Лабиринт

Глава 7 Кто ты? Трус или боец?

За завтраком я рассказал о пополнении. О том, что ко мне присоединился род Лавий. Народ поначалу обрадовался, а потом уже до них дошло, что не всё так радужно. Я их подбодрил как мог, а после потопал в академию. Сегодня начнутся первые уроки, и начнутся они с урока Вортиса. Кто бы сомневался.

Ещё на подходе я почувствовал что-то неладное. На мостовой стояли двое и кидали камни в воду. Причём я сразу догадался, кто это. Первый — Агатис, а второй — его старший брат Каменикус.

— Вы что тут трётесь, и когда я увижу своё золото? — начал я сразу с наезда. С такими, как они, по-другому никак. Стоит хоть в одном слове дать слабину, и всё. Будут давить до последнего.

— А ты всё такой же наглый, — развернулся ко мне Каменикус. Его лицо, кроме презрения, ничего не выражало.

— А ты радуйся, что можешь стоять тут. Если бы не Торгус, я бы тебя ещё в Прибрежном кончил за крысятничество.

На самом деле я не хотел его убивать, да и в мыслях такого не было. Но пусть думает иначе.

— Язык у тебя… Не боишься, что вызову на дуэль?

— Ты меня? — я весело усмехнулся. — Не смеши мои тапочки. Ты сбежал из города, поджав хвост. Если бы не дружба вашего отца с Громовержцем, кончил тебя, как крысу, что ворует сыр. А вообще знаешь, давай. Только сделаем ставку. Ну, например, — я задумчиво постучал указательным пальцем по подбородку, — как насчет пяти тысяч золотых? Потянешь? Успел уже наворовать?

— Да я тебя… — дёрнулся Агатис, но был остановлен.

— Не ведись, брат, и возьми себя в руки.

— А ты давай свой номер, я отправлю деньги, — сказал старший нейтральным тоном.

И да, буквально через несколько минут деньги упали на счёт.

— Надеюсь, ты понимаешь, что мы этого так не оставим. Твой единственный шанс — вернуть нам род Лавий и свалить из столицы.

— Послушай, Каменикус, — я сократил расстояние между нами в один стремительный шаг, возвышаясь над ним, словно грозовая туча над жалким кустарником. Голос мой прозвучал тише зимнего ветра, но каждое слово падало, как закалённый клинок.

— Шевельнётесь — и я сотру ваш род в пыль. А ваших «щенков», что останутся, перекую в преданных псов. Дам им новые имена — будут кусать тех, на кого укажу.

К моему изумлению, он не дрогнул. Не отпрянул, не схватился за амулет на груди — стоял, будто вросший в камень, с тем же надменным спокойствием. Прямо разительная перемена с прошлой встречи. Хотя и тогда не особо нервничал. Это я его с бургомистром путаю.

— Не ведаю, откуда в тебе взялась эта... уверенность, — прошипел Каменикус, и его глаза сузились, как щели в старинном катапульте. — И на какой почве она зиждется. Но запомни: мы ещё встретимся. И кто-то из нас, быть может, не переживёт этой встречи.

Я усмехнулся, медленно, нарочито, давая ему прочувствовать каждую крупицу презрения.

— Ты только поторопись, ладно? А то пока вы там будете шептаться в своих гнилых кабинетах, выяснять, кто против вас, да «кумекать», как быть... Пока будете сидеть на своих барских задницах, боясь пошевелиться... Вашему роду придёт конец. Может, не сегодня. Может, не завтра. Но скоро все ваши земли, поместья и прочие побрякушки разорвут на клочки более мелкие рода, что жаждут возвысится. А вас — сотрут. Просто потому, что... неправильно живёте.

Сделав шаг вперёд, я задел его плечом, ну не обходить же мне после такой пламенной речи. Далее двинулся к вратам академии, не оглядываясь. До урока оставалось пятнадцать минут. А Вортис, как я знал, опоздавших по головке точно не погладит.

В голове же крутилась одна мысль: «Какой же бред я только что нёс...»

