Из забвения

Глава 19

Во дворе Лосиного Рога припарковали нашу телегу с двумя лошадками, отдав на попечение пацана конюха, а сами прошли в зал, сразу направившись к Камышовым за столик.

Увлечённые родственники не заметили нашего прибытия и эмоционально обсуждали стратегию развития трёх деревень. На столе в окружении тарелочек с закусками, схематично располагались пара кружек и штоф с элем. Два кинжала и располосованная на длинные куски вяленая рыба обозначали границы земли. Барон, обмакнув палец в эль, отметил места посевных полей и втолковывал сыну, что и где сеять. У меня появилась ассоциация: Василий Иванович и Петька составляют план захвата очередной станицы. Не хватало рядом Анки с пулемётом и папироской в зубах.

Я не удержался от шутки и вогнал свой нож в центр схемы земли.

— А тут поставим башню с катапультами и расчётом лучников. Так будет вся территория просматриваться и простреливаться на подходах, — и смотрю на вытянувшиеся лица Камышовых.

— Кхм. Наверное, это уже будет перебор, — смущённо ответил Вячеслав Нарьянович, рассматривая узор на моём клинке.

— Но идея-то заманчивая? — подначил я, с усмешкой наблюдая, как младший Камышов быстро приводит стол в порядок и, подозвав подавальщицу, попросил вытереть стратегические разметки полей.

— Действительно, интересная идея, но не новая, — вздохнув, вернул мне нож барон. — Такие фортификации уже использовались, и по началу они даже показали себя с хорошей стороны. Только потом наловчились их быстро ликвидировать при помощи магов стихийников. Сначала просаживали магическую защиту, а затем долбили огнём и льдом. В таких башнях гибли все под чистую. Вот от них и отказались ещё лет сто назад.

— Прошу прощения, я не удержался смотря как вы дружно и с жаром обсуждали с сыном планы. Просто напомнили один анекдот.

Под принесённый дополнительный штоф с элем и квас с пирогами для Робингуда. Рассказал несколько переделанных анекдотов про Чапая и поручика Ржевского. Камышовы оказались компанейскими людьми, любящие шутки и сальные анекдоты, особенно старший. Удивительно было бы, если кавалерист не любил анекдоты и весёлые истории. Отметили их приобретение, которое, как наследство по родству, полностью переходит под руку Виталия, что, в свою очередь, делает его полноценным бароном.

Допив эль и пообещав заглядывать в гости друг к другу, разошлись в хорошем настроении. Нам ещё до темноты нужно успеть вернуться с продуктами на участок, а Камышовым добираться домой через восточные ворота, где они оставили своих лошадей.

Из-за задержки мы вернулись поздно, когда солнце уже клонилось к закату. Я переживал, что мужики голодные сидят после сборки плотов, но, подъехав, обнаружил всю честную компанию вокруг стола с котелком, бодро поглощающие кашу. Обратил внимание, что одно окно моей небольшой усадьбы украшает верхний резной наличник. Дровяник под навесом пополнился колотыми дровами. Мужики повыскакивали со скамей при виде меня.

— Кушайте на здоровье, — попытался я остановить их порыв. — Мы немного задержались в городе и там плотно покушали.

Но меня не послушали и гурьбой кинулись разгружать телегу. Я только хмыкнул и повел Пегую в конюшню у дома. Обиходил, напоил и насыпал овса в кормушку. Закрыв перегородку, отправился к мужикам. Те уже успели почти всё перетаскать в погреб, а Робингуд выставил рассаду у порога дома. Прихватил один из купленных в Лосином Роге бочонков с элем и выставил на стол. Пока ходил за кружками в дом, переноска и укладка продуктов как раз закончилась.

— Угощайтесь, мужики, — указал на бочонок. — И ещё вот вам за работу.

Я покопался в кошельке. Медь на исходе, зато серебра с золотом хватает ещё. Вынул серебряную монету и передал Пантелею, так как его определили в старосты деревни. Тот непонимающе смотрел на монету.

