Как я стал хозяином странного замка в другом мире. Книга 11

Глава девятая

Туман был повсюду.

Его хватало и в прошлый раз — в самом деле, чего ещё ожидать от мира под названием «туманный Йхтилл»? Но тогда, год назад, это место чувствовало себя в безопасности, находилось практически в состоянии дрёмы. Сейчас же оно было разбужено, рассерженно, отражая чувства своего владыки, и туман реагировал на это первым. В сплошной белёсой пелене почти нереально было разглядеть равнину с руинами забытых богов, хвойное редколесье и длинную дорогу. Лишь город посреди озера, невозможный, ужасающий силуэт на фоне тёмных небес, освещённый тремя жёлтыми лунами.

В Йхтилле не существовало смены дня и ночи. Одна туманная мгла сутки напролёт под лунным светом — пока небо не лопалось по швам, и мир не поглощало безумное сияние чёрных звёзд. Длилось оно недолго, но за это время Князь находился на абсолютном пике своего могущества. У нас было чуть меньше суток, чтобы разобраться с ним до этого момента.

Уничтожить, усыпить, запереть, сжечь в драконьем пламени. Завалить обломками его же грёбаного города-дворца. Любой вариант, который хоть отдалённо может сработать, чтобы заставить этого хтонического урода забыть о своих планах на Полночь и оставить Риид в покое.

Риид, который вступил в сражение первым.

Наш отряд стоял на возвышенности, ещё не затронутой туманом — и отсюда можно было разглядеть, как далеко на горизонте тучи на небе сворачиваются в воронку, из которой по направлению к земле тянутся нити золотых молний. Тянутся — и рассыпаются, столкнувшись с невидимым барьером на полдороги. Объединённое войско Асфара выступило строго по расписанию, надёжно притянув к себе всё возможное внимание Князя в Жёлтом. На фоне полномасштабной атаки бывших вассалов проникновение небольшого отряда должно было показаться незначительным — что толку отмахиваться от одной пчелы, когда к тебе в гости пожаловал целый рой? Но это не значило, что мы должны были попасть в тронный зал, не встретив сопротивления.

В отряде я принимал основные решения и одновременно являлся главной ударной силой. Но нашими глазами и ушами была Гвендид, бессмертная провидица с опытом, превышающим все разумные пределы. С ней рядом стоял и Мордред, командующий рыцарями и Адель, управляющая автоматонами. Вот и сейчас, всего лишь пять минут спустя после нашего прибытия в Йхтилл, Гвендид вдруг нахмурилась, всматриваясь в клубящийся туман по левую руку. В этой пелене разглядеть что-то было решительно невозможно, но волшебница видела за всех нас — и коротко кивнула, подавая один из условных знаков.

Адель не стала дожидаться другого сигнала или переспрашивать — она вскинула к плечу артефактную винтовку, и за ней движение синхронно повторили пять боевых автоматонов, включая Танка.

— Бей!

Такую команду для механической леди было легче отдать без запинки, да и «Огонь!» был зарезервирован для драконят. Грохот выстрелов разорвал тишину в округе, а следом за ним из тумана раздались визги боли! Группа падальщиков — около двух десятков тварей — вырвалась из клубящейся пелены и рванулась в сторону отряда. С нашей прошлой встречи они не стали ничуть симпатичнее — те же изувеченные, полуразложившиеся людские тела, непомерно длинные шестипалые лапы с чёрными когтями, да жуткие «лоскутные» крылья. Неизвестно, спешили ли они на подмогу основным силам в битве против армии Риида или просто патрулировали округу — мы явно застали их врасплох.

Автоматоны хладнокровно перезарядили оружие и дали новый залп, разрывая в клочья отвратительные телеса крылатых чудовищ. Я тоже открыл огонь, так что до нашего отряда долетели лишь четверо — чтобы немедленно быть изрубленными на куски рыцарскими мечами. Всё противостояние заняло не более десяти секунд.

