Лабиринт

Глава 8 Возрождение Феникса.

Возмущённые голоса разорвали напряжённую тишину арены.

"Это чистейшее жульничество!" "Дайте и мне шанс — я покажу не хуже!" "Где же справедливость?" — негодовали ученики, их слова сливались в единый гул недовольства.

Магистр Вортис, невозмутимый как океанская глубина, поднял руку, и мгновенно воцарилась тишина.

— Спокойствие, — его голос прокатился волной умиротворяющей магии. — У каждого будет возможность проявить себя. Сегодняшний выбор — не приговор. — Он обвёл взглядом собравшихся, и в его глазах вспыхнуло что-то, напоминающее понимание. — Путь мага тернист, и не все выдержат его до конца. А теперь отправляетесь на следующий урок.

Постепенно толпа начала расходиться. Кто-то спешил на другие занятия, кто-то уходил, сгорбившись под грузом разочарования. Вскоре на арене остались только мы двое — исполинская фигура наставника и я, ощущающий себя песчинкой перед этим живым воплощением магической мощи.

— Кто был твоим учителем? — внезапно спросил Вортис, а его зелёные пальцы перебирали странную монету. Она явно была необычной. Ничего подобного ей ранее я не встречал. — Твой стиль... манера плести магию... это до боли знакомо.

— Торгус Ворхельм, — ответил я, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Что-то мне подсказывало ничего хорошего это мне не даст.

Глаза орка сузились, в них мелькнуло понимание.

— А-а, теперь ясно, — он понимающе улыбнулся, а его клыки сверкнули в солнечных лучах. — Так ты из его рода?

— Нет, — покачал головой я. — Просто родился в одной из деревень, что относится к его землям. Он узнав обо мне от «Чувствующего», и увидев на что я способен, взял меня в ученики. — Я сделал паузу, выбирая слова. — Обучение оплачивает он. А я... отрабатываю долг в одном из его городов после того как закончу академию.

— На сколько лет? — в голосе наставника прозвучал неподдельный интерес.

— Пятьдесят.

Вортис фыркнул, и его массивные плечи дрогнули от короткого смеха.

— Мало. С твоими возможностями он мог требовать вдвое больше. Я бы точно просил лет двести, а то и все триста.

— Завтра приходи сюда… — неожиданно сказал маг воды. — Начнём твоё обучение.

Я невольно замер, сомнение сковало меня.

— Простите, наставник, но... вы же маг воды.

Его губы растянулись в ухмылке, обнажая устрашающие клыки.

— И что?

— Как вы сможете научить меня магии молний?

— Во-первых ты плетёшь заклинания не тонкой нитью, а словно из каната. Вот они у тебя и кривые и прожорливые. Во-вторых. Я буду учить тебя не элементам твоей стихии, — его голос внезапно стал мягким, как шелест прибоя. — Я научу тебя войне. Тактике. Контролю над барьерами и стенами. Искусству чувствовать поле боя. Вплетать атакующие заклинание в защиту врагу, что будут разрушать их не мощью, а нарушать структуру изнутри. — Он сделал паузу, позволяя словам проникнуть в сознание. — Завтра всё увидишь.

— Благодарю, наставник, — я склонил голову в почтительном поклоне. — От такого опыта только идиот откажется.

Повернувшись, я направился к выходу с арены. Впереди ещё был урок артефакторики, а после долгий день, полный дел, но в голове уже звучал голос Вортиса, обещающий новые испытания.

Казалось, сама судьба вела меня по этому пути, и отступать было уже некуда. Да и не буду я этого делать. Я не просто так попал в этот мир. Он чего-то ждёт меня от меня, и я к этому должен быть готов. И я буду готов.

Санчес Забегайлов встретил меня угрюмой рожей.

— Чего пришёл, не готов ещё заказ. Сложновато задумка оказалась, — услышал я, переступив порог лавки одной ногой.

— И вам здрасте Джи-джи.

Войдя внутрь, поздоровался с котом, что почему-то жадно смотрел на мою сумку. Я быстро смекнул, в чём дело. Достав порцию мороженого, вручил ему, заодно и его хозяину что недоумевал от происходящего, но угощение принял.

