Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 11

Глава восьмая

— Мой непутёвый младший брат тоже рвался на помощь. Но данная клятва — не шутка, ныне он может покинуть Авалон лишь для его спасения. А низвержение Князя в Жёлтом, пусть и благородное дело, не имеет прямого отношения к нашему миру.

Волшебница с видимым удовольствием расположилась в кресле гостевой комнаты, напротив жарко пылающего камина. Мне было даже как-то неловко предлагать столь могущественной гостье обычные покои, а не какое-нибудь отдельное крыло для элитных персон. Сейчас особый вариант существовал только для рыцарей Авалона — большой зал со спальными местами на десять человек, нечто среднее между гостиной и казармой. По сути, ни Мордред, ни его братья не нуждались во сне, но несколько часов в сутки предпочитали проводить в чём-то вроде медитации, чтобы не забывать о своей человеческой природе.

К Гвендид это также относилось — она лишь выглядела, как вполне себе живая женщина под пятьдесят, но тоже была мертва, как и все в Авалоне. Оригинальное проклятье нежити крепко вцепилось даже в самых могущественных магов, и попытки разжать его когти пока не приводили ко впечатляющим результатам.

— Признаться, я уже был готов отправиться вовсе без магов.

— Не принижай возможности того мальчика с печальными глазами, — хмыкнула Гвендид, и я едва сообразил, что речь идёт об Асфаре. — Но не стану врать — без меня ваши шансы были смехотворно низки, хоть бы ты потащил с собой всю императорскую рать.

— А с вами? — решился уточнить я.

— Всё ещё смехотворно низкие, но теперь мы можем посмеяться над ними вместе.

Нельзя сказать, что с тех пор, как Авалон вырвался из хватки кошмара, дела там капитально наладились — для этого прошло слишком мало времени. Но, хотя бы, все текущие изменения были к лучшему. В мёртвый во всех смыслах слова мир постепенно начала возвращаться жизнь, пока что в виде простейшей флоры и фауны, ожидавшей своего часа глубоко под землёй или завезённой из других узлов. С исчезновением угрозы ночных тварей обитатели Камелота смогли вздохнуть спокойно — насколько это было возможно для живых мертвецов — и начать постепенно отстраивать город. Часть рыцарей активно участвовали в восстановлении, другие отправились исследовать Авалон в поисках уцелевших жителей, третьи взяли на себя миссию найти помощь в иных мирах. В отличие от Мордреда, им больше не требовалось прорываться сквозь враждебное измерение, чтобы осуществить задуманное. Слухи о возвращении Авалона начали активно расползаться по великой паутине, и пока неизвестно, к чему это приведёт в итоге.

Мерлин сосредоточился на восстановлении наследия величайших умов Авалона и помощи императору Артуру. Если бы верховный маг не оказался своевременно возвращён в строй, вероятнее всего Камелот остался бы без правителя. Концентрированное проклятье, разъедающее Артура, удалось приостановить, но тот всё ещё спал беспробудным колдовским сном на своём Серебряном Троне.

Гвендид после поглощения эйдолона вернула себе солидную долю утраченной силы. И, хотя за пределами башни Мерлина её возможности оставались ограничены, она всё ещё могла дать фору сильнейшим магам Полуночи. Обучение Анны проходило ударными темпами, к вящему удовольствию обеих сторон, пусть Гвендид и проворчала, что «иногда хотела бы оторвать этой девочке голову». Сейчас Анна осталась в башне для воплощения масштабного личного проекта и самостоятельного обучения.

— Удивлён, что она не попыталась прорваться нам на помощь, — пробормотал я. — Не знаю, как бы смог её отговорить.

— Поверь, владыка ночи, она пыталась вовсю. Пока я не объяснила ей, что в моих видениях любое её вмешательство приведёт к провалу похода и твоей окончательной смерти.

— Правда? — поразился я.

— Нет, — равнодушно сказала Гвендид. — Ложь чистой воды. С ведьмой кошмаров наши шансы незначительно вырастут, но нить её судьбы оборвётся в Йхтилле. Полагаю, тебя это не слишком устроит.