Гвендид прислушивалась и всматривалась в туман ещё какое-то время, прежде чем слегка расслабиться.

— Пока никого. Идём тихо, помним уговор. Твой выход, владыка ночи.

«Тихо» в данном случае означало неторопливо, без попыток выбежать вперёд и обогнать товарищей. В первую очередь это указание предназначалось драконятам, которые обожали исследовать новые места. Но сейчас и Ава, и Ян выглядели непривычно серьёзными, осознавая важность миссии. За те несколько суток, что их обучала Гвендид, они успели проникнуться к волшебнице большим уважением.

Я выступил вперёд, доставая поисковый амулет. Тот не всегда идеально работал в местах, где ему мешал подавляющий магический фон, особенно если дело касалось хитрых запросов. Опасения не подтвердились — ястребиный клюв уверенно указывал в сторону города на озере. В рядовых обстоятельствах мы бы добрались до центра Йхтилла максимум за час. В текущих… нельзя сказать наверняка.

Даже в обычном тумане несложно было заблудиться на незнакомой местности, а в тумане Йхтилла любое отклонение от курса угрожало потерей души или рассудка. Возможно, это было верно далеко не для всех участников нашего отряда, но рисковать не хотел никто. Один за другим, плечом к плечу, не отставая дальше, чем на пару шагов, наш отряд спустился с пригорка в холодную, непроглядную и враждебную неизвестность.

Сперва исказились звуки — лязг доспехов рыцарей и сочленений автоматонов, раздающийся сзади, теперь доносился со всех сторон. Вскоре к ним присоединились голоса — звучащие поразительно знакомо и окликающие меня из глубины тумана. Обрывки фраз, приветствия, шёпот, смех, плач, мольбы, предсмертные крики. То дальше, то ближе, чуть ли не под самым ухом, чтобы вызвать реакцию, заставить обернуться. Никакой конкретики, но фон здорово действовал на нервы. Гвендид, шагающая рядом со мной, нахмурилась и повела посохом. Голоса на миг слились в жуткую какофонию — и смолкли.

— Фейри тумана везде безобразничают, — проворчала она. — Но здесь они совсем от рук отбились.

— Могут напасть? — спросил я.

— Коли не разделимся — вряд ли, даже ради милости Князя. Они не падальщики, какие-то мозги в черепушках есть, силу чуют, на драконов лезть не станут. Будут плакать и ждать отстающих, хотя вряд ли им придётся по вкусу один из наших болванов.

Гвендид не уточнила, кого она имел в виду — рыцарей Авалона или боевых автоматонов.

Какое-то время мы шли молча, лишь вслушиваясь в окружающие звуки — реальные и искажённые. Голоса больше не беспокоили, но им на смену пришли призрачные образы, едва различимые в белёсом окружении. Принадлежали ли они «фейри тумана» — не знаю, но сестра Мерлина на них реагировала весьма равнодушно. Они даже не пытались активно отвлечь наш отряд сладкими или ужасными иллюзиями, просто существовали сами по себе. Танцующие фигуры, рассыпающиеся в прах, расставания и встречи. Не добившись от отряда хоть каких-то эмоций, видения также растворились в тумане.

— Сколько уже идём? — спросил я.

— Здесь не определишь, — недовольно проскрипела она. — Придётся выйти на открытый участок, прежде чем замерять.

— Не прошляемся до чёрных звёзд?

— Шансы на нашей стороне, пусть и обстановка — на вражеской. Князь слишком размяк, иначе бы не подпустил так близко кого-то с драконами под мышкой. Но коли не успеем до восхождения, придётся несладко.

Ещё какое-то время в тумане, с поисковым амулетом в роли компаса. Раз в несколько минут я молча обновлял запрос, и клюв всегда указывал в направлении нашего движения. Его, по счастью, не смущали слуховые и зрительные галлюцинации.

