Ищейка

Глава 7.2

Выбило Игната из сна резко. Стоило только машине остановиться.

— Где мы? — спросил он, потянувшись.

Шея затекла, да и спина была, как каменная. Но это и ожидаемо, не те условия.

Он хотел добавить еще про возраст, но предпочел остановиться раньше, чем закончил мысль. Вот будет ему за восемьдесят…

До этого предстояло еще дожить. И не факт, что удастся. При таком-то раскладе.

— Скоро Сасово, — просветили его. И тут же поинтересовались: — Тебе точно нужно в Нижний?

Говорят, дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Мол, стоит покопаться, и доберешься до романтического подтекста с сексуальной составляющей.

Этот случай дружбы был другим. Никакого романтического подтекста и сексуальной составляющей. Александре Александровне Александровой — генерал-майору полиции в отставке, после завершения карьеры обосновавшейся в небольшом домике с маленьким садиком в пригороде Воронежа, было к семидесяти. Так что ничего кроме запредельного уважения к этой женщине Игнат не испытывал.

Ну а дружба?

Как-то так случилось, что отношения начальник-подчиненный переросли в нечто другое. И ни расстояния, ни разница в возрасте сделать с этим ничего не смогли.

Имелся в Воронеже еще один друг — Денис, с которым было о чем вспомнить за рюмкой водки. Вот только с некоторых пор у того появилась не только семья, но и пара замечательных пацанов-двойняшек, так что выбор оказался без выбора и Игнат, стоя у металлической ограды вокзала, куда перекинула его Ева, набрал номер Александры.

Ответила та сразу, хоть номер и был ей незнакомым. И приехала за ним так быстро, как смогла, добираясь из своего садового товарищества.

Ну а дальше обошлось практически без разговоров. Игнату требовалась помощь. Шура, как она просила называть ее, если без посторонних, задавать лишних вопросов не стала. Лишь скорректировала маршрут, заехав к живущему в самом Воронеже сыну, в квартире которого хранился ее форс-мажорный рюкзак.

А потом была ночь.

Ночь, большую часть которой, если не считать пары коротких остановок на оправиться, она провела за рулем своего Крузачка — брата-близнеца его теперь уже, наверное, бывшей машины, а он — на заднем сиденье. Спал, насколько это было возможно в ситуации, когда голову ломило от бродивших в ней мыслей.

— Мне нужен вай-фай, — тем не менее, оценив свое состояние, как удовлетворительное, произнес Игнат. И это вместо ответа на вопрос.

Александра Александровна протянула руку к смартфону, лежавшему на переднем пассажирском сиденье, но Игнат ее опередил:

— Нет! — отказался он от вай-фая через точку доступа на телефоне. — Лучше общественный.

— Тогда жди до заправки, — вроде как огрызнулась она.

Он — кивнул, она как раз бросила на него взгляд в зеркало заднего вида. В ответ вроде как недовольно качнула головой и снова спросила:

— Тебе точно нужно в Нижний?

— Вот там и узнаем, — отозвался Игнат, понимая, что ее беспокоит.

Большой и, главное, незнакомый город. Камеры. Патрули. Криминальный контингент, который тоже стоило принимать в расчет.

Подробностей проблем Игната она не знала — пока было не до разговоров, что совершенно не мешало ей оценивать риски.

— Ну и ладушки, — кивнула Шура и, закрыв глаза, расслабилась, растекшись по сиденью. — Помолчи минут пятнадцать.

Говорить, что так и сделает, Игнат не стал. Тоже закрыл глаза, тоже расслабился, но не так, как она.

Шура отдыхала, восстанавливалась после стольких часов дороги. А он…

Он не думал, не рисовал схемы, связывая воедино все, что ему было известно. Он просто был здесь и сейчас, окруженный всей этой информацией, точно зная, что и без его принудительных усилий количество рано или поздно перейдет в качество, дав ему стройную картину происходящего, в которой будут не только вопросы, но и правильные ответы на них.

И ведь на первый взгляд все и так было ясно и понятно: им нужна ищейка, он — источник, плотно контактировавший с ней и способный на нее вывести.