— Я по-другому поводу зашёл. Хочу вас нагрузить вот ещё чем. Мне нужно, чтобы вы придумали что-то вроде ботинок скороходов.

— Погоди, Кай. У меня к тебе серьёзный разговор имеется.

Он закрыл дверь в лавку и вернулся к столу.

— Я кое-что о тебе разузнал. И, кажется, догадался, на чём ты хочешь заработать. Только не надо делать такое лицо. Когда ко мне приходят люди и желают потратить несколько тысяч монет, волей-неволей заинтересуешься клиентом.

Давай я тебе расскажу, что узнал и к чему пришёл, и если прав, то ты расскажешь мне всё как есть, а после придумаем как нам заработать.

— Нам? — удивился я.

— Да. Я хочу войти в долю.

— Согласен выслушать. О доли после, — ответил я, мысленно посчитав до десяти.

У меня и выбора-то не было. Искать другого артефактора, тем более такого же уровня…

Когда он поведал о своих догадках, то, можно сказать, попал в точку.

— Теперь если я прав, давай подробности, — сказал он и принялся готовить отвар.

Пришлось ему рассказать всю суть моего бизнеса целиком ничего не утаивая. Тем более что он говорит, что его идея, позволит здорово «нам» сэкономить, и притом сама идея невероятно гениальна и проста.

— Мои бегунки, что будут доставлять еду, должны передвигаться по столице очень быстро. Телепортом я разорюсь на мана-кристаллах, а вот если мы сделаем ботинки или какой артефакт к ним приспособим. Было бы идеально, — Закончил я рассказ проблемой, что видел в первую очередь.

— Вкусно, — проговорил он, облизнув ложку из-под мороженного заодно снимая кувшин с жаровни. — То, что ты просишь, не проблема. Вот только они быстро будут расходовать энергию.

— Тогда сделаем в основной точке систему напитки артефакта. Прибежал бегунок обратно, поставил ботинки на зарядку, а сам если надо взял другие.

— Хм, — задумался он на миг. — Да, это возможно. В принципе, за пару дней наклепаю тебе… А сколько тебе надо?

— Штук тридцать для начала и две станции зарядки.

— Хорошо. Присылай кого-нибудь тогда дня через три, а лучше четыре, всё будет готово.

— А что по нашему основному вопросу?

— Немного застрял над «основной базой данных» как ты её назвал. Куда всё должно приходить, а вот с остальным у меня возникла другая идея. Твоя задумка на основе Казнария, уж прости выходит слишком дорогой, да и на её воплощение уйдёт ни один месяц.

С этими словами он притянул мне обычный на вид камень с некоторыми рунами.

— Идея моя такова. Рунический камень позволит связаться с другим таким же камнем. Какие у него плюсы, стоит в изготовление сущие медяки. Минус у него очень маленький радиус действия. Но если мы с тобой разместим столбы-усилители, что будут настроены определённым образом, тогда связь между камнями сможет распространиться над всей столицей.

Работает так. Взяв камень в руки, человек тем самым, а именно «теплом», этой энергии достаточно, активирует камень. Далее его собрат что находится в «зале заказов» начинает светиться. Твой человек, беря его в руки, принимает заказ.

— Это ж сколько камней должно лежать перед тем, кто принимает заказы? Тысячи?

— Нет, не так. Все они, что у клиентов, будут настроены на несколько тех, что лежат в таверне.

Да Вы гений! — воскликнул я, мигом оценив, насколько дешевле всё это выйдет, и обнял артефактора. Я понимал, что бедняки не будут заказывать доставку одного пирожка. Но вот если у них сын родился или праздник какой типа свадьбы. То почему бы себя не побаловать нашим продуктом. И вот такой камушек себе сможет позволить абсолютно любой горожанин. Потому что стоить он будет сущие мелочи. Да и наша еда для них будет дешевле.

— Посадишь несколько человек, кто будет принимать твои заказы, и они вполне смогут обработать все заказы.

— Погоди. А если все артефакты связи заняты? Когда тогда быть?