— Меня это вообще, нахрен, не устроит, — сказал я предельно вежливым тоном. — Мягко говоря.

— Что-то такое я и подозревала. Пройдёмся? Давненько я не бывала в вечном замке.

Нельзя сказать, что Полночь идеально подходила для экскурсий, но Гвендид осталась довольна — равно как и остальные выходцы из Авалона, посетившие мой замок. У меня имелась теория, что их воодушевляла картина возрождения из не-жизни, которую они бы хотели увидеть и в собственном мире. Это относилось не только ко гвардейцам, вернувшим себе человеческий облик, не только к очищенным слугам, но и к Полуночи в целом. Столетиями она сама проваливалась в состояние живого мертвеца, покуда не наступил долгожданный поворотный момент.

Мы прошлись от тронного зала до сада и лазарета, завернули в библиотеку, где я спустя час с трудом спас Гвендид от цепкого внимания и расспросов Литы. Паучишка, сама официально являясь верховным магом, с огромным удовольствием заполучила бы сестру Мерлина и к себе в наставницы. А лучше — вместе с самим Мерлином, и если для этого всего-навсего нужно найти способ возродить Авалон…

Новое посещение мастерской — на сей раз от визита Гвендид просиял Арчибальд, более близкий для волшебницы как по духу, так и по возрасту. Воссоздание ядра для автоматического ключа шло по плану, Гвендид в свою очередь сдержанно одобрила включение в отряд боевых автоматонов. Но сильнее всего её заинтересовали драконы, так что по возвращению в тронный зал мы завернули в драконятник.

— Мы трренируемся!

— Каждый день!

Юные красные драконы Аврора и Янтарь почти достигли человеческого роста, для чего им даже не пришлось бы вставать на задние лапы. Удивительно, как Полночь не разорилась на их питании, но Кулина следила за этим с невероятным тщанием, пока цвергские купцы регулярно поставляли мясо.

Ранее мои воспитанники восприняли новость, что мы все вместе отправляемся в Йхтилл, с чистейший восторгом. Для них это было огромное, потрясающее приключение, да ещё и в совершенно другом мире! Их не волновали возможные угрозы, чудовищная тайна Князя в Жёлтом и все на свете чёрные звёзды. Единственной проблемой было доставить дуэт огнедышащих рептилий из мира Полуночи к порогу Князя, но над этим уже работали лучше специалисты. Теперь к числу этих специалистов присоединилась и Гвендид.

— Потрясающе, — сказала волшебница без капли сарказма, осматривая Яна и Аву вблизи. — Совершенно здоровые экземпляры, никаких задержек в развитии. Вы уже летаете, мои хорошие?

— Ещё как! — синхронно ответили драконята, и тут же продемонстрировали, благо, размер зала это позволял.

— Кто бы мог подумать, что из всех вечных замков именно хозяин Полуночи сможет вырастить союзных драконов, — вполголоса заметила Гвендид. — Судьба порой принимает причудливые формы.

— Увы, для этого им пришлось лишиться родной матери.

— Как и многим из нас, — спокойно сказала она, но в её голосе мне послышалась нотка сочувствия. — Взамен они получили шанс изменить мироздание — так, как не снилось и их древним родичам.

— Помочь с победой над Князем?

— В том числе, — туманно сказала она. — Сколько раз в сутки они извергают пламя?

— Пока один.

— Этого недостаточно.

— Как вы понимаете, у нас тут некоторый недостаток справочников по развитию драконов, да и с грамотными наставниками затык. До всего приходится доходить самим.

— О, я прекрасно понимаю, — фыркнула она. — И потому с сегодняшней ночи займусь твоими драконами лично. Возражения будут?

Возражений не было, ни у меня, ни у драконят. Они давно мечтали почаще дышать огнём, что конкретно помогло бы драконьей кузне, а их самих — развлекло. Не говоря уже о том, насколько эффективным оружием и инструментом воздействия было драконье пламя, особенно в Йхтилле.

Но, прежде чем оставить Аву, Яна с их новейшей наставницей, стоило выяснить ещё один вопрос.

— Спрошу, как есть, — что нас ждёт в ближайшем будущем?