И неважно, что имелись и другие — кто-то же давал рекомендации Березину, но, похоже, птицы там были иного полета, чем он сам. Слишком высоко, слишком серьезными могли оказаться последствия, если начать давить.

И вроде все в этой схеме выглядело непротиворечиво — логика происходящего, когда до нее доберешься, обычно проста и неприкрыто-прозаична, но что-то Игната смущало. То ли некоторая чрезмерность усилий, то ли слишком явная слаженность действий групп, включая ту, под шифром «государство», словно они координировались из одного места, то ли слишком быстрая реакция на изменение ситуации, как если бы имелся над этой системой наблюдатель, видевший все ее ключевые точки и способный влиять на них.

И это было плохо. Потому что если он был прав в своих сомнениях, то смысл рыпаться у него отсутствовал. Только время и силы.

Это, конечно, не значило, что он сдастся, но…

Это значило, что ему нужно было работать не только против уже известных противников, но и против стоявшего над ними кукловода.

И для этого требовались информация, ресурсы и здоровая наглость — единственное, что у него, по большому счету, сейчас имелось.

— Насколько все хреново?

Игнат открыл глаза, тут же упершись взглядом в циферблат часов на панели приемника.

Ровно пятнадцать минут.

Пятнадцать минут полностью выпавших из его жизни.

— На девять из десяти, — не стал он скрывать от Шуры серьезность ситуации.

Приди он к этим выводам там, в Воронеже, вряд ли набрал ее номер. Да и Дениса не стал бы беспокоить, предпочтя крутиться самостоятельно, тем более что варианты имелись и без дружеских связей.

Но дело было сделано. Оставалось только минимизировать проблемы.

Не для себя. Для Шуры.

— А мы за красных или за белых? — как Игнату показалась, уже более заинтересованно уточнила Шура.

Эта незамысловатая фраза словно ослабила пружину, вернув не решимость — той имелось более чем достаточно, уверенность.

— За красных, Александра Александровна, — ответил он, как ни единожды отвечал молодой лейтенант полиции своей грозной начальнице.

— Раз за красных, — отозвалась Шура, заводя машину, — то и разглагольствовать не о чем. Есть что сказать в двух словах или…? — уже выезжая на дорогу, уточнила она.

— Если только в двух, — добрым словом вспомнив душ на этаже, благодаря которому от него теперь не воняло потом, передвинулся он на середину дивана. — Ищут хорошего человечка. Через меня.

— Кто — известно? — уже другим, сухим тоном уточнила Шура.

— Государство, Гаврилов и еще кто-то третий, — не стал скрывать он сути проблемы.

— С государством шутки плохи, — заметила Шура, бросив на него взгляд в зеркале заднего вида.

— Это был бы неплохой вариант, — вспомнив про Виталия и откровения Евы, согласился он, — но есть нюансы. Так что не мне решать.

— А ты в качестве кого? — тут же зацепилась она.

Уточняла не по глобальной проблеме — Анне, которой и предстояло произнести последнее слово, а именно по нему, имеющему ко всему косвенное отношение.

А то, что Анна ему нравилось — обманывать себя в этом вопросе Игнат не собирался, так это другое. Связанное со всей этой историей, но лишь как дополнительный фактор. Не будь его, все равно бы ввязался, а с ним просто быстрее принимал решение.

— Попросили присмотреть. Я — согласился.

— Еще не догадываясь, во что вляпался? — предположила Шура самое очевидное.

Игнат только ухмыльнулся и качнул головой.

В тот момент, когда Ева высказала свою просьбу, для Игната уже было все очевидно. И то, что он, как Шура заметила, вляпался, и то, что менять ничего не собирается.

— Значит, добровольно и без принуждения, — сделала правильный вывод Шура. — Знаешь, — поймал он ее взгляд в зеркале, — а это даже интересно.

— Ты о чем? — слегка нахмурился Игнат.

Генерал Мирошниченко — второй начальник Игната, был как монолит. Крепкий, основательный и хорошо обтесанный, так что не ухватить и не сдвинуть. Серьезен, дотошен и напрочь лишен авантюрной жилки. С ним все было четко, распланировано и предсказуемо.

