Ищейка

Глава 6.1

За рулем сидел Антон. И — молчал. Но не многозначительно, как молчат, когда есть, что сказать и тебя буквально распирает от невозможности выговориться, а расслабленно, явно наслаждаясь поездкой и не нуждаясь в собеседнике.

Тащить с собой надежного человечка Виталия Игнату категорически не хотелось, но избавиться от него без того, чтобы не перейти определенные границы, не получилось. Антон был настойчив, раз за разом повторяя: «Я обязан ему жизнью. Если могу хоть чем-нибудь помочь…»

Это усложняло план Игната, но не сказать, чтобы очень. Нужно было просто добраться до Ярославля…

Ему бы в Воронеж, там был не просто свой надежный человек, а почти что друг, но и вариант с Ярославлем тоже выглядел неплохо. Должников за время службы и работы частником у Игната скопилось достаточно, чтобы было с кого спросить едва ли не в любой точке бывшего Советского Союза, включая нынешнее зарубежье.

Впрочем, если не принимать во внимание тот факт, что надежный человечек был не его, присутствие Антона Игната особо не напрягало. Скорее даже наоборот, пока тот за рулем была возможность еще раз все взвесить.

А взвешивать имелось что. Особенно, с учетом полученных от Виталия вводных, которые пусть и не переворачивали картинку с ног на голову, но делали ее более острой и напряженной.

Тягаться с МВД, даже в спайке с олигархами, это — одно, а вот когда в дело вступали интересы государства, на которые едва ли не открытым текстом намекнул отец, все начинало выглядеть совершенно иначе.

Почти государственная измена. Если смотреть с их стороны.

Игнат смотрел со своей. С той, где была та ночь, когда искали Лизоньку, понимание, что мир совершенно не таков, каким кажется, откровения Евы и ее просьба, высказанная едва ли не в последний момент. Присмотреть за Анной…

Он ничего не обещал, но знал — сделает все, что сможет. И то, что не сможет, сделает тоже.

Рационального в этом решении было мало. Много ощущения, что должно быть именно так, а не иначе.

— Впереди Лукойловская заправка.

Игнат оторвался от смартфона — одного из тех, что подкинул отец, посмотрел в окно. Московскую трассу он знал лучше, но и по Ашке ездить приходилось. Да и была в его жизни история, связанная с этими местами, так что пусть и не мгновенно, но он и без навигатора сообразил, где именно находились. Подъезжали к поселку Сазоново.

— Там рядом кафешка. Может, остановимся, пожрем? — вновь подал голос Антон.

Расспросами надежный человечек Виталия его не донимал, да и с советами не лез. Лишь раз, еще в Питере, подсказал, как лучше избавиться от Крузака, который вдруг стал вроде как лишним. Когда Игнат согласился, что идея неплоха, показал на карте района пару мертвых зон, в одной из которых и дожидался, пока Игнат отгонит машину поближе к дому родителей, оставив ее в соседнем дворе. Слегка запутать следы.

Ну и уточнил, когда Игнат вернулся, что тот больше предпочитает: нормальную дорогу на всем протяжении пути, но больше риска наткнуться на ДПСников и попасть под камеры или сначала очень хорошую дорогу, а затем совсем плохую, но без проблем первого варианта.

О чем он говорил, Игнат понял, стоило «нарисовать» в уме карту дорог, которую тщательно штудировал в свое время. В первом варианте — трасса М-11, во втором — А-114 до Череповца, а затем уже по М-8 до Ярославля.

Разница по времени была небольшой — полтора-два часа погоды не делали, но в чем Антон был прав — вероятность ненужных встреч во втором варианте выглядела значительно ниже. К тому же трассу А-114 любили дальнобои, что вроде и хуже — они на их фоне, как бельмо в глазу, но и лучше — там свои законы, ДПСники заточены под другие задачи.

Так что выбор был очевиден.

По-крайней мере, так казалось из Питера.

— Может и остановимся, — прикинув, что собранных отцом бутербродов до Ярославля им не хватит, согласился Игнат. — Ты же Баранку имел в виду? — не без труда вспомнил он, как называлась сеть придорожных кафе, где доводилось перекусывать.

— Ее, — неожиданно оглянулся Антон. — Бывал там?