Но этого должно было хватить. Пусть ломают головы. Пусть ищут тайные заговоры, могущественных покровителей, что стоят за мной, скрытые силы, что как тучи сгущаются над их родом.

Главное, чтобы как можно дольше не догадывались, что против них — всего лишь пацан, чей «род» состоит из одного человека... и был создан пять дней назад. Хотя чего я такого говорю. Нас уже трое. Хе-хе.

— Брат, что это было? — Агатис находился в растерянности. Он вообще этот разговор представлял себе с точностью до наоборот. Это они должны были давить его, а не он их.

— Иди учись и к нему не лезь. Если то, что он сказал, правда… Надо будет всё проверить. Отец уже что-то такое упоминал за ужином. Ну о том, что наш род выдавливают из столицы. Похоже, Ворхельмы отцу больше не друзья.

— Может, ты всё-таки его вызовешь на дуэль? Уж больно наглый.

Бац.

Ладонь Каменикуса врезалась братишке в лоб.

— Ты идиот? Я тебе уже говорил, что он прикончил мастера воды, когда ему было десять или одиннадцать лет. Хотя, как по мне, ему куда больше лет.

«Похоже, выпил зелье омоложения», — пробормотал Каменикус мысли вслух.

— Ну я думал... ты шутил. Кто способен в десять лет прикончить мастера?

— Вот и я о чём. Сейчас он стал намного сильнее. Уделял бы ты больше времени учёбе, то почувствовал бы, какая от него исходит мощь. Он, когда встал со мной рядом, на миг опустил завесу. Он как минимум адепт, что стоит на пороге мастера, если уже не мастер. Ты думаешь, Торгус просто так был сделал его своим учеником? Он явно гений или что-то около. Может, сын или бастард какого-то знатного рода. Да и с кровью предков наверняка. Нет, — помотал головой наследник рода Еартахнд. — Тут что-то не так. Прежде чем начнём действовать, надо всё выяснить. Всё, иди, иначе Вортис тебе устроит. Поверь, против него наш род точно не пойдёт. Нам проблемы с его народом и уж тем более с Шаркусом не нужны.

По пути мне встретился Майлс. Вернее сказать, он поджидал меня у массивных врат академии, нервно переминаясь с ноги на ногу. Его пальцы то и дело теребили прядь волос, отдающих рыжим — верный признак беспокойства. Неудивительно: он видел, с кем я только что беседовал.

— Ну как прошло? — Он вплотную пристроился ко мне, и мы двинулись по выложенному камнем тропинке в сторону арены. Уроки боевой магии проходили там же, где и дуэли.

Сегодня у Вортиса занимались сразу все группы. Поначалу я недоумевал, как один человек сможет уследить за всеми, но оказалось, у него имелись помощники — младшие преподаватели. Вскоре нас разделят: тех, кому суждено стать боевыми магами, и тех, кому эти знания нужны исключительно для галочки. Последних, разумеется, передадут под крыло менее опытных наставников.

— Для начала доброе утро.

— Да-да, доброе. Так как прошло?

— Замечательно, — ответил я, ловя на себе любопытные взгляды учащихся, моя дуэль сделала меня популярным, ну или просто узнаваемым. Тоже приятно. — Думаю, в ближайшее время они не рискнут ничего предпринять.

Майлс уже открыл рот, но я опередил его:

— А если и дерзнут — я вызову на дуэль наследника. На сей раз смертельную. Запомни, с такими, как они, иначе нельзя. Проявишь слабину — и тебя сожрут с потрохами. Кстати, тебя наверняка уже сегодня...

— Сегодня, — перебил он, понизив голос.

— Прекрасно. Иди и главное — ничего не подписывай. И уж тем более не трусь. Веди себя так, будто за твоей спиной «стоит легион». Во всех сомнительных вопросах ссылайся на меня.

Майлс покачал головой, и в его глазах вспыхнуло что-то между восхищением и недоверием:

— А легион — это имя твоего братства?