А вот Александра Александрова — А в кубе, как называли ее за глаза, была его не полной, но противоположностью. Профи, каких поискать, но своей любовью к неординарным ходам вываливалась из системы, за что однажды и поплатилась.

Не так серьезно, как Игнат, вынужденный уйти на вольные хлеба, но службу заканчивала уже в Воронеже, хотя, наступи она себе на горло, могла найти вариант остаться в Москве.

Так что, поймав взгляд Шуры в зеркале заднего вида, Игнат напрягся. Как бы ни пришлось опасаться ее, а не за нее.

— Заправка, — Александра не дав ему испугаться окончательно, свернула с дороги к АЗС, рядом с которой пристроилось небольшая забегаловка. — Проверь вай-фай, — проигнорировав топливные колонки, притерла она Крузак к самому зданию с вывеской «Блинная».

— Сейчас, — включая планшет, негромко протянул Игнат. Подождал, пока тот полностью загрузится. — Нужен пароль, — заметил он замочек на имени подключения к вай-фай.

— Будет, — буркнула Шура себе под нос, глуша двигатель.

Выйдя из машины, закрыла ее на сигнашку и, не оборачиваясь, направилась к двери блинной.

Вернулась быстро. Сняв с сигнализации, открыла дверь багажника. Подтянула к себе лежавший там рюкзак.

— Собака, от девяти до одного, восклицательный, собака.

— Принято, — отозвался Игнат, уже вбивая пароль в нужное поле.

— Тебе кофе или чай? — вновь отвлекла его Шура.

— Кофе, — сообразил он, зачем бывшая начальница полезла в рюкзак.

Термос. Сама она могла перекусить и внутри, а вот ему там светиться не стоило.

Прыгнув из Ярославля в Воронеж, Игнат оторвался от тех, кто шел по следу. Но это не значило, что можно было расслабиться и не беспокоиться о собственной безопасности. Слишком многое изменилось в реальной жизни за последние несколько лет, если говорить о возможностях розыска. Тем более в системе, которую Гаврилов и иже с ним в полной мере использовали в своих целях.

Когда сигнашка щелкнула снова, оставляя его наедине, Игнат уже не только ввел пароль, но и подключился к vpn, выбрав первый попавшийся сервер. Открыл браузер, перейдя на страницу почтового сервиса.

Контактов, от которых он ждал известий, было три.

Отец — первым по списку.

Почтовый ящик был левым, но реальным. Когда-то принадлежал знакомому отца — профессору математики из Франкфурта-на-Майне, с которым тот периодически обменивался пространными сообщениями. Затем профессор сменил почтовый сервис — о причине история умалчивала, а этот так и продолжал висеть в контактах, пока отец на спор не подобрал пароль и, сменив, не начал использовать его для общения с Игнатом.

С тех пор прошло шесть лет. Как показала практика, дополнительный способ связи, в случае чего не вызывающий подозрений, со временем менее актуальным не стал.

Письмо в ящике, как и ожидал Игнат, имелось. На немецком, который он знал хуже отца, но достаточно, чтобы его ответы не выглядели написанными с помощью гугл-переводчика.

Впрочем, вчитываться особо в написанное и не требовалось. Главное — ключевые слова, из которых и складывалось сообщение.

Первую часть письма после обращения Herr Rudolf, он лишь просмотрел, только уловить смысл. Размышления о настоящем науки, сетования на потерю интереса к ней, надежды…

Вторая оказалась значительно интереснее. Словно продолжая спор по французской литературе — Игнат мысленно усмехнулся: где французская литература и где Рудольф Хайнц, в жизни которого существовала только математика, отец упомянул Дюма с его тремя мушкетерами. Как знак внимания. Для Игната.

Ну а дальше было именно то, что он и искал. Не мудрствуя лукаво, отец легко, словно играючи, вплел в свои рассуждения Атоса, погоню, королеву в опасности… И — покинувшего страну Арамиса.

