Из забвения

Глава 27

За эти три дня успел получить немногим больше сотни литров керосина и сто пятьдесят литров мазута. Пару раз отвлекали гости, приезжал барон Горазд Вадимович Волков с дружественным визитом. Но, я думаю, просто контролировал, что бы я не смылся раньше времени. И мой сосед барон Виталий Камышов, приглашал на намечающуюся свадьбу через месяц. Он всё-таки сделал официальное предложение Светлане Цветиной.

Так же между сменами ёмкостей под краном перегонного куба и соскребания мазута из чана создавал амулеты. В основном защитные. Упаковывал их в кожаные обереги и раздавал своим работникам. В первую очередь женщинам с подростками, которые ходили в лес за редкими травами. Охрана из двух дружинников всегда была с ними, но если медведь забредёт, то может кого-нибудь серьёзно поранить. С кабанами местные умеют ловко управляться, а волков смогут отпугнуть или перебить сопровождающие воины. А вот медведь довольно сложный зверь. Может проигнорировать тебя или даже испугаться и убежать, а может показать характер и, невзирая на опасность, атаковать.

Дальше скрывать свой магический дар я не видел смысла. Бегать от местной власти можно долго, но вот людей, доверившихся мне, жалко. Так что готовился к визиту в столицу основательно. А на случай, если всё-таки придётся исчезнуть, подготовил наследственную дарственную грамоту. Вписав наследниками в равных долях старосту Пантелея, бывшего сотника Ершова и ответственного пацана Робингуда. Все они люди правильные, с хорошей аурой.

Для Пантелея написал полную инструкцию по перегонке сделанных запасов нефти. Их хватит до следующей весны, а дальше уже вернутся к своему натуральному хозяйству. На этот случай описал процесс создания специй и что для чего нужно в кулинарии. Народ сообразительный, поймут. Тем более, что станут свободными крестьянами и работниками типа самозанятых.

В последний день съездил в город, заверил несколько копий дарственного наследования в регистрационной управе и в земельной. Понаблюдал, как подозрительно попыхтел барон Волков перед тем, как поставить свои подпись и печати. Пожелал ему удачного дня и отвёз бумаги обратно в Торфянку. Проверил, что бы все активные руны были завязаны на меня, так я мог их на расстоянии деактивировать и открыть доступ к документам в ящике стола и в лабораторию.

Вышел из дома, оглядел строящийся посёлок. Две семьи уже начали переносить свои дома из деревни. Подозвал пацана, плетущего корзинку для рыбы и отправил его за работниками на добыче торфа. Остальных собрали дружинники перед моей усадьбой, больше похожей на терем.

— Объявляю пару дней выходными. Все вы хорошо поработали. Оплату за прошедший период декады получите у старосты Пантелея. Я даю ему доступ к казне под наблюдением начальника охраны Матвея Вадимовича Ершова. — Народ радостно загомонил, а я отвёл в усадьбу трёх своих наследников.

— На каминной полке я внедрил самоцвет. Когда он погаснет, вам откроется доступ в сундуки, ящики стола и мою лабораторию, — указал на тлеющий зелёным огоньком изумруд и посмотрел на вытянувшиеся лица, продолжил. — В столе документы дарственного наследования этих земель на вас троих. Только не забывайте налоги вовремя оплачивать. Там же полное описание переработки и получения керосина с мазутом. Запасов нефти хватит примерно до весны с вашим темпом перегонки. Так же оставил рецептуру производства специй. Лучше будет, если наймёте кого-нибудь из травников, они быстрее разберутся, что к чему.

— Кощей, ты чего это удумал? — наконец-то, по простому назвал меня Матвей Вадимович.

— Нужно смотаться в одно место, решить незаконченное дело, — я достал перевязь с четырьмя метательными ножами и перекинул через плечо, подтянув ремешки крепления. Шестопёр уже был в оружейной петле на поясе.

— Так как же мы без вас? — испугано оглянулся на Ершова с Робингудом староста Пантелей.

— Нормально всё будет. Как говорят у меня на родине. Глаза боятся, а руки делают. Так что не дрейфь, староста.

Я накинул тёмно-серый плащ с капюшоном, скрывая свой арсенал. Взлохматил кудри пацана, коротко кивнул и активировал переход к древнему маяку в порту столицы Велес. Не люблю долгие прощания.

— Ну что уставились в пустоту? — вывел остальных из заторможенного состояния Матвей Вадимович. — Кощей же сказал. Если погаснет кристалл, тогда переживать будем. Пошли уже. Там народ без контроля, наедине с бочонками эля и медовухи остался. Мои обормоты обязательно присосутся, пока я не вижу.

