Ищейка

Глава 8.1

— Надо поспать. Хотя бы часа два-три.

Игнат предпочел ьы как можно скорее связаться с контактом, который оставил ему Стас, но Шура была права — ситуация могла измениться в любой момент, а мозги, несмотря на то, что немного подремал по дороге, уже плохо работали. Да и время было раннее, чтобы тревожить человека, пока не экстренно.

— На окраине, рядом со стоянкой дальнобоев, есть небольшой отель. Паршивость средняя, но в забегаловке при нем кормят нормально, — привела еще один аргумент Шура.

— И откуда ты все только знаешь⁈ — удивился Игнат.

— Поживи с мое… — хохотнула Шура, сворачивая с трассы на повороте. — Заедем с другой стороны.

Двухэтажный отель, практически полностью спрятавшийся за густой зеленью метрах в шестидесяти от скрытого за забором паркинга дальнобоев, действительно был средней паршивости. Не облезлый, но какой-то запущенный.

Немытые окна, мусор, вывалившийся из стоявшего с торца здания контейнера. А уж про коврик перед входом и говорить не стоило. Пыли на нем было столько, что впору снимать гипсовые слепки следов обуви.

Но запахи из кафе, расположенного в пристройке справа, несмотря на ранний час, доносились действительно приятные.

Да и стоянка рядом, на которой они оставили свою лошадку, оказалась забита достаточно плотно. Словно говоря, что, несмотря на внешний вид, отель у транзитников был популярен.

Так и оказалось — свободный номер в отеле оставался только один. Двухместный.

Игната с Александрой Александровной это вполне устроило. Главное, душ в номере наличествовал, а все остальное не имело особого значения. Смыть с себя усталость, да принять горизонтальное положение. А потом забросить что-нибудь съедобное в желудок.

Для счастья вполне хватало.

Для полного Игнат предпочел бы добавить встречу с Анной, но…

Он был готов не встретиться с ней никогда, лишь бы новая знакомая оставалась в безопасности.

Нет, абсолютным альтруистом Игнат себя не считал — предпочел бы и встретиться и, вполне вероятно, прожить долгую и счастливую жизнь, но доведись выбирать, выбор выглядел однозначным.

Легли в начале шестого. Встали в девять. Под оглушительные вопли пернатых — окно оставили открытым, истошный крик кота и доносившуюся снизу перебранку.

Несмотря не весьма короткий отдых, Игнат чувствовал себя бодрячком, да и Шура, пока приводила себя, как она сказала, в божеский вид, что-то негромко напевала. Что именно Игнат не понял, но фразу: «Как ныне сбирается вещий Олег…», разобрать сумел.

Рассчитались они за сутки, однако в кафе отправились уже с вещами. У Игната дорожная сумка, в которой под вещами лежали деньги и чистые симки. У Шуры — рюкзак, но по размеру скорее рюкзачок переросток. Но, как он понял по вываленным на кровать вещам, когда Шура что-то искала, входило в него все, что могло понадобиться в непредвиденной ситуации.

В отличие от здания отеля, пристройка выглядела презентабельно. Свежая краска на стенах, прозрачные затемненные стекла, аккуратная вывеска, сообщавшая, что заведение работает круглосуточно.

Столик заняли в углу, у окна. Вроде контроль и не требовался — здесь Игната точно никто не ждал, но сила привычки она такая. Сначала ты долго привыкаешь, а потом просто делаешь, как привык.

Игнат бросил сумку на стул, что ближе к окну. Шура повесила рюкзак на спинку, выбрав место напротив.

— На оружие разрешение есть? — когда Шура села, наклонился к ней через стол Игнат.

Шура после сна и повторного душа переоделась. Джинсы в обтяжку — несмотря на возраст, эти формы вполне можно было обтягивать, легкая рубашка и свободный пиджак из плотного льна, который она застегнула на одну пуговицу.

Если глаз не наметан, то кобуру и, присмотревшись, не заметишь.

— Обижаешь! — довольно хмыкнула она, удобнее устраиваясь на стуле. — Генерал я или так, погулять вышла⁈

— И не поспоришь, — согласился с ней Игнат, усаживаясь на своем стуле.

Помещение кафе было небольшим: шесть четырехместных столиков с одной стороны от центрального прохода, шесть с другой.

Если стоять спиной к входу, слева небольшая барная стойка, за которой никого не было. За ней дверь на кухню.

Справа, где сидели они, окошко для грязной посуды и две двери: одна служебная, вторая в туалет.