С Атосом — Виталием, все было неожиданно, но ожидаемо. Тот приезжал к отцу. Во-первых, обещал присмотреть за родителями. Во-вторых, скорее всего где-то что-то пошло не так, потому и занялся этим вопросом сам.

Все понятно было и с погоней — друг детства не зная, насколько Игнат был откровенен с Владимиром Николаевичем, поделился с тем его проблемами, таким образом, снова предлагая свою помощь.

Королева — Анна. Опасность более чем актуальна, иначе Виталий не стал бы акцентировать на этом внимание.

Сложнее оказалась с Арамисом. Арамис — Ромка Березин, изначально собирался отправить за границу жену и дочь, но уехал вместе с ними.

И это было плохо, потому как значило только одно: на похищении Настеньки Гаврилов не остановился, продолжая давить то ли самого Березина, то ли его банк, что, впрочем, было одним и тем же.

Отложив этот момент в памяти, Игнат перечитал еще раз нужную часть письма, наткнувшись еще на одно слово, которое пропустил. Депеша…

Стоило признать, ребусом оно тоже не являлось, всего лишь предложение зайти на сайт игры, где Игната ждало сообщение.

Именно это Игнат и собирался сделать. После того, как разберется с еще одним контактом.

Не став отвечать на письмо — отец и так узнает, что оно прочитано, вышел из почты и закрыл браузер. Выключив vpn, подключился вновь, но уже через другой сервер.

И снова — браузер, страница сайта знакомств, логин, пароль.

Под фоткой бывшей жены, которая даже не подозревала, как Игнат использует знакомство с ней, куча сердечек и несколько приглашений встретиться…

Нужное ему тоже имелось. Некий Стас из Арзамаса предлагал созвониться, оставив свой номер телефона.

Запомнив цифры — на память Игнат никогда не жаловался, вышел из сеанса.

Когда вновь пискнула сигнашка, он подключился к vpn в третий раз.

Перестраховка, но лучше так, чем совершенная из беспечности ошибка.

— Кофе и блинчики, — устроившись на водительском месте, протянула ему Шура сначала термос, а потом и ланч-бокс.

Игнат принял и то, и другое, положил на сиденье слева от себя. Невольно глубоко вдохнул тут же окутавшие его ароматы.

Блинчики с мясом и кофе…

Перекусывали они в последний раз еще в Воронеже. С точки зрения желудка было уже неправдой.

— Две минуты, — проигнорировав требования организма, попросил он и вошел в личный кабинет игры, которую они с Виталием уже использовали для аккуратных контактов.

Сообщение от друга детства действительно имелось. И даже не одно.

В первом — расклад, ставший ему известным благодаря Еве. Две группы — о государстве ни слова. Одна работала на Гаврилова, что было ожидаемо. Инициатора второй Виталий не назвал, лишь исполнителя — охранная компания «Восток».

— Твою… — не сдержавшись, процедил он сквозь зубы.

Несмотря на желание Виталия скрыть, кому принадлежала ЧВК «Восток», которой фактически и была эта охранная компания, Игнату было об этом известно. Не со стопроцентной гарантией, но с достаточной уверенностью, что все именно так.

Это название упоминал Ромка еще в те давние времена, когда только занялся бизнесом и мечтал заиметь себе карманную армию.

«Восток». В честь музыкальной группы, которая ему нравилась.

Было ли это совпадением?

Игнат хотел бы в это поверить — откровенничал с ним Ромка, находясь серьезно под градусом, но не верилось. В духе это было Березина: захотеть и сделать все, чтобы получить это, оставшись вроде как в стороне.

Его отъезд за границу, к сожалению, в эту теорию вполне вписывался.

Оторвавшись от планшета, Игнат посмотрел на наблюдавшую за ним Шуру.

— Что, совсем херово? — правильно поняла она выражение его лица.

Ничего не ответив, Игнат открыл второе сообщение. Было то коротким, но успокаивающим: «Антон ОК».

Потом еще одно: «Ты где?»

И еще: «Выйди на связь!»

И снова: «Ты где?»

И уже похожее на крик: «Гнат, мать твою, ты жив⁈»

Да, все было совсем херово, но Игнат был жив.

И, самое главное, он был не один.