***

Выскочив из подпространства на верхней площадке маяка, я тут же на четверть зарядил опустевший резерв из одного камня на браслете. В обоймах осталось девять полных кристаллов из десяти. Быстро провёл сканирование усиленными рунами определения жизни и магии поблизости с маяком. Рядом никого не обнаружил и аккуратно выглянул из-за парапета площадки. С высоты моему взору открылась картина огромного по местным меркам города.

Велес очень сильно изменился. Площадь застройки как минимум раз в десять больше города Сокол. На месте, где раньше был неказистый форт, в высоту десять с мелочью метров, исполнявший роль резиденции Царя Велеслава из рода Славов, теперь возвышался красавец замок из белого с серым камня, занимая территорию размером футбольного поля. Шесть крепких башен по краям основного здания замка устремлялись в небо на высоту до сорока метров. Опоясывали, как корона, основное здание с куполами, террасами, балконами и переходами. За высокой оборонительной стеной виднелись ухоженные парки с водоёмами и несколько павильонов с покатыми крышами.

Сам город раскинулся вширь вокруг замка, разделённый оборонительными стенами, расходясь концентрическими кругами. Всего круговых улиц было четыре. У центра стояли богатые особняки от трёх до пяти этажей. В следующем круге здания немного по скромнее, не выше четырёх этажей. Третий круг застройки до второго этажа. И в последнем совсем простые здания, так же проглядывали двухэтажки, но выглядящие не хуже. В последних двух кругах видать обитали обычные граждане. За внешней стеной виднелись поля с садами и небольшие посёлки.

Я перевёл взгляд к подножию маяка. Порт тоже претерпел кардинальные изменения. Там, где раньше были грязные лачуги и кособокие сараи, теперь аккуратная набережная уложенная тротуарной плиткой. Причалы вытянулись как вглубь широкой реки, так и вдоль. На привязи и якорях стояло не меньше полу сотни различных кораблей, ладей и что-то похожее на яхты с треугольными парусами. Справа у дальнего причала разгружались три деревянных толстяка - грузовые корабли. Немного в отдалении своей очереди ожидали ещё два таких же. Там же на причале раскинулся комплекс складов. А уже ближе к маяку и дальше в левую сторону на набережной видны двух этажные здания, больше похожие на гостиницы. Между ними располагалось несколько питейных заведений с распашными дверями, как в салунах. Люди в различного фасона одеждах куда-то спешили или прогуливались с дамами, а то и компаниями по набережной.

Из одного салуна как раз вылетело очень пьяное тело в серой мятой форме, сопровождаемое матом. Вышедший охранник проверил тело, удовлетворённо кивнул и, взвалив запевшего нетрезвым голосом жилистого с загаром мужчину, отнёс на скамейку веранды. Меня аж ностальгия пробила.

Помню, как при появлении в этом мире наблюдал подобную картину с этого же маяка. Правда, меня тут же взяли в оборот три местных гопника. Пришлось отбиваться, как умел. Хорошо под руки попадались камни и палки. Но морду мне тогда знатно начистили. Потом мы подружились, когда поняли, что будем дальше так продолжать и просто поубиваем друг друга.

Спустившись по внутренней винтовой лестнице маяка, вышел наружу и, пройдя пару десятков шагов, зашёл в салун. Нет, конечно же, в харчевню. Ведь у нас тут не Дикий Запад, где правят Смит-энд-Вессон. Над входом в харчевню висела деревянная табличка (Речной Вкус). Внутри гудел и смеялся народ. Несколько подавальщиц обслуживали посетителей, то и дело взвизгивая и хохоча, когда какой-нибудь волосатый покоритель бурных рек не шлёпнет деву по ягодице. Пахло элем, медовухой, жареной рыбой и потом.

Я скромно присел на свободное место рядом с каким-то рыжим детиной. Тот смерил меня хмельным взглядом и вернулся к своей кружке, закусывая вяленой рыбой. Подбежала плотненькая девушка и предложила на выбор: эль, медовуху, три вида каши, пареную с соусом рыбу, жареную рыбу, а так же солёную и вяленую рыбу. Кажется, меню у них не очень разнообразное. Заказал рис с пареной рыбой и соусом, а выпить взял кружку медовухи.