— Серебряная по курсу Царства равна ста медным монетам. Вас десять работников, горбатившихся у меня на участке. Выходит, по десять медных на брата. Бери и не стесняйся, у меня просто медь заканчивается, — понял его смятение я. — Потом разменяете и поделите по честному.

— Ваше благородие, — начал было Пантелей, но я его перебил.

— Так, мужики, запомните. Я не благородный. По крайней мере, пока. Так что это тут лишнее.

— Господин Кощей! Это большие деньги за обычный труд в день, — проговорил всё же Пантелей, оглядываясь на кивающих мужиков.

— Мужики, наливайте пока эль, а я переговорю с вашим старостой, — и позвал Пантелея в дом за собой.

Под одобрительный гомон мужиков мы зашли ко мне. Я вынул из сундука папку и продемонстрировал документ обязательства. Ткнул пальцем в нужную строчку и прочитал вслух.

— Ярослав Кощеевич Найдёнов обязуется оплачивать работу жителей арендованной деревни Болотицы вместе с землёй до истечения договора, — я упрятал документ в папку и убрал в сундук. — Дальше не интересно и занудно написано. В общем, вы мои наёмные работники, и у меня есть планы на вас. Ранее я уже упоминал подобные наши отношения. Считай это взнос, как задел на будущее, помощь вашим семьям и лояльное отношение ко мне. Усёк?

— Вот теперь усёк, — расплылся в довольной улыбке Пантелей, уверено пряча монету за пояс.

— Ну, раз поняли друг друга, скажи ка мне. Есть в деревне печных дел мастера и кто мне на окно такой красивый наличник вырезал? — Если среди жителей Болотицы есть свои печные мастера, то не вижу смысла обращаться к городским наёмным работникам. Всяко разно, дешевле и душевно выйдет.

— Так Иван наш и вырезал. Есть у него тяга к дереву. Печники тоже есть. Сделаем всё по уму, с заслонками и плитой. Только их нужно будет заказать в городе у кузнецов. Мы то по-простому, на каменках нормально готовим еду, а вам для такого дома лучшее нужно.

— Вот и хорошо, — хлопнул Пантелея по плечу. — Ну а теперь пошли во двор, иначе тебе эля не достанется.

Немного посидев, предложил мужикам заночевать у меня, тем более два дома для работников уже есть обжитые, от предыдущей бригады. Никто не стал отказываться, и народ потянулся отдыхать. Сутра предстоит насыпать разделительный мол из собранных с котлована земли и камней. Это должно занять целый день. Потом отпущу мужиков по домам, а сам начну финишные действия с укреплением будущей дамбы при помощи рун и разблокирования шлюза в дренажный котлован.

Перед сном рассортировал рассаду в свободном доме, увлажнив землю в мешках, и прошёлся рунами, делая условия хранения растений более благоприятными. Выложил на полку мешочек с семенами перца и отправился на покой.

На следующий день, используя плоты, как баржи, мы с мужиками отсыпали оградительный вал дамбы. После ударного конвейерного труда, отправил их под вечер в деревню по домам отдыхать. Я взялся за основную часть задумки. Проплывая на плоту мимо насыпной дамбы, накладывал руны укрепления, что бы при оттоке воды в дренаж не смыло давлением основной массы болота всю нашу работу. Получился своеобразный надёжный мост на другую сторону болота в узкой части. Уже ночью, под яркой луной, использовал руну разрушения на брёвнах, что крепили шлюз дренажа. Наблюдал, как болотная вода мутным потоком стала заполнять котлован. Так как уровень дна будущего рукотворного озера был существенно ниже, огороженная часть болота быстро обмелела, отдав всю воду в дренаж. На последней стадии ещё использовал руну для откачки остатков воды, полностью обнажив дно. Я оглядел результат своей задумки и, довольный собой, отправился отсыпаться.

Главное, что я давно уже поставил отметки выработок торфа с серым углём и изъятия скопления болотного железа. На обмелевшем дне обнажилось множество морёной древесины разных пород. Так же было пара толстых дубовых ствола. Только всё это морёное дерево полностью может окупить затраты, и я выхожу в приличный плюс. Ближайшая метка к небольшому нефтяному шельфу была в трёх метрах от бывшего берега, и не составит труда поставить там небольшой сарай, который прикроет своим непрезентабельным видом другую мою наработку из блока рун. Только нужно будет заказать у жестянщиков железную составную трубу длинною в пять метров. А пока обсыхает илистое дно и будет изготовляться труба, можно заняться рассадой и доведением дома до ума. Больше похожего на усадьбу.

