Лабиринт

Глава 6 Обновки.

На выходе из академии меня уже ждали.

Майя, Вейла и Руми.

— Всем привет, — махнул я рукой подходя к ним. — Как прошёл ваш день?

— Неплохо, только вот к нам стражник приходил.

Мы пошли по мостовой, а Майя продолжила рассказ.

— Тот, что привёл друзей дабы тебя поколотить, найден мёртвым. Вот он и хотел с тобой пообщаться.

— К нам домой приходил?

— Нет на производство. Там был Мирко он и приходил к нам.

— Так стоп. Что-то я непойму, нам надо ещё поговорить со стражей или уже нет?

— Нет не надо, Мирко всё уже решил. Он с остальными рабочими всё рассказал, как было. Стражнику этого хватило.

— Отлично. Тогда отправляемся осматривать моё новое жилище. — Я окинул взглядом улицу, вдыхая свежий воздух. — Кстати, далеко от нашего нынешнего дома?

— Минут двадцать неспешным шагом, — ответила Майя, поправляя прядь волос, выбившуюся из строгой причёски. Сегодня она прям выглядит ВАУ. Вон как Руми на неё таращиться.

Дорога заняла около получаса от академии — вполне приемлемое расстояние. Конечно, я мог бы преодолеть его парой прыжков, но демонстрировать заклинания такого уровня на людях было бы неосмотрительно. Да и другие ранги вряд ли смогли бы повторить подобное. Поэтому так нагло выделяться не будем.

Дом встретил нас приветливо:

Белоснежные стены, будто выточенные из мрамора. Лазурная крыша, переливающаяся на солнце. Два этажа с аккуратными ставнями. Просторный двор с парочкой яблоневых деревьев.

По размерам он превосходил наше нынешнее жилище примерно в полтора раза — идеально, если семья Вилера решит присоединиться. Да и для ночных совещаний просторные комнаты придутся кстати. После тесной однушки в прошлом мире это казалось роскошью.

На пороге нас встретил средних лет мужчина:

Одет скромно, но со вкусом — тёмно-синий камзол с серебряными пуговицами. Лицо с морщинами трудолюбия, но без следов нужды. Руки с мозолями — явно не маг, а человек, привыкший к физическому труду.

— Дом достался мне от деда, — пояснил он, пока мы осматривали владение. — Сам живу за городом, ближе к мельнице.

Майя, идя сюда, уже рассказала мне его историю — обычного человека в этом мире магии и чудес.

Переступив порог, я ощутил:

Чистоту — ни пылинки на полированных поверхностях. Уют — ничего лишнего, но каждая вещь на своём месте. Гармонию — приглушённые тона стен, мягко рассеивающие свет. Мебель — не дворцовая роскошь, а добротный дуб и ясень:

Массивный стол в столовой, способный вместить десяток человек. Прям то что надо. Кресла с высокими спинками, обитые прочной тканью. Лестница на второй этаж — ни единого скрипа под ногами.

— Красота, да и только, — не удержался я от восхищённого шёпота.

Майя одобрительно кивнула:

— Здесь будет достойное место для наших собраний. И... для нового начала.

Я поймал её взгляд и понял — этот дом станет не просто жилищем, а крепостью, где будут рождаться планы, способные изменить судьбу всего континента. Хе-хе. Мы ещё им всем покажем. А после откроем спортзалы и фитнес питание. Бу-га-га.

Так возьми себя в руки, а то на тебя уже странно поглядывают.

— Уважаемый сколько вы за него хотите?

— Как уже ранее было озвучено, шестьдесят золотых в год.

— Договорись. Это моя поверенная, как вы уже поняли, с ней и подпишите все документы. К слову, у вас только один дом?

— Нет, три. Причём все тут рядом.

— Все сдаются?

— Да. Но сейчас там живут люди.

— А они похожи на этот?

— Почти близнецы, — ответил он с улыбкой. Потом пояснил, что их постройку заказали одновременно три брата, три его деда.

— Ясно. А мы можем перекупить аренду?

Он чуть ли не начал светиться от счастья. Да, конечно, это возможно.

