Хозяин Пустоши. Книга 4

Глава 11

Рысь размером с пони бежал за мотоциклом легко и непринужденно. Руслану оставалось только прижиматься к нему теснее, чтобы не попасть под низкие ветки. Сожалеть приходилось только об одном, что не взяли с собой ничего — ни еды, ни спальника. Ну да ничего, апрель в этом году теплый, так что привалится к пушистому боку Шона, как решил называться рысь, и не замерзнет. А еду поймают, когда Суворов остановится на привал.

Что граф их заметит, они не волновались. Шон владел магией тени, скроет, если понадобится. Только Руслан сомневался, что старик хотя бы подумает о погоне. Нет, он, конечно, обернулся несколько раз после выезда из поселения, но вот уже три часа смотрел только вперед.

Интересно, куда его несет? И какая сопля ударила графу в голову? Сначала Руслан думал, что он поехал к поселению графини Зотовой. Но для этого два километра назад момент надо было взять правее, а он как гнал прямо на север, так по сторонам даже не смотрел.

В какой-то момент Шон замедлился и несколько минут шел. Руслан слез, чтобы дать другу отдохнуть.

«Ничего, эти железки так воняют, что след не потеряем,» — успокоил рысь.

«Я не волнуюсь за это. Только что мы никого не предупредили».

«Может, надо было остановить его и спросить, куда поехал?»

«Может. Но в этом случае он бы снова сбежал, только уже так, чтобы никто не заметил. А нам надо выяснить, что он задумал».

«Ладно, побежали дальше,» — вздохнул Шон.

«Главное, на Денисова с дикими не нарваться,» — добавил Руслан и взобрался на спину рыси.

Они бежали до самой ночи, пока Суворов не остановился недалеко от трассы Орел — Мценск. Видимо, он еще помнил, как водил караваны в молодости, потому на обочину выходить не стал, а устроил лагерь в лесу. Все верно, он вышел не на специально оборудованную площадку, защищенную от большинства монстров, потому не стал рисковать встречей с неожиданными гостями.

Руслан с Шоном обосновались в сотне метров от графа. По пути они добыли несколько рябчиков и зайцев. Большую часть добычи рысь съел по пути, остался один по-весеннему тощий заяц, его-то Руслан и готовил теперь на огне. Что Суворов заметит свет, он не опасался — магия Шона скрывала их. Так что маг поел, но после пришлось затушить костер. Зато рысь оказался действительно теплым, никакой спальник не сравнится. Оставался только один вопрос.

«Под утро эликсир закончит действовать, пить новый?» — спросил Руслан.

«Если только хочешь поболтать, друг мой. Будет нужда, я дам знать, что надо. А пока не трать. Мы не знаем, как долго еще придется бегать».

На том и устроились на ночлег. А утром продолжили бег за мотоциклом. Только Суворов ехал по дороге, а они бежали по лесу. И ожидаемо добежали до Мценска к середине следующего дня. С некоторых пор на дороге стало спокойнее, но все же один раз пришлось поволноваться, когда заехали в зону обитания кротов-обжорок. Один даже вылез, вспоров новый асфальт, но граф объехал его и погнал дальше.

Суворову открыли калитку. Он переговорил с человеком в форме, видимо, командиром смены. И калитка закрылась. Михаил Борисович ждал целых полчаса. Но потом калитка открылась вновь и его пропустили в город. Руслан все же выпил эликсир.

«Ну что же, подождем,» — вздохнул он и устроился под старым дубом.

«А если он приехал сюда жить?»

«И оставил дочь? Нет, не думаю».

Утром мы с Леной собрали всех, кто участвовал в поисках тайного архива и предложили спуститься в катакомбы. Сначала найдем архив, потом поговорим с Артемом и Иваном на счет людей Денисова, решили мы.

— То есть вы уверены, что искать надо здесь, — сказал Илья, озадаченно осматривая левый от перекрестка коридор.

— Прямо туннель ведет к центру города. Направо мы бегали вчера. Остается лево, — ответил я.

