Ищейка

Глава 7.1

— Помощь нужна? — остановившаяся напротив фура практически перегородила полосу встречного движения. Благо оба направления на расстоянии взгляда были совершенно свободны.

— Спасибо! — Игнат услышал, как хлопнула дверь Короллы. — Уже справились.

— Ну если…

— Да ты не первый уже, — задорно хохотнув, перебил водителя дальнобоя Антон. — Езжай спокойно. Только предупреди своих, чтобы не трепались.

В отличие от легковушек, пролетавших мимо, словно на дороге ничего необычного не происходило, фуры притормаживали если не каждая, то через одну точно.

Этот факт Игнат лишь отметил, предпочтя обойтись без эмоциональной окраски. Тех, кто предпочитал не связываться с автоподставщиками, он понимал — вписываться за других — дело морально хорошее, но хлопотное и опасное.

Что же касалось дальнобоев…

Не будь их с Антоном, вряд ли бы дед с семьей могли рассчитывать на помощь. Пусть и не абсолютно, но с весьма большой долей вероятности Игнат был в этом уверен.

— Договорились, — не стал настаивать водила. — Счастливо оставаться.

— И тебе, — пожелал Антон, когда тяжелая машина двинулась вперед, освобождая полосу. — Ты еще долго?

— Иду, — крикнул Игнат, бросив последний взгляд на заднее сиденье Инфинити.

Шибари — не шибари, но упакованы парни были не только добротно, но и весьма эстетично. Если что и портило картину, то кляпы во рту, обойтись без которых не удалось. Слишком много угроз. Игнат этого не любил.

Как оказалось, Антон тоже. Носки в качестве средства усмирения придумал именно он.

Закрыв дверь, Игнат поставил Инфинити на сигнашку и подошел к отбойнику.

— Может не стоит? — вроде как проявил человеколюбие Антон.

Игнат не ответил. Размахнувшись, перебросил брелок через пешеходную зону. Дождавшись, когда тот плюхнется в воду, кивнул сам себе — красиво вошел, и направился к Хайлендеру.

— Как считаешь, эти с ДПСниками в доле? — когда подошел, порадовал его вопросом Антон.

— Об этом надо было раньше думать, — передернув плечами — ветер неожиданно посвежел, словно намекая на изменения в погоде, заметил Игнат.

Потом кинул взгляд в одну сторону. В другую…

Деда с семьей они отправили обратно в Сазоново сразу, как утихомирили четверку. Сам глава семейства держался очень даже ничего, а вот его супружница, несмотря на продемонстрированный гонор, к таким передрягам оказалась не готова. Как и пацан, который вроде и просидел все это время в машине, но выглядел весьма зашуганно.

Впрочем, была и другая причина. Не стоило им мешаться под ногами. Трасса — место такое, что угодно могло произойти. Начиная с поддержки уродов, которую они с Антоном не вычислили, и, заканчивая, неправильным пониманием ситуации теми же дальнобоями.

— Знаешь, давай решать проблемы по мере их поступления, — философски продолжил Игнат, проследив взглядом, как остановившаяся последней фура скрывается за поворотом.

О возможных последствиях собственного участия в авантюре он задумывался и раньше, но это вряд ли бы что-то изменило. Раз уж ввязался…

Впрочем, все было не столь однозначно. Варианты решения проблемы, если она действительно существовала, он продумал, когда еще сидели в кафешке.

— Как скажешь, — не без усмешки хмыкнул Антон и кивнул на Хайлендер. — Поехали.

Машина тронулась легко, даже игриво, словно застоялась. Ровно, не скрывая внутренней силы, гудел двигатель. Крутились колеса…

Игнату нравилась настраивающая его на особый лад смесь этих ощущений. Дальняя дорога, ровный рокот мотора, шелест шин, сидевший рядом напарник, с которым хоть в драку, хоть тихо, без слов, посидеть у костра.

Увы, это был не тот случай. И не только в напарнике оказалось дело. И не в том, что поездка изначально не выглядела увеселительной прогулкой. Дело было в воспоминаниях, связанных как раз с этой трассой.

Тем более и место было тем же самым. Около трех километров от моста.

— Сворачивай, — не пропустил Игнат съезд на уходящую в поле грунтовку.

Антон ничего не ответил, но руль повернул. Поморщился, когда машина дернулась, едва ли не сразу попав колесом в яму.

— Не растрясет? — спустя пару минут такой езды все-таки подал он голос. — Что, зря ели что ли?

— Не успеет, — успокоил его Игнат. Если он правильно помнил, то такой дорога будет километра четыре. Вряд ли больше.

— Бывал здесь? — правильно интерпретировал его слова Антон.

Игнат только кивнул, предпочтя промолчать. Не хотелось о таком рассказывать. Да и вспоминать — тоже, но ведь вспомнилось, а теперь и захочешь, а из того прошлого, пока не переживешь вновь, не вырвешься.