— Майя, вам с Ромой такие подойдут дома?

Она стояла, распахнув глаза.

— Но мы присмотрели чуть подальше и посекромнее, ближе к окраине…

— Да или нет? — поторопил я её.

— Да.

— Отлично, тогда договаривайся. Хочу, чтобы вы всегда были рядом. Наш дом тогда не выкупайте. Лучше если что вот эти выкупим. Да и ближе к нашим помещениям.

— Сделаю, — покорно ответила она.

— Вейла, ты будешь жить с Ромой и Алатеей, заодно прикроешь их. После наймём им охрану, а ты возглавишь бегунков, — она только кивнула, продолжив осматривать дом.

Когда с выбором дома было покончено, я попрощался со своими и, вызвав Аэридана, отправился в лавку гримуаров. Вот только вошёл я один, так как он тут же улетел в соседнюю лавку со вкусняшками.

Дверь с лёгким скрипом поддалась под моей рукой, впуская меня в самую уютную лавку в мире. Воздух здесь был пропитан запахом старого пергамента и древесной смолы. От него у меня приятно кружилась голова.

— Присаживайтесь, сейчас освобожусь, — бросил через плечо Барт, не отрываясь от разговора с двумя учащимися. Видимо одни из тех, кто ещё не успел закупиться.

Я опустился в мягкое кресло с высоко поднятой спинкой, обитое потёртым бархатом, и машинально протянул руку к ближайшей полке. Пальцы наткнулись на переплетённый в кожу том.

Книга оказалась сборником рунических символов. Страницы, пожелтевшие от времени, содержали:

Подробные схемы начертания каждого знака

Пояснения о сферах влияния:

Руна "Феху" — богатство и материальные блага.

Руна "Ансуз" — магия слова вы всегда правы.

Руна "Турисаз" — защита от мошенников и сглаза.

Закрыв фолиант, я прочёл золотыми буквами вытисненное название:

«Руны для начинающих»

А ниже — подзаголовок поменьше:

«Как быстро сколотить состояние на бытовых артефактах».

— М-да... — губы сами собой искривились в саркастической ухмылке. — И здесь цветут пышным цветом эти... «тренинги личностного роста».

Барт, закончив переговоры, швырнул на стол звякнувший кошель:

— Ну что, наш "знаток рун", готов окунуться в мир быстрой наживы?

— Нет спасибо. Обманом наживаться только душу пачкать.

Я встал и поздоровался.

— Готов мой заказ?

— Да, малой. Только там возникли кое-какие проблемы.

Я насторожился. Потому как был намерен забрать его сегодня.

— Да не смотри ты так, — дед закашлялся от смеха. — Если что, переделаем. Только вот… Пойдём, сам всё увидишь.

Он закрыл дверь, и мы спустились в подвал. Дверь с тихим скрипом распахнулась, впуская нас в уютный полумрак мастерской. Я невольно задержал взгляд на стариках — оба выглядели так, будто время повернуло вспять. Кожа разгладилась, глаза заблестели молодостью, даже осанка изменилась.

«Неужели эти горошины настолько на них повлияли?» — мелькнула мысль, пока я рассматривал удивительную метаморфозу.

Марта сидела за столом и корпела над страницами, по-видимому, моего гримуара.

— А, здорово, Шнур, — бодро проговорила она, поднимаясь. — Глянь, какую красоту мы тебе со стариком, сработали.

Она аккуратно сложила гримуар и протянула мне сие великолепие. Книга и правда была произведением искусства:

Переплёт из плотной черной кожи, мягкой на ощупь, будто живой. Имя "Кайлос" вытеснено золотыми буквами, которые мерцали в свете свечей. Компактный формат — чуть больше ладони, но в этом была своя изысканность. Золотые уголки — не просто украшение, а защита драгоценных страниц. Изящный замочек - декоративный, но выполненный с ювелирной точностью. Придавал ему ещё большую красоту.

Когда я открыл гримуар, аромат ударил в ноздри — сладковатый, древесный, с медовыми нотками. Липа? Или что-то более экзотическое? Страницы поражали нежным розоватым оттенком, будто подсвеченные изнутри, пока ещё девственно чистые.

