Отдельные тома «Истории» выходили в свет и раньше — начиная с 1910-го года до 1924-го, в том числе 9 томов было выпущено «ИВО» в 30-х годах на идиш в Варшаве. Десятитомное издание на еврейском языке вышло в наши дни в Буэнос-Айресе; издателем является Еврейский Культур-Конгресс и «Цико», Нью-Йорк.
Антипатия к полякам и русский патриотизм находит яркое выражение в главе «Политическое значение евреев в Польше» (стр. 244 — 288), где автор на основе фактов и допущений пытается доказать, что евреи во время восстаний 1831-го и 1863-го годов были на стороне «законной» русской власти. Проявления активного сочувствия повстанцам со стороны евреев он объясняет экономической зависимостью от польских помещиков и даже жаждой наживы.
Нахпэсу в’нахкойру.
В 1925—1927 гг. вышло издание последнего труда, дополненное главами культурно-исторического характера: «История еврейского народа в России», (Ленинград).
В Филадельфии вышел в английском переводе трехтомный труд С. М. Дубнова — «History of the Jews in Russia and Poland from the earliest times until the present day (1916 — 1920)»; в Москве на русском — трехтомник «Новейшая история еврейского народа от французской революции до наших дней», Мосты культуры, 2002.
Хильфсферейн (Hilfsverein; полное название Hilfsverein der deutschen Juden), Союз помощи немецких евреев, одна из крупнейших еврейских филантропических организаций (прим. ред.).
Л. О. Леванда впоследствии принимал участие в прогрессивной русско-еврейской печати и стал палестинофилом. Ред.
1 В этой депутации участвовал и известный адвокат А. Я. Пассовер. Он заговорил с Александром III о необходимости улучшить правовое положение евреев. Царь сказал: «Подайте мне об этом записку». Записка подана не была — вскоре выяснилось, что никаких шансов на успех она не имеет, так как правительство имеет в виду не улучшить правовое положение евреев, а его значительно ухудшить.
Интересно отметить, что во всех 4-х Думах были евреи-депутаты от губерний Ковенской и Курляндской.
Многие масоны склонны думать, что и в организации февральской революции и ее победе масонство сыграло решающую роль. В этом позволительно усомниться. По крайней мере я лично слышал речь одного из виднейших масонов в ночь с 26 на 27 февраля, в которой была высказана печальная уверенность, что восстание гвардейских полков будет подавлено.
И. В. Гессен в своих мемуарах говорит, что о масонстве А. И. Браудо он узнал только в эмиграции. Могу сказать то же самое и о себе. Когда я узнал, что А. И. Браудо был масоном, я вспомнил эпизод, связанный с выборами в Госуд. Думу, когда А. И. просил меня содействовать тому, чтобы кандидатура лица еврейского происхождения, выставленная в округе вне черты оседлости, получила голоса еврейских избирателей. Это меня крайне удивило, так как лицо это ни с какой точки зрения не должно бы быть поддерживаемо, что я ему и высказал. Так как это лицо было видным масоном, я понял, что поддерживая его, А. И. Браудо действовал в порядке дисциплины, хотя лично несомненно разделял мою точку зрения. Из компетентного масонского источника это мое предположение было подтверждено.
Очевидно, группа выселенцев из Вилькомира, к которым обратился 11 мая Вилькомирский исправник, оставалась еще в той небольшой восточной части Ковенской губернии, из которой евреи не подлежали выселению. С таким же объявлением о возвращении, под условием дачи заложников, к выселенцам обратились гражданские власти и в местах отдаленных от Ковенской губернии. Так, например, приказом от 29 мая 1915 г. № 2780 Черниговский губернатор приказал Стародубскому исправнику осведомить выселенцев о том, под каким условием им может быть разрешено возвращение.