Он заставил себя расслабиться, и даже прикрыл глаза, в слабой надежде, что, не увидев дерева, в которое едва не въехал той ночью, получится не рухнуть в омут истории, но уже спустя пару секунд, когда машину тряхнуло на очередной кочке, понял — не получилось. История была рядом. Словно и не прошло столько лет

И тогда Игнат открыл глаза, предпочтя «встретить» ее лицом к лицу.

От накатанной колеи до старой березы, одиноко росшей в практически чистом поле, метра три. Но это если днем, да без хлеставшего из ушей адреналина. А если ночью, со специально заляпанными грязью фарами, под затянутыми облаками влажным небом, да когда сзади забилась в угол шестнадцатилетняя девчонка, а у тебя на хвосте две машины с малолетними богатенькими отморозками, уже считавшими ее своей законной добычей⁈

— Что, было время? — неожиданно точно попал в его состояние Антон.

Игнат мысленно усмехнулся — внутренне он этого типа называл уже по имени, а не навязанным напарником, потом, словно нехотя, буркнул:

— Было. — Потом помолчал, с прищуром глядя вперед — цеплял подзабытые ориентиры, ностальгически вздохнул и добавил с ухмылкой. — Я тогда своего Крузака только неделю, как купил. Все по городу, да по городу. Платочком пыль, конечно, не вытирал, но гордился.

— Давно? — предпочтя объехать очередную промоину, оставшуюся после недавнего дождя, поинтересовался Антон.

— Четыре года назад, — не промолчал Игнат. — Левая, — тут же подкрепил он жестом, показав на уводившую все дальше от трассы колею.

— Я в те времена еще на бэхе ездил, — словно соглашаясь, что прошлое то было хорошим, глубокомысленно заметил невольный напарник. — Слушай, а ты шефа откуда знаешь? — неожиданно резко переключился он.

А Игнат так же резко успокоился. Нет, спокойным он был и до этого — некоторое внутреннее напряжение рабочему настрою совершенно не мешало, но этот или подобный вопрос, буквально висевшие в воздухе, добавляли определенного дискомфорта. Словно чего-то не хватало.

А не хватало ясности, которую он только что получил.

— Шеф, значит? — вместо ответа с легкой ухмылкой уточнил он.

— Бывший, — вроде как недовольно поморщился Антон.

Игнат вот в это… недовольно, не поверил. Не тогда, когда шефом, пусть и бывшим, был друг детства, и не в нынешних условиях.

Впрочем, варианты имелись. Включая и тот, где он серьезно ошибался.

— Прокосячил я серьезно, — «убрав» недовольство, но добавив чего-то похожего на внутреннее смирение, решил пооткровенничать Антон. — Не по глупости или дурости. Просто так сложилось…

— А твой бывший шеф прикрыл и дал второй шанс… — с легкой иронией протянул Игнат, намекая, что играть в «откровенность на откровенность», он не собирается.

Антон намека словно и не заметил:

— И прикрыл, и дал второй шанс, — дернул он плечом. — Там асфальт? — уточнил он спустя минуту, заметив мелькнувшую между видневшихся впереди деревьев нормальную дорогу.

— Он самый. На трассу выберемся километрах в десяти после поста, — подтвердил его предположение Игнат.

А перед глазами опять была та ночь…

Девчонка не была чьей-то там дочерью, обыкновенная школьница, приехавшая в Питер на олимпиаду по математике.

Симпатичная, умненькая, острая на язык, но, к сожалению, плохо знающая реальную жизнь большого города.

О помощи попросил отец, институт которого эту олимпиаду и проводил. Он же вспомнил, что в тот день видел девушку в обществе четырех студентов второго курса, о которых был не очень хорошего мнения.

Игнат сорвался из Москвы сразу после звонка. С поддержкой того же Виталия выяснил все о парнях и местах, где они могли держать девчонку.

С одним адресом он промахнулся — пусто. А вот во втором повезло…

Не будь с ним парней, которые в свое время тоже «ушли» из органов, вряд ли бы получилось ее вытащить. И вряд ли бы удалось уйти от погони. Слишком серьезной была у отморозков охрана.

— Так ты из системы? — Игнат за языком следил, но этот вопрос сорвался сам, опередив мысли в голове.

Антон дернул головой… вроде как посмотреть на него, но движения не закончил. Лишь поморщился. Словно и он тоже… не хотел вспоминать.

До Ярославля они не доехали. Остановились в гостинице, километрах в десяти от города.

Взяли номер на двоих — не самый лучший, душ был на этаже, но им только слегка передохнуть, чтобы в ночь ехать дальше.

Ужинать не стали. Ополоснулись и рухнули на кровати, давая возможность расслабиться не только телу, но и мозгам.

Ну или хотя бы создать такую видимость.