— Забей. Просто будь уверен в себе.

— Да ты либо внебрачный сын самого короля, как я уже тебе говорил ранее, тем более у вас есть с ним сходство, либо бастард Торгуса Ворхельма. Ты такой же дерзкий, как и он в молодости. Про них с Огнебровым тут все слышали. Да и молнии у тебя...

— А может, я чертовски самоуверенный, наглый и к тому же невероятно привлекательный? — усмехнулся я, ловко увернувшись от толпы спешащих на занятия старшекурсников.

Майлс весело фыркнул: «Я не из этих», — а в его взгляде я увидел явное облегчение. Пусть пока не понимает всей подоплёки, но он уже чувствует: игра, которая началась, явно не простая. Тут что-то большее. И я рад, что это его не пугает.

Видя, как его пальцы нервно теребят край мантии, а взгляд беспокойно скользит по сторонам, я решил приоткрыть завесу тайны. Хотя бы немного — чтобы этот перепуганный юнец по глупости не подмахнул роковой документ. Всё-таки он теперь в моём роду, и я не хочу терять ни кусочка земли или чего у него там есть. Мне, конечно, чужого не надо, но и голых вассалов брать в род тоже нет желания. С другой стороны, они и не стоят в очереди, просясь ко мне.

— Ладно, слушай, у меня есть... влиятельные друзья, — начал я, тщательно подбирая слова. — Очень влиятельные.

Майлс насторожился, а его сердце забилось чаще. Я продолжил, понизив голос до шёпота:

— Род Сильверхолдов тебе о чём-нибудь говорит?

— Как же, — прошептал он, и я увидел, как в его глазах вспыхнуло понимание. — Наш новый наставник, самый молодой архимаг империи... Ридикус Огнебровый из этого рода. Причём прямой наследник, после того как старший брат отказался от титула в его пользу. Да и я тебе только что говорил, что слышал о нём.

— Ну да, — кивнул я. — А вообще меня поражает твоя осведомлённость, — свистнул я сквозь зубы, оценивающе оглядывая собеседника.

— Столица, знаешь ли, — пожал он плечами, но в его голосе появилась новая нота уверенности. — Здесь либо держишь руку на источнике, либо тебя сжирают заживо.

— В этом мы сходимся, — вновь кивнул я, озираясь по сторонам. Деревья зашелестели листьями, словно говоря: поторопитесь вы, нужно срочно на урок. — Раз уж ты такой проницательный, вот тебе ещё одна тайна. Ридикус... мой друг. Я был рядом с ним в тот момент, когда он поднял свой ранг. А Торгус Громовержец — мой учитель. Все эти годы я провёл в его замке, постигая искусство молний.

— Врёшь! — вырвалось у Майлса, но почти сразу его выражение лица сменилось на задумчивое. — Хотя... нет, пожалуй, верю. Твои молнии... они слишком совершенны для твоего возраста. Словно ты родился с ними в руках. Концентрация на высшем уровне.

На это я только усмехнулся, скрывая внезапный прилив досады.

«Чёрт возьми! Как я мог забыть об этом? Значит, несколько тысяч зрителей на арене видели моё выступление. Прекрасно, просто великолепно. Вот это я действительно устроил представление...»

— В общем, теперь ты понимаешь, с кем имеешь дело, — заключил я, наблюдая, как меняется осанка моего собеседника. Плечи расправились, подбородок приподнялся — передо мной стоял уже не робкий юноша, а молодой аристократ, готовый твёрдо смотреть в глаза бывшему главе рода.Теперь я мог быть почти уверен — под давлением он не сломается. Но вот именно что почти. Только пока ничем другим я помочь ему не мог.

На песок арены мы зашли и тут же попали под пристальный взор Вортиса.

— Ещё бы минута, и вы бы очень пожалели о своём опоздании. Потому как это было бы ваше первое предупреждение. Далее ещё два, и до свидания.

— Извините. Такое больше не повторится, — склонил я голову, а за мной и Майлс.