Н. М. Фридман скончался в 1921 г. в возрасте 58 лет. Незадолго до своей смерти он, тяжело больной, приехал в Берлин, где я его навестил в госпитале. Все, имевшие случай видеть, сколько сил Н. М. Фридман тратил на защиту русского еврейства в исключительно трудные для русского еврейства годы и с каким достоинством он выполнял свою задачу, искренно оплакивали его кончину.
По данным Я. Д. Лещинского, в губерниях черты оседлости проживало 4899327 евреев, т. е. 94% всего еврейского населения России (см. его статью в настоящей книге).
И. Бикерман, «Черта еврейской оседлости» (СПБ. 1911, стр. 1). Для соблюдения правильной исторической перспективы следует не забывать, что в 16 и 17 веках в Испании, Франции и Германии многие католические монархи были готовы подвергнуть такой же участи всех протестантов, а протестантские — всех католиков.
В вышедшей в Германии при Гитлере большой книге о «Русской политике в отношении евреев» (Dr. Richard Maurach, «Russische Judenpolitik», 1939) автор признает главным недостатком этой политики то, что русское правительство не сумело стать в еврейском вопросе на «расовую точку зрения». «Первым и единственным законом», который Маурах признает в этом отношении удовлетворительным, он считает изданные в 1912 г. «Правила о приеме в кадетские корпусы», по которым в кадеты не допускаются лица еврейского происхождения даже если их деды и отцы были уже христианами (ук. соч., стр. 379). Книга Маураха представляет собой печальный пример того, как в те годы немецкие ученые считали нужным следовать несуразной идеологии гитлеризма. Она написана в обличительном тоне и в ней проводится мысль, что русское правительство во все времена не решалось надлежащим образом бороться с евреями и только для вида издавало ограничительные законы, которые никем не соблюдались. В 1955 г. Маурах выпустил обширный комментарий к конституции СССР, в котором, между прочим, дается вполне объективная характеристика политики советов в отношении русских евреев («Handbuch der Sowjetverfassung», Munchen 1955, 86. 352 — 4).
Новороссийский губернатор граф М. С. Воронцов писал в своем отзыве об этом проекте: «Смею думать, что само общее название «бесполезных» для нескольких сот тысяч человек, по воле Всевышнего живущих в империи, и круто, и несправедливо... Проект считает бесполезными всех тех многочисленных евреев, которые занимаются мелочной покупкой товаров у первых производителей, дабы их доставлять оптовому купцу, или полезной продажей товаров потребителям... тогда как они мелким, но оклеветанным промыслом, безо всякого сомнения, помогают, с одной стороны, промышленности сельской, а с другой — торговой» (цит. у Бикермана, ук. соч., стр. 121). Легенда о «бесполезности» занятия торговых посредников — странным образом — встречала сочувственный отклик в некоторых взглядах прогрессивной русской интеллигенции, еврейской и нееврейской. Всем известна презрительная кличка «люди воздуха», которой именовали людей, занимающихся этим «мелким, но оклеветанным промыслом». В Америке никто не называет так бесчисленных посредников разных родов и видов — «сэльсменов», «брокеров», «дилеров», «джобберов» и т. д., — без услуг которых не обходится ни одно промышленное предприятие. В России оно было на устах у всех. Бикерман указывает еще на такой психологический продукт этого предубеждения против торговых посредников: «если история русской общественности, — говорит он, — знает кающегося дворянина, то русское еврейство имело кающегося фактора. Сын фактора, лавочника, меламеда мог под влиянием правительственной проповеди ...проникнуться презрением к занятиям отца своего и брата, к укладу той среды, в которой он жил и где только возможны были для него труд, деятельность, инициатива, прогресс» (стр. 123).