В Полуночи уже имелся один прорицатель, Оррисс, но его сведения больше походили на разведку, а Йхтилла он откровенно побаивался. Мне же требовалось знать, как защитить тех, кто мне дорог — в самом дорогом для меня месте. И не только от Князя, но и самого Пожирателя.

— Его пробуждение было неминуемо, — веско сказала Гвендид. — Неминуемо и неостановимо. Есть вещи, в которых вечные замки вынуждены занимать вторые места, даже если это сводит с ума их хозяев. Веришь ли, владыка ночи, даже роль Заката в происходящем куда меньше, чем могло показаться.

— Конрад определённо хотел видеть себя королём мира, — проворчал я. — И я бы не назвал его влияние минорным.

— В масштабах всей великой паутины всё кажется меньше. И моего взора не хватает, дабы окинуть бесконечность сплетений и узлов. Для полноценного пророчества, что коснётся борьбы с Пожирателем, понадобится время, много времени и концентрации. Но одно я скажу тебе и сейчас — ты завязан в этом по уши. Даже не пытайся отвертеться.

— Можно подумать, я когда-то пытался… Как насчёт провидческих откровений по поводу ближайшего похода?

— Удобно, когда оракул приходит сам, да? — хохотнула Гвендид. — Что же, я зрила исход твоей безумной миссии, разные исходы, и ни один из них не является счастливым. Но если тебя это утешит, некоторые можно стерпеть. И придётся стерпеть, дабы обрести победу.

— Звучит не слишком оптимистично.

— А чего ты хотел? Запомни главное — Князь в Жёлтом не может быть уничтожен окончательно, ибо он олицетворяет незыблемые движущие силы мироздания.

— Какие ещё силы? — хмыкнул я. — Театр и безысходность?

— Этого не скажу, — она равнодушно повела плечами. — Просто тебе не стоит ожидать триумфа добра над злом, владыка ночи. В лучшем случае — победы с горьким привкусом.

Разве хоть раз было иначе? После каждой моей победы следовали какие-то потери, даже в самых лучших раскладах. Я бы не отказался от большей конкретики касательно Йхтилла, но Гвендид пообещала посвятить в детали на месте — так будет заметно проще, чем полагаться на ненадёжную память. До начала похода оставалось не более четырёх суток.

— Сиятельный лорд Виктор. Я, Гайс Риидский из Высокого дома, явился сюда по просьбе моего брата Асфара, господина Высокого дома и двенадцати тысяч душ, избранного лидера объединённых сил Риида.

Брат Асфара лишь слегка напоминал его внешне — высокий, долговязый, красивое лицо слегка портит вечно недовольно искривлённый рот. И всё же, хотя между братьями не было любви, но не было и серьёзной вражды, а в критических обстоятельствах и вовсе приходилось доверять друг другу. Вот и сейчас, ко мне послали не кого-то, а именно Гайса, что и следовало считать за отмашку. В гостях, надо заметить, он вёл себя заметно вежливей.

— Пора? — коротко спросил я.

— Да, лорд Виктор. Войска Риида выдвинутся на заре следующего дня, да поможет им… да благоволит нам всем удача. — слегка неуклюже завершил он фразу.

Неудивительно, если в течении всей сознательной жизни поминать Князя через слово, тяжеловато сходу отказаться от привычки.

Если верить сказанному Гайсом, а намеренно врать тот не мог, у Асфара состоялась исключительно насыщенная неделя, в которую он полностью уложился по планам. Даже Высокий дом удвоил число хранимых душ, вероятнее всего за счёт уничтоженных цитаделей, верных Князю. Избранный лидер, кто бы мог подумать? Демократия добралась и до Риида — не знаю, как стоит это оценивать. Если выживем, разберёмся.

— Благодарю, господин Гайс. Передайте Асфару, что наш уговор в силе.

Он не стал задерживаться, да и я не предлагал — время было дорого. Вместо этого следовало ещё раз проверить боеготовность отряда и передать, что мы выдвигаемся менее чем через сутки.

