нет! Нет! Нет! Как такое могло произойти⁈ Все двери ведь были закрыты! — с ужасом в глазах кричала Роуз, забившись в угол лабораторного модуля.

Она смотрела на последний рубеж обороны — закрытую огромную дверь, лишённую мельчайших щелей, но из которой к ним всё равно каким-то образом проникает неестественно чёрный дым.

— Роуз! — выкрикнул стоящий у главной, без конца мигающей аппараты Майкл. — Бери Мику!

— А?..

— Доставай его из колбы! Сейчас же!

Попытавшись подняться на ноги, она упала — дрожащие ноги не выдержали нагрузки, а голова совсем не соображал, будто окутавший их дым постепенно разъедал само сознание.

— РОУЗ!!!

Опомнившись, цепляясь за его голос сознанием как за верёвку, она зацепилась за что-то рукой и, опираясь на неё, с трудом поднялась на ноги. Рефлекторно вытерев нос, вся вторая её рука оказалась полностью в крови. Дрожь пробирало всё тело, а с каждым мгновением дышать становилось тяжелее — вентиляция не справлялась — воздуха едва хватало.

— Мика… Мика… Мика… — произнося его имя, как будто напоминая себе о своей цели, шатающейся походкой она приближалась к колбам.

С нежностью прикоснувшись к одной из колб, заполненных зелёным раствором, она… остановилась. Все её мысли и переживания разом испарились, оставив её опустошённой. И исчезли не только они — пропало всё, что было в ней. Всё, что было частью неё…

Остался лишь укутавший её в своих объятиях чёрный дым, полное безразличие ко всему сущему и… странный звук, отдалённо напоминающий включённый пылесос.

Не понимая, сколько прошло времени, с тяжестью открыв глаза, она обнаружила себя лежащей на полу.

Сигнализация продолжала бить по ушам, мигание красных ламп не давало сориентироваться, а от стоящего мерзкого запаха хотелось блевать. Ощущая во рту мерзкий привкус крови, шатаясь из стороны в сторону из-за головокружения и головной боли, она начала подниматься. Оперевшись руками на холодный пол, её пробила боль — десяток мелких осколков стекла вонзились глубоко в плоть.

Однако эта боль оказалась сущей мелочью на фоне пережитого парой мгновений позже.

Приходя в себя и вспоминая, что произошло, она посмотрела на то место, где до этого стоял Майкл. И как бы ей этого не хотелось, но его там не оказалось. Вместо этого на том месте было нечто иное…

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! — завыла она воем протяжным, не в силах смотреть на увиденное и не способная отвернуться.

Любимый ей человек — человек, изменивший её мир — превратился в бесформенный сгусток крови, потрохов, костей и кожи.

Заливаясь слезами, она схватилась за голову, позабыв о стекле и не заметив боли. Расцарапывая себе лицо и выкалывая глаза, продолжала пронзительно завывать до тех пор, пока зелёный раствор под её ногами не сменился алой кровью. Не её кровью…

Лишь это смогло прервать душераздирающий акт безумия, заставив её повернуть голову.

— МИКА! — выкрикнула она, бросившись к нему, боясь увидеть худшее.

Увиденное было ужасным. Но не худшим — её грудной ребёнок, лёжа на полу, истекал кровью из-за стекла, вонзившегося в его тело.

— Мика⁈ — с лучиком надежды в глазах произнесла она, подняв его на руки и видя, как раны на нём заживают прямо на глазах. И тут она заметила кое-что поистине ужасающее. — Нет…нет…нет!!! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Ребёнок не плакал.

Он находился в сознании, испытывал боль, но не то что не вскрикнул — даже в его взгляде, обращённом к ней, не было видно ничего, кроме безразличия.

Одна лишь пустота, пробирающая до глубины души.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!