— Тогда давай искать, — подвел итог Артем.

Осторожно, чтобы не нарваться на еще одну или не одну ловушку, мы начали исследовать коридор. Камень за камнем, кирпич за кирпичом мы продвигались вперед, но ничего не находили. А я-то надеялся, что этот коридор закончится тупиком и уже в нем предстоит искать проход.

Но потом я осознал, что тут практически нет тупиков. Туннели тянутся бесконечно, переплетаются. А если и заканчиваются, то дверьми. Но чаще двери врезаны прямо в стены — ты переходишь в другой туннель, а этот идет дальше.

— Стоп, — решительно сказал Юра где-то через час бесплодных поисков. — Мы уже ушли далеко от архива.

— Вернемся и начнем сначала? — предложила Лена.

— Нет, будем действовать логически. Идем обратно наверх, — ответил он и продолжил объяснять идею по дороге. — В те времена кондиционеры уже изобрели. Наверняка они установили систему и внизу тоже.

— Зачем? — удивился Илья.

— Затем, что если бы они не хотели сохранить эти документы, они бы их просто уничтожили. Но прежний совет их только спрятал.

— А. Ну да, — смутился Илья. — Выходит, там стоит такая же бандура и от чего-то питается.

— Надеешься найти трубки и провода в основном зале? — догадался и я.

— Да, именно так. Тогда мы будем точно знать, где тайный архив.

— И не будем растекаться по всему подземелью, — подвел итог Артем.

Мы вернулись в архив и довольно быстро нашли короб с кабелями и трубками, который тут явно лишний. Его заделали декоративной панелью, но когда знаешь, что искать, то все становится проще.

Теперь мы локализовали место поисков и вернулись вниз. Артем подумал и взял с собой свечи. И это помогло. На самом деле, если бы мы сразу додумались взять свечи, не потратили бы столько времени впустую. Сейчас же мы быстро нашли легкий сквозняк и очертили скрытую дверь. Как и ожидалось, ее замаскировали под часть стены. Кладка выглядела настоящей, так что или такая хорошая имитация, или дверь тяжелая.

Еще с полчаса ушло на то, чтобы найти способ ее открыть. В какой-то момент подумали просто сломать ее кувалдой, но решили оставить варварские методы на крайний случай. Мы нажимали на все кирпичи вокруг и даже на противоположной стене. А оказалось, что нужно постучать по мигающему плафону. И дверь со скрежетом камня о камень открылась.

Юра ринулся было внутрь, но я придержал его — пусть сначала выйдет застоявшийся воздух и вероятные примеси от кондиционеров. Так что мы подождали еще минут десять и только после этого зашли.

Это оказалось небольшое прямоугольное помещение площадью примерно одиннадцать квадратов. В центре стояли четыре стеллажа, разделенные тематически так же как и наверху — история, социология, законодательство и финансы. У дальней стены расположились два металлических стола со стульями. Все здесь заделали так, чтобы не проникли грызуны.

Вдохновленные, мы занялись изучением документов. Что же такого решили скрыть больше полутора веков назад?

Мценск граф Суворов покидал мрачнее тучи. Не такого приема он ожидал. Меркантильные сволочи! Им торговля важнее принципов.

— Орел предлагает качественный товар по честным ценам. Почему мы не должны с ними торговать? — искренне удивлялся князь Мценска. — А что вы не смогли удержать город, разве ж это наши проблемы? Какая разница, какой у них там порядок — если жителей все устраивает и они не бунтуют? К тому же наш город меньше Орла. Если вы со своими тысячными армиями не смогли с ними справиться, у нас и подавно не выйдет. Нет, мы лучше будем с ними торговать, чем драться. Да и блокада выйдет в копеечку нам же. А что там монстры, так что ж, если никто не бунтует, то это их дело. Необычно, конечно, но каждый город живет своим укладом. А вам, дорогой Михаил Борисович, мы можем предложить место барона подле нас. Совет в Мценске сформирован.