— Ну как твой первый день в академии?

— Выиграл первую дуэль, — гордо заявил я. Почему-то перед ней мне захотелось выпендриться.

— Уважаю. Так держать.

Мы стукнулись кулачками.

— Доставай свой, сделаем перенос, — сказала она, забирая у меня новый гримуар и бережно укладывая его на стол чья поверхность была испещрена рунами да так что рябило в глазах.

Я вынул старый гримуар Морвенс. В воздухе сразу повисло напряжение — старики переглянулись, их лица исказились гримасами отвращения.

— Что-то не так? — спросил я, ощущая, как они сторонятся.

Барт ударил кулаком по столу, заставив подпрыгнуть инструменты:

— Да всё не так, малец! Это же работа Даэрис Пожирательницы!

Я непонимающе пожал плечами:

— Понятия не имею, кто это.

Старик тяжело вздохнул, его голос стал глухим, будто доносящимся из склепа:

— Эта отродье бездны создаёт свои гримуары, пожирая души. Напитывала страницы страданиями жертв, чтобы усилить заклинания. Советую тебе — уничтожь эту мерзость. И уж тем более не переноси ничего в новый том, иначе часть твоей силы будет утекать к ней.

Я задумался, перебирая пальцами потёртый переплёт. Гримуар и правда всегда казался мне... немного странным. Но разве у меня был выбор, когда я его нашёл? Был, если честно, но я предпочёл не бросать вот и…

Этот "подарочек" внезапно обрёл зловещие очертания. В воздухе повис невысказанный вопрос: "А не подбросили ли мне его нарочно?"

— Не могли бы вы рассказать подробнее? — попросил я, ощущая, как пальцы сами собой сжимают переплёт. — Мне важно понять, случайно ли он попал в мои руки или кто помог.

Марта сжимала пальцами спинку стула, а её взгляд стал твёрдым, как сталь.

— Только если поклянёшься уничтожить его здесь и сейчас. После — узнаешь всю правду.

— Согласен.

Я накрыл гримуар ладонью, ощущая под пальцами мерзкое биение — будто книга была живой и осознавала, что с ней сейчас произойдёт. Собрав магию, я выпустил заклинание:

— Fulmen Nox!

Молния, сплетённая с самой тьмой, ударила в переплёт. Сначала — ничего. Лишь лёгкое потрескивание страниц. Но я не останавливался, выжимая из источника каждую каплю силы.

Прошла целая минута. Мои руки дрожали, а в висках стучало от напряжения. Семьдесят процентов источника — истрачено.

Проклятая вещь, вот реально проклятая.

«Да чего же ты не сдохнешь», —мысленно прокричал я.

И тогда — треск.

Гримуар рассыпался в пепел, оставив после себя едкий дымок с запахом сгоревшей плоти.

Старики улыбнулись — не просто с облегчением, а с жестоким удовлетворением.

— Вот теперь верю, что ты настоящий двухстихийник, — голос Марты звучал почти ликующе. — Только такие могут уничтожить её творения.

Она опустилась в кресло, а я встал напротив, готовый ловить каждое слово.

— Уговор есть уговор. Слушай парень. История недолгая, но... занимательная.

Барт тем временем поднялся наверх — кто-то настойчиво стучал в дверь.

Через пару минут он вернулся, и рядом со мной приземлился Аэридан.

— Кто они такие?! — мой фамильяр нервно взмахнул крыльями. — Я сколько ни пытался — не смог пробиться сквозь их защиту! Ни одной щели! Стражи мира что ли?

— Знакомьтесь, — ткнул я пальцем в него. — Аэридан, мой фамильяр. И, кажется, ваш защитный контур его озадачил. А это — Барт и Марта. Хозяева лавки.

Аэридан окинул стариков задумчивым взглядом.

— Забавный пегарог, даже сказала бы симпатичный. Ладно, о нём потом. Ты будешь слушать или начнём работу с гримуаром?

— Нет. Сначала — история.

Марта тяжело вздохнула — будто готовилась рассказать то, о чём молчала десятилетиями.

И начала...