Мысленно выругавшись на самого себя — на вопрос Антона он спровоцировал сам, но ответил:

— Давно. Еще до пандемии.

— И я — до, — уже глядя вперед, как-то задорно отозвался Антон. — Там такая официанточка была…

— Так ты из донжуанов? — Игнат с сожалением убрал смартфон в карман надетой поверх футболки довольно плотной клетчатой рубашки.

Мода на многослойность в одежде Игнату нравилась. Скрывала и фактуру, и, когда требовалось, подмышечную кобуру.

На этот вопрос Антон не ответил, лишь пожал плечами. Не отрывая рук от руля.

На заправке они оказались единственными.

Антон, прежде чем отправиться оплачивать бензин, кивнул в сторону кафешки и посмотрел вопросительно. Мол, будешь ждать или пройдешься ножками?

Мысль была интересной. И в чем-то правильной. И размяться, и посмотреть со стороны. Так что Игнат, прихватив одну из дорожных сумок — ту, в которой деньги и пара смен белья, покинул машину.

И ведь не сказать, что не доверял Антону — он на эту тему вообще не заморачивался, просто предпочитал все самое важное держать при себе. Обстоятельства бывали разными. Иногда — непредсказуемыми.

Взгляд со стороны ничего не дал. Как был их Хайлендер на заправке единственным, так и остался.

Впрочем, так скоро неприятностей Игнат и не ожидал, но и расслабляться не собирался. Если им интересовалась серьезная контора, сюрпризы могли ожидать где и когда угодно.

До Баранки Игнат дошел, даже не запыхавшись. Отметив, что стоянка у входа в кафешку заполнена не меньше, чем на треть, вошел внутрь. Окинув помещение быстрым взглядом — заведение явно пользовалось популярностью, выбрал один из немногих свободных столиков. У окна. И парковка на виду, и входящие-выходящие тоже.

Закинул сумку на диванчик ближе к окну, сам сел с краю. Пробежавшись взглядом по меню — выбор был неплохим, посмотрел на улицу, как раз успев увидеть, как Антон пристраивает тачку рядом с весьма ухоженной и довольно свежей Нивой.

По привычке попытался представить, кто может оказаться хозяином машины, тут же мысленно хмыкнул.

В той части стоянки, что на виду, кроме Нивы и их Хайлендера, праворульная Тойота Королла, Инфинити и Мицубиси Галант, так что всех возможных вариантов — пожилая пара с пацаном лет семи-восьми, что сидели через стол за ним. За рулем Галанта, скорее всего, был кто-то из шумной компании парней, устроившихся в углу. А вот Инфинити…

— Уже заказал? — усаживаясь напротив, сбил его с мысли Антон.

— Нет, — Игнат пододвинул ему меню, лишь теперь сообразив, что действительно голоден. Да еще и дразнящие запахи, заставлявшие с ностальгией вспоминать о шаверме и дерьмовом кофе из забегаловки на выезде из Питера. — Выбирай.

— А ты? — подхватив заламинированный листок, Антон поднес его ближе к лицу.

Еще один штрих к созданному им образу. Близоруким его вынужденный напарник точно не был.

Там, в Питере, Антон производил впечатление шестерки не очень крутого босса. Сейчас же отыгрывал другую роль — несколько безалаберного младшего брата.

Стоило признать, получалось у него неплохо.

— Мне манты, две порции и кофе. Черный без сахара, — поднимаясь, бросил Игнат.

Туалет, оказался поразительно чистым. А еще — полностью заряженным, что порадовало. Туалетная бумага, бумажные полотенца, жидкое мыло в диспенсерах с автоматическим дозатором…

На полу, в корзинке, лежала упаковка влажных салфеток для обуви, что для данного заведения выглядело даже излишеством.

Помыв и вытерев руки, Игнат уже собирался вернуться в зал, но зацепился за собственное отражение в зеркале и остановился.

Да… Уже не двадцать, и даже не двадцать пять, когда двое суток на ногах, а бодр и собран, словно после восьми часов нормально сна. А тут всего лишь одна бессонная ночь, а глаза уже в красных прожилках.

Свой возраст его не расстраивал. Скорее, оставляли неприятный осадок нереализованные возможности.