— Приближаемся, — сказала волшебница, продолжая каждую секунду сканировать округу. — Сейчас лучше заговорить. Или туман заполнит тишину сам, чем-то куда похуже плача и стонов.

— Предлагайте тему для обсуждения, а я подхвачу. Или можете что-то рассказать.

— Ты же понимаешь, сколько я пробыла одна в башне Мерлина? — коротко хохотнула она. — Из меня не лучший рассказчик. Лучше спрашивай, владыка ночи, я знаю, у тебя остались вопросы.

— Чёрные звёзды, — ляпнул я первое, что вертелось на языке, поскольку именно их восхода мы и опасались. — Что они из себя представляют?

— О, это интересная тема. О таких вещах принято вести разговор лишь шёпотом. Через слово-фразу добавляя, что негоже, дескать, пытаться осознать ужасы за пределами людского понимания. Но мы с тобой уже не совсем люди, так?

Местами даже совсем не люди — хотя изо всех сил пытаемся остаться такими. Ничего не оставалось, кроме как согласиться.

— Собранных данных из Йхтилла недостаточно, дабы нарисовать стройную картину, — продолжала волшебница. — Мы можем лишь строить теории, пусть строятся они и не на песке. Как бы ты описал свои… ощущения от чёрных звёзд?

— Ноль из десяти, не рекомендую. Концентрированное безумие, нарастающее с каждой проведённой под ними секундой. И оно изо всех сил пыталось задержать меня здесь.

— Всё так. Но этого мало — поскольку одно их присутствие расширяет взгляд Князя, наполняет его силой до краёв. Многие считают, и не без основания, что Йхтилл — искусственный узел, равно как и узлы вечных замков. Но если те кое-как вписываются в рамки великой паутины, этот узел существует сам, плавая на стыке двух вселенных.

— Дайте-ка угадаю, первая вселенная наша, а вторая из тех самых недоступных для осознания ужасов. Что-то вроде измерения кошмаров?

— Пожалуй, ещё хуже, — задумчиво ответила она. — Кошмар, при всей своей дикости и изощрённости, рождён из страхов и сновидений разумных существ. А вот чёрные звёзды светят из места, существующего на основе совершенно иных законов бытия. Сегодня мы можем понять, что они даруют силу Князю и подавляют инакомыслящих. Так продолжалось тысячелетиями, но что будет потом?

Разговор для поддержания разговора нравился мне всё меньше. К счастью, амулет вдруг стал реагировать несколько иначе, чем когда наша цель находилась на расстоянии. Он слегка подёргивался из стороны в сторону, клюв ястреба приподнялся, позволяя рассмотреть артефакт в мельчайших деталях. Не то, что бы я не разглядывал его раньше, просто такое поведение означало лишь одно.

Мы и в самом деле приблизились к цели.

Тихий шелест воды неотрывно сопровождал нас, пока отряд встал на отдых на берегу озера Демхе. Ладно, слово «отдых» здесь было неприменимо, поскольку устать могли только дракончики и я сам, а нас заранее накормили завтраком на выносливость. Скорее мы пытались понять, как действовать дальше, чтобы так и остаться незамеченными.

— Йхтилл не просто стоит на Демхе, — обратилась Гвендид ко мне, Мордреду, Адель и драконятам. — Они врастают друг в друга, находятся в неразрывном слиянии. Нельзя попасть во дворец Князя, миновав озеро, равно как и нельзя испить сырой силы, не впустив в себя частицу его владыки.

Помнится, в мой первый визит Илюха предлагал мне попробовать местную водичку на вкус, но я не мог его упрекать — ситуация действительно была отчаянной. Трудно сказать, как бы сложилась моя жизнь, воспользуйся я советом, но хотелось бы думать, что в итоге я всё равно стоял бы здесь с той же целью.

— Что значит «враста-ют»? — вежливо спросила Адель.

— Не могут друг без друга, — пояснила Гвендид, хотя сильно яснее не стало. — Являются частью единого целого.

