Из забвения

Глава 15

— Кого я вижу! Проходите, господин Кощей, располагайтесь, — радушно встретил меня Степан Николаевич. — Вы отобедать или остановиться хотите у нас?

— Отобедать, конечно же, ваших замечательных отбивных из лосятины. Далее планирую задержаться в городе до послезавтра. Так что хотел бы снять у вас комнатку. И вечер сегодня собираюсь устроить такой же, как в прошлый раз. У меня, знаете ли, очередной повод появился.

— Без проблем. Парням из стражи очень по душе пришёлся устроенный вами вечер. Сейчас младшего отправлю найти Жаворонка. Тот уже как-то заходил, спрашивал вас. У него полные аншлаги начались после того, как вы поделились с ним несколькими песнями. Сейчас должен быть в одной из центральных харчевен, — заверил меня Степан Николаевич с предложением позвать знакомого музыканта.

— Да, музыка - это хорошо. Даёт душевный прилив сил. Буду рад видеть это дарование с его инструментом, — согласился я, рассчитываясь за комнату на первом этаже. — У меня есть небольшая просьба. Не могла бы ваша прачка простирнуть одежду. Она не запачкана, но принадлежит не мне. Хотелось бы в хорошем состоянии вернуть хозяину. Так получилось, что пришлось её одолжить на сегодняшнее утро.

— Одежда барона Волкова? Конечно, можно, — Степан Николаевич подозвал одну из подавальщиц и передал одежду с упором на срочность заказа. Та стрельнула глазками на меня и, вильнув бёдрами, ушла выполнять срочный заказ.

— А с чего вы взяли, что это одежда барона? Хотя дайте, выскажу своё предположение. Вчерашняя дневная смена стражников вечером растрепала, как мы с бароном вернулись в город.

— Да, вы теперь на слуху у каждого в Соколе. Ваше возвращение и последующий приход каравана с последствиями встречи с вами бандитов, из которых только пятеро были живые, теперь главная обсуждаемая новость города. Сегодня ещё узнал, что у воровской братии исчез их глава вместе с доверенными людьми, и теперь на некоторое время город может вздохнуть свободно. Лихо вы им жизнь подпортили. Так что крупная банда перестала существовать. Скажу честно, город старый и многочисленный, потому всякого отребья полно тут. На моей памяти во время службы стражником такое было один раз. Когда зарезали в подворотне благородного из Столицы. Мы тогда хорошо прошлись по притонам окраин, выметая всю шваль.

Мои мысли насчёт Степана Николаевича подтвердились. Не просто так стражники облюбовали Лосиный Рог. Хозяин из своих братства стражников. Это как в моём мире. Бывший мент, или как новомодно стали последнее время именоваться сотрудники правоохранительных органов, полицейский, открывает свой паб, и постоянный контингент посетителей образуется из бывших или остающихся на службе сослуживцев.

— На самом деле там больше постарались люди барона. Я только немного помог, — постарался сделать скромное лицо я.

Мы ещё немного поговорили. Мне принесли заказанный обед в виде вкусного овощного супа и большой отбивной лосятины с гарниром и свежий ломоть горячего хлеба. Пока ел, в зал вихрем влетел Жаворонок, нашёл меня глазами и уже спокойно примостился за соседним столом, давая мне возможность спокойно пообедать.

— Господин Кощей, у меня к вам дело, — когда я допил свой квас, парень подсел и плюхнул передо мной тугой мешочек с монетами. — Я готов вам заплатить за ваше знание новых песен. Вы не представляете, как кардинально изменилась моя жизнь после судьбоносной встречи с вами. Те пять песен и новые аккорды имеют сумасшедший успех. Меня уже пригласили в два дома баронов на вечера, и один виконт предлагает сыграть на его дне рождения.

Я ради интереса развязал мешочек и высыпал монеты на столешницу. Вперемешку с парой сотней медных блестело несколько серебряных монет. А неплохо тут ценят искусство, однако.

— Это всё ты за эти дни заработал? — перебирая монеты, спросил я музыканта.

— Это не всё. Просто потратился ещё. Еда, кров и новая одежда, что раньше было мне редко доступно. Теперь хочу лошадку купить и отправиться наконец-то в путешествие по городам, — поделился планами Жаворонок.