Когда он вернулся, Антон как раз делал заказ.

— Ну ты и жрать… — едва ли не уважительно протянул Игнат, дождавшись, когда официантка отойдет.

Список того, что Антон собирался засунуть в себя, был весьма внушительным.

— Не завидуй, — хмыкнул Антон, поднимаясь. — Пойду, отолью.

— Не забудь руки помыть, — поддерживая роль Антона, бросил ему в спину Игнат.

— Обязательно, мамочка, — не обернувшись, поймал передачу Антон.

Пока ждал заказ и возвращения надежного человечка, Игнат смотрел в окно. Ну и время от времени, максимально отстраненно, поглядывал в зал, оценивая происходящее.

И ведь вроде ничего такого… подозрительного — народ ел, пил — варианты были, разговаривал, пялился в телефоны, а кое-кто даже заигрывал с официантками.

Внешне все в рамках среднестатистического поведения, но сыщицкое нутро буквально вопило, что все не так просто, как кажется.

Игнат так увлекся, разбираясь с поставленной перед самим задачей, что едва не пропустил появления Антона, увидев того буквально в последний момент.

— Тоже заметил? — плюхнулся тот напротив.

Делать вид, что не понял, о чем спросил надежный человечек — картинка сложилась, словно ему этого вопроса и не хватало, Игнат не стал:

— Выбираю, на кого нацелились.

— С успехом? — Антон несколько развязано откинулся на спинку сиденья.

На белой футболке темнели влажные пятна. Один из внутренних карманов джинсов неаккуратно торчал наружу, а выставленные на всеобщее обозрение поистрепавшиеся прорехи, намекали не только на возраст одежды, но и безалаберность того, кто ее носил.

Вот только взгляд в это мгновение у… безалаберного младшего братишки, нарушая весь образ, был весьма специфичным. Профессиональным.

Задумываться, кем мог быть Антон в той жизни, когда Виталий спас ему жизнь, Игнат не стал. Во-первых, ненужная информация — он в любом случае собирался при первой же возможности избавиться от попутчика. Во-вторых, высший приоритет стоял у другой задачи.

Отбросив ненужные мысли, Игнат бросил еще один взгляд в окно…

То, что Инфинити и праворульная Королла принадлежали автоподставщикам, сомнений у него не вызывало, любила эта братия такие машины, внешне вполне представительные, но для тех, кто в этом вопросе разбирался, не столь уж и свежие.

Сколько их было, тоже ясно, парни хоть и сидели в разных углах — двое в одном и двое в другом, но натасканный взгляд Игната без труда свел их в одну компанию. Да и поведение… Ели они с удовольствием, но при этом успевали и присматриваться, и прицениваться.

А прицениваться было к кому. Группа ребят, как Игнат посчитал, приехавших на Галанте, пожилая пара с пацаном, которым он приписал Ниву, ну и они с Антоном на своем Хайлендере.

Имелись и другие варианты — посетителей в зале много, но в отношении остальных Игнат уверен не был. Не видел машин, стоявших с другой стороны здания.

— Голосую за пожилую пару, — сделал он свой выбор.

— А чем тебе барышня не понравилась? — Антон взглядом показал на молодую женщину в льняном брючном костюме, что сидела за столиком неподалеку от прохода к туалетам и что-то быстро писала в ежедневнике.

— На чем она?

Антон с ответом задержался — подошла официантка с заказом. Поставила перед Игнатом тарелку с двойной порцией мантов и чашку с кофе. Все остальное последовало в сторону Антона. Два салатника с зеленью и сельдью под шубой, солянка, котлета с картофельным пюре, чай, кусок торта…

— Принесите, пожалуйста, стакан негазированной воды, — попросил Игнат, когда официантка закончила.

Та мило улыбнулась — девчонке было лет семнадцать-восемнадцать, кивнула, и, прихватив освободившийся поднос, отошла от стола.

— Так на чем она? — Игнат взял чашку, поднес к лицу и с наслаждением вдохнул терпкий аромат.

Он даже на мгновение закрыл глаза, буквально рухнув в тот мир, где еще ничего не произошло, и где он мог позволить себе просто сидеть и наслаждаться вкусом кофе.

— Синий Витц года так пятнадцатого, — взбаламутил его реальность Антон.