Народу в этот час было не сказать, что много — занята треть столиков, но лучше бы еще меньше. Компания из четырех парей, что сидела в противоположном от них углу, Игнату совершенно не нравилась. Во-первых, нетрезвые. Ну а во-вторых, степень их опьянения, насколько он мог оценить, была из тех, когда здравый смысл отключается полностью и начинает тянуть на подвиги.

К тому же, у одного из тех, что с краю, ломанные уши, намекая, что парень может быть из борцов.

С их стороны еще двое. Он — откровенный ботаник. Она — дерзкая и смелая.

Игнат с такими сталкивался не раз. Сначала гонор через край, а потом в глазах ужас и полное непонимание, как так получилось.

Ну и явно случайно оказавшийся в этом кафе мелкий клерк. Строгий костюм, галстук, начищенные до блеска туфли, портфельчик…

Если не понимать, что это — дешевка, то выглядело вполне респектабельно.

— Готовы сделать заказ? — сбив с рассуждения, остановилась рядом с ними официантка.

Составлять словесный портрет было еще одной привычкой, так что Игнат сделал это автоматически.

Фирменный фартук поверх рубашки с закатанными рукавами и темных брюк. Из обуви — кроссовки. И перцовый баллончик в кармане, который Игнат заметил лишь потому, что искал что-то подобное.

Возраст — от двадцати пяти до тридцати. Внешность — приятная. Держалась спокойно, уверенно. Наблюдала за всеми цепко, словно сканируя.

У Игната тоже были такие… внештатные сотрудники в нужных местах.

Вряд ли Шура не пришла к таким же выводам, но вида не показала. Отложив меню — напечатанный в типографии листок формата А5, поинтересовалась:

— А что предложите?

— Сырники, блинчики с мясом и ветчина с сыром. Есть котлета по-домашнему с макаронами. Салат зеленый, — демонстрируя доброжелательность, отозвалась официантка.

— Тогда мне, сырники, салат зеленый и большую кружку кофе с сахаром и сливками, — практически не раздумывая, сделала выбор Шура. — А молодому человеку: салат зеленый, котлету с макаронами и два американо. И счет сразу, — добавила она после короткой паузы.

— А если я тоже хотел сырники? — уточнил Игнат, когда официантка отошла.

— Значит, поделюсь, — равнодушно заметила Шура. — А девочка-то стучит. Тебя разложила профессионально. А вот на мне споткнулась.

— Что и не удивительно, — ерничая, усмехнулся Игнат. — С твоим-то опытом…

— Ты еще поюродствуй, — фыркнула Шура и оглянулась. — Не нравятся мне эти бравые парни, — произнесла она, вновь посмотрев на Игната.

Игнат чуть сдвинулся — Шура частично перекрывала обзор, потом согласно кивнул. И так серьезно навеселе, да еще и добавляли.

Но беспокоило даже не это, а та самая девчонка из пары с ботаником. Сидели наискосок, а она еще и лицом к четверке…

— Будем надеяться, что пронесет, — откинулся он на спинку стула. — Спасибо тебе.

Шура вопросительно приподняла бровь, потом усмехнулась, но ничего не сказала.

Так и молчали, пока не принесли еду.

Есть сильно не хотелось — сказался ночной перекус, но Игнат съел все до последней крошки. Тем более что и салат, и котлета с макаронами оказались по уровню значительно выше среднего, что его только порадовало. Была надежда, что если день начался с хорошей пищи, то и продолжится не хуже.

А вот Шура сначала покопалась в тарелке с салатом, потом поделила сырники на равные дольки, обмазала их сметаной и… отодвинула, обхватив кружку с кофе двумя руками.

— Мне нравится, когда мужчина хорошо кушает, — дождавшись, когда Игнат доест, неожиданно произнесла она.

— Мы поэтому с тобой и дружим? — даже не пытаясь понять, что творилось сейчас в голове его бывшей начальницы — уж больно киношно звучала фраза, уточнил Игнат.

— И поэтому — тоже, — исподлобья посмотрела она. — Мы либо уходим немедленно, либо через три минуты тебе придется ввязаться в разборки, потому как ты не только хорошо ешь, но и любишь лезть, куда не просят.

Игнату бы и хотелось возразить, но это если кривить душой. А так…

Шура была права — шум с той стороны зала становился не просто громче, он становился нервознее.