— Я… читал об этом месте, — глухо сказал Мордред из-под закрытого шлема. — Здесь нет ни моста, ни брода. Те, кто жаждет аудиенции Князя в Жёлтом, должны пройти по воде, и сей путь единственный ведёт в запретные чертоги.

— Умный мальчик, не правда ли? — одобрительно хмыкнула волшебница. — Мы соблюли как минимум три правила, добираясь сюда — не оглядываться, не молить о пощаде али смерти, не возносить хулу на владыку Йхтилла. Наша окончательная цель при этом не имеет значения — формально этикет соблюдён. В тихие времена Демхе было бы обязано нас пропустить, сейчас — не ведаю. Но дорога здесь и вправду одна.

Гвендид пробормотала что-то, поводя посохом над непроглядной водой, затем удовлетворительно кивнула и поставила на неё ногу. Поверхность и не дрогнула, даже когда волшебница встала на неё целиком, пройдя пару шагов вперёд-назад, как по прочному льду.

— Идём как уговаривались, но слегка пошибче, — сказала она. — Коли упали в воду — не пейте, покуда светят луны — не утонем.

Я последовал за ней, и убедился, что также не тороплюсь погружаться в пучину. Тёмная вода под ногами ощущалась не как лёд, а скорее плотная резина. Поисковый амулет отправился назад, за пазуху, поскольку здесь не требовалось какое-то конкретное направление. Следовало просто идти, пока не придём — и спорить с этим странным принципом было бесполезно.

Вода не дрогнула ни под рыцарями, ни под автоматонами. Сильнее всего я волновался за Яна с Авой, поскольку драконы прямо противопоставлялись Знающим, но озеро приняло и их. Отряд вновь двинулся вперёд, «слегка пошибче», как и говорила Гвендид, что позволял слегка рассеявшийся туман. Густая пелена всё равно стелилась над озером, но не так мешала видимости, как на берегу. Плеск воды вызывал иррациональное чувство спокойствия, почти безмятежности.

Вскоре мы отдалились от берега достаточно далеко, чтобы упустить его из виду, но и других берегов отсюда было не разглядеть. Сейчас Демхе казалось безграничным морем, источающим туман, воплощённой тайной. Древним божеством, способным даровать силу или отнять жизнь. Казалось бы, чего проще — убрать опору из-под ног, чтобы все разом пошли ко дну. Но законы Йхтилла работали иначе — и нам был приготовлен более запоминающийся приём.

Гвендид вдруг замедлила шаг, подав знак левой рукой, чтобы остановились и мы. Сперва просто хмуро, затем с видимой тревогой она всматривалась в тёмные воды, пока не обернулась на отряд.

— Всем застыть, — проскрипела она, делая пасы посохом над поверхностью. — Если нам повезёт…

Но нам, конечно, не повезло.

Нечто великанских размеров проплыло под нами — столь тяжёлое, вызывающее явный эффект, что его присутствие было заметно даже в этой неправильной воде. Рыцари взяли на изготовку мечи, автоматоны — ружья, Гвендид что-то бормотала, продолжая движения посохом. На миг всё стихло, Демхе будто вернулось в состояние покоя…

Пока вода не разверзлась, выпуская на поверхность невообразимое чудовище.

Оно одновременно походило на рыбу, моллюска и членистоногое, с вытянутым бледным телом, не уступающим по длине взрослому дракону, и хитиновым панцирем, укрывающим каждое его сочленение. Голова — бугристый нарост с перекошенной округлой пастью, зубастой, как у пиявки. По всей протяжённости туловища кто-то случайным образом разбросал чешую, плавники, круглые матовые глаза и короткие чёрные ноги, будто бы не способные удержать эдакую махину. Но когда тварь Демхе начала движение, никто не решил над ней посмеяться.

— Бей! — скомандовала Адель, подавая личный пример своим металлическим подопечным.