Расправившись с недурственным по вкусу заказом, сидел, попивая медовуху, и наслаждался атмосферой. Семьсот тридцать лет прошло, а контингент практически не изменился в местных харчевнях. Да, они стали более презентабельно выглядеть, но просканировав посетителей через каждого второго несло тухлятиной. Всё те же пираты, разбойнички и ночные работники ножа. Среди них затесались обычные моряки, сошедшие на берег с пришвартованных кораблей. Потасканные женщины лёгкого поведения громко ржали, сидя на коленях подвыпивших матросов.

Когда уже собрался уходить, бросив три медных подавальщице, меня перехватила за руку весёлая раскрасневшаяся девка.

— Эй, милок. Не спеши, оставайся с нами. Тут весело, — и сделала попытку кокетливо прижаться ко мне бедром.

Я немного отклонился и деваха упала на колени рыжего детины, с которым рядом обедал.

— Ты чё, карась? Наших баб не уважаешь! — взревел рыжий и, выскочив из-за стола, уронил весёлую пышку на пол.

Вот теперь точно полностью аутентичная ситуация. Можно и молодость вспомнить. Размяв шею, без разговоров попёр на детину, чем немного смутил его. Но он быстр взял себя в руки, попытался один махом справа положить меня. Увернувшись от крепкого кулака, я с размаху влепил в челюсть своему оппоненту. Без всякой техники и магии, а просто, как в обычной драке. Тут же раздался международный призыв: Наших бьют! И понеслась.

Местные гопники кинулись ко мне, но задев матросов, были перехвачены на пол пути. До меня добежало только двое, и то один растянулся на полу, запнувшись о чью-то ногу. Быстро отправив в нокаут одного, дождался, когда встанет второй и с ехидной улыбкой зарядил ему в солнечное сплетение, добив в челюсть. Мимо пролетела скамейка и врезалась в стену. Я огляделся. Матросы бьют гопников, те пытаются организоваться и вполне успешно сопротивляются. Бабы визжат, попрятавшись за стойкой хозяина заведения. Сам же хозяин - колоритный сухощавый мужик лет пятидесяти или старше. На голове цветастая бандана. Кожаная безрукавка нараспашку, демонстрируя татуировки на теле. Невозмутимо опёрся локтями о стойку и, подперев подбородок, с улыбкой наблюдал побоище.

Пообедал, размялся, навёл шухер, теперь можно и на разведку сходить. Я выскользнул из харчевни и спокойно дошёл до выхода из порта. Стоявшие стражи порядка на воротах только смерили меня подозрительным взглядом и потеряли интерес.

В город я зашёл с внешнего кольца, со стороны порта. Раньше это место больше напоминало трущобы. Сейчас только завсегдатаи посещённого мной Речного Вкуса напоминают о былом. Решив прогуляться пешочком, ориентируясь на возвышающиеся башни дворца, прошёл через ещё одни ворота, ограждающие второй периметр города. Прогулялся по площади с фонтаном и статуей кого-то из царей. Упёрся в стражу третьего периметра. Стражи порядка оценили мой вид и шестопёр на поясе преградили дорогу алебардами.

— В кварталы аристократов и важных господ города только благородные и приглашённые люди могут зайти. У вас есть приглашение с собой? — вполне культурно осведомил один страж.

Проверил их на магию. Оба стандартные люди с малым резервом. Есть по паре неплохих амулетов защиты от магии и физического урона, а вот от ментального влияния нет. Упущение, однако, господа.

— Меня ждёт герцог Виктор Верославович Борей. Дело государственной важности, — добавил голосу убеждение, и активировал ментальную руну на обоих стражей.

Те гулко грохнули кулаками себя в грудь в воинском приветствии. Я ответил так же и беспрепятственно прошёл дальше. В этом квартале встречались более богато разодетые люди, даже слуги с лакеями выглядели не дёшево. Неспешно прошёлся вдоль особняков за ажурными оградами, рассматривая результат расцвета культуры и строительства. Учтиво поклонился, пропустив двух дам в сопровождении личной охраны, вызвав заинтересованные взгляды женщин. И резко развернулся на сто восемьдесят, укрывшись в каком-то магазинчике. Причиной такого манёвра стало появление знакомых мне особ, вышедшие с территории какого-то длинного здания в три этажа с небольшими башенками за трёхметровой каменной стеной. От этого места фонило магией всех направлений. Кажется, это местная Магическая Академия.

— Что вы желаете господин? — отвлёк от моих мыслей голос.

***

— Госпожа Джу Хуа. Господин Джу Синчэнь будет недоволен, если узнает, что вы сбежали с последнего урока в Академии, — ровным голосом, как и полагается слугам защитникам, высказалась Лю Цян.

— Если бы мы досидели до конца лекции по истории магии, то потом не успели бы купить эти замечательные сладости, — возразила дочь посла Габии, воровато оглядываясь на покинутые ворота Академии.