Характерны в этом отношении прения, имевшие место в Совете министров в августе 1915 года, когда выселенных из прифронтовой полосы евреев пришлось допускать в местности вне черты оседлости. Министр путей сообщения С. В. Рухлов, крайний реакционер и юдофоб, высказался против всяких послаблений для евреев. Но и министр внутренних дел кн. Н. Б. Щербатов, которого считали либералом, сказал: «конечно, С. В. Рухлов глубоко прав в своих указаниях на разрушительное влияние евреев». Его поддержал и министр земледелия А. В. Кривошеин, который считался лидером либерального крыла в министерстве: «я тоже, — заявил он, — привык отождествлять русскую революцию с евреями» (См. «Архив русской революции», т. XVIII, стр. 57). К этим министерским прениям мы еще вернемся.
Вопрос был решен Сенатом отрицательно (Определение 1-го Общего собрания 1898 г. № 65). Но в отношении изготовления уксуса Сенат был милостивее и признал, что еврей, занимающийся этим промыслом, может считаться ремесленником (Определение 1-го Департамента 1883 г. №65).
Подтверждение этого вывода можно найти и в судьбе негров американского Юга. Сохранившиеся в южных штатах законы о сегрегации негров в отдельных школах, железнодорожных вагонах и т. п. несомненно поддерживают и питают расовый антагонизм. Надо надеяться, что в результате новейших решений Верховного суда Соед. Штатов и мер федерального правительства эти законы в скором времени потеряют силу.
«Уже первый Еврейский комитет 1803 года совершенно ясно установил общее правило: как можно больше свободы, как можно меньше ограничений. Второй Комитет, который работал с 1807 до 1812 года,.. подтвердил, что евреи полезны и необходимы для русской деревни... Так думало и меньшинство Государственного совета в 1835 г. В 1858 г. министерство внутренних дел требовало равноправия для евреев и реакционный Еврейский комитет соглашался с этим требованием» (при условии постепенности), но уже «Новая Комиссия 1872 года ... находит, что отмена ограничений ... есть только акт справедливости и что отмена должна быть немедленной. Верховная комиссия 1883 г. опять-таки приходит к тому же самому выводу... Таково было в 1902 г. даже мнение Плеве, известного своими преследованиями евреев» (там же). Милюков не упоминает об учрежденной в 1870 г. «Комиссии по устройству быта евреев», работы которой интересны тем, что в их основу была положена «Записка», составленная старшим юрисконсультом министерства внутр, дел — известным криминалистом, будущим обер-прокурором Уголовного кассац. департамента Сената, — Н. А. Неклюдовым. Эта записка была издана в 1907 г. в Петербурге под заглавием «О равноправии евреев», и по своему содержанию соответствует этому заглавию. Неклюдов особенно резко критикует ограничения в праве жительства: «этими правами пользуются буряты и тунгузы, чукчи и самоеды;... ими должны пользоваться и евреи, потому что в благоустроенном государстве не может быть народа, не имеющего гражданского быта».
В министерской декларации, оглашенной Горемыкиным в Думе 13 мая 1906 г., правительство обошло еврейский вопрос молчанием. По-видимому, считаясь с настроениями царя, правительство не могло предложить никаких послаблений в ограничительных законах, но оно не имело мужества открыто заявить об этом отказе Государственной думе. Достойную оценку декларации с этой точки зрения дал член Думы М. М. Винавер в речи, произнесенной в первый день прений по декларации.
В черту оседлости входили пятнадцать губерний: Гродненская, Ковенская, Виленская, Витебская, Минская, Могилевская, Черниговская, Полтавская, Волынская, Подольская, Херсонская (кроме гор. Николаева), Бассарабская, Екатеринославская, Киевская (кроме гор. Киева) и Таврическая (кроме городов Севастополя и Ялты), а также десять губерний Царства Польского (Устав о паспортах, изд. 1903 года, приложение к ст. 68 п. 1 и 21). Общая площадь черты составляла всего 1/23 часть территории России. О праве жительства евреев в прибалтийском крае (тогдашних губерниях Лифляндской и Курляндской) был издан ряд особых узаконении, начиная с Высочайше утвержденного положения Еврейского комитета 1829 года (Поли. Собр. Зак. № 2884). По ст. 7 прил. к ст. 68 Устава о паспортах изд. 1903 г., постоянное жительство в этих губерниях разрешалось «только тем евреям, кои там записаны по ревизии до 13 апреля 1835 г.; переселение же туда евреев из других губерний воспрещается».