Ему, чья семья носила графский титул еще в семнадцатом веке, предлагать место барона! И от кого он это слышит? От сопляка, чей род и титул-то получил только благодаря магии!

Так, кипя от ярости, Суворов поехал дальше. Спасибо хоть эти скоты дали запас еды и бензина. Теперь его путь лежал в Болхов. С ними у Орла всегда были хорошие отношения.

Преследования граф не замечал, всецело занятый злостью на князя Мценска и насморком. И через два дня прибыл к воротам северного соседа.

Здесь его приняли теплее. Не заставляли ждать у ворот, а сразу проводили в город, усадили в машину и повезли в особняк князя Елецкого.

— Михаил Борисович! — воскликнул князь и раскинул руки для объятий.

— Анатолий Никитич, — улыбнулся Суворов и обнял давнего приятеля, едва скрыв облегчение.

Молодой князь Мценска его не понял, зато Елецкий должен. Это человек старой закалки, на два года старше самого графа. Они обязательно найдут общий язык.

Так и случилось. Они обстоятельно поговорили за кружечкой подогретого с пряностями вина. Врач осмотрел гостя и подтвердил, что это всего лишь насморк, но на ногах лучше в его возрасте его не переносить. Князь долго возмущался событиями в Орле и заверял, что ни один караван за два месяца не ушел на юг и ни один оттуда не принят. Но увы-увы — Болхов еще меньше Мценска, так что ничего они с захваченным Орлом сделать не могут.

— Вы можете отправить сообщение в Москву, Анатолий Никитич. У императора точно есть силы, чтобы справиться с бунтовщиками.

— А это мысль, друг мой, хорошая мысль! — воскликнул Елецкий. Он подозвал лакея и велел принести бумагу и ручку. — И списки принеси, голубчик.

— Сию минуту, ваша светлость. — Лакей поклонился и ушел.

— Ну а вы, Михаил Борисович, говорите, сколько человек привезете?

— Еще не знаю, но надеюсь на пару тысяч. И… место в совете…

Слова о списках граф пропустил мимо ушей. Даже не сопоставил, что если кто-то придет, кто-то должен будет уйти — город не резиновый и стену так просто не перенести.

— Да-да, конечно-конечно, и место в совете получите. Какой наглец этот Назаров, ах, какой негодяй! Древний род и в бароны. Нет-нет, не беспокойтесь, Михаил Борисович, тут с вами так не поступят.

Суворов остался в Болхове до полного выздоровления. При нем гонец с письмом отправился в Москву и это согрело его лучше любого одеяла. Но через четыре дня он все же отправился обратно в поселение с обещанием вскорости вернуться со своими людьми.

— Подготовь списки на изгнание, Алеша, — сказал князь Елецкий уже без улыбки, пока помахивал со стены рукой графу Суворову. — И оставь несколько пустых строк, с обвинениями, но без имен. Мало ли чего люди Миши понахватались за два месяца в Пустоши.

— Сделаю, Анатолий Никитич. Его в список вносить? — спросил помощник.

— Ему больше пятидесяти — нельзя. Если что, просто тихо чик. И все. — Князь провел большим пальцем по горлу.

— Позвольте спросить. Зачем вы его вообще приняли?

— Чтобы из первых уст узнать, что же на самом деле происходит в Орле. И без всех этих словесных кружев он бы ничего не рассказал.

— Так мы примем его и его людей? — уточнил Алеша.

— Посмотрим. Может, просто расстреляем перед воротами. Тогда и списки не понадобятся. А пока найди мне указ об изгнаниях, о котором толковал тут Миша. Если Образцов им не соврал, его копия должна быть и у нас.

— Конечно, ваша светлость, — отозвался помощник и с поклоном удалился.

Князь еще с четверть часа стоял на стене и думал, глядя на стену леса, всю в зеленом пуху от лопнувших почек.

Думал он о том, какие последствия будут для него и его города от действий этого мальчишки Образцова. И верно ли он поступил, обманув Суворова. Может, лучше было бы сразу отказать ему и выгнать, как только граф все выложил? Нет, лучше пусть приходят — так будет на одно поселение меньше.