— Вряд ли, — открыл глаза Игнат. — Либо пожилая пара, либо пацаны.

— Которые на Галанте? — не догадываясь, согласился с его предположением Антон. Оглядываться не стал — парни сидели у него за спиной, но движение головой сделал, дав направление. — А, знаешь, ты прав… — как-то многозначительно протянул он. — И что будем делать?

Вопрос был неожиданным. А ответ — очевидным:

— Есть, — хмыкнул Игнат, возвращая чашку на стол и пододвигая к себе тарелку с мантами.

Вопрос с автоподставщиками действительно мог подождать. Еда — нет.

— Все-таки пацаны, — облизывая ложечку с остатками торта и по-детски щурясь от удовольствия, произнес вдруг Антон.

Игнат уже давно покончил и с мантами, и с кофе, и даже успел рассчитаться, оставив официантке не сказать, что щедрые, но весьма существенные чаевые, и теперь активно боролся с накатывавшей волнами дремотой.

А та была настойчивой, уговаривая позволить себе расслабиться, закрыть глаза и…

Придавить минут шестьсот на каждый глаз Игнат точно бы не отказался. Но не при этих обстоятельствах.

— Или пара, — смачно сглотнув зевок, равнодушно — спорить не собирался, отозвался он. — Если, конечно, не повернут на Питер.

— Тридцать пятый регион, — продолжая демонстрировать задор, хмыкнул до тошноты бодрый Антон. — Скорее всего, внука забирали.

Игнат только вздохнул — не хотелось ему во все это лезть, но видно судьба такая. Не жить спокойно.

Пацаны вывалились на улицу уже минут как пять, но все еще крутились вокруг Галанта, что-то весьма эмоционально обсуждая. Возрастная пара с мальчишкой рассчитывалась с официанткой, собираясь покинуть заведение. Они с Антоном тоже вроде как закруглялись.

А вот четверка, которую они оба с навязанным напарником определили, как автоподставщиков, внешне никуда не торопилась. Так и сидели по двое, каждые в своем углу, не обращая внимания на происходящее вокруг.

Те, что ближе к входу, потягивали безалкогольное пиво и весьма живенько общались. Те, что в глубине зала, не отвлекались от лежавшего на столе планшета.

Сплошная идиллия!

Но это если не быть уверенным в собственных догадках.

Похоже, Антон думал о том же:

— Не пойдут они на дело, — неожиданно подался он вперед. — Ты им не нравишься.

Игнат хотел возразить — свое бывшее ментовское нутро давно научился скрывать, но, немного подумав, согласился.

Нутро — не нутро, но для тех, кто умел чувствовать опасность, он, с его внутренним режимом «настороже», вполне мог выглядеть, как неучтенный фактор.

— Так может и к лучшему, — едва ли не обрадовавшись этому факту, довольно улыбнулся он. — У них своя дорога, у нас…

Взгляд Антона — изумленно-обиженный, заставил произнести не то, что собирался:

— Тебе что, экстрима в жизни не хватает?

— Мне, может, за державу обидно⁈ — не задержался тот с ответом. Выпрямился. — Я бы этих уродов…

Продолжать Антон не стал, да Игнат и не настаивал, сообразив, что невольного попутчика до подобных сентенций довело явно что-то глубоко личное.

— Ну и что ты предлагаешь? — после короткой паузы поинтересовался он, зная, что не ошибся.

Курился в глазах Антона хорошо знакомый Игнату кураж. Когда, если что втемяшится в голову, то уже не выбьешь.

— Избавиться от тебя, конечно, — явно обрадовавшись, не задержался тот с ответом.

Как именно Антон собирался от него избавиться, спросить Игнат не успел. Его просвещение напарник взял на себя:

— Тут остановка рядом. Мы с тобой сейчас обнимемся, попрощаемся, я даже слезу пущу…

— Слезу — не надо, — словно только это и смущало в предложенном плане, резко перебил его Игнат.

Когда Антон собрался что-то добавить, остановил жестом.

Надо было подумать…

Если что ему и надо было, то как можно скорее оказаться в Ярославле. Ну и избавиться от навязанного Виталием хвоста. А еще вписаться в собранный Стасом буквально на коленке план, в котором и без этих неожиданностей хватало слабых мест.