Белая Церковь была крупным и быстро растущим поселением Киевской губернии, но продолжала числиться «селом». Депутации от ее жителей, обратившейся по этому поводу к генерал-губернатору Дрентельну, он ответил: «скажите вашим евреям, что я скорее превращу Бердичев в деревню, чем Белую Церковь в местечко».
Евреи-солдаты, отслужившие свой срок по Уставу о воинской повинности 1874 г., немедленно лишались права жительства в месте своей службы, если оно находилось вне черты оседлости. Мой старший брат — студент американского университета — в 1907 году, по желанию нашего отца, вернулся в Киев, чтобы отбыть воинскую повинность, но отслужив годичный срок в качестве вольноопределяющегося, должен был уехать из Киева, так как он, как совершеннолетний, не мог жить «при отце», а как студент иностранного университета, не располагал самостоятельным правом жительства в Киеве.
По данным Еврейского колонизационного общества, в 1905 г. в России свыше 1300000 евреев занимались ремесленным трудом.
По общему правилу (Законы о состояниях, т. IX, ст. 780 по прод. 1899 г.), право жительства обнимало также право приобретения недвижимых имуществ. Но после Польского восстания 1863 г., в видах «обрусения Юго-Западного края», евреям вместе с поляками было воспрещено приобретать земли в девяти западных губерниях. Этот запрет, невидимому, не очень строго соблюдался и в 1884 году последовало специальное узаконение о признании недействительными купчих крепостей, заключенных в его нарушение. При этом генерал-губернаторам было предоставлено право предъявлять в подлежащих случаях к еврейским землевладельцам иски и отбирать их имения в казну. Много шума вызвало дело по такому иску, предъявленному Киевским ген.-губернатором к еврею Герману, который свыше двадцати лет владел образцовым имением в Волынской губернии. Киевский окружной суд и Киевская судебная палата иск удовлетворили. Член палаты К. Змирлов (будущий сенатор) в составленном им решении подверг тщательному анализу все возникавшие в этом деле юридические вопросы и доказывал ссылками на Иеринга, Виндшейда и других ученых, что имение нужно у Германа отнять. Но Гражданский Департамент Сената, после выступлений поверенных Германа А. Я. Пассовера и А. С. Гольденвейзера, признал, что евреи-землевладельцы могут защищать свое владение ссылкой на десятилетнюю земскую давность, и что поэтому в иске ген.-губернатора к Герману, владевшему своим имением свыше двадцати лет, должно быть отказано.
По Высочайше утвержденному Положению Совета Министров от 22 августа 1909 г. норма была повышена для приема евреев в средние (но не в высшие) учебные заведения (15% в черте, 10% вне черты и 5% в столицах).
Это Положение было включено в Свод законов в виде примечания к ст. 787 Закона о состояниях (т. IX по изд. 1912 г.). Следует отметить, что инициатор этих ограничений граф Делянов, по-видимому, считал, что строгое применение процентной нормы в средних учебных заведениях является достаточной гарантией против еврейского засилья в университетах. Он очень широко пользовался правом министра допускать евреев в университеты вне нормы. По этим делам он обычно принимал просителей у себя на дому и, как передают, рекомендовал им «не попадаться на глаза товарищу министра». Впрочем, либерализм Деля- нова распространялся только на прием евреев в провинциальные университеты. Л. О. Дан в своих воспоминаниях рассказывает об успехах в таких делах, которых достигал у Делянова ее дед, издатель еврейской газеты «Гамелиц» А. О. Цедербаум. По его ходатайствам, «десятки и даже сотни студентов были приняты в университеты сверх процентной нормы» (см. «Мартов и его близкие», Нью-Йорк 1959, стр. 30). Но эти патриархальные порядки изменились, когда вместо Делянова министрами народного просвещения стали ученые юристы — профессора Московского университета Боголепов и Кассо. При них процентная норма стала применяться со всей строгостью.