— Принято. А теперь топайте к своим группам, — отошёл он в сторону, пропуская нас. Вслед за нами шли ещё опоздавшие.

Майлс пошёл к своим, а я к своим.

Пришло время познакомиться с гномьей девой, стоявшей особняком от остальных и на чьей груди красовался двойка земли. Её осанка выдавала благородное происхождение, а холодный блеск глаз напоминал отполированную сталь. Вот только её симпатичное личико без бороды делало её очень привлекательной.

Я приблизился с той небрежной грацией, которую выработал за годы в замке Торгуса. Да, меня этому тоже учили.

— Приветствую, — произнёс я, останавливаясь на почтительном расстоянии. — Кайлос Версноксиум.

Она окинула меня взглядом, в котором смешались любопытство и тонкая оценка потенциальной угрозы. Пауза затянулась, прежде чем губы, обрамлённые медными кудрями, наконец разомкнулись:

— Хельдри.

— Просто Хельдри? — я позволил себе лёгкую усмешку, окидывая взглядом её дорогую мантию, украшенную тончайшей золотой нитью. Явно пошито на заказ. — С такой-то внешностью? Вы слишком красивы для «просто Хельдри».

— Хельдри Старквилл, — добавила она, и в её голосе зазвучали стальные нотки. Похоже, я переборщил.

Я склонил голову на бок, будто увидел впервые.

— Знаю я одного старика с такой же фамилией, Ториндусом зовут, — бросил я наудачу, просто чтобы поддержать беседу и проверить догадку.

Реакция превзошла ожидания. Не только Хельдри, но и стоявшие в двух шагах гномы, ведущие себя не как учащиеся, но при этом были больше похожи на телохранителей, напряглись, как струны перед разрывом.

— Я что-то не то сказал?

— Ториндус — мой дядя, — голос Хельдри стал тише, но твёрже. — Он был нашим королём, пока не...

— Погоди, — я резко поднял руку, мысленно прокручивая генеалогию горных кланов. — Значит, Торвальд — твой отец? Серьёзно?

Самый коренастый из гномов сделал угрожающий шаг вперёд:

— Побольше уважения к её величеству, — прошипел он, но так тихо, что слова едва долетели до моих ушей. Видимо, присутствие королевской дочери в академии было тайной.

— А чего ты шепчешься? — я нарочно говорил громче, но потом всё же, сбавив голос, добавил: — Если она назвала мне имя рода, значит, не особо-то и скрывается.

Гном набрал воздуха в грудь, но Хельдри опередила его:

— Я знаю, кто ты, Кайлос. Знаю, чего лишил мой народ, — её голос звенел, как клинок о камень. — И знаю, что мы строим тебе замок с магической башней. Но не понимаю — с какой стати? И уж тем более недоумеваю, почему после всего содеянного мой отец, дядя и даже Балмор говорят о тебе с... уважением.

Я широко улыбнулся, позволяя магии молний пробежать по кончикам пальцев:

— Ну, видите ли, я очень общительный. Считай, душа любой компании. Знаешь, как-то раз мы здорово с ними со всеми тремя посидели. Они были в восторге от моих угощений, между прочим, приготовленных лично мной. И вообще, я сплошное очарование. Разве по мне не видно? — подмигнул я ей, вставая то левым боком, то правым.

Она весело рассмеялась.

— Так ты ещё и повар?

— Лучший в мире. Если захочешь, приходи в гости, у меня тут дом недалеко. Я тебя угощу. Поверь, после меня любая еда покажется тебе пресной. Потом постоянно будешь проситься в гости…

И тут до меня дошло, как это звучит.

В воздухе повисло напряжение, что шло от окружавших её гномов, но в глазах Хельдри, к моему удивлению, промелькнуло что-то похожее на... интерес?

Ответить она не успела. Громоподобный голос Вортиса, прокатившийся по арене, заставил всех присутствующих вздрогнуть, будто под ударом невидимого молота.

— Кайлос, бегом ко мне! — прогремел его бас, в котором булькали глубинные течения магических вод. Тоже так хочу.