Тайну Даэрис Пожирательницы знают очень мало кто. Даэрис не всегда носила это прозвище. Когда-то она была известна как Даэрис «Водопад мудрости», величайший архивариус Королевской Библиотеки Адастрии. Её падение началось с одного проклятого открытия...

Во время раскопок древнего некрополя маги обнаружили библиотеку и пригласили её с целью определить, мусор ли это или сокровище. Там среди прочего она обнаружила книгу «Врата Бездны» — артефакт Древних, написанный на коже демонов. В его последней главе описывался ритуал «Вечной Чернильницы»:

«Чернила из слёз матери, перо из кости невинного дитя, страницы из плоти грешника... Но истинная сила в чернилах, что текут из души».

Конечно же, она не удержалась и провела эксперимент. Первой жертвой стал её ученик. Говорят, его крики до сих пор слышны в подвалах Библиотеки. Когда ритуал был окончен, созданный ею гримуар ожил, но потребовал больше жертв:

Двадцать пять душ = 1 забытое заклинание. Десять тысяч душ = секрет бессмертия. Тьма окутала сознание Даэрис.

Далее с ней начались происходить метаморфозы. Через сорок лет: её кожа срослась с переплётом гримуара. Пальцы превратились в перья из кости. Глаза стали чернильными пятнами.

По крайней мере, так художник изобразил её на известной картине, что висит в той самой библиотеке.

Её имя стёрли из всех хроник, и теперь осталось только её прозвище Даэрис «Пожирательница».

Поняв, что одной ей придётся очень долго кормить гримуар, она решила создать свои, те, что будут делиться с ней частичкой. Вот убил ты существо, и часть энергии его души перейдёт к ней.

На этом месте я сглотнул ком. Жесть какая. Это ж сколько я ей душ подарил. Интересно, а души животных считаются?

— А как она создавала гримуары? — Аэридан ходил по столу туда-сюда, изнемогая от любопытства.

— Выбирала талантливого мага. Давала ему «пустой» гримуар. Созданный по подобию того которым сама пользовалась и проводила над книгой ритуал «Вечной чернильницы». Когда владелец вписывал туда заклинания, книга поедала:

Первое — часть души мага при каждом использовании. Полностью — после смерти. Второе — забирала часть силы с тех, кого убивал маг. После гримуар возвращался к ней с «урожаем», добавляя съеденные знания в её коллекцию и энергию душ для «Гримуара Бездны».

— Жесть какая, — проговорил Аэридан и приземлился у меня на плече.

А я мысленно расслабился. Получается, раз я его уничтожил значит ничего она не получит.

— Спасибо за историю. А теперь спрошу, только без обид. Тот грим, что вы создали для меня. В нём есть какие-либо аналогичные ловушки или ещё чего такого?

— Нету. Можешь сам проверить. Тем более твой фамильяр сразу увидит, если к нам потянется ручеёк чего-либо, — произнесла она это так, что я сразу поверил.

— Да и не дураки мы, чтоб с тобой связываться, — добавил Барт.

— Всё, малец, давай бери его и активируй. Хочу посмотреть, на что он способен, — потирая сухонькие, морщинистые ладошки, Марта протянула мне мой грим.

Я взял «красотулю» в руки, ощутив под пальцами мягкую гладь переплёта. Сосредоточившись, позволил магии свободно течь сквозь меня. Буквально через мгновение страницы начали заполняться — сначала знакомыми заклинаниями, затем теми, что вписала Башня. Весь процесс занял не более тридцати секунд.

— Готово, — объявил я, закрывая том.

Старуха фыркнула, затем что-то очень тихо пробурчала. Явно не хорошее и про меня, суда по её выражению.

— Мне не твои каракули нужны, парень. Мне важно увидеть, какую мощь даст тебе эта книга. Вот это и покажи.

В её тоне звучало такое нетерпение, что, дай ей волю, она бы забралась на табурет и треснула меня по макушке, как непонятливого ученика.

— Такой высокий, а соображаешь медленно, так бы и огрела скалкой, — проворчала она, подтверждая мои мысли.