Но это — с одной стороны. С другой были собиравшиеся выйти на охоту уроды, как назвал их Антон. Нелюди в человеческом обличье. И три варианта жертв, среди которых они выглядели самыми зубастыми.

Выбор без выбора. Когда становиться падалью у тебя нет никакого желания.

— Ладно, — поднимаясь, добродушно улыбнулся он на публику, — можно и со слезой.

— Ага, щаз! — не скрывая облегчения, хохотнул Антон, вставая вслед за ним.

Выйдя из-за стола, сначала вроде как собрался протянуть руку, однако в последний момент передумал, ткнулся лбом Игнату в плечо.

Игнат и не хотел бы признавать, но получилось по-братски трогательно.

Это если смотреть со стороны.

— Все, вали! — не затянув сцену, резко отступил на шаг назад Антон.

— Валю, — еще раз мысленно отметив, что надежный человечек друга детства Виталия Серебрякова демонстрировал великолепные навыки работы в паре, подхватил он сумку и, забросив на плечо, неторопливой походкой довольного всем человека направился к выходу.

Когда вышел на улицу, пацаны все так же тусовались у Галанта и уезжать, похоже, не собирались. Так что оставались пожилая пара и вроде как осиротевший Антон…

До угла кафешки Игнат дошел не спеша, свернул на тропинку, что в обход асфальтированных дорожек вела к остановке.

Прибавил шаг он, оказавшись за кустами беспредельно разросшейся одичавшей сирени. Оббежав вокруг здания, выглянул из-за угла.

Галант был на месте. Вместе с крутившимися рядом с ним пацанами. Как и Нива. Пожилой мужчина уже сидел на водительском месте, а вот женщина с подростком о чем-то препирались у правой задней двери.

Антон тоже был у машины. Стоял и смотрел в ту сторону, куда «ушел» Игнат.

Выражения лица Игнат не видел — не тот ракурс, но плечи человечка были опущены, да и сам он воспринимался… нет, не растерянным, а едва ли ни брошенным. Забытым.

Еще раз помянув друга детства недобрым словом — когда одна спина его ставленника выдавала такой накал трагизма, можно было с уверенностью говорить о штучном товаре, отступил назад, предугадывая дальнейшие действия Антона.

Тот не заставил себя ждать. Продолжая демонстрировать растерянную вялость, сел за руль, пристегнулся. После недолгой паузы заурчал двигатель… Сыто. Довольно.

Машина дернулась вперед резко, судорожно, так же рывком остановилась, не вписавшись в поворот. Сдала назад… Слишком назад, едва не задев передок Нивы.

Десятка секунд Игнату вполне хватило, чтобы преодолеть несколько метров и, первой забросив внутрь сумку, оказаться в салоне.

— Ох, и выматерил тебя, наверное, дед, — хмыкнул он, слегка съехав вниз по сиденью. Стекла сзади, конечно, тонированы наглухо, но береженного и Бог бережет.

— А пусть не лезет, — вроде как огрызнулся Антон, но, встретив взгляд Игната в зеркале заднего вида, заговорщицки подмигнул. — Зато пока отдышится, успокоится, вновь настроится на поездку, парни как раз за нас и зацепятся.

В том, о чем говорил Антон, был смысл. Дед — не дед, скорее уж мужчина в возрасте, но крутым водителем, которому и сам черт не черт, хозяин Нивы не выглядел, так что эмоции там должны были присутствовать. А еще могло и давление подскочить…

— На стоянке они, на стоянке, — небрежно заметил Антон, успев до того, как Игнат собрался приподняться, чтобы посмотреть на возможную жертву автоподставщиков.

— Ну и ладушки, — сел Игнат нормально.

Сдвинув бегунок замка, вытащил лежавшую в сумке сверху темную толстовку с глубоким капюшоном. Надел ее вместо рубашки, которую тут же, сложив аккуратно, убрал внутрь.

Достал лежавшие сверху знавшие лучшие времена гловелетты. Натянув на руки, затянул липучки на запястьях.

— Правильный прикид, — бросив на него взгляд в зеркало заднего вида, хмыкнул Антон, — половина дела. — А вторая половина…

— … правильный инструмент, — закончил за него Игнат, вытаскивая из сумки телескопическую дубинку.