— Это я тоже продумал. Если с твоей стороны не отвечают, тогда заказ пишется на стене. Потом твои просто связываются с нужным « абонентом», какое-то глупое ты слово придумал, и дело сделано.

— Когда ты всё это сделаешь?

— Как с ботинками закончу и найму пару лишних рук, то, думаю, дней через… недели две всё будет готово. Только помни, выйдет это тебе очень дорого. Я про столбы-усилители.

— О деньгах не переживай, главное — сделай всё то, что обещал.

— Про дорогой вариант будешь слушать?

— А там как-то по-другому?

— Да. Я придумал вот что, — достал он из-под стола кристалл. И провёл по нему рукой.

Тут же в воздухе возник поросёнок жареный с запечённым картофелем. Он смахнул рукой, и изображение сменилось на пирог с неизвестной мне начинкой, от которого шёл дурманящий запах. У меня аж в животе заурчало.

— Так они смогут наглядно выбирать, чем захотят полакомиться, а после сделать заказ через этот же кристалл. Ведь твои блюда, как я понял, выглядят нестандартно, и названия у них будут особые, — ткнул он ложкой в мороженое. — Вот поэтому ты правильно изначально предложил, что им лучше видеть блюда. Богатеи и аристократы не пожелают ходить к тебе в лавку. Если б ты заведение открыл в центре столицы, тогда да.

— Да я понимаю. Может, со временем и открою.

— Далее создадим более дорогие варианты камней связи.

— Зачем? — не понял я.

— Для аристократов и зажиточных семей, что захотят показать своё богатство перед другими.

— Зачем им такие? Что они будут давать?

— Отдельную очередь. То есть им не придётся ждать, их будут обслуживать отдельно.

— А-а-а-а, — протянул я. — VIP-клиенты. Умно.

— Не понимаю, о чём ты, но суть, похоже, ты уловил. Можно продавать их подороже, сделать покрасивее. Например, из лазурита. Для них нанять отдельных людей, умеющих говорить со знатью. Они будут отвечать только за заказы самых богатых. Как тебе идея?

Я стоял и офигевал. Он не только гений артефакторики, но и менеджмента или как оно правильно называется. Так всё продумать — это ж надо. Вот что значит живой ум.

— Всё это я и так уже придумал, но восхищён вашим гением. Вы человек невероятного ума. И да, вы уж простите, но долю в деле дать не могу. Могу поклясться мирозданием, что не ворую вашу идею.

— Не надо, Кайлос. И я всё понимаю. Думал, а вдруг получится.

— Теперь у меня возникла идея. Переходите ко мне работать?

— У тебя денег на меня не хватит, — усмехнулся Санчес, усаживаясь в кресло. — Давай ты лучше мне процент выделишь?

— Я уже всё сказал, и это моё последнее слово. Вы мне вот что скажите. Сколько Вы с этой лавки зарабатываете?

— Под сотню золотых, когда мне не лень, — ничуть не смутившись завышенной цены, произнёс Санчес.

— Я буду платить вам двести, если вы согласитесь работать только на меня и обучать меня артефакторики.

— Ты что, внебрачный сын короля? — отпив глоток, он выругался. Отвар был ещё слишком горячий.

— Да почему вы все так думаете?

— Похож, потому что. А что касается твоего предложения… Соглашусь при одном условии, если заплатишь за год вперёд.

— Согласен, но вы дадите мне магическую клятву и поклянётесь мирозданием, что не пойдёте против меня никаким способом. И тогда я заплачу вам сразу здесь и сейчас.

Он поморщился, но согласился.

Он дал клятву в том, что никогда не предаст меня, все секреты сохранит и что мы оба придём друг другу на выручку в случае опасности.

Далее мы с ним до самого позднего вечера обговаривали и прорабатывали детали. Я вообще не ожидал, что так быстро всё получится. Надо бы к нему охрану, что ли, приставить. А ещё выяснить, зачем ему всё это, особенно столько денег вперёд.

Мне же нужно подумать, откуда взять ещё. Точно, Кларисса! — вспомнил я об предложении Рида.