— Видимо, — согласился я, не сдерживав улыбки. Её ворчливость напоминала мне бабушку — ту самую, что воспитывала меня после смерти отца, когда матери нужно было задержаться на работе. — Где можно продемонстрировать?

— Видишь чучело в углу? — она махнула рукой в сторону дальнего угла мастерской.

Там стоял каменный истукан с четырнадцатью кристаллическими глазами, расположенными, как у паука.

— Семь пар глаз — семь уровней силы. Первый ученик… и тогда далее. Понял теперь?

— Более чем, — кивнул я. — Сейчас покажу.

Страницы сами перелистнулись к нужному заклинанию, будто читая мои мысли. А может так оно и есть. Собрав энергию, я выпустил молнию — вложил в неё всё, на что был способен.

Удар пришёлся точно в грудь манекена. Кристаллы вспыхнули ослепительным светом... и тут же лопнули, рассыпавшись искрами на каменный пол.

— Э-э-э... простите, — растерянно пробормотал я.

Старики замерли, их взгляды метались между мной и оплавленными останками измерителя. В воздухе повисло напряжённое молчание.

Аэридан, гордо вскинув подбородок, нарушил тишину:

— А вы что думали? Что он какой-то жалкий адепт? С таким усилителем, полагаю, он запросто справится даже с архимагом.

Но старики продолжали молча пялиться на меня, их лица застыли в немом изумлении.

Я и сам чувствовал необычайную лёгкость, с которой высвободил такую колоссальную энергию. По ощущениям, заклинание усилилось минимум втрое, а не на жалкие десять процентов, как это бывает с обычными магическими гримуарами.

Пока хозяева лавки приходили в себя, я аккуратно выложил на стол обещанную плату. Попрощавшись кратким кивком, вышел на улицу, где меня сразу обдало свежим ветром.

«Как бы у них инфаркт не случился», — прошептал я, бросая последний взгляд на покосившуюся вывеску лавки.

Аэридан, приземлившись мне на плечо, весело хохотнул:

— Не переживай, старики крепкие. Хотя... после такого зрелища и помоложе могут не выдержать.

Мы двинулись прочь, оставляя за спиной лавку и её потрясённых обитателей. Впереди ждала ещё гора дел, но теперь — с могущественным союзником в виде этого необыкновенного гримуара. Хм. Пусть только сунутся.

— Слушай, а почему семь кристаллов? Насколько мне известно, рангов шесть. Ученик, адепт, мастер, магистр, архимаг и архимагистр.

— Не знаю, может, она чего напутала. Всё-таки старая уже. Склероз там, деменция и прочие, — он чихнул, а изо рта вырвалось радужное облачко.

— Пф-ф, — фыркнул я. — У неё мозг поживее нашего с тобой будет. Да кстати, будь здоров.

— Тогда без понятия. Погнали в ту лавку. Там новые сладости выставили на продажу. Мармеладки в виде летающих лошадок. Съешь такую, и вокруг тебя крутят лошадки-бабочки.

— И на кой они мне, если у меня есть ты?

— Так то бабочки, а я пегарог. Божественный фамильяр. Чувствуешь разницу? — сделал он круг вокруг меня. — Да и они со вкусом клубники.

— А-а-а, ну если со вкусом клубники, тогда да, пошли. Ты уж точно с другим вкусом.

— Ты на что намекаешь? Я моюсь по три раза на дню. Чище меня нет никого и ничего.

— Конечно, конечно. Только не подлетай так близко.

После лавки мы потопали домой. Завтра начинается учёба, и проспать мне неё совсем не хочется.

Особняк рода Еартханд

Тот же вечер

Главный зал, освещённый трепещущим светом магических светильников, был наполнен тяжёлым молчанием. За длинным столом из магического ясеня, украшенным фамильными гербами, собрались все члены правящей ветви рода. Воздух был густ от невысказанного недовольства и сдерживаемой ярости.

Три катастрофы обрушились на род за один день.

Первая — Агатис, второй сын патриарха Демиуса Еартханда, потерпел унизительное поражение от какого-то безродного выскочки.

Вторая — проигрыш в тысячу золотых, сумму, которую приносила целая деревня за год.