Одно радовало, та пара, где ботаник и дерзкая девчонка, успели покинуть кафе. Да и клерк, рассчитавшись за четыре кофе на вынос, успел отправиться в офис.

Вот только кафе от этого более пустым не стало. Сразу после ухода клерка в зале появилась молодая женщина с девочкой трех-четырех лет. А следом за ними мужчина точно за семьдесят, но с выправкой бывшего военного.

Он и был как раз тем, кто беспокоил не меньше загулявшей четверки. Слишком уж многозначительные взгляды кидал в их сторону.

Борец за справедливость.

Не самый худший вариант человека, но только не в данный момент.

— Значит, встаем и уходим, — не слишком-то он и размышлял над дилеммой.

Мать с дочерью ушли в туалет — девчонка успела извозиться в сметане, так что это надолго.

Были, конечно, еще и остальные…

Жизнь давно научила Игната выставлять приоритеты. Светиться ему сейчас точно не стоило.

Встав, он подхватил сумку, дождался, когда Шура, первой, направится к выходу и пошел следом.

По дороге успел придержать за руку попавшуюся на пути официантку:

— Вызывай полицию.

Она ответила задумчивым взглядом и произнесла так же чуть слышно:

— Уже. — И направилась к столику, за которым они сидели. Похоже, убрать посуду.

Ему до двери четыре шага. Шуре — на два меньше.

Три. Два…

Вот Шура взялась за ручку…

— Слушай, дед, валил бы ты… Без тебя…

— Да как ты разговариваешь…

— Гнат! Нет! — прошипела Шура, даже не оглянувшись.

Сидевший с краю парень — тот самый, с ломанными ушами, поднялся.

Казалось, что медленно и неторопливо, но Игнат знал, что все это происходило быстро. Просто восприятие у него стало другим, раскладывая происходящее по кадрам.

Вот парень взял сделавшего им замечание мужчину за грудки, вот с силой толкнул на соседний столик…

«Опоздали», — скорее философски, чем грустно подумал Игнат, «роняя» сумку на пол.

Дальше уже было не до мыслей. Кулак парня, собиравшегося добить с трудом, но оставшегося на ногах мужика, он перехватил. Сжал, удерживая…

Намека, что на этом пора бы и остановиться, парень не понял.

Заминка в доли секунды… Увидеть. Оценить…

Хорошо поддатым парень только казался. Как и остальные трое, успевших среагировать на его вмешательство.

Кулак в челюсть Игнат едва не пропустил, успев сдвинуться в последний момент. Двоечкой сбил следующую атаку, успев оттолкнуть мужика, на которого бросился второй из парней.

Пространства было мало…

Стол отлетел в сторону. На соседнем пыхтел мужик…

Тройка второму, удар в солнышко. Первый, как будто двинулся умом, пер буром, уже скорее отмахиваясь, чем отбиваясь…

По щеке скользнуло костяшками, заставив рефлекторно отшатнуться.

Удар ногой в бедро третьему… Тот успел сдвинуться вправо, прикрывшись все еще пытавшимся отдышаться вторым.

Снова оценка…

Шура за спиной. У туалета завизжала женщина…

Держа в памяти третьего — на рожон тот не лез, Игнат пробил первому в открывшуюся печень. Парень, захрипев, согнулся, завалился набок…

Четвертый продолжал стоять в углу, злобно щерясь. Третий…

В лицо плеснуло водой. Игнат рефлекторно прикрыл глаза, дернул головой, уходя от возможного удара…

Удар головой в лицо оказался смазанным, но бровь, рассекло. Глаз начало заливать…

— Нож! Слева… — Закричала Шура. И спустя секунду: — Стоять! Стреляю!

— Ну и что у нас здесь… — Наткнувшись взглядом на Макаров в руках Шуры, вошедший в зал патрульный тут же сорвал автомат с плеча, снял с предохранителя.

— Генерал-майор полиции в отставке, Александрова Александра Александровна, — «успокоила» она младшего лейтенанта. Опустила пистолет. — А происходит у нас здесь неуважительное отношение к старшему поколению и злобный наезд на гостей города Арзамаса.

— Ну и шуточки у вас, товарищ генерал-майор, — окинув быстрым взглядом помещение, заметил лейтенант. Посмотрел на Игната — тот сидел у двери, держа у лица заморозку, которую притащила ему официантка. — Иванцов, проверь документы у тех, — кивнул он в левый угол, где недовольно зыркая устроилась за уже поставленным на место столом та самая четверка.