Поселения! Надо же! Какая ересь. Они же вытеснят монстров с насиженных мест. Эти твари станут злее и вынужденно подойдут ближе к городам. Этот мальчишка даже не подумал об этом! Эму главное было убрать неугодных из Орла. И почему просто не убил? На Голицына-то рука поднялась. Нет, пусть Москва присылает войска и разбирается с этой проблемой. Он свое дело сделал — сообщение отправил. Если будет надо, Болхов, конечно, поможет. А пока посмотрим. Понаблюдаем.

Руслан с Шоном устали ждать. За два дня они решили, что граф все же остался в Болхове. Так что они вернулись в поселение. А тут Оксана Суворова, дочь графа, развернула бурную деятельность.

Под ее руководством стройка ускорилась, место под поле расчистили, чего никак не могли сделать при ее отце. Теперь там работала посевная техника, так что осенью у поселка будет свое зерно. И уже начали установку оборудования на реке для будущей гидроэлектростанции. А еще грязь, что заполняла все пространство между домами по щиколотку, убрали, землю утрамбовали и засыпали стружкой — не асфальт, но все впереди.

— Я так и поняла, что ты поехал за ним, — сказала Оксана и обняла Руслана. В последнее время они стали близки, но приходилось прятаться от Михаила Борисовича — он бы не одобрил такого союза. — Рассказывай.

— Сначала твой отец поехал в Мценск, но что-то там не задалось. И он рванул в Болхов. Мы прождали его там два дня, но как видишь. Надо ворона в Орел отправлять.

— Конечно, только для начала нужно одно дело закончить, — предупредила она и бросила взгляд на свой дом.

— Ты же не собираешься устраивать сюрпризы?

— Тут Денисов. Явился прямо перед тобой, минут за десять. Думаю, это из-за него Шон решил остаться подальше. И остальные потомки тоже.

— И почему он еще жив? — мрачно уточнил Руслан и потянулся к поясу с флаконами. — Где остальные маги?

— Они в патрулях. Двое как раз и привели его. Виктор сказал, что хочет поговорить. Он без магии пришел, — тихо объяснила Оксана.

— Ладно, давай послушаем.

Рука об руку они зашли в дом. Денисов стоял у окна и смотрел на стройку. Двое магов напряженно следили за ним от двери, готовые действовать, если вдруг заподозрят угрозу.

Беглый граф обернулся с широкой улыбкой, весь вид его излучал радушие, словно он тут хозяин, а не гость, причем, нежеланный гость. Он посмотрел на Оксану и удивленно вскинул брови при виде ее спутника.

— Руслан Кузнецов? Я скорее ожидал увидеть тут Ярослава. Бегать по лесам в твоем-то возрасте. — Тут его взгляд зацепился за перстень и брови взлетели еще выше. — Янтарь? Все думали, что аметист твой предел.

— Оказалось, что дело в методике. И кто бы говорил про беготню по лесам. Я живу в доме, а не под кустом. Зачем пожаловал, твое сиятельство? — холодно поинтересовался Руслан.

— Хочу сделать вам предложение. Надеюсь, оно будет вам интересно.

Руслан отметил, что изначально Денисов собирался сказать это иначе, но на ходу перестраивал фразы. Видимо, ожидал разговора с Оксаной наедине или с кем-то другим из магов.

— Так делай, не теряй времени, — подтолкнула его Суворова надменно.

— Конечно. Я очень сомневаюсь, что у вас тут получится что-то путное. Потому предлагаю пойти со мной. Вы видели мои возможности. Я научу вас управлять монстрами. Вместе мы вернем Орел.

— То есть ты предлагаешь нам отправиться жить из теплого дома под куст? — с насмешкой уточнила Оксана. — И да, мы видели твои возможности — твоих монстров перебили под Орлом как рябчиков.

— Это потому, что я был один. Если нас будет больше, мы соберем такую мощь, с какой никто не справится, — с нажимом ответил Денисов.