— Госпожа Джу Хуа. Эти лекции важны, как и практические занятия, — безрезультатно попыталась вразумить Лю Цян свою подопечную. — Знание истории развития магического искусства - это основа понимания плетений.

— Цян, тебе говорили, что ты зануда? — искоса посмотрела на служанку Хуа.

— Вы мне повторяете это каждый раз, когда я пытаюсь напомнить об ответственности и предостеречь от совершения необдуманных поступков, — невозмутимо ответила служанка.

— Ой, ладна. Тогда покупаем коробочку. Нет, две коробочки. А лучше пять со сладостями и быстро бежим назад. Мы ещё успеваем на лекцию.

— У нас хватит только на одну коробку. Госпожа, — ехидством голоса Лю Цян можно было отравить целую префектуру.

Джу Хуа встала как вкопанная в дверях магазинчика сладостей и растерянно повернулась к служанке.

— Господин Джу Синчэнь существенно урезал ваши карманные деньги до одной серебряной монеты, — добила свою госпожу Лю Цян и вынула монету, продемонстрировав пустоту внутри худого мешочка.

Та выхватила монетку и поспешила к прилавку, где увлечённо что-то разглядывал высокий человек в тёмно-сером плаще. Хуа что-то показалось знакомым в фигуре незнакомца. Наклонив голову набок, она обошла мужчину, что бы увидеть лицо, и её глаза округлились от удивления.

***

— Так что вы желаете господин? — повторил низенький полный человек, похожий на араба в светлых тонов одежде.

— А что можете предложить? — я уже ощутил запах корицы, сладостей и удивительный кофейный аромат.

— О, уважаемый. Я торговец Умар, у меня в лавке есть кахва. Из него делают очень крепкий бодрящий напиток. Есть сладость с горчинкой из кахва. Есть дарчын - очень хорошая специя, придающая аромат еде и повышающая аппетит. Есть баклава с орехом и с мёдом. Смотри, дорогой, у меня всё вкусное, особенно если хочешь впечатлить свою девушку. Лучшего подарка ты не найдёшь, — хвалил свои товары араб.

Если я правильно понял, то тут торгуют кофеем, шоколадом, корицей, пахлавой и другими сладостями на подобии рахат-лукума и халвы. Даже интересно стало, а уж как я по кофе соскучился. Увидев мои загоревшиеся глаза, торговец тут же выложил на прилавок несколько коробочек и плотный мешочек грамм на двести с кофейными зёрнами. Каждый товар стоил по одному серебряному. Я взял только тройную порцию кофейных зёрен. Умар принялся было объяснять, как их обжаривать, молоть и готовить напиток, но я уверил, что прекрасно знаю процесс заваривания кофе, чем весьма удивил его.

В этот момент за спиной услышал щебет девушек на их языке. Потом в поле моего зрения появилось удивлённое личико Джу Хуа.

— Господин Кощей? Это вы! — захлопала ресницами девушка и радостно вскрикнула. — Лю Цян, смотри! Это же наш спаситель, господин Кощей!

— Здравствуйте, дамы. Рад видеть вас в здравии. Как добрались из графства Медина Виктора Прокофьевича? — Что бы не терять лицо, так как отступать уже некуда, решил быть вежливым.

— Очень хорошо. Мы даже успели к началу поступления в Магическую Академию столицы Велес, — похвасталась Джу Хуа, сверкая глазками. — А вы как тут оказались?

— Я тут по делам, а в лавку зашёл на чарующий аромат сладостей уважаемого торговца Умара, — уважительно кивнул улыбающемуся арабу.

— Воистину, хороший сегодня день. Такие красивые люди повстречались у меня в лавке. Неисповедимы пути под небом и луной, Хубала, — Умар приложил ладонь к груди и ответил поклоном на мой комплимент. (До мусульманства, бог Хубал считался предком и божеством неба и луны).

— Ой, уважаемый Умар, а мы к вам опять за сладостями из кахва. В прошлый раз не успели, — спохватилась Хуа и грустно протянула монетку.

— Держите госпожа. Да освещает луна ваш путь. — Умар от щедрот душевных отдал две коробочки с шоколадом по цене одной.

Тепло распрощавшись с торговцем сладостей, мы вышли из лавки вместе с девушками. Счастливая Хуа пританцовывала, прижимая две коробки с шоколадом. Цян невозмутимо вышагивала рядом с госпожой, иногда посматривая на меня. У ворот Академии пожелал успехов в учёбе девушкам и продолжил свой путь.