— Хорошо, я напишу тебе несколько текстов и подберём музыку под них, — выбрал одну серебряную монету в счёт оплаты и попросил хозяина Лосиного Рога принести нам писчие принадлежности с бумагой.

Прихватив кувшин с квасом, заперлись в моей комнате разучивать новый репертуар, от грустной лирики до весёлых плясовых. В процессе переписывания текстов пришлось кое-что менять. Народ просто не поймёт некоторых слов, а нейтральных по тексту песен я знаю очень мало. В итоге исписал десяток страниц и подправил звучание инструмента Жаворонка. Парень схватывал новые знания на лету, глаза блестели, как у сумасшедшего, сразу видно увлекающуюся натуру. Посоветовал ему сочинять свои песни, когда отправится в путешествие. И на финале наиграл ему одну песню про Ведьмака.

Незаметно наступил вечер, в таверну постоялого двора потянулись посетители. Довольный, как кот, музыкант сидел за крайним столом у стойки и перечитывал тексты, наигрывая мелодии из тех, что я ему подсказал. Заходящие стражники бурно приветствовали Жаворонка, а увидев меня, считали долгом лично поздороваться и поздравить с эпической победой над крупной бандой. Кажется, моё желание не отсвечивать в этой жизни растаяло, как восковая свеча. На дворе раздался цокот копыт со стуком колёс по брусчатке, и в зал вошли барон Волков с супругой и кузиной. Следом зашёл его кучер-пират в новом плаще. Я загодя занял стол на нас четверых и уже ожидал их прихода. Кивнул Жаворонку, и тот заиграл громче.

Поприветствовав друг друга, и приняв свёрток с моей новой формой, которую я напрочь забыл забрать из ателье, мы расселись за столом. Баронесса Мирая сразу обратила внимание на чистоту и уют заведения. Польщённый Степан Николаевич раскланялся и привлёк внимание посетителе.

— Господа путешественники и посетители. Сегодня у нас в гостях герои нашего города - барон Горазд Вадимович Волков и господин лендлорд Кощей. Ни кому уже не секрет, какой вклад они внесли для спокойствия граждан Сокола. Стража выполняет свои обязанности, но не всегда возможно бравым воинам поймать целую шайку хитрых проныр и головорезов, потому как те боятся идти на открытый конфликт. Но наши герои не далее как вчера смогли выявить одну такую банду в несколько десятков негодяев и, сразившись с превосходящими силами, смогли выйти победителями из этой битвы. К тому же нашему гостю и другу, господину Кощею пожалована дополнительная земля для его дела, и он милостиво решил угостить присутствующих, дабы отметить этот знаменательный день. — Объявление было встречено бурным гулом со здравницами. — Стражей в очередной раз прошу не наглеть. А тебе, усатый, больше одного кувшина не положено. — Рыкнул Степан на лыбящегося стража ворот.

Вечер проходил бурно, под песни и музыку. Народ старался сильно не буянить. Особо несдержанных местные охранники в виде двух крепких парней отводили в комнаты, где квартировали напившиеся посетители, или отправляли подышать свежим воздухом. Баронет Камышов, чувствительно приободрившийся из-за заживающего плеча, вместе со своей спутницей скромно ужинали неподалёку от нашего стола и наслаждались музыкой.

— Горазд Вадимович, как прошла встреча с ректором Академии? — поинтересовался я.

— Всё не так плохо, как казалось по началу. Мне, конечно, пришлось вытерпеть очередные наставления с упрёками от старого филина, что когда-то был моим преподавателем, но всё обошлось. Наши парни оказались не виновными в драке. Им только инкриминируют несдержанность и жестокость по отношению к своим оппонентам. — Довольный барон захрустел солёным огурчиком, гордый за сына с племянником.

— И много было противников?

— Владислав с Ярополком сказали, что не считали их. А вот ректор Филин Семёнович упомянул пятерых, — отрезав от сочной отбивной кусок и запив его вином, поделился информацией барон.

— Снежана. И в кого наши мальчики такие, ты не знаешь случайно? — баронессы, до этого тихо обсуждавшие свои женские дела, отвлеклись на наш разговор.

— Очень даже знаю, дорогая Мирая. Владислав весь в моего братца, а Ярополк перенял характер моего покойного супруга. Вот увидишь, к последнему пятому курсу они подожгут Академию или вызовут на дуэль кого-нибудь из высшей знати, — тяжело вздохнула баронесса.