Хотя закон о черте оседлости и Временные правила 3 мая 1882 г. ограничивали в правах только евреев-физических лиц, циркуляры и судебная практика распространяли их действие и на акционерные общества, в состав которых входили евреи. Так из Временных правил 1882 г. делали заключение, что евреям нельзя становиться пайщиками и распорядителями акционерных обществ, которые по роду своей деятельности должны владеть или арендовать сельские земельные угодья. Для проведения в жизнь этого ограничения, при утверждении каждого нового устава ставилось условием, чтобы в него была внесена статья, воспрещавшая евреям быть избранными в члены правления, быть директорами-распорядителями или управляющими имениями данного общества. Особенно остро ощущалось это ограничение в Юго-Западном крае, где одной из главных отраслей промышленности была свеклосахарная. Ни одно акционерное общество, владевшее сахарным заводом, не могло существовать без права владеть или арендовать земли для свекловичных плантаций. И хотя, как известно, евреи играли выдающуюся роль в развитии сахарной промышленности и во многих предприятиях в данной области им принадлежало большинство или даже все акции, в члены правления таких обществ разрешалось избирать только неевреев. То же имело место и в горной промышленности.
Так как профессура и государственная служба были фактически закрыты для евреев, то адвокатура долгие годы оставалась единственным поприщем, на котором оканчивающие юридический факультет молодые юристы-евреи могли применять свои знания и способности. Поэтому разъяснение Сената 1912 года, закрывшее и этот последний выход, было болезненно воспринято всеми, кого оно коснулось. Вопрос о доступе евреев в адвокатуру был окончательно решен только в первые дни революции. 28 февраля 1917 г. Комитет Государственной Думы назначил трех депутатов — В. А. Маклакова, М. С. Аджемова и В. П. Басакова — «Комиссарами для заведывания делами министерства юстиции» и одним из первых действий этих комиссаров была рассылка окружным судам телеграфного циркуляра с предложением зачислить в адвокатуру всех евреев, которые были приняты Советами присяжных поверенных, но не имели министерского утверждения.
Действительной целью правил о наборе малолетних евреев было насильственное обращение их в православие. Малолетних рекрутов полагалось направлять на службу в местности, где еврейских жителей не было, и по дороге им разрешалось квартировать только у христиан. Во время длинных зимних переходов несчастные дети гибли массами (см. Юлий Гессен, ук. соч., стр. 72 и сл.). Трагедия этих еврейских детей (так наз. «кантонистов») описана в русской литературе.
При обсуждении этого вопроса министр земледелия А. В. Кривошеин, — который пользовался таким уважением в либеральных кругах, что его прочили в премьеры будущего «кабинета общественного доверия», — сказал: «Надо предъявить евреям откровенный ультиматум: мы даем вам изменение правил о черте оседлости..., а вы пожалуйте на денежную поддержку на русском и иностранном рынках». Обер-прокурор Синода Д. Самарин, также слывший либералом, заявил, что «ему больно давать согласие на такой акт, последствия которого огромны и с которым русским людям придется считаться в будущем». «С душевным прискорбием» присоединился к нему и министр юстиции Хвостов, а министр путей сообщения заявил, что не может «переварить, что вся Россия страдает от тяжестей войны, но первыми получают облегчение евреи». Только министр торговли и промышленности кн. Шаховской решился сказать, что ограничения права жительства вредны для хозяйственного развития России, и потребовать допущения евреев не только в города, но и в сельские местности вне черты оседлости.