— И ведь не поспоришь, — со злой улыбкой согласился с ним надежный человечек. — Как думаешь, долго ждать придется? — уточнил он уже другим тоном. Словно переключился, мгновенно избавившись от лишнего куража.

— Через восемьдесят километров пост ДПС. Тянуть не будут.

— Вот и я так думаю, — кивнул Антон. Потом вздохнул… — Слушай…

Не закончил он сам. Мотнул головой, хмыкнул, поморщился…

Игнат наблюдал за метаморфозами невольного напарника — не сказать, что заело любопытство, но парень ему был весьма интересен, и молчал.

Одно к другому отношения не имело, но паузу заполнило воспоминание о прощании с отцом.

Его взгляд.

По-мужски сдержанное, но до краев наполненное глубинным смыслом, объятие.

И ощущение… нет, не потери, а грани, которую переступил, стоило оставить за спиной закрывшуюся дверь. И аромат отцовского парфюма, который он, словно связующую нить, потянул за собой. Как гарантию, что никакие перемены не отменят той незыблемой основы, которой стала для него семья.

Воспоминание мелькнуло, сложилось конвертиком, который Игнат бережно спрятал в соответствующую ячейку памяти, и ушло, уступив место реальности, с его не менее острыми мгновениями, в которых были свои пределы, свои грани, свои ощущения очередных изменений, которых не избежать.

И ведь ничего нового — оставаясь собой, все они менялись под влиянием людей, событий, обстоятельств, но внутри дрожало. То ли неизбежностью происходящего, то ли нетерпением встречи с ним.

А машина продолжала нестись вперед со скоростью в сто километров в час. И сердце билось в такт довольному урчанию двигателя. И качаемый в легкие воздух был с привкусом высокооктанового бензина. И кровь наполнялась не адреналином, а уверенным спокойствием, когда ты просто идешь и делаешь, потому что иначе нельзя, если хочешь остаться тем, кем ты был…

Мыслям, даже таким, вроде бы правильным, было не время и не место. Действительность доказала это раньше, чем Игнат дошел до этого сам.

— Ни хр*не себе! — бросив взгляд в боковое зеркало, неожиданно ругнулся Антон.

Игнат успел обернуться, чтобы увидеть то, что взбудоражило навязанного напарника.

Нива, та самая Нива, которую они оставили на стоянке у кафе, обогнала их, словно стоячих, и вырвалась вперед.

— Вот тебе и давление поднимется, — вспомнив собственные слова, едва ли не восхитился Игнат. Нива не шла по трассе — низко над ней летела, управляемая сильной и уверенной рукой.

— Что? — не понял его сентенции Антон.

— Говорю, обманулись мы с дедком, — неожиданно легко хохотнул Игнат. — Если я правильно понимаю…

Сказать, что если он правильно понимает, то глава семейства, случись такое, и сам справится с проблемой, он не успел. Сначала, заставив Антона прижаться вправо, их обогнал Инфинити. А следом, секунд через тридцать, слева промелькнула и праворульная Королла.

— Не торопись! — успел он бросить, прежде чем Антон даванул на газ. — Пусть хорошо заглотнут.

Судя по тому, как хмыкнул надежный человечек Виталия, аналогия с рыбалкой, в которой рыбаками были именно они, ему понравилась.

До места встречи пришлось добираться почти пятнадцать километров. Но они не опоздали.

Впрочем, и не могли.

Нива стояла на мосту через речушку, практически притертая к отбойнику, который резко обрывался в паре метров от машины. Сзади ее подпирала Королла, спереди дорогу перекрывалаИнфинити.

Глава семейства, умело держа в руках монтировку, явно не дружески общался с той парочкой, что в кафе сидела в дальнем углу.

И все бы ничего, не будь еще двоих, зажавших, похоже, не вовремя решившую вмешаться в мужской разговор женщину.

— С**ки! — вслух высказал Антон свое мнение о происходящем.

Игнат был с ним согласен.

Согласен он был и с тем, что увидел в брошенном на него взгляде Антона.

С такими, как эти твари, никаких разговоров, только напрочь отбивать желание заниматься тем, чем они промышляли.