— Уже был прецедент? — поинтересовался я.

— Горазд с Фёдором ещё на третьем курсе устроили пожар в алхимической лаборатории Академии. Филин Семёнович тогда вёл этот предмет у них. Потом, на пятом курсе, когда разрешены магические дуэли между студиозусами, за одну десятидневку отправили на койки к лекарям пять виконтов из графских семей, доказывая, что баронеты могут быть на много одарённее их. Ну, а бесчисленным дракам не было счёту. — Пожаловалась Снежана Викторовна.

Я посмотрел на Горазда. Тот подмигнул и отсалютовал полным кубком. Весёлая юность была у моего знакомого барона, и он об этом не жалеет.

— Хорошо, что наши девочки образец скромности и достоинства, — отметила Мирая, аккуратно отщипнув виноградинку.

— Кстати, Кощей. Мне стал интересен ваш стиль боя. Я пытался проанализировать, но во время всей суматохи с этими разбойниками многое упустил из внимания, — наклонившись ко мне, полушёпотом обратился Горазд Вадимович. — Вы долго ещё пробудете в Соколе?

— К сожалению, сейчас я загружен. Завтра сутра хочу найти кузницу и сделать заказ, если, конечно, они смогут его выполнить. Объяснение мастерам может занять много времени.

Тут я заметил как смотрит на меня баронет Камышов. И посчитал удачным моментом сменить тему.

— Кстати, Горазд Вадимович, вон тот молодой человек является ближним родственником барона Блохина и может быть основным претендентом на его земли, — перекинул я стрелки. Моё замечание попало в благодатную почву. — Хоть и мало общался с баронетом Виталием Вячеславовичем, но молодой человек производит весьма хорошее впечатление о себе. На много лучше чем покойный Виталий Карпович.

— Дорогая, я ненадолго, — сказал Горазд благосклонно кивнувшей супруге и направился к своей цели.

А я принял участие в беседе двух баронесс, обсуждавшие своих дочерей. Как обычно в таких случаях, мужчине нужно делать умный вид и поддакивать, любуясь палитре эмоций на лицах милых дам.

И тут Жаворонок дико сфальшивил, попытавшись исполнить из нового, что сегодня я ему показал. Состроив грозную рожу, направился к нему. Музыка тут же затихла, а музыкант попытался втянуть голову, как черепаха. Требовательно протянул руку и получил инструмент от испуганного парня.

— Смотри, слушай и запоминай, — наставительно сказал Жаворонку и развернулся к залу, начиная исполнение Наутилуса Помпилиуса (Хлоп Хлоп)

Нас выращивали дённо,

Мы гороховые зёрна.

Нас теперь собрали вместе,

Можно брать и можно есть нас.

Но знайте и запоминайте,

Мы ребята не зазнайки.

Нас растят и нас же сушат,

Не для того, чтоб только кушать.

После проигрыша на третьем припеве посетители прихлопывали. Кто-то из стражников начал подпевать. Вечер переставал быть томным и переходил в фазу веселья. Видать, алкоголь меня зацепил, а руну очистки от токсинов не хотелось использовать. Хотелось отдохнуть. На кураже исполнил (Сумецкую) от Отава-Ё. На Капитане Смоллетте (Прощай земля) под протяжный душевный мотив рядом оказался кучер-пират барона Волкова с влажными глазами. Он раскачивался, как на палубе шхуны, в такт музыки и слов. Завершил я своё выступление песней Лютика о Ведьмаке.

Когда скромняга бард отдыхал от дел,

С Геральтом из Ривии он песню эту пел.

Сразился Белый Волк с велеречивым чертом,

Эльфов покромсал несчетные когорты.

Под конец песни весь зал подпевал - Ведьмаку заплатите чеканной монетой. Закончив выступление, вернул инструмент Жаворонку и, хлопнув его по плечу, посоветовал подобные вещи сначала порепетировать отдельно. Принял полулитровую кружку с элем от Кучера-пирата и, стукнув краями, лихо осушили до дна свои ёмкости.

— Интересный слог и музыка. Вы в странствиях изучили эти песни? Много непонятных слов и упоминания неизвестных рас, — заметила баронесса Мирая, обхватив руку супруга, который давно уже переговорил с баронетом Камышовым и счастливый сидел, прижав жену к себе.