С этими мыслями я зашёл домой на торговой улице. Притом, что я вернулся поздно вечером, там все не спали. Оказывается, на этих выходных в городе будет проходить праздник « Возрождение Феникса», и мне срочно надобно приготовить кучу еды, заодно обучить нанятых поваров, потому как Майя уже договорилась, что у нас на ярмарке будет место, и не простое, а одно из лучших. За которое она заплатила аж сорок золотых. Подкупив чиновника.

Я снял несуществующую слезу, когда она мне рассказала, как этого добилась.

Я подошёл и погладил её по голове:

— Моя умница. Рад видеть, во что ты превращаешься.

— Так слушаем, — обратился я ко всем собравшимся в гостиной. — На праздник идут все. Все будут задействованы так или иначе.

Объяснив им их роли, отправился спать.

— Кайлос, мне письмо пришло, — сказал Вилер, догнав меня в коридоре.

— Приедут? — я сразу догадался, о чём он.

— Да. Через три недели будут тут.

— Отлично. Заселяй их в мой дом. Наш уговор в силе, ни о чём не переживай, — хлопнул его по плечу и улыбнулся.

— Благодарю, господин.

Парень радостный ушёл к себе, а я заснул только через час. Мыслей в голове столько, что не знал, за что хвататься.

Лавка « Посторонним В.».

Тени вечера сползали по стенам узкой лавки, цепляясь за полки с артефактами с сомнительным содержимым. За рабочим столом, покрытым мелкими царапинами от бесчисленных поделок, сидел Санчес Забегайлов. Его бледные тонкие пальцы, привыкшие к скрупулёзной работе, медленно гладили рыжего кота, растянувшегося у него на коленях.

В другой руке он сжимал небольшой хрустальный шарик, над которым дрожал призрачный образ. В мерцающем свете витало изображение молодой девушки — его дочери, Таэлис. Она спала, её черты были спокойны, но бледность кожи выдавала болезнь, что точила её изнутри.

Таэлис была одной из тех, что посвятили свою жизнь поискам секретов древних цивилизаций. И в одной из таких экспедиций её настигла беда — неизвестный недуг, против которого оказались бессильны даже лучшие лекари. Они могли лишь поддерживать в ней искру жизни, не давая угаснуть окончательно. Но цена за эту милость была высока.

Каждая монета, что проходила через его руки, утекала на зелья, оплату целителей и женщины, что присматривала за ней, но это всё способно только отсрочить неизбежное. А её муж, тот трус и предатель, бросил её, как только понял, что лечение затянется. « Но с ним он ещё разберётся», — Санчес несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, приводя нервы в порядок.

Но сейчас важнее было другое.

— Держись, Искорка, — прошептал он, и голос его, обычно грубый и резкий, смягчился до неузнаваемости. — Я справлюсь.

Хрустальный шар потух, оставив после себя горький осадок на сердце.

Пятьдесят тысяч золотых.

Именно столько стоило зелье Высшего Исцеления — единственное, что могло вернуть её к жизни. По крайней мере, так говорил королевский лекарь. Что, как и остальные, был не в силах ей помочь. Притом, что они старые друзья и вместе учились в академии.

В голове всё время вертелось одно: как их собрать, когда каждый медяк уходил на то, чтобы просто не дать ей умереть сегодня?

Лавка погрузилась в тишину, нарушаемую мягким мурлыканьем кота.

Где-то за стенами шумел город, жил своей жизнью, полной мелких забот и радостей.

А он сидел среди заготовок для « бегунков» и теней, сжимая в кулаке всю свою ненависть к этому миру.

Кабинет Демиуса Еартханда.

Тяжёлая дверь с резными символами рода Еартханд сомкнулась за Майлсом, оставив его наедине с холодным величием кабинета. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом старого пергамента, чернил и землистым ароматом магии камня. Он сидел, выпрямив спину, но каждый мускул в его теле был напряжён, будто готовый к удару.

Не страх перед магистром земли заставлял его сердце биться чаще — нет, он боялся куда более изощрённой мести, которую мог замыслить этот человек. Род Лавий уже однажды пал под натиском Еартхандов, и теперь, когда судьба дала им шанс подняться, Демиус вряд ли просто так смирится с этим.