Видок у них был…

Когда Шура крикнула про нож, Игната переключило. Больше не было драки, был бой.

То, что среагировали на «стреляю», спасло им если и не жизнь, то здоровье — точно.

Полицейский патруль появился, как всегда, к шапочному разбору. Не будь у Шуры оружия, для Игната все могло закончиться значительно хуже, чем уже случилось.

Все еще немного кровила рассеченная бровь. Наливался синяк на щеке. Ну и терзало душу уязвленное самолюбие.

Как показала эта драка, он был не в лучшей форме, иначе отработал бы быстрее и без вмешательства Шуры.

А ведь имелся и еще один не самый приятный факт. Если он пройдет по сводкам…

— Я, конечно, вам верю, товарищ генерал-майор, — лейтенант подошел ближе к стоявшей в центральном проходе Шуре, но автомат на предохранитель так и не поставил, — но не могли бы вы показать свои документы. Ну и разрешение на оружие.

— А представиться по всей форме? — одарила Шура его начальственным взглядом.

Качать права лейтенант не стал. Достал удостоверение, развернул:

— Младший лейтенант патрульно-постовой службы… Федулов Борис Борисович.

— Ну, если Борис Борисович… — внимательно изучив корочки, протянула Шура. Достала свое удостоверение.

— Слышал про вас, Александра Александровна, — когда Шура убрала документы, произнес лейтенант, но порядок есть порядок. — Разрешение на оружие…

— Какое оружие? — иронично улыбнувшись, уточнила Шура, продолжая держать Макаров в опущенной руке. — Ах, это! — вроде как удивилась она, поднимая руку и нажимая на спусковой крючок.

Игнат даже не дернулся — уже сообразил, что именно возила с собой Шура, а вот лейтенант ощутимо вздрогнул и побледнел, но тут же расслабился, когда из дула пыхнуло огоньком.

— Ну и шутки у вас, товарищ генерал, — протянул он, нехорошо так глядя на зажигалку.

— Зато не смертельно, — уже серьезно заметила она. — А то зашли такие… расслабленные. Ну и что у нас здесь… — весьма точно передразнила она лейтенанта. — Увидел оружие — мордой в пол, извиняться будешь потом. Понял⁈ И на предохранитель поставь. А то еще выстрелишь случайно.

— Не выстрелю, — насупился лейтенант, но послушался и на предохранитель автомат поставил. — Иванцов, что там?

— Спортсмены, — откликнулся с той стороны сержант. — Говорят, отмечали победу в соревнованиях.

— Вот видите, — похоже, решил отыграться за нравоучение лейтенант, — отмечали победу…

— Тебе показать видео, лейтенант, — жестко оборвала его Шура. — Я могу, — приподняв полу уже давно расстегнутого пиджака, покрутила она пуговицей-камерой у него перед глазами. — Или что, думаешь, вышла в отставку, так у меня и друзей не осталось… — уже едва не шипела она.

— Понял, — тут же дал заднюю лейтенант.

И правильно сделал. Это — А в кубе, с ней всегда шутки были плохи. Когда хотела, вела себя, как свой парень, но стоило дойти до дела…

— Ладно, — посчитав, что лейтенант дошел до нужной кондиции, уже спокойно заговорила Шура, — переходим к мирным переговорам. Его, — она кивнула на меня, — здесь не было. — И быстро договорила, не дав патрульному возмутиться. — А эти между собой что-то не поделили. Слегка, — она сделал неопределенное движение рукой, — повздорили.

Лейтенант думал недолго. Обернулся, посмотрел на сержанта и четверку, что вела себя на удивлении тихо.

— Они здесь частенько чудят, — вновь взглянул он на Шуру. — Все уже привыкли.

— Тем более…

— Но мне все равно нужно составить рапорт, — лейтенант решил оставить последнее слово за собой.

— Нужно — составим! — обрадовала его Шура, убирая пистолет в кобуру и устраиваясь за ближайшим к ней столом. — А ты, — бросила она Игнату, — шустро приводить себя в порядок. А то такую красоту испортили…

Игнат спорить с ней не стал. То, что засветился, как минимум, через нее, было понятно, но…

Надежда на то, что в конторе Виталия или среди аналитиков Гаврилова сидели идиоты, была слабой. Генерал Александрова среди возможных контактов в его досье точно значилась. И не просто значилась, а стояла в первой десятке.

Но шансы, что пронесет, все равно оставались.

Пусть и совсем слабые.