При обсуждении вопроса один из министров заявил, что допустить евреев в сельские местности невозможно, так как «мужики будут гнать евреев дрекольем». Какая клевета на русское крестьянство! Известно, что между крестьянами и немногими проживавшими в деревнях евреями существовали добрососедские отношения, а антисемитизм был распространен главным образом среди городского купечества и мещанства.
«Еврейская Неделя» за 1917 г. № 3 — 4. В № 10-11 этого журнала, вышедшем 14 февраля 1917 г., — т. е. всего за десять дней до революции, — приведено сообщение газеты «Утро России», что в Москве в Пречистенском полицейском участке содержатся десятки евреев, «арестованных за нарушение законов о праве жительства», в том числе «пожилая еврейка, проезжавшая через Москву в Вознесенск, чтобы повидаться в лазарете с раненым сыном».
Включая Таврическую и Херсонскую губернии.
Включая Курляндскую, Лифляндскую и Эстляндскую губернии.
«Касриловка» — название типичного еврейского местечка у Шолом-Алейхема. (Прим, редакции).
В статье П. Аксельрода (опубликованной только в 1924 г.), в воспоминаниях О. Аптекмана, письмах А. Зунделевича мы находим объяснение, почему эти революционеры отвернулись от еврейской массы. А. Зунделевич писал в 70-х гг.: «Для нас всех еврейство, как национальный организм, не представляло собой явления, заслуживающего поддержки. Национальность еврейства нам казалась не имеющей резон д’этр. Главный элемент, связывающий евреев в одно целое — религия — признавался нами фактором безусловно-регрессивным».
Для того, чтобы не быть голословным, мы отметим позицию, занятую в еврейском вопросе группой соц.-дем. деятелей-евреев из «Искры», до и после раскола, т. е. и большевиков, и меньшевиков, идеологически заявивших себя сторонниками ассимиляции. В журнале «Заря» (№ 4, 1902 г.) в статье «О еврейском рабочем движении в России» утверждалось, что «собственно национальной культуры (если не считать религии...) у евреев нет. В политическом смысле евреи не представляют собой ничего национального». Евреи в России «страдают, как известно, не от того, что стесняют их национальную культуру, а оттого, что их не допускают к русской культуре». Исходя из взгляда, что евреи — не нация и обречены ассимилироваться, «Искра» вела непримиримую борьбу с Бундом.
После октябрьских погромов 1905 г. С. Дубнов писал о не желающей сдавать свои позиции группе евреев-ассимиляторов в с.-д. партии: «Та многочисленная армия еврейской молодежи, которая занимает видное место в рядах РСДРП, формально порвала всякие связи с еврейством. Это — последовательные ассимиляторы. Их народ — русский, а не еврейский. 6 миллионов евреев, застрявших в русском государственном организме, являются для них русскими, до поры до времени приписанными к еврейству».
В 80-х годах эмиграция из России составляла в среднем до 15 тысяч в год, — а в 90-х годах — до 30 тысяч в год.
В известной «Записке» по еврейскому вопросу Паленской комиссии, учрежденной в 1883 г., говорилось, что до 90% еврейского населения представляют собою массу, живущую в бедности, в тяжких гигиенических и жилищных условиях, а проф. Субботин отметил в своем исследовании, что с 1894 по 1898 г. число нуждающихся возросло на 27%, получающих пособия к Пасхе в больших городах достигло 40-50%.
Марк Либер (М. И. Гольдман), тогда 20-летний юноша, в горячей речи убеждая съезд принять эту резолюцию, говорил: «Мы были до сих пор в большой мере космополитами. Мы должны стать национальными. Не следует бояться этого слова. Национальное не значит националистическое».
Территориалисты (ЕТРП) на съезде весной 1905 г. постановили: «Никакие политические изменения в России не улучшат настолько нашего положения, чтобы это ослабило необходимость в самостоятельной территории».
Палестинофильство.
«Билуйцы», «Билу» — палестинофильский кружок, возникший в начале 80-х г.г. в целях содействия личному переселению членов кружка в Палестину. Название «Билу» составлено из начальных букв библейского стиха из Исайи. См. статью Г. Света «Русские евреи в сионизме».