На четырнадцатый день я наслаждался жаром от настоящей средневековой печи для усадьбы в своём доме. Плиту и заслонку с задвижками печники из Болотицы заказывали у городских кузнецов. Потом, разделившись на две бригады, начали складывать из камня и какого-то особого вида глины печь для усадьбы и небольшой камин с противоположной, разделяющей стены центральных комнат первого этажа. Комнату с камином я определил под свои нужды. Мужики справились, на мой неискушённый взгляд, на отлично. Пять дней после стройки печи с камином ушло на усушку кладки и последние проверки продухов и дымоходов.

Жители деревни деловито работают на моём участке. Отстроили на отмели вместо запланированного небольшого сарая надёжный домик из брёвен. Там я установил своеобразный насос на рунной тяге и пробил толщу мягкой породы, привезённой трубой до нефтяного шельфа. Местный бондарь собрал мне несколько больших бочек, просмоленных и укреплённых железными обручами.

На грядках несколько женщин с подростками занялись разросшейся рассадой кориандра и лаврухи с прошедшими через руну роста семенами острого перца. Иван ухватился за возможность поработать с морёной древесиной. Перед этим украсил мне все оконные проёмы и дверные проходы красивыми резными наличниками. Пантелей командовал работниками по изъятию серого угля, болотного железа и нарезке торфа специально закупленными пилами. Сейчас под солнцем на подкладке сена сушились аккуратные торфяные блоки. После просушки отправлялись в большой сарай.

Ко мне уже приезжали представителей из соседних баронств и деревень. Я загодя отправлял несколько мужиков разрекламировать продукцию. Деньги потекли стабильным потоком, пока по десятку серебряных в день.

Появившееся свободное время сначала потратил на укрепляющие руны на все три моих комплекта тёмно-синей формы и сапоги, коих тоже прикупил с запасом. Потом заказал спецодежду для работников на добыче. Так же укрепил рунами и вшил в подкладки небольшие накопители из осколков кристаллов. Чему были рады мужики, так как копание в остаточном иле и глине не придавало прочности их одежде. Попутно следил за здоровьем работников и остальных жителей деревни.

В ранее построенном большом сарае для моих алхимических нужд с укреплёнными рунами стенами и двускатной крышей, предотвращающие последствия неудачного эксперимента со взрывом и возгоранием нефтепродукта, собрал нефтеперегонный аппарат. Провёл от ближайшего родника подводку холодной воды в бочку со змеевиком на медной трубке. Другой конец трубки плотно вмурован через деревянную пробку в крышке большого чана, стоящего на двухметровом каменном возвышении. Для верности ещё использовал несколько цепей, укреплённых на балках стропил для поддержки аппарата, так как дополнительная нагрузка в виде нефти увеличивала вес конструкции. Так сказать, перестраховался.

Назначив Пантелея управляющим процессом добычи, я сутра заперся в своей алхимической лаборатории. Использовал руну огня под чаном с нефтью, постоянно регулируя её мощность. Тут же возникла проблема с запахом. Хорошо сразу отреагировал и, заглушив процесс, распахнул ворота, выветрив все запахи в верх мощным потоком ветра. Сбегал за лестницей и в крыше прорубил два отверстия, наложив руны направленной струи ветра, не очень сильной. Далее с помощью гибких прутов орешника собрал кольцевые уловители и развешал вокруг перегонного куба. Теперь все испарения с неприятным запахом будут очищаться рунами, нейтрализующие ядовитые примеси в воздухе, а ветряные в крыше, постоянно прогонять свежий воздух через помещение.