Насколько искренним в своем отношении к отдыху был Антон, Игнат даже думать не стал — время покажет, сам же вроде как «застыл» в полудреме. Со стороны посмотреть, так спал крепко и надежно, на самом же деле, словно подвис во внешней расслабленности, потому и не пропустил момента, когда воздух в комнате вздрогнул, как живой, и уже знакомо завибрировал, вызывая из памяти совсем недавние события.

Он, откинув одеяло, сел на кровати, как раз успев заметить проявившуюся в таявшей дымке женскую фигуру.

Сделав большие глаза, качнул головой в сторону все еще неподвижно лежавшего на соседней кровати напарника. Кивнул, когда девушка, приложив палец к губам, направилась к Антону.

— Вот теперь можно и поговорить, — проведя раскрытой ладонью над лицом Антона, развернулась к нему Ева.

На этот раз она была в форме. Окрас — знакомый камуфляж, только в серых тонах. Да и фасон привычный — штаны карго, да свободная куртка с кучей карманов и виднеющимся под ней воротом черной футболки.

А вот нашивки даже ассоциаций не вызывали — непонятные символы и знаки. Как и оружие, закрепленное на широких браслетах, плотно опоясывающих запястья.

— Давно не виделись, — оценив увиденное, не без сарказма хмыкнул Игнат и… сладко зевнул.

Судя по ощущениям, в копилку относительного отдыха он добавил не больше двух часов.

— Знаешь, я тоже не горела желанием, бросив напарника сорваться с задания, чтобы прикрыть твою задницу, — вроде как огрызнулась Ева. Пододвинув ноги Антона к стене, присела на край кровати. — Пока вы тут бока отлеживаете, вас уже отследили и начали обкладывать. Еще час-полтора…

— Быстро! — не дослушав, недовольно оборвал ее Игнат. Наклонившись, вытянул сумку из-под кровати. — Спасибо! Буду должен.

— Не торопись, — остановила его Ева, не дав подняться. — Тебя я вытащу. А он… — Она поморщилась, словно была не лучшего мнения об его невольном напарнике. — Короче, он им не нужен. Да и дружок твой…

Вопрос: откуда Еве известно о друге детства, на данный момент был не особо актуален, да и с тем, что Виталий действительно может прикрыть своего бывшего сотрудника, как уже это делал, Игнат был согласен, но…

— Неправильно это… — встал он. — Мы…

— Сядь! — резко выдохнула Ева, добавив категоричный жест, после которого его отбросило назад, едва не приложив башкой в стену.

— Твою… — с трудом вздохнув, Игнат мотнул тут же загудевшей головой. Сев нормально, холодно взглянул на Еву, равнодушно смотревшую на него. — Это было обязательно?

— Самый быстрый путь к пониманию, — вроде как, улыбнувшись, продемонстрировала она небольшие клычки. Потом примирительно подняла вверх раскрытые ладони. Однако извиняться не стала, заговорила о другом: — В лидерах за обладание ищейкой три группы. Первая — государство. Там, конечно, не без собственных интересов, но в приоритете именно государственная безопасность. Вторая и третья — олигархи, но с серьезной конкуренцией по отношению друг к другу и к государству. Этим — пусть лучше сдохнет, но не достанется другому.

— Мой друг детства в первой? — Игнат, чтобы лучше думалось, жестко потер уши ладонями.

— В той ее части, чьей задачей состоит нейтрализация второй и третьей групп. Ну и защита самой ищейки, когда она будет идентифицирована.

— А Гаврилов? — пошел дальше в своих рассуждениях Игнат.

— Во второй или третьей, как тебе больше нравится, сделала Ева неопределенный жест. — Кстати, — она вновь вроде как улыбнулась, — по вашему следу идут как раз его люди.

— Значит, без вариантов, — медленно выдохнув, обобщил все известное Игнат. — Ошейник в любом случае.

На этот раз Ева даже засмеялась. Не сказать, чтобы совсем уж весело, но без явной горечи:

— Ошейники у нас всех, даже у тех, кто выглядит совершенно свободным. Это же один из ваших лидеров сказал: «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя»?

— Наш, — подтвердил Игнат. Он хоть и родился практически в постсоветское время, но кто был автором цитаты — знал. — И к чему тогда рыпаться?

Прежде чем ответить, Ева поднялась:

— Скажем так… есть варианты. И чем дольше вы продержитесь… Куда тебя перебросить? — на закончила она фразу.

— В Воронеж можешь? — как ни противилось все внутри, все-таки принял Игнат ее правила игры.

— На железнодорожный вокзал устроит? — уточнила она координаты.

— Вполне, — скривился он, мысленно отметив, что Ева в его стране чувствует себя весьма комфортно. — Но мне бы…

— Напиши записку. Он проснется через пять минут после нашего ухода, — оборвала его Ева. Еще и поморщилась, словно ей это все не нравилось.

Ему тоже многое не нравилось, но…

Кое в чем Ева была права. Пока еще ничего не закончилось, а значит… значит, многое могло измениться.