«Бнэй Мошэ» — сыновья Моисея — национальное направление, возглавленное Ахад-Гаамом, из которого несколько позже оформился «духовный сионизм». «Ховэвей-Цион» — палестинофилы. См. вышеупомянутую статью Г. Света.
Эс-эс — сокращенное название партии сионистов-социалистов.
Хашин погиб в СССР в конце 30-х годов при разгроме евсекции.
С проникновением движения в Литву и Польшу назрела необходимость опубликования «Нашей платформы» на идиш. В Лодзи в 1906-м году была создана редакция для издания «Нашей платформы» на идиш в переводе Залмана Рубашова. «Наша платформа» переведена была на иврит и опубликована в собрании сочинений Борохова (Марксистская библиотека, Тель-Авив, 1934) и затем в издании Рабочей библиотеки «Гакибуц гамеухад», 1955 г. Третий перевод на иврит в новой редакции войдет во второй том сочинений Борохова в издании «Ам овед».
«Грине» (зеленые) — так называли с оттенком пренебрежения новых эмигрантов, с трудом осваивавшихся с американской жизнью.
Потогонные мастерские.
Д-р Ицхок-Айзик Гурвич, «Immigration and Labor», стр. 362— 364, пересмотренное 2-ое издание, 1922. Это исследование до сих пор считается одним из наиболее серьезных английских трудов по этому вопросу. Автор ее коснулся вопроса об эмиграции также в 1-м томе своих «Избранных произведений», вышедших на идиш. Мы читаем там на стр. 97-й: «Что касается потогонной системы, нужно констатировать, что она возникла не с появлением еврейских рабочих, а существовала целых 50 лет до того, как началось переселение евреев в Америку. В 1828 году сочувствующий рабочим журналист Мартин Кери установил, что в Нью-Йорке, Бостоне, Филадельфии и Балтиморе в «свит-шопах» работает около 20000 женщин».
Первый статистический обзор хедеров был предпринят после закона 1893 г. Вольно-экономическим Обществом, при поддержке ОПЕ. Выяснилось, что по всей России и Польше обучалось в 13000 с лишком хедерах 201964 ученика. По данным, собранным Еврейским Колонизационным Обществом в 1898 г. (в 507 пунктах «черты», включая Польшу) обучалось в обследованных хедерах 108289 учеников, (детей школьного возраста было в этих местах 202956). По заключениям, сделанным на основании обследования, можно предположить, что число детей в хедерах в этом году в действительности было гораздо выше и доходило до 340000.
Мусар буквально означает мораль: движение мусар — религиозно-этическое течение, ставившее личную мораль во главу угла.
«Эйдемс оф кест» (зятья на содержании) — молодые люди, которые после женитьбы поселялись в доме тестя и, будучи обеспечены материально, имели возможность посвящать все свое время ученью.
Потомки Переца и Новаховича занимали высокие посты: член Гос. Совета — Перец и вице-адмирал Новахович.
Вспомним «шпиона» у Тургенева, Янкеля и описание погрома у Гоголя, Исая Фомича у Достоевского, «презренного жида» у Пушкина в «Скупом рыцаре».
См. Леонид Гроссман «Исповедь одного еврея», Деконт+, Подкова, Москва, 1999 - 192 с.; Макс Вайнрейх «С двух сторон ограды» (Бурная жизнь нигилиста Ури Ковнера) Буэнос Айрес, 1955, идиш; С. Цинберг в «Пережитом», т. II.
Сюда вошли также письма и статьи С. Я. Надсона. Его биограф сообщает, что по приглашению М. И. Кулишера в его газете «Заря» в Киеве поэт вел журнальное обозрение.
Адвокатура начала функционировать одновременно с открытием С-Петербургского окружного суда в апреле 1866 г.