И третья, самая горькая пилюля — вынужденное согласие на выход из-под влияния рода семьи Лавий без каких-либо обязательств. Именно их земли на северо-западе империи, богатые плодородными полями и торговыми путями, глава рода планировал присоединить, выдав Элис, младшую сестру Майлса, за своего младшего сына. Теперь эти планы рушились.

БАХ!

Громадный кулак отца, магистра земли, обрушился на стол с такой силой, что хрустальные бокалы подпрыгнули, звеня, как испуганные птицы.

— Кто? — Голос патриарха был тихим, но от этого ещё более опасным. — Кто этот ничтожный червь, посмевший унизить мой род?

Агатис, сидевший с опущенной головой, сглотнул ком в горле.

— Кайлос Версноксиум. Деревенский парень. Из какой деревни — неизвестно.

— Как?! — Мужчина вскочил, и его тень, удлинённая светом магических кристаллов, накрыла сына, словно хищная птица. — Как, я спрашиваю, какой-то деревенский ублюдок смог одолеть моего сына?! Отвечай!

Молодой маг земли побледнел лицом, чувствуя, как песок в карманах его мантии непроизвольно зашевелился от волнения. Он был всего лишь адепт и потому был не способен материализовать нужную стихию из ничего.

— Я не знаю, отец. Он маг молний... Двигался быстрее, чем я мог отследить. И его источник... — Агатис замолчал, вспоминая тот холодный, расчётливый взгляд противника. — Он оказался куда мощнее, чем можно было предположить.

Тишина в зале стала ещё глубже.

Где-то за окном завыл ветер, будто предвещая бурю...

Патриарх уже готов был вновь разразиться гневной тирадой, но в разговор властно вмешался старший сын.

— Опиши его, — потребовал Каменикус, внимательно выслушав сбивчивый рассказ брата и мысленно прибавив к описанному возрасту лет пять.

В его низком, размеренном голосе зазвучала уверенность, заставившая даже Демиуса на мгновение замолчать.

— Отец, похоже, я знаю этого парня. И здесь что-то нечисто.

— Разъясни, — патриарх вернулся в кресло, отпивая вина из фужера.

Старший сын неспешно отпил вина, намеренно затягивая паузу. Уколоть отца всегда доставляло ему особое удовольствие.

— Помнишь, ты сослал меня в дыру под названием Прибрежный? — начал он, наслаждаясь, как у отца дёрнулся глаз. — Так вот, туда прибыл мальчишка по имени Кайлос. Лет десяти-одиннадцати, точно не припомню.

— К делу! — Рявкнул Демиус, нервно сжимая ручки кресла.

Последние годы были неблагосклонны к главе рода: враги усиливали позиции, в то время как его собственное влияние таяло, словно весенний снег.

Каменикус усмехнулся:

— Тот сопляк — личный ученик Торгуса Ворхельма. Но главное не это.

Он сделал эффектную паузу, наблюдая, как напряглись все присутствующие.

— В свои десять лет он убил мастера воды Томикуса.

В зале повисло гнетущее молчание.

— Отличный, кстати, мужик был, — добавил старший сын, насмешливо поднимая бокал в мнимом тосте. — Так вот вопрос: как он в том возрасте смог одолеть мага ранга мастера? Притом, что его нынешний уровень наверняка выше.

— Не может быть. Он слабак, — влез Агатис. — У него двойка на груди. Явно недавно получил адепта. Скорее всего, это не он.

Демиус задумался, пальцы нервно барабанили по столу.

— Понятно, — наконец произнёс он. — Вот что сделаем.

Его голос приобрёл привычные властные нотки:

— Ты, Каменикус, завтра отправишься с братом на встречу с этим... Если это тот, о ком ты говоришь… — Патриарх сделал многозначительную паузу, — тогда будем решать. А ты, сынок, передай Майлсу, чтобы завтра явился ко мне.

Когда слуги начали подавать следующие блюда, Демиус пробормотал себе под нос:

— Может, ещё не всё потеряно…

Но напряжение за столом так и не рассеялось, вися в воздухе, словно предгрозовая тишина.