Дверь отворилась беззвучно, и в кабинет вошёл бывший глава рода — высокий, статный, с холодными, как гранит, глазами. Майлс мгновенно встал и склонился в почтительном поклоне. Титулы могли быть потеряны, но уважение к старшим в крови не вытравить.

— Благодарю, что нашли время для встречи, — произнёс Демиус, указывая на кресло напротив. Голос его звучал ровно, почти дружелюбно, но Майлс не обманывался — за этой маской скрывался расчётливый ум, привыкший ломать камнями кости врагов.

Он сел, сохраняя маску невозмутимости, но пальцы незаметно сжались на коленях.

— Скажи мне, — начал Демиус, откинувшись в кресле, — как так вышло, что твой род оказался в лапах этого... Версноксиума?

— Не могу знать, — ответил Майлс, тщательно подбирая слова. — Я видел его дважды. Но, полагаю, причина в Элис.

— Элис? — Мужчина, наморщив лоб, облокотился на стол. — Какое отношение она имеет?

— На неё напали бандиты. Господин Версноксиум оказался рядом и вмешался. Видимо, она приглянулась ему, и он использовал вашего сына, чтобы заполучить наш род в вассалы.

Демиус откинулся и задумался, а его пальцы постукивали по ручке кресла.

— Значит, он спланировал это заранее, — наконец произнёс он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на восхищение. — Скорее всего, эти бандиты были его людьми.

Майлс промолчал. Он знал правду — нападавшие были из Пепельных кварталов, подкупленные Агатисом, желавшим напугать Элис и сыграть героя. Информация стоила пары золотых стражнику, но зачем раскрывать карты?

— Может, всё же откажешься от вассалитета? — вдруг предложил Демиус, и в его голосе зазвучали ноты мнимой заботы. — Мы поможем. Наймём лучших юристов по родовым делам.

— Благодарю за предложение, — Майлс покачал головой, — но условия, предложенные господином Версноксиумом, более чем выгодны.

В тот же миг маска доброжелательности спала с лица хозяина кабинета, обнажив холодную ярость.

— Мальчик, — прошипел он, наклоняясь вперёд, — ты не боишься, что мы станем врагами? Мои люди уже в каждой твоей деревне.

— Нет.

Этот простой ответ, произнесённый без тени сомнения, заставил Демиуса замереть. Его пальцы впились в подлокотники.

— Кайлос просил передать, — продолжил юный Лавий, глядя прямо в глаза бывшему своему главе рода, — если ваш род хотя бы попытается навредить его вассалу, он сотрёт вас и любое упоминание о вашем роде с лица Керона.

Тишина повисла на мгновение, а затем Демиус взорвался:

— Пошёл прочь, щенок! — его голос прогремел, как обвал в горах.

Майлс встал, склонился в безупречном поклоне и вышел, оставив разъярённого магната одного с его мыслями.

За дверью он на секунду задержался, прислушиваясь к грохоту разбитой вазы внутри. Уголок его рта дрогнул.

А это оказалось легче, чем я думал, — мысленно улыбнулся Лавий, покидая поместье.

После того что сегодня в академии продемонстрировал Кайлос, он ему поверил. Такой точно справится.

Как только он вышел, следом зашёл Каменикус и сел в то же кресло.

— Слышал, что этот гад сказал? — Сын кивнул.

— Мне сказали то же самое сегодня.

— Так это всё-таки тот, о котором ты рассказывал?

— Да. Ученик Торгуса и явно друг Ридикуса.

— То есть за ним как минимум Ворхельмы и Сильверхолды.

— Одни третьи, другие в двадцатке сильнейших. Гадство, — мужчина, не выдержав, скинул одним резким движением бумаги со стола.

— Ну что, накажем выскочку?

— Нет. Надо подумать. Предпринимать решения сгоряча не стоит, — ответил он, когда немного успокоился. — Нужно разобраться, с чего вдруг они против нас стали и кто ещё с ними. Понять, кто ещё с ними.

Каменикус про себя усмехнулся. Помнится, так Кайлос и сказал, что они будут « кумекать», прежде чем ответить.