— Витя, есть небольшой нюанс, — с легкой насмешкой заметил Руслан. Денисов изобразил заинтересованность и заложил руки за спину. — Тебе подчиняются по принуждению, с нами они работают добровольно. Нам не нужно их контролировать, мы не опасаемся, что кто-то нападет, если ослабим поводок и повернемся спиной.

— Понимаю. Хорошо. Но что если мы сложим эти две силы вместе? — предложил Виктор. У Руслана сложилось впечатление, что он продолжает выдумывать на ходу. — И понимаю про кусты. Тогда пустите меня к себе. Мы соберем силы и…

— Нет, — отрезала Оксана холодно, не дав договорить. — Ты мог получить свой участок земли, людей и оборудование. Но предпочел сбежать в лес. Потом напал на Орел, получил по ушам и теперь приполз к нам. Я не приказала убить тебя только потому, что одно время ты был дружен с отцом. Так что убирайся, пока я не передумала.

— Но я же не знал, что этот мальчишка собирается предложить, — удивился Денисов.

— Если бы не сбежал, узнал бы. Убирайся. Немедленно, — очень спокойно добавила она, когда он снова открыл рот, и указала на дверь. — Вон.

— Вы пожалеете, — вкрадчиво сказал Виктор и вышел.

Маги отправились за ним.

Оксана и Руслан не позволяли себе расслабиться и даже облегченно вздохнуть, пока один из магов не вернулся и не сказал, что граф ушел в лес.

— Теперь можно отправлять ворона в Орел и еще кого-то соседям. Наверняка он к ним тоже пойдет, — сказал Руслан.

— Если еще не ходил.

— Верно. И в Корсунь.

— Думаешь, он и туда сунется? — с сомнением уточнила Оксана. — Станислав же полностью на стороне Александра.

— Не думаю, что Виктор придет с предложением. Скорее с толпой диких монстров. А если его бывшие бароны присоединятся, то захватят деревню и сделают своим форпостом.

— Да, ты прав. Они могут решить, что это проще, чем строить с нуля. И еще надо срочно ставить стену. Мало ли.

Так они и сделали. А через четыре дня вернулся граф Суворов. Он произнес пламенную речь, призывая всех отправиться в Болхов, где их примут с радостью. Тут Руслан уже не мог стерпеть.

— Сколько человек выгонят из города, чтобы расселить вас и остальных желающих? — выкрикнул он и толпа, только что воодушевленная перспективой возвращения в город, зашумела совсем иначе. — Вам рассказали, ваше сиятельство? И зачем им менять проигравших соседей на своих людей?

Народ заволновался еще больше. Последовали слова о том, что это странно и подозрительно. А потом все собрание пришло к выводу, что от добра добра не ищут. И сколько бы Суворов не увещевал, что князь Елецкий его друг и не может обмануть, ему не верили. В итоге и самому графу не позволили остаться — усадили на мотоцикл и отправили восвояси. Больше его никто никогда не видел.

А до поселка стали доходить слухи о стычках с дикими монстрами в лесу. Один поселок сгорел полностью, говорили, что после атаки Денисова с монстрами. Но люди выжили и упрямо занялись восстановлением. Орел не остался в стороне и помог людьми и ресурсами. Корсунь, прислала своих рабочих и подсоединились еще бобры-секачи.

Поиски заняли три дня. За это время прилетел ворон от Руслана и передал тревожные вести о Денисове. Конечно, мы усилили патрули. Но через два дня спалили один из поселков.

Самое примечательное, что руководил там бывший барон Денисова. Вероятно спалил беглый граф поселение именно из-за этого — не захотел барон возвращаться к бывшему сюзерену, вот он и выместил злость. Конечно, мы отправили туда еще технику и все необходимое. Даже некоторые жители добровольно отправились помогать.

Но мы упорно продолжали поиски.

— О! — удивленно воскликнула ближе к вечеру Лена. — Кажется, что-то есть. Идите сюда. Тут стоит дата: второе марта семнадцатого года.