Я опередил автоматонов буквально на секунду, но даже Райнигун оказался не слишком эффективен. Серебряные пули сжигали отдельные элементы естественной брони, открывая плоть для артефактных винтовок, да только чудище оказалось слишком быстрым. Лишь первый залп оцарапал ему бок, затем оно проскользнуло вперёд, избегая второго, изогнулось под невероятным углом и дотянулась до одного из автоматонов. Тот хладнокровно разрядил ружьё твари прямо в глотку — и это был его последний подвиг. Скошенная зубастая пасть пришла в движение, перехватывая стрелка посередине туловища и немедленно ныряя вместе с ним под воду. Поверхность закачалась, но выдержала, вновь вернулась предательская тишина. Но теперь ни у кого не оставалось сомнений, что долго она не продержится.

— Мы здесь как на ладони! — рявкнул я, оглядываясь и пытаясь понять, откуда вновь появится тварь. — Гвендид, мы можем вернуться к берегу?

— Нет, — с явной досадой отозвалась она. — Это односторонний путь! Либо Йхтилл, либо смерть.

Поверхность вновь всколыхнулась внизу, знаменуя возвращение многоглазой рыбо-пиявко-каракатицы. На сей раз она вынырнула заметно ближе, возможно, рассчитывая без проблем утянуть кого-то ещё. Вместо этого её встретили проблемы — семеро рыцарей Авалона, атакующих словно единое целое, и новый град пуль прямо в уродливую башку. Два разъярённых красных дракона вцепились в туловище с разных сторон, пытаясь прогрызть и оторвать как можно больше хитиновых пластин за заход.

Страж Демхе визжал от боли совершенно беззвучно, но его конвульсии несли настоящую угрозу. Тело громадных размеров свивалось в клубок и разворачивалось назад со скоростью, неуловимой для глаза, и все, кто оказался к нему слишком близко, разлетелись кто куда. Рот пиявки жадно повернулся в сторону Гвендид — лишь чтобы получить огненное копьё ровно в центр и отшатнуться. К несчастью, регенерация стража работала на высочайшем уровне, позволяя ему возвращать глаза, конечности и броню примерно с той же скоростью, что он их терял.

При всей выносливости и опыте авалонцев, при всём абсолютном хладнокровии автоматонов, мы находились в слишком неподходящей позиции для драки. Если мы хотим пройти дальше, не лишившись половины отряда, следовало принять угрозу максимально серьёзно.

— Гвендид! — крикнул я. — Не дай ему нырнуть!

«Зверь в лунном свете» и «Метаморф» привычно сплелись воедино, обращая моё тело в неостановимую чудовищную силу. Я прыгнул, приземлившись на спине озёрной твари, и бросился вперёд, без остановки паля из Райнигуна по чёрным сегментированным ногам. Шесть выстрелов — остановка времени — перезарядка. Шесть выстрелов — остановка времени — перезарядка. Шесть выстрелов…

Тварь молниеносно свернулась в клубок, но ей не повезло — мой револьвер как раз остановил время, позволив хозяину рассчитать идеальный прыжок. Я вернулся на уродливую спину как раз в тот момент, когда страж понял, что пора рвать когти. Только вот он здорово потерял в скорости, лишившись трети конечностей, а нырнуть ему не давали бледно-зелёные нити, что вырвались из посоха Гвендид и укрыли поверхность воды. С обеих сторон туловища страшные двуручники рыцарей Авалона глубоко пронзили бледную плоть, удерживая её на месте. Я взмахнул левой рукой — и красный дракон по имени Янтарь рванулся вперёд, затормозив возле бугристой башки с пастью пиявки.

— ОГОНЬ!!

Клубы пара взметнулись в воздух, подхватывая с собой туман и скрывая поле боя от любых глаз. Но среди этой сплошной пелены я уже не чувствовал угрозы. Лишь чьё-то пристальное внимание, рассматривающее нас как муравьёв, заползших на чужую кухню.

Кажется, Князь в Жёлтом наконец понял, что ему угрожал не только объединённый Риид.