— А почему именно я? — сорвалось у меня с языка, но ноги уже сами понесли меня к массивной фигуре наставника. Кто бы на моём месте осмелился ослушаться? Перед нами стоял не просто преподаватель — боевой маг Воды, прошедший сквозь десятки кампаний, если верить моему приятелю Вул’дану. Да ещё и орк. Огромный, мускулистый, с кожей цвета болотной тины. Не знаю, почему я зациклился на его зелёном оттенке — возможно, нервы давали о себе знать. Даже Вул’дан, обычно невозмутимый, замер в недоумении, явно недоумевая, почему вызвали меня, а не его.

— Внимание всем! — Вортис развёл руки, и по толпе учащихся пробежала рябь магического давления. — Те, кто жаждет стать боевыми магами или намерен обучаться этому искусству — влево. Это же касается тех, кто выбрал контракт с Империей. Остальные — направо. Отныне выбранные вами группы на моих занятиях не имеют значения.

Он сделал паузу, позволяя словам проникнуть в сознание. В его глазах мерцала холодная усмешка, когда он добавил:

— Второго шанса на выбор у вас нет. Разве что... — его голос стал сладким, как отравленный мёд, — вы захотите остаться на второй год и начать всё сначала. Если, конечно, ваши кошельки достаточно глубоки.

Его громовой хохот одиноким эхом разнёсся по арене, заставляя учащихся дрожать. В ответ наступила гробовая тишина. Некоторые учащиеся буквально растворялись за спинами товарищей, словно пытаясь стать невидимыми.

— Шевелитесь! — на ладонях наставника вспыхнула магия воды, два десятка шариков, и толпа зашевелилась, как испуганный муравейник. Люди толкались, наступали друг другу на ноги, спешно делая выбор. Никто не горел желанием испытать их на себе.

Что странно — ряды «мирных» магов неожиданно пополнились. Видимо, перспектива учиться и при этом получать травмы мало кого прельщала. А то, что это будет и не раз, Вортис пообещал сразу.

А вообще большинство магов выбирают мирные профессии, и потому им это без надобности. Считая, что заклинания они и так смогут выучить. Не обязательно при этом ходить сюда и калечиться.

По мановению руки вдоль арены возникли несколько десятков манекенов. В каждом, как у Барта в подвале, имелись кристаллы. Только не парами, а по одному. Вот только тут их было шесть. А не как… Видимо, это какие-то другие манекены.

— Так, все, кто выбрал изучать боевую магию, вставайте напротив манекена и выдайте своё самое сильное заклинание. По результату мы составим новые группы.

И вот что мне делать? Бить как есть, от всей души. Так, чтобы манекен расплавить? Или же ударить средне. Мол, я не слабак. Что ж, наверное, да. Выдам чуть больше, чтоб…

— Те, кто зажгут четыре кристалла, попадут в группу, что я буду тренировать лично. Тот, кто заставит светиться пять… С тем поделюсь заклинанием из своего арсенала, что доступно под ранг победившего. Тот же, кто зажжёт все шесть, станет моим личным учеником.

А вот это меняет дело. Только надо ли мне оно? Вот в чём вопрос. Да и заклинаний много не бывает.

— Простите, а можно вопрос? — поднял я руку, как прилежный ученик.

— Задавай.

— В чём разница быть вашим личным учеником и тем, чтобы учиться под вашим началом?

— Ученик получит все доступные под его ранг заклинания из моего гримуара. А теперь не трать моё время. Начинайте.

Интересно, зачем мне заклинания воды? С другой стороны, мне необходимо стать сильнее, чтобы защитить своих людей и себя.

Те, кто выбрал путь мирный, отошли на другую половину арены. Им стали предлагать выучить минимум заклинаний, чтобы можно было постоять за себя. Хотя бы на дуэли или защититься от бандитов на дороге.