Я подтвердил догадки баронессы. Ведь в чём-то это правда. Затем спросил у Волкова, как прошёл разговор с молодым человеком.

— Прояснил моменты с родственниками. Там ещё два семейства будут среди наследников. Я подсказал ему, какие земли находились без арендного обременения, и посоветовал вызвать главу рода Камышовых и его мать, являющуюся родной сестрой Блохина, для составления наследственного притязания на эти земли. Так они не потеряют деньги из-за пустышек, а наша управа получит больше взнос от благодарной семьи. Тут, как говорится, кто первый, тот и успел урвать лучшее.

Полночь приближалась. Пора было расходиться. Я распрощался с бароном и дамами. Всучил ему кулёк высохшей и отглаженной одежды, что он предоставил мне утром, и проводил до кареты. Кучер благодарно кивнул мне, свистнул, направив экипаж по улицам ночного города, подсвеченных на перекрёстках факелами.

Под утро, бодрый и полный сил, провёл разминку и тренировку с черенком от метлы. Нужно будет не забыть прикупить себе дубинку, наподобие той, что продал кузней Бер в Дубках, или что получше найдётся. После тренировки принял бодрящие водные процедуры в помывочной. Во дворе встретил собирающихся в дорогу баронетов Виталия и Светлану. Их слуги уже закрепили немногочисленный багаж к экипажу и вместе с охранниками ожидали господ.

Молодой человек ещё раз заверил в дружбе, рассыпавшись в благодарности. Я галантно поцеловал ручку баронессе Светлане, пожелал спокойной дороги и помахал на прощание удаляющейся карете.

После завтрака, переодевшись в тёмно-синий мундир, опоясался ремнём с ножом в ножнах, поймал пролётку и направился в квартал мастеров на другой конец города. Там вышел напротив кузницы. Работяги уже во всю стучали молотами, клепая и выравнивая изделия. Я немного посмотрел и попросил отвести меня к их старшему цеха.

— Доброго здоровья! Мастер, — поздоровался с мужиком, немного меньше меня ростом, в практичной рабочей одежде и кожаном фартуке с подпалинами.

— И вам здравия, господин. Я Прохор, старший кузнец — отвлёкся мужик от наковальни возле горна.

— Я лендлорд Кощей. Есть у меня заказ, только вот не знаю, осилите ли? — протянул ему свои эскизы составных частей нефтеперегонного куба, в наглую спёртые по памяти из разработки братьев Дубининых 19 века.

Кузнец почесал затылок, рассматривая мои чертежи, и начал уточнять. Сначала по медной трубке с змеевиком на конце, какой угол сгиба должен быть у короткой части трубы и какой на другом конце, ближе к змеевику. Размер чана и крышки с запорным механизмом в виде коромысла и накидными крюками для её плотной фиксации к чану. Наглеть я не стал и запросил чан вместимостью под полтора десятка вёдер. Для примера показал на десятилитровое ведро возле наковальни.

— Не проблема. Большие чаны мы уже отливали. Только форму под ваш заказ вылепить нужно. Трубку через жестянщиков сделаем. Я знаю надёжный цех, где качественно спаяют из медных листов. Запор для медной крышки тоже не ново. Есть одна наработка моего подмастерья, так что будет надёжнее ваших накидных крюков. Принцип практически такой же, но с хитростью. Так что ваш заказ принимается. За метал и работу попрошу с вас пять серебряных. — И смотрит так, не завысил ли цену.

— За сколько дней управитесь? — мысленно я готовился к цене не менее двух золотых монет. Но цена мастера меня полностью устроила.

— Дней пять. Трубка мудрёная. А чан с запорной крышкой за три дня отольём и подгоним, — более уверенно ответил кузнец.

— Хорошо, — передал Прохору пять серебряных монет. — Если и задержитесь немного, не страшно. Вы тогда доставьте ко мне на участок возле болота. Земля лендлорда Кощея. Для верности в обозных рядах можно найти извозчика Потапа с грузовой телегой. Он был у меня уже пару раз.

— Потап, у которого рыжий конь с белым пятном на спине? — уточнил кузнец.

— Да, он самый, — подтвердил я, оставляя чертежи на наковальне.

Решив вопрос с перегонным кубом, поинтересовался насчёт оружия. Тут Прохор не смог помочь и направил к кузнецам-оружейникам, так как у них было строгое разделение труда по цехам.