Большую часть дня настраивал и вносил дополнения в лаборатории, пока не добился нужного результат. К вечеру из крана в боку бочки с проточной водой для змеевика потекла струйка керосина. Я достал привезённый мне заказ от жестянщиков со стекловарами. Медная керосиновая лампа вышла неказистой, но надёжной. Стеклянная колба немного мутноватая, но и это уже большое достижение местных стекловаров. Должны хорошо варить мозги, что бы понять, как делать прозрачное стекло. Кстати, этот заказ обошёлся мне в одну серебряную и пятьдесят медных монет. Так же за пятьдесят медных заказал у стеклодувов пол сотни бутылей, каждая примерно на литр.

Аккуратно собрав осадок со дна чана, после перегонки нефти объёмом в сто литров, получил немногим больше пятидесяти литров мазута. Ещё одна статья дохода получается. Мазут можно использовать на смазку осей колёс телег и карет. Как минимум устранит раздражающий скрип, а максимум увеличит срок службы осей за счёт увеличенного скольжения. Выход мазута очень высокий, без продвинутых технологий его будет скапливаться довольно много. Нужно будет подумать, кому его продавать, что бы не засрать всё вокруг. Хотя можно использовать руну разрушения и просто на молекулярном уровне уничтожать вредный для экологии избыток. Главное секрет производства оставить в тайне.

Я полюбовался на четыре десятка полных керосином бутылей с закупоренными горлышками восковыми пробками. Слил из ведра под краном небольшой остаток в ёмкость керосиновой лампы, подправил фитиль и, отойдя в сторону от склада горючих материалов, поджёг его, накрыв немного мутноватой стеклянной колбой.

Убрав рунные светляки, которыми пользовался всё это время, наблюдал, как разгорается фитиль в лампе и разгоняет тьму в радиусе двух метров. Пламя яркое и без заметной копоти. А значит, задумка фильтрации паров керосина на выходе была удачная. Правда, при этом терялась некоторая масса. Но мне главное было создать и проверить уникальный качественный продукт. Колба из немного мутноватого стекла равномерно рассеивала свет. По итогу эксперимента и проверки полученного керосина я был доволен.

Прибрав в лаборатории, накрыл широким покрывалом всю нефтеперерабатывающую установку, запустил интенсивную очистку воздуха через отверстия в крыши. Запер ворота и наложил защитную руну от проникновения. Теперь только с использованием магических ударов можно было исчерпать энергию кристалла, от которого запитал руну. И долбиться придётся очень долго. А сигнальная сеть оповестит меня, и даже из города успею прибыть задолго до момента проникновения внутрь лаборатории. Такую же защиту я наложил и на домик с насосом.

Снаружи уже наступила ночь, и работники мирно дрыхли в двух домах. Серп месяца иногда проглядывал через прорехи облаков, отражаясь в спокойной глади искусственного озера, где уже прижилась рыба и некоторые растения, попавшие из болота.

На начальной стадии, когда котлован заполнился, я притянул водную подземную жилу и пустил её через свой водоём, постоянно обновляя воду, так что она не затухнет и рыба будет чувствовать себя намного комфортнее. Детвору, что приходили с родителями ко мне на участок, подрядил периодически копать червей и подкармливать рыбу отварной кашей и хлебными корками. Эксплуатацией детского труда это трудно назвать, скорее дал занятие мелким, что бы не лезли под руки взрослым. Да и самим им веселее наблюдать, как тот же пресноводный линь заглатывает прикормку.

Что бы хищники не перебили мне всю остальную популяцию рыбы, разделил водоём на несколько частей. Ротанов оставил на пополам с щуками и окунями. Хищникам тоже нужно питаться хорошо, а ротан сам по себе бесполезная мусорная рыба, так что отдал её в жертву более ценным породам. Безобидных оставил жить в большей мелководной части. Потом продумаю систему рун сортировки перед массовым сбором рыбы. Рынок, конечно, я не обрушу, но цены могут упасть в городе.

Ещё раз оглядел своё разрастающееся хозяйство. Я отправился спать, подсвечивая путь керосиновой лампой. По пути напугав Живулю, стоящего на охране, напрочь позабыв, что сам же просил мужиков организовать видимое охранение территории. Пожелав ему спокойной смены, я скрылся в доме, где уставший, но довольный, моментально уснул.