Фактически прием был прекращен, как было указано выше, вследствие разъяснения Сената от 1912 г.
Выдающийся знаток гражданского права. «Среди русских цивилистов я не знал ему равного», писал о нем Винавер («Недавнее», стр. 272).
Специалист по торговому праву, многолетний член С. Петерб. совета присяжных поверенных.
Когда Пассоверу, по его возвращении из-за границы, куда он: ездил для подготовки к профессуре, было сказано: «Кафедра может быть за вами, но, конечно, вы должны отказаться от еврейства». «Нет, я отказываюсь от кафедры», ответил Пассовер.
Толстой высоко оценил работу Гольденвейзера, посвященную мотивам «Воскресенья». В письме к переводчику этого произведения на английский язык, сыну Александра Соломоновича, Эммануилу Александровичу, Толстой писал: «...не могу не сказать, что этюд Вашего отца с большой силой и яркостью освещает дорогие мне мысли о неразумности и безнравственности того странного учреждения, которое называется судом». Текст письма Толстого приведен в книге А. А. Гольденвейзера «В защиту права» (Нью-Йорк, 1952), стр. 19.
После Февральской революции Грузенберг получил возможность ознакомиться с секретными бумагами по делу Бейлиса, хранившимся в департаменте полиции. Из них следовало, что председатель суда Болдырев ввел в совещательную комнату присяжных переодетого жандарма под видом сторожа для услуг; что два чиновника департамента были командированы на процесс и ежедневно сообщали по телеграфу о ходе дела. В одной из телеграмм выражалась надежда, что «хотя улик нет, но темный состав присяжных, руководясь ненавистью к евреям, осудит и без улик». После оправдания Бейлиса, один из этих чиновников писал департаменту: «Произошла судебная Цусима». Грузенберг: «Вчера», стр. 128-129.
По этому поводу А. Я. Столкинд рассказывает в своих воспоминаниях о Грузенберге любопытный инцидент: Грузенберг встретился опять с Троцким в 1917 г. на совещании в Александрийском театре, на котором Троцкий призывал немедленно прекратить войну. На вопрос Троцкого, понравилась ли ему его речь, Грузенберг ответил: «За годы вашего пребывания за границей... вы не утратили своей эрудиции, своего блестящего ораторского таланта. Но в качестве сенатора у меня для вас готов каторжный приговор». На что Троцкий возразил: «Вы хотите исправить ошибку, которую сделали, защищая меня». Грузенберг: «Очерки и речи», стр. 21.
Две души, увы, живут в моей груди.
Знаменитая пианистка того времени, жена Шумана.
Русский перевод, наиболее полный: X. Н. Бялик. Песни и поэмы. Авторизованный перевод с еврейского и введение Вл. Жаботинского. Издание 3-е. Петроград. 1914.
См. «История еврейской печати». Любопытно, что Л. Пинскер, ассимиляторски настроенный в период редактирования «Сиона», прославился впоследствии после погромов своей «Автоэмансипацией» — ярким палестинофильским призывом. Его «Автоэмансипация» вышла анонимно по-немецки в 1882 г. и была переведена на русский язык А. Волынским, тогда палестинофилом.
Александр Цедербаум и сын его Иосиф Цедербаум были близки с Игнатьевым (последний — со времени пребывания графа русским послом в Константинополе).
А. Кауфман в своих цитированных воспоминаниях воспроизводит слова Игнатьева, сказанные одному еврейскому деятелю в связи с эмиграцией евреев из России: — «Евреи от нас не уйдут. Вот и выселившиеся в Палестину и Америку распевают, как говорят, «Вниз по матушке, по Волге». В Палестине нам евреи сослужат еще большую службу, помогут нам добыть ключи от гроба Господня» ...
Дальнейшая карьера Рачковского известна: с 1885 г. по 1902 г. он заведовал в Париже иностранной агентурой, а с 1902 г. был вице-директором Департамента полиции.