Сперва армия всея Риида должна была как следует пошуметь на границе Йхтилла, привлекая максимальное внимание Князя и его прислужников. В теории, сил сотен магов на стороне Асфара должно хватить, чтобы оградить войска от немедленного безумия, равно как и обеспечить огневую поддержку. Хотя бы на первое время. Не знаю, из кого состояла основная армия Князя — людей или чудовищ, или же он просто набрасывал марионеток и музыкантов на вторженцев, волна за волной. К несчастью, придётся вскорости выяснить.

Далее, в дело вступаем мы. С помощью Гвендид Лите удалось временно активировать скрытые свойства большого портала, так что тот был готов принять группу любого размера и перенести по нужным координатам. В качестве ориентира выступала моя память, в которой накрепко отпечатался странный пейзаж: двухполосная асфальтовая дорога с соснами по обеим сторонам, ведущая к городу посреди озера — городу, которого не должно было существовать.

Семеро рыцарей Авалона, если считать меня — восемь. Всем моим братьям Луна обновила броню и оружие, трудясь возле драконьей кузни ночи напролёт. Там же, их совместными усилиями с Адель и Арчибальдом, были созданы пять огромных артефактных винтовок, по образу той, что мы когда-то нашли в сокровищнице. Они не требовали патронов и предназначались специально для группы боевых автоматонов — очищенных от энергии Йхтилла, тщательно восстановленных и экипированных автоматическими ключами. Вне Полуночи заряда каждого хватит на пару недель.

Титаническая работа. И это если не считать амулетов и других артефактов, выданных каждому участнику похода. Рыцарям — для стабилизации проклятья, для защиты от воздействия на разум, для возможности видеть незримое. Автоматонам что попроще — для противостояния вражеской ударной магии.

Единственные, кому практически не потребовалась бижутерия — драконы, обладающие мощнейшим врождённым иммунитетом. Зато после тренировки Гвендид Ава повысила число извержений пламени в сутки до двух, а Ян — до трёх. У Авы, правда, потоки выходили ярче и сильнее, но она всё равно старалась догнать брата. У меня всё ещё не лежало сердце к их участию в этом походе, и я старался гнать от себя мрачные мысли. Чтобы перестраховаться, каждый из драконят получил на шею кулон с одноразовым спасительным телепортом в мир Полуночи. Неточная штука, способная закинуть их чуть ли не в любую точку неизведанного пространства, но это было лучшее, что могло сработать в Йхтилле.

Я экипировался хорошо проверенным набором оружия, артефактов, лекарственных и усиливающих шприцов от Терры и еды от Кулины. Вирмборд был готов обеспечить надёжную защиту от любых физических воздействий, а для ментальных существовала сила воли, подпитанная мощью Авалона. Будь у нас ещё пара суток — можно было бы как следует покопаться в сокровищнице, восстановление и разбор которой должны были завершиться буквально на днях. Чтож, лучшее — враг хорошего, нет смысла грустить о недополученных ценностях.

— Чуть не забыла о подарке. Держи.

Слегка недоумевая, я уставился на небольшую коробочку, словно выточенную из обсидиана, что протягивала мне Гвендид. Не то, что бы я планировал отказываться, просто все мысли были заняты другим, а тут какой-то подарок.

— Братец не смог явиться сам, так что просил передать. Бери, не томи.

Внутри коробочки оказался подозрительно знакомый на вид предмет. Металлический шарик, размером с крупную виноградину — только не золотой, а серебряный.

— Это то, о чём я думаю?

— То, то, — хмыкнула волшебница. — На замену утраченному, польза от которого едва перевешивала вред. Здесь же вреда не будет, хоть защита малость слабее, зато имеются и другие свойства.

— Какие?

— А мне почём знать? Сам откроешь, сам же братцу моему потом спасибо передашь. Или пошлёшь его куда подальше, коли подарок не порадует.

Я благодарно кивнул и осторожно поместил шарик в один из карманов. Он в самом деле ощущался почти как дар Альхирета, но без болезненного привкуса неправильности. Мерлин тоже был не дураком загребать жар чужими руками, но ему и Гвендид я мог доверять. Особенно перед походом, в который мы отправимся буквально вот-вот.

Нас ждал туманный Йхтилл. Никогда бы не подумал, что добровольно вернусь в это проклятое место.