Тем же, у кого не было выбора, я имею в виду контрактников, они, как и мы, стали готовиться, чтобы ударить как можно мощнее. Если уж учиться, то учиться у лучшего и под его личным контролем. В этом я с ними был полностью согласен.

Со мной рядом встал Майлс, за ним Вул’дан, а следом Ева. Чуть дальше Хельдри.

Первой ударила она, запустив земляной молот, что влетел в манекен и разлетелся на мелкие куски земли. Своим заклинанием она зажгла, к моему удивлению, целых четыре… ан нет, три. Четвёртый кристалл мигнул и погас. А они, как я понял, должны светиться какое-то время.

Майлс ничего такого и близко не выдал. Его водяной серп смог зажечь два кристалла и всё.

Так, ладно, может, я слишком строг к нему. И тут все такие. Мало кто рождается с таким источником, как у меня, способным накапливать невероятные объёмы энергии.

Глянув туда, где стоял Агатис, кстати, получивший предупреждение за опоздание, тот уверенно выдал все четыре. Запустив земляное копьё.

— Ну что, Кай, покажешь, на что способен? — отвлёк меня Вул’дан, ехидно улыбаясь.

— Только после вас, уважаемые, — вернул я ему улыбку.

— А что, можно. Он поднял руку и громко произнёс:

«Flagellum Aquaticum» — водяной хлыст с невероятной скоростью вонзился в манекен. Звук от столь жёсткого удара резанул по ушам. Четыре кристалла ярко вспыхнули, как маленькие солнышки.

— Неплохо, — я демонстративно похлопал в ладоши.

Далее случилось неожиданное. Луч света, яркий как вспышка звезды, выстрелил словно из лазерного танка, как в «Звёздных войнах», уверенно зажигая пять кристаллов. Да так мощно, что буквально на краткий миг мигнул шестой. Конечно же, это была Ева. Смущённо озирающаяся.

— Отличный выстрел, Ева, — довольно произнёс Вортис. Похоже, не всё так плохо в этом году. Может, и вправду достойные маги не перевелись.

— Невероятно, — только и сказал я. — Поражён вашей силой.

— Ева, она такая, — довольно ухмыльнулся орк, будто это он только что сделал. А не эта хрупкая, красивая, словно ангел, девушка.

— Ага, запал. Я так и знал, что ты в неё втюришься, — возник пегарог на плече.

Я не стал на него обращать внимания. Сейчас многие взгляды были устремлены на меня. А я стоял с поднятой рукой.

— Ну чего тебе, Кайлос? — подошёл ко мне преподаватель с таким видом, будто на него все проблемы мира свалились. И все эти проблемы создал я.

— А я могу воспользоваться гримуаром?

— Конечно. Это не запрещается.

Народ, когда услышал, что это можно, начал было возмущаться. Мол, почему не предупредили, почему не сказали, но быстро затихли, стоило наставнику на них зыркнуть.

— Во-первых, я не говорил, что это запрещено. А всё, что не запрещено, то можно. Во-вторых, мне не нужны тупые марионетки, исполняющие только то, что им говорят. Маг в первую очередь должен думать головой. Например, как это сделал Кайлос.

Вот зачем он так? Теперь большая часть учащихся теперь возненавидит меня.

— Жги, братец, — произнёс Аэридан, находящийся в предвкушении.

Я достал грим и, сосредоточившись, выдал…

И я зажёг:

«Ictus Fulminis» — молния сорвалась с пальцев, стремительно уносясь в сторону манекена. Я как в замедленной съёмке следил за кристаллами. Вот загорелся первый, затем второй, третий, четвёртый, пятый… и взрыв. Деревянная конструкция разлетается в щепки.

На арене повисла гробовая тишина, и только тяжёлая, зелёная, огромная рука легла мне на плечо.

— Ну что, ученик, добро пожаловать.

— Кай, что-то мне не нравится этот блеск в его глазах. Может, ну его на фиг, эту учёбу. Ты и так парень серьёзный, — прошептал на ухо мне Аэридан.

Я, конечно, промолчал, но при этом всерьёз задумался над его словами.